Малорусская Народная Историческая Библиотечка
история национального движения Украины 
Главная Движения Регионы Вопросы Деятели
Смотрите также разделы:
     Деятели --> Петрушевич, А.С. (Жизнеописания и отзывы)

АНТОНIЙ С. ПЕТРУШЕВИЧЪ, (Посмертное воспоминаніе).
199

 

АНТОНIЙ С. ПЕТРУШЕВИЧЪ,
(Посмертное воспоминаніе).

 

 


13 (26) сентября 1913 года состоялись въ Львовѣ похороны, въ которыхъ участвовала вся наша Австрійская Русь посредствомъ делегацій отъ всѣхъ русско-народныхъ обществъ и всѣхъ слоевъ нашего населенія. Почтили память усопшого университеты якъ австрійскіи, такъ и заграничныи и розличныи ученыи общества сочувственными телеграммами, за погребальной колесницей, обвѣшанной множествомъ вѣнковъ, поступали въ грусти и печали не только сродники, друзья, знакомыи, сослуживцы покойника, но и долгой вереницей набожныи обоего пола и всякого возраста. Изъ далекихъ сторонъ нашего края воздавали покойнику послѣднюю прислугу, съѣхавшіися священники и крестьяне, отъ имени которыхъ надъ открытой могилой попращалъ покойника честный Лука Старицкій изъ Знесенья подъ Львовомъ. Пращало своего собрата духовенство, пращали представители мірской интеллигенціи, пращала учащаяся молодежь. То были похороны выдающейся, необыкновенной личности — похороны первого ученого Австро - венгерской Руси, каноника львовского митроподичьяго капитула Антонія Степановича П етрушевича.

Бл. п. Антоній Степановичъ Петрушевичъ былъ дѣйствительно необыкновеннымъ человѣкомъ, якимъ наша Австро-венгерская Русь смѣло гордитись можетъ. Та Австро-венгерская Русь въ новѣйшее время издала такіи высокіи идеальныи характеры, якъ Михаилъ Качковскій, отказавшій себѣ въ удобствахъ жизни, щобы скопленныи деньги нести на алтарь народного образованія, такій Иванъ Наумовичъ, ходившій отъ хаты до хаты, сѣдавшій на одной лавцѣ при крестьянинѣ и черноробочемъ и наставлявшій ихъ o задачахъ жизни, сельскомъ хозяйствѣ, ремеслахъ, наклонявшій ихъ на путь богоугодной жизни, такій Ѳеодоръ Бѣлоусъ, жившій самъ якъ нищій, ходившій въ сапогахъ (черевикахъ) съ заплатами (латками), поношенномъ платьѣ, поношенной шляпѣ (капелюху), ходившій пѣшкомъ по цѣлой Галичинѣ отъ села до села, основывавшій кассы при церквахъ, дававшій пособія учащейся молодежи, взывавшій своихъ соплеменниковъ занятись женскимъ образованіемъ и завѣщавшій на ту цѣль плоды своихъ сбереженій. Тѣ личности приносятъ честь нашей Прикарпатской Руси.

Къ такимъ личностямъ принадлежитъ и пок. Антоній Степановичъ. Онъ великъ собираніемъ матеріаловъ для исторіи и для просвѣщенія Прикарпатской Руси вообще, значитъ трудомъ, вымогающимъ и усиленной духовной роботы и матеріальныхъ средствъ. Матеріальными средствами судьба не обдарила покойного Антонія Степановича. Онъ былъ сыномъ небогатого сельского священника, самъ же былъ сначала капеляномъ при митрополитѣ, потомъ каноникомъ львовского капитула. Каноники нашихъ русскихъ капитулъ не преизобилуютъ достатками; ихъ доходы скромныи, они ограничены на пенсіи, получаемыи изъ правительственной кассы. Доходы о. Антонія Степановича были скромныи, но изъ тѣхъ скромныхъ доходовъ онъ сотворилъ великое дѣло, создаль большихъ розмѣровъ публичную библіотеку съ музеями, заключающими въ себѣ образовательныи пособія.

Посѣщающіи ту библіотеку и музеи съ удивленіемъ узнаютъ, що всѣ тѣ книжки и предметы пріобрѣтены русскимъ каноникомъ, не роспоряжавшимъ тысячами дохода въ годъ; якъ могъ тотъ человѣкъ при невеликихъ своихъ доходахъ покупати книжки, картины, образы, монеты?

200

— спрашиваютъ они въ недоумѣніи. Отвѣтъ на то легкій. Покойный Ан~ тоній Петрушевичъ могъ все тo совершить, ибо у него была идея, была высшая мысль: создати необходимый для его народа образовательный очагь и была крѣпкая воля осуществити ту идею. Для нея онъ жилъ, для нея онъ употреблялъ весь свой доходъ. Не видѣлъ его никто забавляющогося въ карты, совершающого дорогіи путешествія, устроивающого пиры, имѣвшого въ погребѣ (пивницѣ) дорогіи вина, ѣвшого вкусныи кушанья (потравы) — онъ жилъ скромно, скромный былъ его столъ, a розвлеченіемъ ero были книжки и предметы научныи. При такомъ образѣ жизни онъ могъ собрати хорошую библіотеку, пріобрѣсти нужныи для музея предметы и все то принести въ дарѣ своему народу.

Покойный Аутоній Степановичъ былъ высокообразованнымъ и глубоко ученымъ человѣкомъ. Онъ зналъ, що его народу прежде всего необходимо. Скажетъ не одинъ: тому народу потреба грошей... Охъ тѣ гроши, гроши! Мечтаетъ o нихъ и молодецъ и старецъ, и юная дѣвица и старуха надъ могилою. Всѣ гонятъ у насъ за грошьми, но гроши отъ насъ якъ-бы утѣкали, ихъ нѣтъ. Мы не знаемъ на гроши заробити, потому ихъ нѣтъ. Покойный Антоній Петрушевичъ училь свой народъ, що абы имѣти гроши, треба умѣти на нихъ заробити, a щобы умѣти гроши заробити, потреба науки. Вотъ и его мечтою было мысли и стремленія своего народа свернути въ сторону науки.

Если въ якомъ селѣ есть корчма, a нѣтъ школы, гаразду въ такомъ селѣ быти не можетъ. Будутъ сварни, битки, процессы, пьянство, a въ дальшемъ послѣдствіи нищета и легкомысленная утрата земли. Щобы того всего не было, нынѣ каждое село старается имѣти у себе школу. Якъ для села школа, такъ для всего народа потребно научное учрежденіе, изъ которого свѣтло истинного познанія, то есть науки сплывало бы на весь народъ. Такіи научныи учрежденія называютъ академіями, національными институтами или могутъ то быти университеты. Щобы русины въ Австро-Венгріи могли имѣти свой университетъ, o томъ и думати теперь не можно. Но всегда австро - русскій народъ долженъ имѣти по крайней мѣрѣ одну свою публичную библіотеку съ научными силами и собраніями научныхъ предметовъ, объясняющихъ исторію и природу его родной земли. То сознавали уже русины 1848 г. и въ 1849 и слѣдующихъ годахъ они стали собирати жертвы на основаніе такой національной „академіи" такого національного института, якій поляки имѣли въ своемъ заведеніи имени Оссолинскихъ въ Львовѣ. Такимъ образомъ возникъ „Русско - народный Институтъ „Народный Домъ" въ Львовѣ, a около воздвигненія сего института трудился больше всѣхъ покойный Антоній Степановичъ. Посылалъ бл. п. Левъ Трещаковскій изъ Рудна кони съ возами и своихъ паробковъ, щобы безвозмездно возили на постройку „Народного Дома" камень, песокъ, кирпичъ (цеглу), то пок. Антоній Степановичъ Петрушевичъ собиралъ для него книги, рукописи, документы, грамоты, монеты, медали, находки, выкопанныи на мѣстѣ давнихъ языческихъ кладбищъ, давнихъ русскихъ городовъ, образы, картины, портреты историческихъ личностей, кости допотопныхъ звѣрей, оказанія ростительности и животного міра родного края, щобы русины изучали исторію своихъ родныхъ сторонъ и природу ихъ.

И въ томъ своемъ трудѣ покойный Антопій Степановичъ боролся съ непреодолимыми трудностями, прежде всего съ невѣжествомъ и маловаженіемъ науки у своихъ земляковъ. Якъ въ многихъ нашихъ селахъ темный народъ неоднократно опирался основанію школы и выгонялъ учителя, крича: на що намъ школы, наши батьки жили безъ школы и книжки, и мы можемъ такъ жити — такъ и возражали у насъ многiи изъ нашей галицко-русской интеллигенціи : на що намъ библіотеки ? на що намъ музеевъ? на шо камь тѣхъ костей, череповъ, того старого

201

дрантья? лучше на томъ мѣстцѣ поставити столики до картъ и билярдъ— Кобы лише у насъ были гроши!... Книжка не сдѣлаетъ человѣка мудрымъ — то сдѣлаетъ практика — треба быти практическимъ.

Съ такими взглядами галицко русской интеллигенціи принужденъ былъ боротись бл. п. Антоній Степановичъ. Но онъ не унывалъ, не те-

рялъ охоты къ дальшему собиранію научныхъ пособій — собиралъ и отдавалъ въ „Народный Домъ", настаивая на томъ, щобы библіотека и музеи его были общедоступны для желающихъ почерпнути знаній, щобы при нихъ были научныи силы, трудящіися на научномъ и литературномъ поприщахъ, щобы тотъ несчастный русинъ Прикарпатья разъ освобо-

202

дился изъ оковъ темноты и станулъ въ одномъ рядѣ съ другими культурными народами. „На то даю" — говоритъ онъ — „мои книги, рукописи, монеты, достопамятности, щобы мой народъ учился мыслити, учился духовному труду, ибо если у него будетъ духовный трудъ, то будетъ и экономическій трудъ. Не даю книгъ на тo, щобы ихъ спрятати передъ очима людей и никого до нихъ не допускати. Если наши люди привыкнутъ выпожиченную книжку совѣстно отдати, то будуть совѣстно обращатися съ порученными имъ кассами, съ порученными имъ общественными грошьми и не будутъ банковъ у насъ обкрадати. Заранѣе треба молодежь пріучити тому и давати ей книжки, но досмотрѣти, щобы ихъ отдавала.

Такъ училъ бл. п. Антоній Степановичъ. Онъ былъ учителемъ нашей галицко-русской интеллигенціи, подобно якъ бл. п. Иванъ Наумовичъ былъ учителемъ австро-русского народа.

Въ 1902 г. библіотека "Народного Дома" была открыта для общого употребленія и то событіе составило день радости для сѣдоглавого ученого, который на склонѣ жизни своей видѣлъ плоды долголѣтнихъ своихъ трудовъ.

Покойный Aнтонiй Степановичъ уподоблялся человѣку, который въ своемъ селѣ самъ строилъ школу, самъ мѣсилъ глину на кирпичъ (цеглу), самъ еѣ выжигалъ, самъ клалъ кирпичъ, выпрзвлялъ стѣны а потомъ въ той школѣ училъ. Аінтоній Степановичъ Петрушевичъ самъ составлялъ библіотеку и музеи и самъ писалъ — писалъ очень много по нашей русской исторіи, по исторіи нашей русской церкви, по исторiи русской словесности и русского языка. Въ его сочиненіяхъ есть неисчерпаемый матеріалъ для всякого, кто хочетъ поучитись o нашей старинѣ, объ исторіи нашихъ монастырей, церквей, даже поодинокихъ селъ, кто хочетъ писати историческую повѣсть.

Бл. п. Антоній Степановичъ былъ дѣйствительно геніальнымъ человѣкомъ. Когда въ 1848 г. наши галицкіи русины основали учено-литературное общество „Галицко-русскую Матицу" и зашолъ споръ межи ними o языцѣ, на якомъ имѣли издаватись книжки для народа, бл. п. Антоній Степановичъ однимъ своимъ словомъ ясно и вразумительно рѣшилъ тотъ споръ. Онъ сказалъ: Языкъ, на якомъ имѣемъ просвѣщати нашъ народъ, не можетъ быти другій, якъ только общерусскій литературный языкъ употребляемый въ Россіи, на которомъ издаются книжки и въ Кіевѣ, Полтавѣ, и въ Москвѣ и Петербурзѣ. То языкъ, созданный общими усиліями малороссовъ и великороссовъ, языкъ историческій русскій, соотвѣтствующiй природѣ русского духа и на немъ только можетъ быти истинное просвѣщеніе. Называютъ тотъ языкъ „россійскимъ" или „московскимъ", но простый народъ подъ Москвою инакше говоритъ, якъ писано въ книжцѣ на ero литературномъ языцѣ. Книжку на русскомъ литературномъ языцѣ нашъ селянииъ даже лекше пойметъ, якъ селянинъ изъ-подъ Москвы... Пок. Антоній Степановичъ остался вѣрнымъ тому взгляду до конца своей жизни. Онъ ніякъ не могъ помиритась съ нововыкованнымъ украинскимъ языкомъ, но постоянно писалъ на языцѣ, носившемъ на себѣ всѣ знамена настоящого общерусского литературного— Бл. п. Антоній Степановичъ есть родителемъ того направленія въ галицко-русской словесности, которое называютъ „руссофильскимъ" или „москвофильскимъ", но которое въ дѣйствительности есть „русскимъ". Що-бы онъ бралъ „рубли" и за „рубли" высказывалъ оныи взгляды, въ томъ даже при жизни упрекати его никто не смѣлъ. Даже самыи заѣлыи украинцы никогда ке отважились закидати ему „рублебраніе". Що онъ писалъ и чему онъ училъ, все тo проистекало изъ глубины его научныхъ познаній, изъ его убѣжденій и даже враждебная намъ русинамъ политика, которая въ „россійскомъ" языцѣ видитъ государственную измѣну, его,

203

Антонія Степановича, за „россійскіи" убѣжденія къ отвѣтственности привлекати не посмѣла. О. Антоній Степановичъ жилъ и умеръ яко „отъявленный россіянинъ".

Бл. п. Антоній Степановичъ замѣчателенъ еще по той причинѣ, що онъ свою глубокую и обширную ученость пріобрѣлъ собственнымъ трудомъ. Онъ не былъ на славныхъ университетахъ подъ руководствомъ славныхъ учителей. Онъ кончилъ только богословскій факультетъ, все же, що зналъ изъ высокихъ наукъ, пріобрѣлъ собственными силами изъ книжокъ, собственнымъ самостоятельнымъ трудомъ. Не смотря на то, у него были трезвыи, ясныи взгляды на весь міръ, на человѣческіи отношенія.

Касательно жизни бл. п. Антонія Степановича Петрушевича, то она была жизнью скромного ученого, обставленного книгами, не мѣшавшогося въ споры, колотни партій, народностей, и только изъ комнаты своей слѣдящого за событіями дня и оцѣнивающого ихъ безпристрастно.

Онъ родился 18 января 1821 г. въ Добрянахъ, стрыйского повѣта, отъ отца Степана, настоятеля прихода и стрыйского декана и матери Маріи, рожд. Кейзеръ. Первоначальную школу онъ кончилъ въ Стрыю гимназію въ Львовѣ, философическій курсъ (т. е. нынѣшній 7 и 8 классъ, тоже въ Львовѣ, богословскій факультетъ тоже въ Львовѣ въ 1841—1845 годахъ. Рукоположеніе въ іереи онъ получилъ въ 1847 г., послѣ чего былъ сотрудникомъ въ Перемышлѣ a затѣмъ взялъ его митрополитъ Михаилъ Левицкій за своего капеляна. Въ 1851 г. онъ былъ назначенъ консисторскимъ совѣтникомъ и нотаріусомъ митрополичьей консисторіи. Въ 1856 г. онъ получилъ приходъ Новицу калушского деканата, но не отлучался отъ митрополита, которого былъ дальше капеляномъ и головнымъ совѣтчикомъ.

Въ 1857 г. онъ былъ назначенъ почетнымъ крылошаниномъ ми~ трополичьяго собора, въ 1861 г. избрали eгo въ Калущинѣ депутатомъ сойма, въ концѣ того же 1861 г. онъ сталъ греміальнымъ каноникомъ митрополичьей консисторіи и съ оной поры постоянно жилъ въ Львовѣ. Въ 1873 г. его избрали депутатомъ вѣденского парламента.

Въ то время его научная слава была уже на столько упрочена, що академія наукъ въ Краковѣ избрала его своимъ членомъ, a правительство назначило его консерваторомъ, то есть хранителемъ русскихъ историческихъ письменныхъ памятниковъ въ Галичинѣ. И другіи ученыи общества, особенно русскіи заграничныи почтили eгo именованіемъ своимъ членомъ.

Покойный живо интересовался нашею народною жизнью, особенно же Обществомъ им. Михаила Качковского, которого онъ былъ пожизненнымъ и почетнымъ членомъ. Долшее время онъ былъ членомъ Центрального Выдѣла, пока старческая немощь не заставила eгo просити объ освобожденіи отъ той должности.

Наша Прикарпатская Русь всегда съ благовѣніемъ будетъ относитися къ памяти его, яко одному изъ первѣйшихъ своихъ свѣтилъ, указавшему ей дорогу, по которой она должна ити, примѣнительно къ Божьему опредѣленію. Когда завѣты eгo будутъ исполнены и та Прикарпатская Русь окрѣпнетъ духовно и матеріально, она несомнѣнно воздвигнетъ подобающій памятникъ своему духовному отцу, своему первому учителю-благодѣтелю. Та Русь еще при жизни нѣсколькратно заявляла ему свою призкательность и благодареніе. Она торжественно праздновала въ eгo честь ювилеи его научной дѣятельности. Дай Богъ, абы завѣты покойного состоялись достояніемъ всего нашего народа и вошли въ плоть и кровь всѣхъ слоевъ его! То будетъ найлучшимъ памятникомъ для cero величайшого галицко-русского патріота !


Украинские Страницы, http://www.ukrstor.com/
История национального движения Украины 1800-1920ые годы.