Малорусская Народная Историческая Библиотечка
история национального движения Украины 
Главная Движения Регионы Вопросы Деятели
Смотрите также разделы:
     Деятели --> Толочко, Петр Петрович (Публицистика)

"Несповiдимi путi Украiни"

144

«Я считаю себя интеллектуальным оппозиционером»

(Із бесіди кореспондентами газети «Столичные новости » Сергієм Вейгманом та Ольгою Лебедєбою)

Петр Петрович, в чем, на Ваш взгляд, заключаются достоинства и недостатки политической реформы?

В свое время эту реформу инициировала оппозиция — Мороз, Ющенко, Тимошенко и Симоненко считали, что президентская форма правления изжила себя. Причем коммунисты в принципе были не против ликвидации института президентской власти, а Мороз и остальные считали, что лучшая форма правления — парламентско-президентская, при которой президент является символом нации и государства, а реальная власть принадлежит Верховной Раде и Кабинету министров. В прошлом году Леонид Куч-

145

ма сказал: «Ладно, я согласен на изменение системы политической власти». К сожалению, вариант, предложенный Президентом, не устраивает не только оппозицию, но и большинство... Тот же двухпалатный парламент был неудачной идеей. Президент правильно сделал, что исключил эту норму из своего законопроекта. Считаю, что ввести его не позволяло деление страны по административно-территориальному принципу. Я, например, предлагал создать десять—одиннадцать земель согласно историческому районированию Украины по принципу расселения древних славян — Сиверию, Полесье, Галичину, Подолье, Слобожанщину — и выбирать местные правительства и парламенты, на базе которых, в свою очередь, создается высшая палата парламента. А пока губернаторы назначаются Президентом, создавать вторую палату парламента из людей, напрямую подчиняющихся главе государства, — нонсенс! Но меня смущает то, что сегодня оппозиция уже не настаивает на реформе системы власти... Каждый из оппозиционеров уже видит себя потенциальным президентом, а ведь пост без полномочий не так уж и привлекателен. «Это Кучму нужно было ограничить, а когда я приду к власти, меня ограничивать не надо», — на мой взгляд, именно так думают Ющенко, Мороз и Тимошенко. И поэтому вокруг этой проблемы такой нездоровый ажиотаж, а оппозиция говорит, что власть делает все, для того чтобы ее обмануть... Кстати, я не уверен, что Ющенко победит — это не так однозначно, как, возможно, нам кажется сегодня...

Депутаты обсуждают предложение Леонида Кучмы о проведении выборов в парламент одновременно с президентской кампанией. Как Вам кажется, приемлем ли такой вариант для Украины?

Лично мне больше импонирует вариант урезания срока пребывания у власти народных депутатов, чем продления президентских полномочий. Таким образом, через полтора года, когда закончится срок пребывания у власти нынешнего Президента, нужно будет избрать и нового главу государства, и новый парламент. С другой стороны, новый состав парламента может проголосовать за импичмент уже через год после совмещенных выборов... И что, в этом случае вновь начинать избирательную кампанию? Так что, на мой взгляд, это предложение не является панацеей. Мне кажется, после окончания срока полномочий Леонида Кучмы в октябре следующего года мы должны избрать нового президента, а парламенту следует продолжить работу в прежнем составе до истечения положенного срока.

Долгое время Вы были в оппозиции...

Я и сейчас считаю себя интеллектуальным оппозиционером. Для меня неприемлема баррикадная оппозиция. Мне кажется, что в двадцать первом веке «на вилах» выносить президента из кабинета

146

— это не метод. Вот закончится его срок — изберите из своей среды самого гениального и пусть он правит лучше своего предшественника. К сожалению, наша оппозиция еще не определилась с кандидатом на пост президента — один из оппозиционеров как-то сказал: «Ну вот, добьемся отставки Кучмы, а потом каждый сам по себе». Именно по этой причине я с ними и разошелся — мне кажется, это мелко и недостойно. Объединяться против кого-то для того чтобы потом снова каждый работал сам по себе — игра не стоит свеч!

Что стало причиной Вашего выхода из состава Блока Юлии Тимошенко?

Я разуверился в искренности Юлии Владимировны. Долго наблюдал, беседовал с ней, дискутировал, но все равно не поспевал за ее политическими зигзагами — то она с Лазаренко, то она от него отрекается; то требует импичмента Президента, то идет вице-премьером в его правительство и с ним сотрудничает, то она с Россией дружит, то вдруг говорит, что Россия чуть ли не главный враг нашей страны... Солидный политик не может так поступать... Как я ни пытался, мне не удалось найти с ней общего языка. Юлия Тимошенко — женщина яркая, но ей слишком нравится эпатаж, выступления на митингах, борьба...

Как Вы считаете, Тимошенко выдвинет свою кандидатуру на президентских выборах?

Зная ее натуру, могу сказать, что если она этого и не сделает, то наступит на горло собственной песне. Она хотела баллотироваться еще в 1999 году, но тогда мы ей рекомендовали не торопиться. К тому же коррективы в действия оппозиции вносятся не только в Украине, но и за ее пределами — лидеры оппозиции ездят в другие страны, там обещают помощь. К примеру, возвращается один из видных оппозиционеров из Берлина и говорит, что если мы будем вести себя хорошо, то нам, возможно, и денежек дадут. Здесь многое будет зависеть от мнения так называемых «политических наставников» — если они скажут, что баллотироваться должен только Ющенко и больше никто, то остальные, наверное, смирятся, и Юлия Владимировна в том числе.

Кого Вы имеет в виду, говоря о «наставниках?

Мне трудно персонифицировать этих наставников. Но я знаю, что лидеры нашей оппозиции регулярно бывают в Лондоне, Брюсселе, Вашингтоне и их действия в значительной мере зависят от мнения политических кураторов за пределами Украины. Не секрет, что на одного из наших политиков оказывается большое влияние из-за океана...

Почему акции оппозиции, намеченные на тридцать первое мая так и не состоялись?

Я думаю, что одна из наиболее важных причин — отсутствие свежих идей. Чего ради люди должны идти на баррикады? Рань-

147

ше говорили, что нужна реформа системы власти, а Президент-ретроград этому мешает. Сегодня так уже не скажешь, потому что все знают, что Кучма согласился, — пусть у него одно видение, у кого-то другое, но он дал добро. Кроме того, организация демонстраций требует больших расходов. Когда я был у себя на родине, в Переяславе-Хмельницком, ко мне подходили женщины и говорили: «Скажите руководству «Батьківщини», пусть с нами расплатятся — мы ведь ездили, стояли, мерзли...» Думаю, эти обманутые переяславские женщины уже никогда не придут на акции оппозиции. Если вывести на улицу пятьсот человек, это ничего не даст, а если десять—двадцать тысяч, то для этого нужны огромные деньги. На демонстрации людей привозят со всей Украины, а это расходы на транспорт, суточные и так далее. Кроме того, приближаются выборы, и политики думают, что эти же деньги могут понадобиться для более важных дел. Поэтому демонстрации и отменили. По существу, этим были шокированы все, даже большинство — ведь ждали, что свершится что-то такое, что потрясет основы, а ничего не произошло.

На что оппозиционеры могли бы потратить сэкономленные деньги: российских политтехнологов они приглашать не собираются, на массовых акциях экономят...

Думаю, они копят на президентскую кампанию.

Насколько часто Вам удается реализовывать свои замыслы в парламенте?

Верховная Рада совершенно не похожа на Академию наук. Когда я пришел в парламент, у меня были иллюзии, что мы сможем как-то облагородить этот орган власти. К сожалению, ничего не получается. Люди, которые могли бы сказать что-то по-настоящему важное, молчат, ведь пробиться к трибуне через излишне активных депутатов-бойцов совершенно невозможно. Среди народных избранников встречаются «специалисты по всем вопросам». К примеру, обсуждается какая-нибудь экономическая проблема: я не экономист и не стану давать рекомендации, как вытягивать страну из ямы. Но если обсуждаются гуманитарные вопросы — извините, здесь к моему мнению стоит прислушаться! При этом постоянно находятся абсолютно некомпетентные желающие высказать свое мнение... Правда, в комитетах, где готовятся все законопроекты, обстановка более рабочая...

В Верховной Раде Вы неоднократно говорили о бедственном положении архивов и библиотек...

Как член парламентского комитета по воросам науки и образования могу сказать, что наши архивы находятся в ужасном состоянии: нет приспособленных помещений, большая часть практически не разобрана, не компьютеризирована. Заметьте, речь

148

идет о коллективной памяти нашей страны! Мы очень болезненно реагируем, если какая-то бумажка «уезжает» из Украины в Москву, забывая при этом, что наши хранилища просто пропадают, горят и разворовываются — достаточно вспомнить недавний пожар в Каменец-Подольском архиве. Можно упомянуть и о так называемой «черной археологии» — несанкционированных и грабительских раскопках. Вот уже три года я веду дискуссии со своими оппонентами, и никто не хочет всерьез заняться решением этого вопроса. Чиновники от культуры утверждают, что закон об охране археологического наследия нам не нужен, а тем временем «черные археологи» торгуют нашим национальным достоянием. Государство у нас аморфное — никто ни за что не отвечает. Мы знаем, что должен делать сосед, но при этом не хотим исполнять собственные обязанности. Для примера возьмем все ту же Юлию Тимошенко. Если она виновата в чем-то, предъявите доказательства и накажите по закону, если не виновата, прекратите ее преследовать! В нормальном государстве такого не бывает...

Насколько нам известно, прежде чем объявить о 1500-летии Киева, Щербицкий советовался с Вами...

Прежде всего, Владимир Васильевич советовался с академиком Рыбаковым. Я готовил научное обоснование о времени возникновения Киева. В 1982 году мы отметили полуторатысячный юбилей, а сейчас многим кажется, что продешевили — можно было отпраздновать 2000 или 2500 лет. Некоторые «сознательные украинцы» говорят, что «мало дали» и потому, что Толочко не патриот. Если честно, тот юбилей мы праздновали действительно с большой натяжкой. По большому счету, и полторы тысячи лет для Киева — это много. Ничего нового за двадцать лет не произошло — мы не нашли новых источников, которые бы свидетельствовали о более раннем основании Киева. Почему праздновали тогда? Владимир Васильевич Щербицкий, да и все остальные говорили: «Давайте отпразднуем при нашей жизни, а потом наследники пусть решают, что еще придумать». Но это была чисто политическая, а не научная акция. Время от времени людям и такое нужно — ведь мы празднуем дни рождения. Вот после 1982 года учредили День Киева. А ваш брат-журналист иногда такие фразы пишет... «Одного погожого травневого дня 482 року на київських горах почали зводити наше місто...»

Сегодня и менее круглые даты отмечаются с размахом...

Конечно, мы ведь поставили на конвейер восстановление храмов. Воссоздана церковь Богородицы Пирогощи, Михайловский Златоверхий, Успенский собор, подбираются к Десятинной церкви... Хорошего в этом мало, потому что сама идея восстановления памятников девальвируется. Реконструировать следу-

149

ет только то, без чего действительно невозможно представить, себе Киев. Кроме того, если в Успенском соборе, к примеру, сохранились фрагменты кладки, чертежи, рисунки, благодаря которым стало возможным восстановление храма, то о том, как выглядела Десятинная церковь, никто не имеет ни малейшего представления. Даже при наличии десятка графических реконструкций нельзя поручится, что именно такой она и была. Вместо того чтобы засучив рукава восстанавливать разрушенную экономику, сохранить дошедшие до нас памятники культуры, строим копии утраченных храмов. При этом полагаем, что это и есть наш высший долг. Замаливаем в этих храмах наши давние грехи и совершаем новые. Так мы, к сожалению, поступаем и в политике — каемся и грешим одновременно...

2003 р.


"Несповiдимi путi Украiни"

Украинские Страницы, http://www.ukrstor.com/
История национального движения Украины 1800-1920ые годы.