II. Украина гибнет? (Н.Греков,К.Деревянко,Г.Бобров. Тарас Шевченко - крестный отец украинского национализма) - Украинские Страницы
  Малорусская Народная Историческая Библиотечка
история национального движения Украины 
Главная Движения Регионы Вопросы Деятели
Смотрите также разделы:
     Деятели --> Шевченко,Тарас Григорьевич (Жизнеописания)
"Н.Греков,К.Деревянко,Г.Бобров. Тарас Шевченко - крестный отец украинского национализма"

II. Украина гибнет?

   Какие могут быть сомнения! Ведь об этой гибели Шевченко твердил с самых первых своих поэтических опытов:
   Обідрана, сиротою,
   Понад Дніпром плаче;
   Тяжко-важко сиротині,
   А ніхто не бачить...
   Тільки ворог, що сміється...
   Смійся, лютий враже! (1839)
  
   Странно только одно: почему-то этого никто не видит. И кто этот враг? Врага искать недолго. Он всегда под рукой. Как, например, в этом же стихотворении:
   ... Московщина,
   Кругом чужі люде.
   ... Насміються на псалом той,
   Що виллю сльозами;
   Насміються... Тяжко, батьку,
   Жити з ворогами!
  
   Кобзарь спрашивает Украину:
   Світе тихий, краю милий,
   Моя Україно!
   За що тебе сплюндровано,
   За що, мамо, гинеш? (1843)
  
   А она ему отвечает (правда, мужским голосом):
   Степи мої запродані
   Жидові, німоті,
   Сини мої на чужині,
   На чужій роботі,
   Дніпро, брат мій, висихає,
   Мене покидає,
   І могили мої милі
   Москаль розриває...
  
   Всем на Украине хорошо известно: если в Днепре нет воды, значит выпили...Кто? Правильно: москали. И еще немцы: "Був я уторік на Україні, скрізь був й все плакав: сплюндрували нашу Україну катової віри німота з москалями -- бодай вони переказилися." (1844)
   Итак, немцы и русские довели сироту Украину до ручки, а бедного поэта -- до слез. Но иногда слезы высыхали и он позволял себе расслабиться. Так, в 1843 году, находясь на Украине, он вошел в "товариство мочемордів". Председателем у них был отставной ротмистр Виктор Закревский, помещик и владелец крепостных душ. Он имел титул "высокопьянейшество" и псевдоним "Віктор Мочеморденко", а в виде знака отличия носил через плечо большой штоф. Шевченко писал собутыльнику: "Мене оце аж трясця затрясла, як прочитав твою цидулу. Чого б ми оце з тобою не сотворили! Та ба! У мене тепер така суха морда, що аж сумно... Намочи, серце, морду, та намочи не так, чорт-зна як, а так, як треба. Та пом'яни во Псалмі Бахусові щиро жреця спиртуозностей Т. Шевченка. ... Прощай, голубчику, нехай тобі Бахус помага тричі по тричі морду намочить. Амінь. Нудьгою і недугом битий Т.Ш."
   На трезвую голову Шевченко мог пообщаться с украинской и русской аристократией (например, побывать на балу). Княжна Варвара Репнина описала в своей автобиографической повести Закревского как болтуна и пьяницу, который уводит Шевченко "с пути благородного труда на истоптанную и грязную тропинку низких утех". Повесть заканчивается выражением веры в небесную награду за страдания на земле. Прочитав повесть, Шевченко отвечает религиозной княжне в унисон: "Я, как мастер, выученный, не горем, а чем-то страшнее, рассказываю себя людям, но рассказать вам то чувство, которым я теперь живу, все мое горе - мастерство бессильно и ничтожно. Я страдал, открывался людям, как братьям, и молил униженно одной хотя холодной слезы за море слез кровавых - и никто не капнул ни одной целебной росинки в запекшиеся уста. (В 1852 году он писал об этом времени: "В добре та счастии, бывало, на собаку кинеш, а влучиш друга або великого приятеля"). Я застонал, как в кольцах удава, "Он очень хорошо стонет, -- сказали они, --
   И свет погас в душе разбитой!
   О бедный я и малодушный человек! Девушка, простая девушка (камни бы застонали и кровью потекли, когда бы они услышали вопль этой простой девушки); но она молчит, а я, о господи! удесятери мои муки, но не отнимай надежды на часы и слезы, которые ты мне ниспослал чрез своего ангела! О добрый ангел! молюсь и плачу перед тобою, ты утвердил во мне веру в существование святых на земле!"
   Вот что значит мастер художественного слова! Он так же убедительно пишет религиозной княжне, как за 2 недели до того писал Закревскому (см. выше), а 2 месяца спустя - другому собутыльнику: "Ми, по Милості Господній, Гетьман, повеліваємо Вам - деркач в сраку, -- щоб Ви, Генеральний Обозний, прибули до нас сьогодня, коли можна, а не то завтра, у Безбуховку до Гетьмана Тараса Шевченко".
   Шутка гения. Так, пребывая на Украине в 1843 году, коротал великий кобзарь свободное от слез время. Через год, как мы видели, он вспоминал: "Скрізь був й все плакав: сплюндрували нашу Україну катової віри німота з москалями - бодай вони переказилися". Думается, в будущем шевченковеды установят: не в деревне ли Безбуховке родился замысел бессмертного "Якби ви знали паничі, де люди плачуть, живучи..." Ибо для таких людей, разумеется, первым делом - Украина, ну а девушки и мокрые пьяные морды - потом. Украина же стабильно гибнет:
   ... заснула Вкраїна,
   Бур'яном укрилась, цвіллю зацвіла,
   В калюжі, в болоті, серце прогноїла
   І в дупло холодне гадюк напустила,
   А дітям надію в степу оддала.
  
   ... Ти, моя Україно,
   Безталанна вдово...
  
   Латану свитину з каліки знімають,
   З шкурою знімають, бо нічим обуть
   Княжат недорослих; а он розпинають
   Вдову за подушне, а сина кують,
   Єдиного сина, єдину дитину,
   Єдину надію! в військо оддають!...
   ... а онде під тином
   Опухла дитина, голоднеє мре,
   А мати пшеницю на панщині жне.
   ... То покритка, попідтинню
   З байстрям шкандиба,
   Батько й мати одцурались,
   Й чужі не приймають!
   Старці навіть цураються!
   А панич не знає,
   З двадцятою, недоліток,
   Душі пропиває!
  
   ... Всі оглухли -- похилились
   В кайданах... байдуже... (1844)
   Уж не Виктор ли Закревский (он же "Мочеморденко", он же "высокопьянейшество") здесь имеется в виду? Это еще один вопрос к нашему шевченковедению.
   На Украине так плохо, что даже ведьма (правда, почему-то опять мужским голосом) заявляет:
   І я люта, а все-таки
   Того не зумію,
   Що москалі в Україні
   З козаками діють.
  
   Люди на Украине
  
   Кайданами міняються,
   Правдою торгують.
   І Господа зневажають, --
   Людей запрягають
   В тяжкі ярма. Орють лихо,
   Лихом засівають... (1845)
  
   Аж страх погано
   У тім хорошому селі:
   Чорніше чорної землі
   Блукають люди; повсихали
   Сади зелені, погнили
   Біленькі хати, повалялись,
   Стави бур'яном поросли,
   Село неначе погоріло,
   Неначе люди подуріли,
   Німі на панщину ідуть
   І діточок своїх ведуть!...
   І не в однім отім селі,
   А скрізь на славній Україні
   Людей у ярма запрягли
   Пани лукаві... Гинуть! Гинуть!
   У ярмах лицарські сини,
   А препоганії пани
   Жидам, братам своїм хорошим,
   Остатні продають штани...
  
   К врагам украинского народа, кроме немцев и русских, следует присоединить еще евреев. Тогда будет полный комплект для стереоскопического изображения украинской ситуации:
   Погано дуже, страх погано!
   В оцій пустині пропадать.
   А ще поганше на Украйні
   Дивитись, плакать - і мовчать! (1848)
  
   Украинская хата - средоточие всех бед:
   За що, не знаю, називають
   Хатину в гаї тихим раєм.
   ... Я не знаю,
   Чи єсть у Бога люте зло,
   Що б у тій хаті не жило?
   А хату раєм називають!
   Не називаю її раєм,
   Тії хатиночки у гаї...
   ... В тім гаю,
   У тій хатині, у раю,
   Я бачив пекло... Там неволя,
   Робота тяжкая, ніколи
   І помолитись не дають.
   ... Мені аж страшно, як згадаю
   Оту хатину край села!
   Такії, Боже наш, діла
   Ми творимо у нашім раї
   На праведній твоїй землі!
   Ми в раї пекло розвели,
   А в тебе другого благаєм... (1850)
  
   До конца жизни Шевченко не устает повторять:
   Ні тихої хатиночки
   В забутому краю,
   Ні тихої долиночки,
   Ні темного гаю;
   Ні дівчини молодої
   Й малої дитини
   Я не бачу щасливої...
   Все плаче, все гине!
   І рад би я сховатися,
   Але де - не знаю.
   Скрізь неправда, де не гляну,
   Скрізь Господа лають!... (1845; 1860)
  
   У самого-то все правда? Десятилетиями Украина без конца все гибнет и гибнет. Так может быть умирание - не единственное ее занятие? Может было и еще что-нибудь? Например:
   Садок вишневий коло хати,
   Хрущі над вишнями гудуть,
   Плугатарі з плугами йдуть,
   Співають, ідучи дівчата,
   А матері вечерять ждуть. (1847)
  
   Конечно, была и нормальная жизнь нормальных людей. Но об этом Шевченко говорил редко и неохотно. Его артистической натуре это было не интересно. Он этого не ценил. Это не соответствовало его революционному темпераменту (в переводе с греческого его имя означает "бунтарь"). Лишь изредка он немного остывал и тогда становился чуть более объективным. Так в трудную минуту вынужденного досуга он вспомнил и про "Садок вишневий коло хати", и про нормальную жизнь на свободе. Вспомнил и включил стихотворение в цикл "У казематі".
   Конечно, десятилетиями на Украине, кроме "классовой эксплуатации" и "национального гнета", шла еще обычная человеческая жизнь. Этим и объясняется такая парадоксальная ситуация:
   Тяжко-важко сиротині,
   А ніхто не бачить...
   .. Я, юродивий, на твоїх руїнах
   Марно сльози трачу, заснула Вкраїна...
  
   ... Тілько я, мов окаянний,
   І день, і ніч плачу
   На розпуттях велелюдних,
   І ніхто не бачить,
   І не бачить, і не знає -
   Оглухли, не чують...
  
   Все оглохли и ослепли. Кроме кобзаря. Он один, словно окаянный (эпитет этот происходит от имени Каина), все видит, все слышит и твердо знает: Украина гибнет.
   А в это же время бесчувственный Гоголь издает "Вечера на хуторе близ Диканьки". Пушкин писал: "Читатели наши, конечно помнят впечатление, произведенное над ними появлением "Вечеров на хуторе": все обрадовались этому живому описанию племени поющего и пляшущего, этим свежим картинам малороссийской природы, этой веселости, простодушной и вместе лукавой".
   Неуместная веселость. Гибнет Украина. Более того:
   І тут, і всюди - скрізь погано. (1860)
  
   Это последнее слово Тараса Шевченко: все плохо. И здесь, и везде. И раньше, и теперь. Кто же виноват? Шевченко не колеблется. Никаких вопросов. Одни ответы.
"Н.Греков,К.Деревянко,Г.Бобров. Тарас Шевченко - крестный отец украинского национализма"


Украинские Страницы, http://www.ukrstor.com/
История национального движения Украины 1800-1920ые годы.