Украинские Страницы
история национального движения Украины 
Главная Движения Регионы Вопросы Деятели
Смотрите также разделы:
     Деятели --> Корнилов, Дмитрий (Выборы-98)

Недонецкие выборы

Партии и регионы


Как разобраться в трех десятках партий, мелкими буквами испещривших полуметровый избирательный бюллетень? Читать их программы? Занятие весьма скучное. Хорошо, если у партии имеется какой ни на есть «послужной список». То бишь есть, «чего вспомнить», как у коммунистов, Руха или УНА-УНСО. А как быть с теми партиями, что были наспех состряпаны непосредственно перед стартом избирательной кампании?

Еще как только начали публиковаться зарегистрированные списки партий, меня заинтересовал состав претендентов в наши избранники. Кто они, чем известны, чем занимаются? Выяснилось, что зачастую только персональный состав списка партии может что-то сказать постороннему наблюдателю. Что такое Прогрессивная социалистическая партия? «Партия Витренко». А Украинская консервативная республиканская партия? «Партия Хмары». Что это еще за объединенные социал-демократы? Так ведь Кравчук, Марчук, Медведчук... Тогда понятно.

Сам по себе анализ фамилий, представленных в списках, любопытен. Обнаруживаешь, например, что в них куда больше родственных связей, чем обычно принято думать. Это естественно: в наше ненадежное время ну на кого еще можно положиться, кроме как не на брата, жену, сына? Вот и обнаруживаешь в списках неслучайные совпадения. В списке СДПУ(о), например, № 5 - Суркис Григорий Михайлович, а № 62 - Суркис Игорь Михайлович. В списке блока СПУ-СелПУ № 2 - Сергей Васильевич Довгань, а № 8 - Константин Васильевич Довгань.

Есть, правда, некоторым образом обратные примеры. В том же списке «крестьян-социалистов» под № 90 значится Василий Евгеньевич Мармазов, а в списке коммунистов под № 30 - Евгений Васильевич Мармазов. Сын и отец. В разных партиях. Бывает - и страшного в этом ничего нет. Есть даже пример, когда муж и жена - в списках двух разных партий.

Не менее поучительно исследовать профессии кандидатов в депутаты. В списке Партии национально-экономического развития Украины из 53 кандидатов наряду с Роксоланой-Сумской - 18 банкиров, причем 15 - сотрудники Проминвестбанка. Неудивительно, ведь партию возглавляет председатель правления этого банка. А в списке Народно-демократической партии очень много госчиновников. Тоже объяснимо: партия ведь считается правящей.

Но почему в первой «двадцатке» Украинской национальной ассамблеи - почти треть, 6 человек «тимчасово непрацюючих»? Да и те, которые работают, тоже заставляют задуматься. Например, есть у них кандидат, значащийся в списке как «председатель профсоюзного комитета свободного профсоюза Винницкой областной федерации таеквон-до». То есть, надо понимать, что в Винницкой области есть федерация этого вида борьбы; у федерации есть свой профсоюз (причем «свободный»), у профсоюза есть профком, у профкома - голова, и, самое главное, можно не писать «тимчасово не працює».

Однако куда интереснее, на наш взгляд, то, какие регионы представляют те или иные политические партии. И почему на это как-то мало до сих пор обращали внимания? Нет, на гипотетическом уровне, на уровне домыслов об этом говорят. Но попытки тщательного анализа географического принципа построения партийного списка нам неизвестны.

Между тем, в обнародованных списках (к примеру, в тех, что публиковались в декабре - январе «Голосом Украины») почти всегда последним пунктом анкетных данных кандидата значится место жительства. И этот пункт часто о многом говорит.

Мы собрали данные по ряду, скажем так, самых пропагандируемых партий. И вот какая занятная получилась картина.

Прежде всего, для удобства, мы сгруппировали регионы Украины по историческому принципу - в исторические провинции (цифры после названий областей обозначают количество зарегистрированных избирателей в них).

Теперь можно представить эту диаграмму в виде графика (нечто вроде стандарта - идеальная модель географического построения списка партии, которая стремится к равному представительству всех регионов). А потом - добавим к нему реальные графики, которые мы получили, проанализировав партийные списки наиболее рекламируемых партий.

На первом графике - наши «левые», коммунисты (КПУ, 225 кандидатов) и блок Социалистической и Крестьянской партии (СПУ-СелПУ, 201 кандидат).

На втором - те, кто себя именует «центристами», три «премьерских» партии. СДПУ(о) во главе с экс-президентом Л. Кравчуком и экс-премьером Е. Марчуком (185 кандидатов в списке). «Громада» во главе с экс-премьером П. Лазаренко ( тоже максимум - 225 человек). И НДП во главе с ныне действующим премьером В. Пустовойтенко (189 кандидатов).

На третьем - «правые», националисты: Рух во главе с Вьячеславом Чорновилом (224 человека - одного кандидата не хватило до максимума), УНА с неизменным Олегом Витовычем (42 кандидата), Национальный фронт (181 кандидат), созданный Конгрессом украинских националистов (Ярослава Стецько), Украинской консервативной республиканской партией (Степан Хмара) и Украинской республиканской партией (Левко Лукьяненко). А также блок «Меньше слов» (44 кандидата), то есть уж очень националисты из «Державной самостийности Украины» и социал-националисты, которых часто путают с национал-социалистами.

Мы пользовались официально опубликованными списками в органе Верховной Рады и не несем ответственности, если после обнародования списки претерпели некоторые изменения (говорят, частенько кандидатский народ бывал раздосадован невысоким местом, доставшимся в списке, и с шумом уходил из партии). Но, думаю, эти изменения уже не могли поменять общую картину географического представительства в партийных общенациональных списках.

Общенациональных ли? Первое, что бросается в глаза почти у всех партий - огромный перекос в пользу Киева. Понятное дело - столица. Но не в такой же степени, честное слово. У социал-демократов киевлян почти половина в списке. Неужели в регионах нет толковых людей? Мне могут возразить, что после 1994 года многие дончане, избранные депутатами, перебрались в Киев и стали числиться киевлянами. Согласен, но опыт показывает, что они чаще всего не просто числиться стали киевлянами. Да, есть такие «новые киевляне», которые в тысячи раз лучше «старых дончан» отстаивают в Киеве интересы Донбасса (Александр Чародеев, например). Но таких примеров до боли мало.

Второе открытие - глубокое неприязнь украинских националистов к Востоку. Чем еще можно объяснить почти полное отсутствие «схидняков» в их списках? И эти люди на словах пекутся о единстве Украины, о ее внутренней целостности. На самом же деле, они то ли боятся «схидняков», то ли глубоко уверены в их полной неспособности управлять Украиной. Даже своих же собственных однодумцев на Востоке, которые верой и правдой служат их идеям львовские шефы не желают ставить на первые места в списках. Хорошо известная в крае Мария Олийнык в списке НФ - всего лишь под номером 27.

У Руха первый житель Донецкой области в списке (№ 27) - Эдуард Креч, президент ОАО «Содовый завод», Славянск, о махинациях которого писали многие газеты региона. Ветеран Ветеран руховского движения в Донбассе и первый его глава здесь Игор Пасько, который преподавал нам марксистско-ленинскую философию и сын которого, как известно, был освобожден в школе от изучения украинского языка, - в списке Руха под № 94. А Мыкола Тыщенко, главный редактор «Схiдного часопису» - вообще № 178. Либо националисты так выражают неуважительное отношение к таким своим членам в Донбассе, либо, что скорее всего, они абсолютно не уважают наш край.

А, с другой стороны, - нет худа без добра - тем самым паны-галичане еще раз убедительно доказали, что национализм на Украине есть явление сугубо региональное и никакого отношения к Украине в целом сей феномен не имеет.

Однако и партии, которые сами себя к националистам не относят, Донбасс не жалуют. Из представленных на графиках лишь «Громада» в какой-то мере пытается «дотянуться» до условного стандарта равного представительства регионов в своих списках.

У объединенных социал-демократов традиционно есть некоторая поддержка на Луганщине. Луганчан в их списке полтора десятка человек. Но Донецкую область, крупнейшую на Украине , в списке партии Кравчука-Марчука представляют... аж 3 человека. Голосуйте за киевское «Динамо»... У меня сложилось впечатление, что к позорному поражению Л. Кравчука в 1994 году привело плохое знание элементарной арифметики. У него самого или его советников - не важно. Ему просто не сумели объяснить популярно, в каком регионе проживает большинство украинских избирателей. Иначе как объяснить такое полное пренебрежение с его стороны и стороны его окружения к Донбассу - и тогда и теперь? Или, может быть, Леонид Макарович мстит дончанам за 94-ый год?

Но еще более поразительно отношение к Донбассу «левых» партий. Ведь столько твердили, что «Восток - опора украинских «левых»! А что в реальности? В списке КПУ жителей Донецкой области вдвое меньше, чем киевлян, хотя список возглавляет дончанин. В любом случае, это количество донбассовцев никак не восполняет тот явный перекос в сторону Галичины, который наблюдается в списках националистов. У коммунистов представительство Донбасса и Галичины абсолютно одинаково.

А вот рабоче-крестьянский социалистический блок Александра Мороза и вовсе удивляет. Попробуйте угадать, на каком месте в списке блока СПУ-СелПУ находится первый дончанин? Зампред Донецкого облсовета Олег Рыбаков - под номером 77. Уважаемые в крае социалисты Юрий Шелухин и Виктор Павлюк - соответственно на 102-ом и 130-ом местах.

Вот и думайте, что хотите. Центристы у нас называются центристами, наверное, потому, что в основном их партии тусуются в самом что ни на есть Центре, то есть в Киеве. «Правые», как им и положено, справа на карте, в Галичине. А вот «левые» явно не спешат пропустить в парламент «левый край карты». Донбасс вынужден поручать свое представительство в парламенте киевлянам или даже галичанам.

Нельзя забывать еще и о том, что количество представленных в списке донбассовцев - это лишь часть вопроса. А на каких местах в списках находится основная часть представителей Востока? У объединенных социал-демократов действительно много луганчан. Но они как-то странно расположены: более двух третей их находится в хвосте списка.

Вообще, по тщательном рассмотрении, создается впечатление, что партийные списки составлялись как-то наспех, второпях, не по какому-то обдуманному прнципу. Представители провинции записаны там «пакетами» по несколько человек. В списке СДПУ(о) группа луганчан занимает места со 144-го по 148-ое, а буковинские товарищи - со 163-го по 166-ое. Есть и другие аналогичные «пакеты». Дескать, мы ваших в список включили. Только это все равно никакого значения не имеет. Не пройдут.

Спросите, неужели вовсе нет партий, ориентирующихся на Восток и Юг Украины? Есть, конечно. На четвертом графике мы привели соответствующие графики, относящиеся к небольшой партии «Союз» (всего 30 кандидатов в списке, которые почти поголовно, включая Софию Ротару, проживают в Крыму), а также Прогрессивную социалистическую партию (ПСПУ, 83 кандидата), у которой сильные традиционно позиции на Слобожанщине и Северщине, прежде всего в Сумской области, где расположены избирательные округа лидеров ПСПУ Натальи Витренко и Владимира Марченко.

Партия регионального возрождения Украины (ПРВУ, 104 кандидата), которая, по определению и по генезису своему просто призвана была бы представлять интересы дончан, такж имеет в своем списке больше киевлян. Самый высокий процент донбассовцев имеет блок «Партия труда и Либеральная партия - вместе!» (ПТ-ЛПУ, 219 кандидатов). Это не удивительно, поскольку обе партии «родились» в Донецке. Но на этом, скорее всего, вся их «донецкость» и заканчивается. Мне, например, никогда не придет в голову голосовать за либералов-трудовиков только потому, что их модель регионального представительства (сравните Рис. 3 и 4) почти диаметрально противоположна националистическим моделям. По сути-то они отличаются немного от того же Руха. К тому же, более или менее известные земляки в этом списке начинаются только с шестого дестяка: Жорж Овчинников (52), Станислав Поважный (60), Александр Махмудов (70), Александр Лукьянченко (77), Владимир Варака (79), Владимир Климовицкий (99), Владимир Демин (104), Виталий Заблоцкий (123) и т. д.

Напомню, что на прошлых выборах трудовики смогли провести депутатов в парламент намного меньше, чем того ожидали. А ни один либерал и вовсе на тех выборах не победил (я не говорю о тех, кто стал либералом уже в стенах парламента). Поэтому мне чрезвычайно любопытно будет посмотреть, сколько голосов избирателей в среднем в итоге наберет каждый из шести десятков дончан, выставленных в списке ПТ-ЛПУ по сравнению с 20 дончанами-коммунистами или даже тремя социал-демократами (о)? Результат может стать весьма поучительным.

Все это еще раз более чем наглядно и убедительно доказывает, что в Донбассе так и не сложилась политическая сила, аналогичная мощному националистическому движению в Галичине, выражающая интересы региона. Почему? Причин много. Еще предстоит их систематизировать и осмыслить.

Может быть, потому, что региональных лидеров все время тянуло вместо кропотливой и мало приметной работы в регионе блистать где-нибудь повыше? Может, потому, что некоторые из них, не обретя прочной опоры в своем крае, неудержимо стали предаваться мечтаниям о Мариинском дворце? А, может быть, потому, что кое-кто из них как черт от ладана до сих пор шарахаются от типично региональных идеалов и целей, пытаясь тем самым то ли выказать свою лояльность, то ли выглядеть респектабельно?

Самое неприятное то, что с каждыми выборами мечты о таком сильном политическом движении в крае и о возрождении региона становятся все призрачнее и призрачнее...

Дмитрий КОРНИЛОВ.


Украинские Страницы, http://www.ukrstor.com/
История национального движения Украины 1800-1920ые годы.