Малорусская Народная Историческая Библиотечка
история национального движения Украины 
Главная Движения Регионы Вопросы Деятели
Смотрите также разделы:
     Регионы --> Галичина (Общие работы)
     Деятели --> Свистун, Филипп (Работы и статьи)
     Факсимиль материала на МНИБ

Свистунъ. Фил. И. — Прикарпатская Русь подъ владѣнiемъ Австрiи
1

Филипп Свистун

Прикарпатская Русь
подъ владѣнiемъ Австрiи.
Часть 2



(Изданiе О. А. Маркова.)


Львовъ.
Типографiя Ставропигiйского Института,
подъ управл. Пр. Пухира.
1896.

2

3

IX. Правительственная система Шварценбергъ-Баха и ея отношенiе къ русскому народу.

Императорскимъ повелѣніемъ отъ 31 декабря 1851 г. была устранена конституція отъ 4 марта 1849 г., которая и безъ того оставалась на паперѣ, не будучи приведенною въ дѣйствіе. Абсолютизмъ былъ объявленъ единственною формою правленія въ государствѣ. Виновникомъ перемѣны государственного устройства Австріи считали президента министровъ, кн. Шварценберга, который разомъ съ нѣкоторыми приближенными къ двору лицами видѣлъ въ конституціи начало, розлагающее государство и лишь отъ крѣпкой центральной власти надѣялся предупрежденія переворотовъ, случившихся въ 1848 и 1849 гг. Шварценбергъ придалъ новому абсолютизму направленіе, которое розвили другіи государственныи дѣятели Австріи. По его мнѣнію государственную идею должны осуществляти чиновники, люди рѣшительныи и энергическіи. Свойства, требуемыи отъ нихъ, заключались въ трехъ словахъ: Schneidigkeit (смѣлая холоднокровная рѣшительность), Starke Hand (сильная рука) и Brauchbarkeit (способность исполнити порученное дѣло). Нравственная сторона

4

такихъ людей не принималась въ розсчетъ {Krones: Geschichte der Neuzeit Oesterr. стр. 745}.

Новое правленіе имѣло быти вообще правленіемъ сильной руки. Принципы его были изложены въ брошурѣ {Erinnerungen eineB Soldaten. Wien 1860}, появившейся въ 1850 г. и, по всеобщему мнѣнію, составленной въ императорской генеральной адъютантурѣ.

Кн. Шварценбергъ умеръ вскорѣ послѣ провозглашенія абсолютизма, 3 апрѣля 1852 г., и его преемникомъ въ характерѣ министра иностранныхъ дѣлъ сталъ гр. Буоль-Шауэнштайнъ, не производившій большого вліянія на внутренніи дѣла государства. Исполнителемъ предначертаній Шварценберга сдѣлался министръ внутреннихъ дѣлъ Бахъ, остававшійся въ томъ чинѣ съ поры болѣзни Стадіона (въ 1849 г.) — человѣкъ мѣщанского происхожденія, но весьма трудолюбивый, гибкій и готовый примѣнитись къ всякому образу дѣйствія. Кромѣ него остались вліятельными лицами генералъ-адъютантъ Гринне и гр. Бомбель. Новая форма правленія нуждалась въ новомъ учрежденіи: въ 1852 г. введена была государственная жандармерія съ широкими полномочіями и полицейскими обязанностями, которой шефъ Кемпенъ фонъ Фихтенштамъ, якобы министръ полиціи,

5

вошолъ въ составъ министерского совѣта. Правою рукою Баха былъ его секційный шефъ Іосифъ Этль, занимавшій нѣкогда при Стадіонѣ выдающееся мѣсто въ львовской губерніи.

Баха, яко недворянина, взбившогося на становище управителя государства, презирала австрійская аристократія. Она противна была также новой абсолютной системѣ, сокращавшей ея феодальныи права, и въ томъ отношеніи поступала заодно съ консервативною партіею Угорщины, возобновившеюся послѣ погрома 1849 г., порицавшею послѣдній мятежъ, выставлявшею на видъ свой австрійскій патріотизмъ, но требовавшею при томъ возвращенія конституційныхъ правъ для Угорщины. Щобы задобрити аристократію и дворянскихъ консерватистовъ, Бахъ прикааалъ подвѣдомственнымъ чинамъ при отмѣнѣ сервитутовъ обращати вниманіе на выгоды помѣщиковъ. Однако даже тою мѣрою не успѣлъ онъ пріобрѣсти благоволеніе консервативной партіи.

Въ 1853 — 1854 гг. изготовилъ Бахъ планъ нового политического и судебного устройства государства, который тотчасъ введенъ былъ въ дѣйствіе. Возлѣ императора, росполагавшого неограниченною законодательною и псполнительною властью, станулъ государственный совѣтъ (Reichsrath), состоявшій изъ членовъ назначенныхъ императоромъ и имѣвшій, по постановленію отъ 20 августа 1850 г.,

6

помогати правительству въ дѣлахъ законодательства и управленія. Угорщина была превращена въ австрійскую провинцію съ политическимъ и судебнымъ устройствомъ по образцу другихъ провинцій. Въ Галичинѣ новое политическое устройство введено было въ 1854 г. Та провинція, примѣнительно къ желанію русского народа и въ цѣли ослабленія польской стихіи, была роздѣлена на двѣ администраційныи области: львовскую и краковскую. Начальникомъ послѣдней былъ назначенъ Францъ гр. Меркандинъ съ титуломъ краевого президента, однако въ зависимости отъ львовского намѣстника. Прежній роздѣлъ Галичины на округи (Kreise) остался неизмѣненнымъ. Начальники ихъ имѣли чинъ губернскихъ и придворныхъ совѣтниковъ. Рѣшеніемъ отъ 29 мая 1854 г. былъ черновецкій округъ, подъ названіемъ княжества Буковины, устроенъ яко самостоятельная провинція. Округи были подѣлены на повѣты (Bezirke). Всѣхъ повѣтовъ было въ Галичииѣ 176; во главѣ ихъ станули повѣтовыи начальники (Bezirksvorsteher) яко управители политической и судебной администраціи повѣта. Повѣтовое управленіе состояло изъ трехъ отдѣленій: политического, финансового и судебного. Повѣтовый судъ рѣшалъ въ поменьшихъ дѣлахъ, такъ крестьянъ, якъ и мѣщанъ и помѣщиковъ. Съ установленіемъ повѣтовыхъ управленій прекратили свое существованіе мандаторскіи суды для кре-

7

стьянъ и городскіи для мѣщанъ. Еще въ 1849 г. были введены для карныхъ дѣлъ и важнѣйшихъ цивильныхъ процесовъ окружныи и краевыи суды, а кромѣ того, яко третья инстанція, найвысшая судебная и касаційная палата въ Вѣднѣ. Изъ конституційныхъ правъ 1848 и 1849 гг. правительство задержало лишь принципъ ровенства всѣхъ гражданъ предъ законами, уничтоженіе всѣхъ крѣпостныхъ связей и свободу всѣхъ государствомъ признанныхъ вѣроисповѣданій. Та свобода касалась протестантовъ, православныхъ и евреевъ, но не нѣмецкихъ католиковъ — отступившихъ отъ римской церкви въ 1844 г., не считавшихъ папу намѣстникомъ Іисуса Христа на землѣ и выступавшихъ противъ безбрачія духовенства, латинского языка въ богослуженіи, католической формы причащанія и прч. Въ дѣлѣ мѣшанныхъ супружествъ были протестанты и православныи подвѣдомственны католическимъ духовнымъ судамъ. Явность суда, суды присяжныхъ и свобода печати были устранены.

Львовская губернія объявила 30 декабря 1814 г, що помѣщичьи имѣнія могутъ покупати лишь магнаты, рыцари (шляхта) и мѣщане города Львова. Въ 1818 г. позволено было христіанамъ вообще покупати фундушевыи (церковныи, благотворительныхъ учрежденій) и камеральныи помѣстья безъ всякого ограниченія. Евреи закономъ отъ 29 марта

8

1793 г. были исключены отъ права, владѣти помѣстьями, если они ихъ не пріобрѣли предъ 1793 г. Закономъ огъ 4марта 1849 г. каждый австрійскій гражданинъ, не смотря на его вѣроисповѣданіе и общественное становище, могъ владѣти помѣстьями. То право обязывало также послѣ устраненія конституціи, однако отъ него были исключены евреи, которымъ законъ отъ 2 октября 1853г. воспретилъ покупати и владѣти помѣстьями. Евреи чувствовали себе обижеными такимъ ограниченіемъ ихъ гражданскихъ правъ и съ той причины стали также поборивати правительственную систему, а такъ якъ они уже тогда составляли финансовую силу, то ихъ агитація могла розсчитивати на успѣхъ.

Закономъ отъ 7 сентября 1848 г. было отмѣнено розличіе между помѣщичьею (доминикальною) и крестьянскою (рустикальною) землею. Вслѣдствіе устраненія власти помѣщика надъ крестьянами явилась необходимость опять устроивати громаду. Въ 1849 г., закономъ отъ 17 марта, былъ начертанъ планъ нового устройства громады, однако не введенъ въ дѣйствіе. Правительство, вмѣсто него, постановленіями отъ 31 декабря 1851 г. и 19 января 1853 г. изготовило новый проектъ, послѣ которого устроились сельскіи и городскіи громады. Во главѣ ихъ станули свободно избранныи и правительственною политическою властью утвержденныи управы (рады

9

громадскіи и выдѣлы) подъ предводительствомъ начальника (войта, бурмистра) съ ограниченною властью, ибо ихъ опредѣленіемъ было, исполняти приказы повѣтовыхъ и окружныхъ начальниковъ, къ которымъ собственно принадлежала администрація и полиція въ громадахъ.

Вслѣдствіе нового устройства сельскихъ громадъ представился вопросъ, що сдѣлати съ прежнимъ помѣстьемъ (Grundherrschaft), считавшимся самостоятельною юридическою цѣлостью. Законъ отъ 31 декабря 1851 г. (§. 9) въ томъ отношеніи постановилъ слѣдующее: „При устройствѣ новыхъ сельскихъ громадъ могутъ доминіи (помѣстья) быти выдѣлены изъ связи съ сельскою громадою подъ условіями, которыи опредѣлитъ законъ отдѣльно для каждой провинціи, и поставлены непосредственно подъ власть повѣтового вѣдомства (Bezirksamets); въ той цѣли можетъ нѣсколько помѣстій соединятись въ одно цѣлое."

Примѣнительно къ закону отъ 1851 г. вышли правительственныи роспоряженія: для львовской области отъ 10 мая 1856 г., для краковской отъ 25 августа 1856 г., въ силу которыхъ помѣстья, на желаніе ихъ собственниковъ, могли быти выдѣлены изъ новой громады и составляти для себе отдѣльную административную единицу подъ начальствомъ самого же помѣщика или назначенного нимъ лица, утвержденныхъ въ томъ званіи правительственною властью и съ та-

10

кимъ же кругомъ дѣйствія, якъ начальникъ сельской громады. Нѣсколько помѣщиковъ могло соединитись въ одну громаду. Если помѣстье было собственностью нѣсколькихъ владѣльцевъ, тогда они выбирали одного изъ своей среды начальникомъ. Если помѣщикъ не объявилъ желанія составляти для себе отдѣльную громаду, то онъ считался принадлежащимъ къ сельской громадѣ.

Лишь помѣстья архикнязя Альбрехта въ живецкомъ и бѣльскомъ повѣтахъ (въ западной Галичинѣ) вошли въ составъ сельскихъ громадъ, всѣ же прочіи помѣщики объявили желаніе не принадлежати къ сельскимъ громадамъ. Польская шляхта, опасаясь демократизаціи, отдѣлилась даже въ мазурской части Галичины отъ собственного народа.

Правительство примѣнило опять въ цѣломъ государствѣ систему германизаціи. Во всѣхъ вѣдомствахъ и судахъ дѣловодство происходило на нѣмецкомъ языцѣ. Въ восточной Галичинѣ въ среднихъ учебныхъ заведеніяхъ безпрерывно, не смотря на конституційное время, учили по-нѣмецки. Въ западной Галичинѣ, на основаніи роспоряженія отъ 12 сентября 1850 г., преподавали въ низшихъ гимназіяхъ математику, въ высшей математику и естествознаніе на польскомъ языцѣ. Однако и то ограниченное преимущество польского языка было отмѣнено роспоряженіемъ отъ 22 сентября 1854

11

г., приказавшимъ названныи предметы преподавати по-нѣмецки.

Пошлинная граница между Австріею и Угорщиною, существовавшая съ начала 18 вѣка, была устранена 1 октября 1849 г. и закономъ отъ 29 ноября 1849 г. была введена въ Угорщинѣ табачная монополія. Закономъ отъ 2 марта 1853 г. было для Угорщины опредѣлено вознагражденіе за устраненіе крѣпостныхъ повинностей, закономъ же отъ 6 апрѣля 1854 г. введена была австрійская администрація и австрійское судопроизводство съ нѣмецкимъ языкомъ во всѣхъ угорскихъ земляхъ. Вслѣдствіе того прекратили свое существованіе суды помѣщиковъ надъ крестьянами. Найвысшою судебною инстанціею для Угорщины сталась найвысшая судебная и касаційная палата въ Вѣднѣ. Въ характерѣ апелацій были въ Угорщинѣ, ровно якъ и въ Австріи, введены высшіи краевыи суды. Русская часть Угорщины принадлежала къ высшему краевому суду въ Прешовѣ. Семиградъ былъ переустроенъ въ отдѣльную провинцію, Угорщина же для политической администраціи подѣлена на пять дистриктовъ, во главѣ которыхъ станули дистриктовыи наджупаны. Угорская Русь вошла въ составъ кошицкого дистрикта.

Правительство Шварценберга и Баха задумало привыти новую правительетвенную систему у населенія при помощи школы и католической церкви. Въ школь-

12

ной области новое правительство меньше обращало вниманія на народныи училища, чѣмъ на средніи учебныи заведенія и универснтеты, изъ которыхъ выходили люди, придававшіи направленіе общественной жизни. Въ 1849 и 1850 гг. были переустроены гимназіи и университеты. Гимназіи получили восемь, вмѣсто прежнихъ шесть, класовъ и такъ якъ лицеи были устранены, то ихъ задачею было непосредственно приготовляти молодежь для университетовъ. Въ гимназіяхъ введены были реальныи предметы, якъ естествознаніе и физика; объемъ математики и исторіи росширенъ; древне-греческій языкъ и его литература сдѣлались предметами основнѣйшого изученія. Кончившій гимназію и желавшій поступити въ университетъ долженъ былъ подвергнутись испытанію зрѣлости по всѣмъ предметамъ, преподаваемымъ въ гимназіи. Новый учебный планъ для гимназій и реальныхъ училищъ требовалъ съ одной стороны гуманного обращенія съ молодежью, нравственного вліянія со стороны учителей на образъ мыслей и поведеніе учениковъ и примѣненія въ методѣ обученія новѣйшихъ дидактическихъ пріемовъ, основанныхъ на психологіи и философІи, особенно же философІи Гербарта — съ другой стороны сей планъ предписывалъ учителямъ, ставити при экзаменахъ строгіи требованія и лишь такихъ учениковъ пускати въ высшій класъ или университетъ, которыи усвоили себѣ всѣ

13

обнятыи учебнымъ планомъ свѣдѣнія и отличались отвѣтною способностью формального (логического) мышленія. Ученикъ, не удовлетворившій въ одномъ предметѣ тому требованію, не могъ поступати въ высшій класъ. Такъ якъ для нововведенныхъ математически-естественныхъ предметовъ не было отвѣтно приготовленныхъ учителей и отъ учениковъ требовалось больше, чѣмъ прежде, свѣдѣній, то новый учебный планъ австрійскихъ гимназій встрѣтилъ всеобщее негодованіе, которое еще усилилось вслѣдствіе нѣмецкого преподавательного языка. Для управленія гимназій и реальныхъ училищъ были установлены спеціальныи чиновники, школьныи инспекторы, смотрѣвшіи за педагогическою и дидактическою дѣятельностью учителей. Для западной Галичины и Силезіи былъ назначенъ такимъ инспекторомъ Андрей Вильгельмъ, человѣкъ съ теоретическими свѣдѣніями на поприщѣ воспитанія, инспекторомъ же середнихъ учебныхъ заведеній для восточной Галичины состоялъ Евсевій Черкавскій, человѣкъ русского происхожденія, не отличавшійся основнѣйшими педагогическими знаніями, но имѣвшій свойства, считавшіися тогда необходимыми для высшого чиновника, т. е. Schneidigkeit, starke Hand и Brauchbarkeit. Онъ настаивалъ на строгомъ исполненіи предписаній школьной системы, и вслѣдствіе того ученики восточно-галицкихъ гимназій въ громад-

14

номъ количествѣ отправлялись въ Угорщину, щобы тамъ кончити гимназію и держати экзаменъ зрѣлости.

До 1849 г. одинъ учитель обучалъ всѣмъ предметамъ своего класа, за изъятіемъ религіи, для которой при каждомъ среднемъ учебномъ заведеніи былъ спеціальный священникъ латинского вѣроисповѣданія въ характерѣ законоучителя. Такъ якъ при новомъ учебномъ планѣ одинъ учитель не могъ росполагати всѣма требуемыми свѣдѣніями, то были установлены для поодинокихъ групъ предметовъ фаховыи учители (класическіи филологи, учители нѣмецкого языка, географіи и исторіи, естествовѣдѣнія, математики и физики). Въ западной Галичинѣ должны были ученики среднихъ учебныхъ заведеній учитись также польскому языку, въ восточной русскому. По настоянію губернатора гр. Агенора Голуховского, въ восточной Галичинѣ съ 1856 г. могли ученики вмѣсто русского избрати себѣ польскій языкъ, но во всякомъ случаѣ обязаны были учитись одному изъ нихъ. Новый организаційный планъ возложилъ большую половину педагогического и дидактического управленія средняго учебного заведенія на собраніе учителей (конференцію учителей), ибо не можно было предполагати, дабы одно лице — директоръ — росполагало свѣдѣніями по всѣмъ отраслямъ наукъ. По закону отъ 6 апрѣля 1848 г. должна была учительская конференція подъ пред-

15

водительствомъ директора даже цѣлымъ заведеніемъ управляти — но впослѣдствіи права ея были ограничены въ пользу директора.

Австрійскіи университеты были нѣсколькими роспоряженіями, изъ которыхъ важнѣйшее было отъ 1 октября 1850 г., переустроены по образцу нѣмецкихъ университетовъ — на принципѣ свободного образованія и ученія. Яко цѣль поставлено имъ розвивати науку и приготовляти молодежь для высшихъ государственныхъ и общественныхъ званій. Преподаватель (професоръ ординарный, экстра ординарный, доцентъ) не былъ связанъ ніякими предписаніями въ выборѣ преподавательного матеріала, но долженъ былъ примѣнятись къ требованіямъ науки и цѣлямъ университетовъ, яко учрежденій, приспособляюшихъ молодежъ къ государственнымъ, общественнымъ и церковнымъ должностямъ. Университеты задержали свой прежній подѣлъ на факультеты: богословскій, юридическій, философскій и медицинскій.

Рѣдко который изъ преподавателей провѣрялъ посредствомъ чтенія каталога правильное посѣщеніе лекцій со стороны студентовъ, вслѣдствіе того свобода университетского ученія повлекла за собою дурныи послѣдствія. Студентъ юридического или философского факультета не являлся иногда цѣлый семестръ на лекціяхъ, но не смотря на то, если онъ лишь заплатилъ научное (Collegiengeld),

16

получалъ отъ преподавателя подтвержденіе въ посѣщеніи оныхъ, необходимое щобы быти допущеннымъ къ экзамену. Сшушателю юридического факультета приходилось легко изъ книгъ и списковъ преподаваній професоровъ приготовити себе къ экзамену и выдержати таковый даже въ томъ случаѣ, если онъ совершенно не посѣщалъ лекцій — но студенту философского факультета таковый испытъ приходился труднѣйше, медициніеру же былъ совершенно невозможный, если они правильно не посѣщали лекцій. Оттого весьма часто случалось, що студенты философского факультета съ своими экзаменами опозднялись или совершенно ихъ выдержати не были въ состояніи, медициньеры же, вмѣсто послѣ пяти лѣтъ университета, часто послѣ восьми, десяти и больше лѣтъ получали докторскій дипломъ — съ большими убытками для себе и для родителей, которыи принуждены были столько лѣтъ содерживати своихъ сыновъ на университетѣ.

Русская молодежь посѣщала университеты во Львовѣ, Краковѣ и Вѣднѣ — въ Угорщинѣ университетъ въ Пештѣ или юридическую академію въ Кошицахъ. У русскихъ священниковъ, мѣщанъ и крестьянъ — изъ которой-то среды происходила австро-русская университетская молодежь — было обыкновеніемъ, давати своему сыну содержаніе, якъ долго онъ былъ въ гимназіи, когда же онъ поступилъ въ университетъ, оставля-

17

ти его собственнымъ силамъ. При такихъ обстоятельствахъ австро-русская молодежь университетская жила въ крайней нуждѣ. Она содерживала себе уча другихъ, но такъ якъ съ 1848 г. польская шляхта и польское зажиточнѣйшее мѣщанство на всякого русского человѣка смотрѣло неприклонно, то и оный источникъ давалъ русскимъ студентамъ недостаточное содержаніе, ибо для нихъ, въ характерѣ домашнихъ учителей, открытъ былъ доступъ лишь въ домы меньше состоятельныхъ людей. Вслѣдствіе того русскіи студенты, теряя время на непоплатномъ домашнемъ учительствѣ, не могли правильно посѣщати университетскіи лекцій и заниматись наукою; сверхъ того они обыкновенно кончили университетъ съ розстроеннымъ здоровьемъ и лишались энергіи, необходимой для жизни. Въ выгоднѣйшемъ положеніи были воспитанники духовныхъ семинарій, пользовавшіися полнымъ содержаніемъ на державный счетъ. Многіи изъ нихъ слухали, кромѣ богословскихъ предметовъ, также лекцій на философскомъ факультетѣ и роспоряжали свободнымъ временемъ, необходимымъ для науки. Для того питомцы духовныхъ семинарій могли усвоити себѣ больше свѣдѣній и интересоватись литературою и явленіями общественной и политической жизни. Когда воспитанники новой учебной системы послѣ окончанія наукъ вступили на поприще общественной жизни, умственный перевѣсъ австро-

18

русского духовенства надъ соплеменною мірскою интелигенціею былъ всюда замѣчателенъ. Оно доставляло не только учителей для гимназіи, но и на политическомъ и литературномъ поприщахъ обнаружило превосходство надъ австро-русскою интелигенціею. Австро-русскіи литераторы и общественныи дѣятели 1860—1880 гг. были преимущеетвенно духовныи лица, да и силою характера австро-русское духовенство превзошло австро-русскую мірскую интелигенцію.

Новый учебный планъ для гимназій и реальныхъ училищъ влагалъ на учителей обязанность, вліяти также на нравственное воспитаніе молодежи. Вслѣдствіе того должны были учители смотрѣти за поведеніемъ учениковъ внѣ школы и посѣщати ихъ квартиры. Единственно родительскій домъ былъ изъятъ изъ того рода надзора. Однако настоятели смотрѣли по порученію властей не такъ за нравственнымъ поведеніемъ, якъ за тѣмъ, щобы между молодежью не было „политическихъ конспирацій". Вслѣдствіе того не только всякіи сходки, но и посѣщеніе другъ друга учениками подвергались осужденію. Та мѣра оказалась вредною для нравственности молодежи, ибо произвела между нею манію доносовъ и подорвала у ней чувство общинности, столь необходимое для позднѣйшей ея жизни. Мальчикъ, чувствуя себе обиженнымъ отъ другого мальчика, оклеветивалъ его передъ школьнымъ началь-

19

ствомъ, будто у него происходятъ сходки, въ чемъ, конечно, власть тотчасъ подозрѣвала политическую конспирацію, производя немедленно слѣдствіе, кончавшееся часто даже изгнаніемъ изъ школы посѣщавшихъ другъ друга. Такимъ образомъ изгнаны были изъ самборской гимназіи пять учениковъ семого класа, между ними позднѣйшій литераторъ Федоръ Заревичъ. Во Львовѣ въ 1858 г. были нѣкоторыи русскіи мальчики даже полиціею арестованы за мнимыи "политическіи конспираціи" приговорены къ нѣскольколѣтней тюрьмѣ.

Тотъ страхъ Баховской полиціи предъ политическими аспираціями школьныхъ мальчиковъ происходилъ оттого, що въ Германіи дѣйствительно университетскіи студенты (бурши) занимались національною и политическою агитаціею, но въ Галичинѣ того не замѣчалось даже у польской молодежи, не упоминая уже о русской, которая, вслѣдетвіе бѣдности своей, не могла промышляти ни о соціальныхъ, ни о національныхъ, или политическихъ вопросахъ. Университетскимъ студентамъ всякіи Общества были воспрещены.

Такъ якъ правительство прежде всего обращало вниманіе на гимназіи и университеты, яко заведенія, приготовлявшіи будущихъ чиновниковъ, учителей и священниковъ, то техническое образованіе осталось въ Галичинѣ въ пренебреженіи. Лишь львовское двокласное ре-

20

альное училище, существовавшее съ 1845 г., было переустроено въ 1856 г. въ шестикласную реальную школу. Низшіи трехкласныи реальныи училища были учреждены въ Бродахъ (1853 г.) и Снятинѣ (1857 г.). Преобразованная въ 1845 г. изъ реально-торговельного высшого учебного заведенія техническая академія во Львовѣ продолжала существовати въ своемъ прежнемъ видѣ.

Народныи училища остались съ своимъ прежнимъ устройствомъ. Для приготовленія нужного для нихъ персонала учителей существовали препарандіи въ Львовѣ, Тернополѣ и Ярославлѣ.

Устройство высшихъ учебныхъ заведеній въ Австріи было дѣломъ министра вѣроисповѣданій и просвѣщенія гр. Льва Туна, прежняго поборника славянской идеи, призвавшого себѣ въ помощь Энка, Экснера и Боница. Гр. Левъ Тунъ былъ аристократомъ и приверженцемъ римской церкви, которая теперь, при его содѣйствіи, пріобрѣла не маловажныи преимущества.

Движеніе 1848 г. не осталось безъ послѣдствій для католической церкви въ Австріи. Съ одной стороны католическое духовенство, подъ предводительствомъ своихъ епископовъ, вторячи всеобщему требованію свободы, стало домогатись свободы для католической церкви, т. е. устраненія Iосифинскихъ церковныхъ постановленій — съ другой стороны, съ поры вступленія на престолъ молодого

21

императора, среди лицъ, приближенныхъ къ двору и чиновничей іерархіи, стало утверждатись мнѣніе, що самымъ лучшимъ забороломъ противъ революціи есть католическая церковь. Конечно, нѣкоторыи лица изъ католического духовенства примкнули было къ національно-демократическому движенію 1848 г. Такъ директоръ духовной семинаріи въ Празѣ, Нагловскій, выступилъ съ планомъ устройства національной чешской церкви, съ народнымъ языкомъ въ богослуженіи, устраненіемъ безженства бѣлого духовенства, свободнымъ избираніемъ настоятелей приходовъ и епископовъ при участіи мірянъ; другій чехъ— Гавличекъ-Боровскій — хотѣлъ воскресити древній гуситизмъ. Но точно тѣ стремленія, подрывающіи католическую церковь, заставили епископовъ и правительство предприняти мѣры для скрѣпленія католического чувства среди населенія. Той мысли сочувствовалъ министръ Шварценбергъ, и по его порученію австрійскій посланникъ при папскомъ дворѣ гр. Морицъ Эстергази объявилъ 7 февраля 1849 г. папѣ Пію IX и его секретарю Антонелли, що вѣденьское правительство готово съ папскимъ престоломъ войти въ соглашеніе и признати католической церкви въ Австріи совершенную свободу. Вскорѣ затѣмъ созвалъ министръ Стадіонъ австрійскихъ католическихъ епископовъ на конференцію (31 марта 1849 г.), имѣвшую опре-

22

дѣлити становище католической церкви въ государствѣ. Одновременно розвинули католическіи Общества — св. Северина въ Вѣднѣ и св. Стефана въ Венгріи — неусыпную дѣятельность, и іезуиты подъ предводительствомъ Бекса, состоявшого съ 1847 г. прокураторомъ, съ 1851 г. провинціаломъ ордена для Австріи — посредствомъ мисій, печатныхъ произведеній и проповѣдей стали боротись за перевѣсъ католической церкви въ государственной жизни. Вслѣдствіе того поручилъ императоръ письмомъ отъ 2 декабря 1851 г. гр. Туну начати переговоры съ папою, для которыхъ уполномоченнымъ со стороны австрійского правительства назначенъ былъ (14 сентября 1852 г.) князь-епископъ секавскій Отмаръ Раушеръ. Переговоры кончились только въ 1855 г. и 13 ноября объявила вѣденьская правительственная газета содержаніе нового конкордата, съ прибавленіемъ императорскихъ словъ, що „интересъ государства требовалъ соглашенія католической церкви и ея божественныхъ законовъ съ правительствомъ и свободная церковь будетъ съ тѣхъ поръ сотрудницею правительства."

Въ силу оного кондордата, католическая церковь въ Австріи имѣла пользоватись всѣми правами и преимуществами, которыи опредѣляютъ для нея каноны, Placetum regium, право правительства на позволеніе обнародовляти папскіи буллы, устраняется; сношенія пап-

23

ского престола съ епископами, духовенствомъ и народомъ въ духовныхъ дѣлахъ не подвержены ніякой контролѣ со стороны державныхъ властей. Архіепископы и епископы пользуются свободою, исполняти все необходимое для управленія епархіями, примѣнительно къ предписаніямъ церкви и порученію папского престола. Обученіе католической молодежи въ школахъ должно происходити сообразно съ ученіемъ католической церкви; религійнымъ воспитаніемъ въ школахъ руководятъ исключительно епископы и никто безъ подтвержденія епископа не можетъ быти въ нихъ законоучителемъ. Въ среднихъ учебныхъ заведеніяхъ съ католическою молодежью могутъ быти учителями и настоятелями лишь лица католического вѣроисповѣданія, народныи же школы съ католическою молодежью отдаются подъ надзоръ церкви. Всѣ архіепископы, епископы и ихъ ординаріаты имѣютъ право указывати правительству на книги и другіи печатныи произведенія, вредныи для католической церкви и нравственности, которыхъ роспространіе должно воспретитись. Всѣ церковно-судебныи дѣла принадлежатъ къ церковному суду; епископы ямѣютъ право, сообразно съ законами церкви, карати духовныхъ лицъ. Епископы могутъ также всѣхъ исповѣдниковъ католической церкви, нарушающихъ церковныи постановленія и законы, подвергати церковной карѣ. Въ спорахъ о правѣ па-

24

троната рѣшаетъ церковный судъ; лишь если такій споръ касается наслѣдія, рѣшаетъ уже гражданскій судъ. Смотря на обстоятельства времени, позволяетъ папскій престолъ, дабы гражданскіи дѣла духовенства и преступленія нимъ карного закона судились гражданскимъ судомъ. Однако если духовное лице будетъ приговорено къ тюремному заключенію, то оно можетъ опредѣленную кару отбыти лишь въ духовной тюрьмѣ. Церковь освобождается отъ всякихъ податей и налоговъ, на сколько то будетъ возможно въ виду общей безопасности и требованій справедливости. Государственная власть беретъ католическую церковь въ свою опеку и будетъ старатись о томъ, дабы населеніе относилось къ ней съ должнымъ уваженіемъ и церковныи приговоры въ виду ней непослушныхъ священниковъ были иснолняемы. Управленіе епископскихъ семинарій принадлежитъ исключительно къ епископамъ; церковная власть можетъ производити роспредѣленіе существующихъ и учрежденіе новыхъ епархій. Императоръ предлагаетъ папѣ кандидатовъ на епископское достоинство, воспользовавшись совѣтомъ другихъ епископовъ. Митрополиты и епископы присягаютъ императору, предъ поступленіемъ въ свою должность, на вѣрность. Духовныи лица могутъ, сообразно съ церковными предписаніями, составляти завѣщанія касательно своего имѣнія. При всѣхъ митрополитальныхъ, архіепископ-

25

скихъ и суфраганныхъ капитулахъ папа назначаетъ первого капитульного достойника — прочихъ же императоръ. Вакантныи мѣста настоятелей приходовъ роздаются лишь послѣ публично объявленного соубѣгательства (конкурса), примѣнительно къ предписаніямъ тридентского собора. Если право наданія прихода (презенты) прислугуетъ приватному лицу, то оно выбираетъ на должность настоятеля прихода одного изъ трехъ кандитовъ, предлагаемыхъ епископомъ. Въ доказательетво особенного благоволенія надѣляетъ папа императора властью, назначати канониковъ и настоятелей приходовъ въ имѣніяхъ, принадлежащихъ вѣроисповѣдному или учебному фондамъ изъ числа трехъ кандидатовъ, предлагаемыхъ епископомъ. Монашескіи ордены, имѣющіи своихъ настоятелей въ Римѣ, могутъ безпрепятственно съ ними въ дѣлахъ ордена сообщатись; тѣ настоятели могутъ безпрепятственно предпринимати осмотръ своихъ монастырей. Архіепископы и епископы имѣютъ право, въ своихъ епархіяхъ, съ согласія правительства, вводити монашескіи ордены и конгрегаціи обоего пола. Католическая церковь имѣетъ право, пріобрѣтати законнымъ путемъ всякое движимое и недвижимое имущество; всякое церковное имущество считается неприкосновеннымъ, однако продавати или обременяти оное можно лишь за соизволеніемъ папы и императора. Имѣнія вѣроисповѣдного и учеб-

26

ного фондовъ считаются собственностью церкви. Доходъ вакантныхъ приходовъ и прочихъ бенефицій припадаетъ на долю вѣроисповѣдного фонда. Гдѣ десятина была устранена, тамъ священникъ получитъ вознагражденіе отъ правительства.

Движеніе, охватившее католическое духовенство Австріи, коснулось также уніатскихъ священниковъ Галичины, и они стали промышляти о своей судьбѣ. Для нихъ самымъ жизненнымъ вопросомъ были неудовлетворительныи матеріальныи отношенія, среди которыхъ они проживали. Латинское духовенство въ цѣлой державѣ, за малыми изъятіями, владѣя хуторами, помѣстьями и доходами розличныхъ фундацій, не знало нужды, но уніатское духовенство въ Австріи находилось въ трудной обстановцѣ. Якое розличіе существовало и существуетъ еще сегодня между римо-католическимъ и уніатскимъ духовенствомъ касательно оклада, видно н. пр. изъ того, що въ Галичинѣ латинскіи приходники Ярославля, Переворска, Тычина, Коросна и т. д. росполагаютъ большими доходами, нежели уніатскій перемышльскій епископъ; латинскіи приходники въ Коломыѣ, Станиславовѣ, Дрогобычѣ и прч. находятся въ выгоднѣйшемъ матеріальномъ положеніи, нежели станиславовскій русско-уніатскій епископъ.

Первое управильненіе оклада греко-католического духовенства предпринято было правительствомь въ 1790 г.; оно

27

опредѣлило для настоятелей приходовъ, кончивш ихъ философскій и богословскій курсы на латинскомъ языцѣ, 300 гульденовъ, для кончившихъ оныи курсы на русскомъ языцѣ — 200 гульденовъ. Въ тотъ окладъ вчисленъ былъ доходъ изъ земли, которую изъ польскихъ временъ имѣла каждая церковь, дальше изъ совершенія церковныхъ требъ по таксѣ, опредѣленной Iосифомъ II, недостающую же къ 300 или 200 гульденамъ часть доплачивало правительство изъ вѣроисповѣдного фонда. Щобы якъ найменьше обременяти державную касу, правительство уничтожало пестепенно поодинокіи уніатскіи приходы, совокупляя нѣсколько приходовъ въ одинъ. Съ прекращеніемъ русскихъ преподаваній на львовскомъ университетѣ, стали постепенно вымирати священники „русской науки" со своею дотаціею 200 гульд., но вмѣсто нихъ правительство придумало нового рода приходниковъ съ меньшимъ жалованьемъ именно мѣстныхъ капелановъ — съ годичною дотаціею 150 гульденовъ. Благочинныи не получали за свой трудъ ніякого вознагражденія.

Видя нужденное положеніе австро-уніатского духовенства, правительство позволило въ 1836 г., щобы иногда бѣднымъ и заслуженнымъ приходникамъ дотацію повышати до 400 зр., мѣстнымъ же капеланамъ до 300 зр. Однако та мѣра не была исполнена. Русскіи вла-

28

дыки: львовскій митрополитъ Левицкій и перемышльскій епископъ Яхимовичъ предложили императору пропамятное письмо отъ 25 мая 1850 г, касательно нужденного матеріального положенія ихъ духовенства. „Вслѣдствіе бѣдности, лишеній и стараній о насущномъ хлѣбѣ — говорили они въ своемъ письмѣ — греко-католическіи священники не могутъ поступати въ образованіи, столь необходимомъ въ нынѣшніи времена; они не могутъ покупати научныи книги, ни получити ихъ якимъ бы то ни было образомъ. Имъ даже трудно сообщатися съ образованными людьми, ибо они стыдаются въ своемъ скромномъ платьѣ являтись въ обществѣ знатнѣйшихъ особъ и принимати ихъ у себе въ своихъ нужденно устроенныхъ домахъ. Вслѣдствіе того они ограничены на общество своихъ необразованныхъ поселянъ и подвергаются опасности лишитись и того образованія, якое они получили въ школахъ. У греко-католическихъ священниковъ уменьшается объемъ съ трудомъ (!) пріобрѣтенныхъ познаній и способностей, ихъ умственныи силы слабѣютъ, ибо имъ недостаетъ упражненія, и у человѣка, которого дарованія прежде подивляли, остаются лишь слѣды его прежней образованности; онъ на своемъ становищѣ меньше дѣлаетъ, чѣмъ могъ бы сдѣлати среди благополучнѣйшихъ обстоятельствъ. Сознаніе недостатка средствъ для удовлетво-

29

ренія самыхъ необходимыхъ потребностей, рождаетъ неудовольствіе, а то чувство усиливается, если священникъ сровнитъ свое положеніе съ положеніемъ другихъ лицъ, которыи лишь нѣсколько лѣтъ учились и въ характерѣ чиновниковъ, лѣсничихъ и т. д. находятся въ выгоднѣйшихъ обстоятельствахъ. Такое росположеніе духа уменьшаетъ въ священникахъ усердіе въ наставленіи паствы, и епископы, къ сожалѣнію, должны признати, що часто священниками исполняются должности ихъ званія лишь на-столько, щобы избѣ-гнути отвѣтственности. Оттого страдаетъ и просвѣщеніе народа."{Malinowski, Kirchen-und Staatssatzungen стр. 745-765.}

Червонорусскіи епископы, якъ видно изъ ихъ представленія, имѣли благое намѣреніе: посредствомъ улучшенія матеріального состоянія своего духовенства сдѣлати оное способнымъ къ дѣятельности на церковномъ и народномъ поприщахъ. Они усмотривали причину духовной бездѣятельности его въ матеріяльной нуждѣ. Въ томъ отношеніи они были лишь отъ части правы, ибо вслѣдствіе направленія державной жизни духовная дремота была присуща всей галицкой интелигеиціи — не только русской, а и польской. Характеристичнымъ знаменемъ воззрѣній тогдашнихъ червонорусскихъ передовыхъ людей есть мнѣніе, будто просвѣщеніе возможно лишь при хоро-

30

шемъ платьѣ и общеніи съ знатными людьми.

Не можно отрицати, що 1848 г. пробудилъ австрійскую Русь изъ духовой сонливости и оживотворилъ ю. Доказательствомъ того служатъ новыи газеты и ежегодно появлявшіися новыи книги. Въ 1850—1857 гг. выходила „Зоря Галицкая", литературная газета, имѣвшая своихъ сотрудниковъ среди сельскихъ священниковъ, чиновниковъ, учителей и розночинцевъ. Появившаяся же въ 1849 г. политическая газета „Новины", по недостатку кавціи, которой требовало правительство въ силу нового закона о печати, должа была прекратити свое существованіе. Литературный журналъ „Пчела", появившійся въ 1849 г., упалъ, ибо имѣлъ сначала лишь 300, затѣмъ лишь 125 подписчиковъ. Правительство издавало въ 1848 и 1849 гг. во Львовѣ для русиновъ свой офиціальный органъ „Галицко-русскій Вѣстникъ", затѣмъ съ 1850 г. въ Вѣднѣ офціозныий органъ „Вѣстникъ", который въ 1858 г. обявленъ былъ офиціальнымъ. Его редакторъ Василій Зборовскій (Выслобоцкій) старался соединити вокругъ себе литературную дѣятельность австрійскихъ русскихъ и съ той причины издавалъ литературныи приложенія къ своему журналу подъ розличными названіями: „Отечественный Сборникъ" (1853 и 1859), „Домова школка", „Сіонъ", „Церковь и Школа" (1854 —1859). Галицко-русская Матица стала

31

издавати „Галицкій историческій Сборникъ", которого первый выпускъ вышолъ въ 1853 г., вторый въ 1854 г., третій въ 1860 г. Съ 1850 г. выходилъ ежегодно въ Перемышлѣ мѣсяцесловъ „Перемышлянинъ", содержавшій белетристическіи и научныи статьи. „Лада", журналъ для женского пола, появившійся въ 1853 г., не нашолъ сочувствія у населенія и палъ, также „Семейная библіотека" Северина Гавр. Шехевича (1855 — 1856 гг.) не нашла поддержки у австро-русского общества. Въ Угорщинѣ „Литературное Общество" издало въ 1852 г. „Поздравленіе Русиновъ" — родъ алманаха. Тѣ всѣ изданія имѣли своихъ сотрудниковъ и находили, конечно, нечисленныи кружки читателей.

Зубрицкій писалъ къ Погодину въ 1852 г.: "Что же касается нашей литературы, образованія и другихъ обстоятельствъ, — не взирая на препятствія, запрещенія и недостатокъ книгъ, хотя и медленно, все поступаетъ къ лучшему, и будущее поколѣніе сулитъ намъ прекрасные плоды. Юношество читаетъ съ восхищеніемъ русскія книги, вникаетъ въ языкъ, понимаетъ его и подражаетъ ему, и теперь хотя бы и запрещено было преподавать русскій языкъ, что можетъ быть и послѣдуетъ, то уже разъ возникшее стремленіе не остановится." Въ 1856 г. писалъ тотъ же Зубрицкій къ Погодину нѣсколько иначе: „Шеховичъ, благонамѣренный молодый человѣкъ, изда-

32

етъ журналецъ (Семейную Библіотеку), желая прививать галичскимъ хохламъ чистый русскіи языкъ. Напрасно!— Хохлаки ни по русски, ни по хохлацки не читаютъ. Бѣдный редакторъ достоинъ соболѣзнованія и подкрѣпленія; онъ принужденъ искать подписчиковъ за границей" {Письма къ Погодину изъ славянскихъ земель I стр. 588, 659.}

Изъ тѣхъ заявленій явствуетъ, що молодшее поколѣніе, кончившее школы подъ впечатлѣніемъ событій 1848—1849 гг. или начавшее свое образованіе по новой учебной системѣ, обнаружало охоту къ чтенію и образованности, старшее же поколѣніе находилось въ большей части всегда въ прежнемъ духовномъ оцѣпенѣніи. Живущіи нынѣ лица припоминаютъ себѣ весьма хорошо впечатлѣнія изъ юныхъ лѣтъ, якъ вступавши въ домъ сельского священника, въ его, конечно, бѣдно убранныхъ комнатахъ не можно было узрѣти ніякой книжки, ніякой газеты, и лишь видны были нѣсколько чибуковъ, курительныхъ трубокъ и приборы къ карточной игрѣ, да иногда гитара на стѣнѣ. Одна бѣдность не можетъ оправдати такого нерадѣнія касательно своего образованія, ибо у далеко бѣднѣйшого еврея въ корчмѣ можно было въ шафѣ замѣтити всегда нѣсколько книгъ. Послѣдетвія управленія уніатской церкви іезуитскими базиліянами, старав-

33

шимися сельское русское духовенство удерживати въ темнотѣ, не дались долго искоренити ни іосифинизмомъ, ни австрійскою школою. Только лица, проникнувшіися славянофильствомъ и русскою національною идеею обнаружали большую духовную подвижность.

Съ той причины старшее поколѣніе австро-русскихъ священниковъ ніякъ не далось наклонити въ пользу якого нибудь труда для народного просвѣщенія и уніатскіи епископы, обнявшіи, въ силу конкордата, управленіе народныхъ школъ, нашли среди него мало добросовѣстныхъ сотрудниковъ. Оно жило въ прежнихъ, іезуитскими базиліанами ему привитыхъ, воззрѣніяхъ, що наука хлопу ненужна и просвѣщеніе народа вредитъ общественному порядку. Въ другихъ провинціяхъ Австріи католическое духовенство, пользуясь признанными ему правительствомъ преимуществами, посредствомъ школы и популярныхъ изданій подвинуло просвѣщеніе народа значительно впередъ. Католическое духовенство получило право, безъ правительственной контроли составляти общества, собиратись на совѣщанія, собирати народъ для поучительно-просвѣтительныхъ цѣлей — що все воспрещено было мірскимъ лицамъ. Пользуясь тѣмъ правомъ, русско уніатское духовенство весьма легко могло составляти просвѣтительныи общества, оживити церковныи братства и предприняти все, що было необходимо для умствен-

34

ного поднятія сельского народа, освобожденного отъ всякой крѣпостной зависимости и рвавшогося къ науцѣ.

Такимъ образомъ католическое движеніе Австріи 1850-тыхъ годовъ осталось для австрійской Руси безъ осязательной пользы. Послѣдствіемъ его была также просьба, внесенная митрополитомъ и перемышльскимъ епископомъ 1-8 марта 1850 г. къ императору объ учрежденіи отдѣльной епископской епархіи для округовъ станиславовского, коломыйского, чортковского и Буковины. Въ отвѣтъ на ту просьбу рѣшилъ императоръ 8 мая 1852 г. учредити новую уніатскую епархію, опредѣляя мѣстопребываніемъ для ея епископа гор. Станиславовъ. Однако исполненіе того рѣшенія было отложено до позднѣйшого времени. Въ 1854 г. было введено въ австро-уніатскую церковь празднованіе „Божьяго Тѣла" (Евхаристіи), примѣнительно къ обряду римской церкви. Вообще, уніатская іерархія въ Австріи была проникнута католическімъ усердіемъ. Такъ п. пр. еще около 1820 г. одинъ священникъ тернопольской области, Любковичъ, не хотѣлъ въ церкви поминати папу римского и исповѣдивати „отъ сына." Львовское епархіальное начальство подвергло его строгому слѣдствію, но онъ стоялъ твердо, не обольщаясь ни просьбами, ни угрозами. Наконецъ, не будучи въ состояніи преодолѣти твердость его, епархіальное начальство признало его слабоумнымъ и

35

заточило его въ львовскій духовный смирительный домъ, гдѣ онъ томился еще въ 1845 г., отлученъ отъ жены и дѣтей. Онъ дважды пробовалъ бѣжати въ Россію, но его всегда удержали, въ послѣдній разъ на самой границѣ.

Не смотря на то, польское католическое духовенство по-прежнему относилось неприклонно къ уніатамъ. То происходило не только отъ того, що римская церковь въ уніатскомъ духовенствѣ, въ слѣдствіе его женатости, видѣла несовершенныхъ католиковъ, но также изъ національно-политическихъ причинъ, Большая половина галицко-русского духовенства стояла на почвѣ русской національности и даже знати не хотѣла о мысли возстановленія независимой Польши. Сверхъ того она въ 1848-1849 гг, стояла на сторонѣ вѣденьского центрального правительства и мѣшала стремленіямь австрійскихъ поляковъ.

Въ 1855 г, бѣжали изъ Холма въ Галичину три уніатскіи семинаристы, между ними Фр. Мальчинскій, впослѣдствіи епископъ Албанскій. Яко причину своего бѣгства они подавали то обстоятельство, що ихъ хотѣли выслати на науку въ православныи академіи въ Петроградѣ и Кіевѣ. Латинскій львовскій архіепископъ помѣстилъ ихъ въ своей дух. семинаріи, намѣстникъ же Галичины, гр. Агеноръ Голуховскій, далъ имъ паспорты за границу. Они избѣгали сообщенія съ галицкими уніатами, вы-

36

ражаясь о нихъ слѣдующимъ образомъ: „Въ Галичинѣ плохо съ уніею, если даже одинъ галицкій докторъ богословія (Черлюнчакевичъ), по случаю посѣщенія своихъ сродниковъ въ Грубешовскомъ, упрекалъ на храмовомъ празднику холмскихъ уніатскихъ священниковъ въ томъ, що они говорятъ по-польски, выкидаютъ иконостасы изъ церквей, носятъ тонзуры, вводятъ годзинки, надѣваютъ комешки и прч,"

Галицкій намѣстникъ, гр. Агеноръ Голуховскій, смотрѣвшій на Русь и унію сквозь очки польского духовенства, употребилъ католическое движеніе въ Австріи, щобы скрѣпити польскій элементъ въ Галичинѣ и ослабити русскій. По его почину стали въ львовской латинской епархій строитись новыи костелы и учреждатись новыи латинскіи приходы. Когда въ 1814—1842 гг. въ восточной Галичинѣ не былъ учрежденъ ни одинъ латинскій приходъ и лишь въ 1842 — 1846 гг. основаны были приходы въ Махливцѣ Фелиціенталѣ и Велдѣжѣ — при Голуховскомъ возникаютъ приходы и костелы: Галущаны (безъ костела), Могильница, Росоховачъ, Хоростковъ (всѣ въ 1851 г.), Будиловъ, Лозова (1852 г.), Драгановка, Маріягильфъ (1853), Хомяковъ, Озеряны (1854), Подгорцы (1861), Жабинцы (1862). Въ перемышльской епархій въ первой половинѣ 19 вѣка основаны были латинскіи приходы лишь въ Сталахъ (?) (1818 г.), Раухерсдорфѣ

37

(1848 г.), Едловцѣ (1940 г.) и Мединичахъ (Кёнигсау 1848 г.). По порученію Голуховского перемышльскій латинскій епископъ приказалъ своимъ ксендзамъ служити въ русскихъ церквахъ, высылати въ мѣстности, гдѣ нѣтъ костеловъ, викарныхъ ксендзовъ даже изъ другихъ епархій и содерживати ихъ на счетъ ихъ давнѣйшихъ настоятелей. Сверхъ того стали въ цѣлой восточной Галичинѣ строити малыи лат. часовни, щобы только подчинити ксендзу два сажни земли въ русскомъ селѣ, въ которомъ съ временемъ надѣялисъ учредити приходъ и костелъ.

Въ Венгріи Общество св. Стефана старалось роспространити католическую пропаганду на тамошнихъ русскихъ. Оно избрало въ свои сотрудники священника мукачевской епархіи Іоанна Раковского, редактора русского текста „Земского правительственного Вѣстника для королевства Угорщины". По порученію и на издержки Общества перевелъ онъ изъ латинского „Апостольское посланіе святѣйшаго архіерея Пія IX... еже есть о догматическомъ опредѣленіи несквернаго зачатія Богородицы Дѣвы въ Римѣ 1854 г." — и сталъ съ 1856 г. въ Пештѣ издавати „Церковную газету въ пользу восточно-каѳолической церкви соединенной съ римскимъ патріаршескимъ престоломъ". Раковскій печаталъ свой журналъ гражданскимъ шрифтомъ и помѣщалъ въ немъ выдержки изъ кіевского

38

„Воскресного Чтенія" и петроградского „Христіанского Чтенія." Онъ обращалъ также въ семъ журналѣ вниманіе на великорусскую литературу. То не понравилось львовскому намѣстнику Голуховскому, который обратилъ вниманіе правительства на якобы опасную тенденцію угорско-русской газеты, издаваемой на католическіи средства. Вслѣдствіе того доноса Раковскій принужденъ былъ въ 1858 г. прекратити изданіе своего журнала и вмѣсто него издавати новую газету на издержки Общества св. Стефана подъ заглавіемъ „Церковный Вѣстникъ" — печатанную, вмѣсто гражданки, считавшейся тогда звеномъ, соединяющимъ австрійскую Русь съ Россіею — кирилицею, и на языцѣ, больше отдаленномъ отъ литературного. Повидимому и та мѣра не избавила Раковского отъ подозрѣній и онъ принужденъ былъ газету совершенно прекратити. {Я. Головацкій: Дополненіе къ очерку славяно-русской библіографіи Ундольскаго. 1874 стр. 79 н-ръ 593.; И. Е. Левицкій: Галицко-русская Библіографія 19 столѣтія I н-ръ 1110.}

Система Шварценберга-Баха въ силу своего внутренняго вещества должна была основыватись на поодинокихъ личностяхъ, занимавшихъ передовое становище въ государствѣ — людяхъ сильной руки, якъ тогда выражались. Такою личностью былъ для Галичины намѣстникъ гр. Агеноръ Голуховскій. Его за-

39

дачею было, противодѣйствовати польской демократическо-революційной партій и такъ зовимому панславизму, ставшему обезпокоивати Австрію съ поры крымской войны - и задобряти польскую шляхту, негодовавшую на вѣденьское правительство за 1846 г. Послѣднюю цѣль Голуховскій старался достинути посредствомъ выгодного для помѣщиковъ управильненія сервитутовъ. Та мѣра повлекла однако за собою 32.000 сервитутовыхъ процесовъ между помѣщиками и крестьянами, розорившвхъ матеріально много сельскихъ громадъ.

Въ 1849 г., когда центральное правительство благоволило русскому народу, Голуховскій кричалъ изъ балкона львовской губерніи: Да здравствуетъ русскій народъ — но въ пору Шварценбергъ-Баховской системы занялъ онъ враждебное къ тому же народу становище. Пока не будутъ обнародованы тайныи документы центрального правительства оныхъ временъ, трудно рѣшити, поступалъ-ли Голуховскій въ отношеніи къ русскому населенію по собственному почину, или по наставленію центрального правительства. Русскій народъ въ Галичинѣ, убѣжденный въ доброжелательствѣ вѣденьскихъ правительственныхъ круговъ для его національности, приписывалъ всѣ кривды, претерпѣнныи нимъ, Голуховскому. {Состояніе галичанъ во время Голуховщины (Петербургская Иллюстрированная Газета 1867 Н-ръ 9).} Ему приписывали

40

девизъ: „Пустити русина на русина, дабы они сами себе истребили..." По его настоянію обязательное обученіе русскому языку въ среднихъ учебныхъ заведеніяхъ восточной Галичины было въ 1855 г. устранено; русскому языку могъ съ тѣхъ поръ учитись лишь тотъ ученикъ середнихъ школъ, чіи родители того желали. Статуты „Галицко-русской Матицы" Голуховскій трижды возвращалъ неподтвержденными; подтвержденіе послѣдовало только въ началѣ конституційной эры, 18 августа 1861 года. Комисія, управляющая дѣлами Народного Дома, была подтверждена намѣстничествомъ 30 ноября 1851 г., но составленный нею статутъ, предложенный политической власти 7 (19) сентября 1853 г., долго не могъ дождатись подтвержденія. Голуховскій воспретилъ „Матицѣ" и редакціямъ русскихъ газетъ употребляти гражданскій шрифтъ и выраженія, заимствованныи изъ общерусского литературного языка. Онъ воспретилъ собирати подписку на третій томъ „Исторіи галичскаго княжества" Зубрицкого. Введенію русскихъ учебниковъ, преподаванію русского языка и печатанію русскихъ учебниковъ ставилъ онъ препятствія. Онъ выслалъ въ 1853 г. Жуковского, казавшагося ему способнѣйшимъ человѣкомъ, изъ Львова на село, и первый изъ галицкихъ нимѣстниковъ сталъ систематически русскихъ чиновниковъ и учителей переводити на Мазуры. Въ

41

своихъ докладахъ къ центральному правительству утверждалъ онъ, що вся русская интелигенція стремится къ Россіи и имѣетъ наклонность къ православію. Всякое проявленіе народной и литературной жизни въ Галичинѣ представлялъ онъ въ подозрительномъ свѣтѣ.

Между русскими передовыми людьми первое мѣсто занималъ тогда епископъ перемышльскій Григорій Яхимовичъ, рожденный въ 1792 г., воспитанникъ вѣденьского Барбареумъ и съ 1837 — 1841 гг. настоятель духовной семинаріи во Львовѣ, съ 1841 г. епископъ-суфраганъ львовской епархіи, а въ 1848 г. предсѣдатель „Головной Русской Рады." Въ послѣднемъ году онъ былъ назначенъ перемышльскимъ епископомъ. Человѣкъ большихъ дарованій и твердого характера — не былъ онъ свободнымъ отъ предупрежденій меттерниховского бюрократизма и современного ему старшого поколѣнія священниковъ. Въ внѣшнемъ блеску и пышной одеждѣ видѣлъ онъ знамя интелигенціи и по той причинѣ съ высока смотрѣлъ на бѣдныхъ русскихъ священниковъ. До 1848 г. говорилъ онъ и писалъ по-польски, но вліяніе нѣмецкихъ чиновниковъ львовской губерніи и гр. Стадіона вовлекло его въ теченіе національно-русского движенія, въ которомъ выдержалъ до конца своей жизни. Ту русскую жизнь Яхимовичъ понималъ такъ, якъ предписывало тогдашнее правительство. По его мнѣнію

42

она должна была основыватись на католичествѣ и мѣстныхъ условіяхъ. Съ той причины, въ литературномъ отношеніи, стоялъ онъ за мѣстнымъ галицко-русскимъ нарѣчіемъ, имѣвшимъ, при помощи церковного языка, розвинутись до степени литературного языка. Когда литераторъ Шеховичъ сталъ издавати свою „Ладу" на языцѣ, приближенномъ къ литературному, Яхимовичъ воспротивился тому и порицалъ его за то. Не смотря на то, защищалъ онъ, на-сколько то было тогда возможно, галицко русскій народъ предъ правительствомъ и галицкая Русь признавала въ немъ своего политического вождя.

Другіи передовыи галицко-русскіи дѣятели были въ большей части духовныи лица: крылошане львовской и перемышльской консисторій, законоучители и сельскіи приходники. Таковы были: Куземскій, Малиновскій, Жуковскій, Гр. Шашкевичъ, Левъ Кордасевичъ, професоръ университета Яковъ Головацкій и другіи. Изъ мірскихъ людей сочувствовали русскому движенію или принимали въ немъ дѣятельное участіе: краевый адвокатъ Климентъ Рачинскій, правительственный совѣтникъ Іоахимъ Хоминскій, судовыи чиновники Василій Ковальскій, Іоаннъ Литынскій, Константинъ Кмѣцикевичъ, гимн, учитель Амвросій Яновскій и другіи.

Такъ якъ политическая жизнь въ Австріи подъ давленіемъ Баховской си-

43

стемы приглохла, то галицкая Русь должна была ограничити свою дѣятельность лишь на литературное поприще. Починъ къ новому литературному движенію дали девять галичанъ, воззвавшихъ 1 сентября 1848 г. своихъ соотечественниковъ на съѣздъ, состоявшійся во Львовѣ 7 (19) сентября 1848 г. Тѣми девятью лицами были: Николай Устіяновичъ, Иванъ Товарницкій, Михаилъ Малиновскій, Ѳеодоръ Леонтовичъ, Иванъ Зарицкій, Иванъ Слимаковскій, Иванъ Жуковскій, Левъ Сосновскій и Иванъ Борисикевичъ. {О. Огоновскій. „Исторія литературы рускои" II 1. стр, 60—71.} Совѣщанія происходили подъ предводительствомъ Куземского и обнимали научныи, школьныи, сельско-хозяйственныи и литературныи вопросы. Самымъ важнымъ изъ нихъ былъ языковый вопросъ. Яковъ Головацкій читалъ лекцію „о языцѣ южно-русскомъ и его нарѣчіяхъ", одобренную собраніемъ, въ которое онъ, станувши на почвѣ малорусского литературного сепаратизма, предлагалъ образовати самостоятельный малорусскій литературный языкъ. Однако одна часть собранія объявилась за тѣмъ, щобы церковно-славянскій языкъ признати литературнымъ для галицкой Руси, издати церковно-славянскій словарь, Хрестоматію и печатати по крайней мѣрѣ одну газету на томъ же языцѣ. Другіи стояли за живую, народную рѣчь, яко больше по-нятную для народа. Страннымъ обра-

44

зомъ защитниками старославянского языка были мірскіи люди, чиновники Левъ Сосновскій и Стефанъ Сѣмашъ. Обѣ партіи помирились такимъ образомъ, що рѣшено было просвѣщати народъ на живомъ, галицко русскомъ языцѣ, но при томъ также старатись о роспространеніи церковного языка.

Собраніе рѣшило также, основати „Общество народного просвѣщенія" по образцу чешской „Матицы". То Общество, назвавшееся „Галицко-русского Матицею", устроилось на собраніи 1 (13) марта 1850 г. подъ предводительствомъ Куземского, изготовило свой статутъ, но долго не могло добитись утвержденія правительства и розвинути усерднѣйшую дѣятельность.

Кромѣ „Галицко-русской Матицы", другимъ просвѣтительнымъ учрежденіемъ долженъ былъ статись „Народный Домъ". Мысль, основати такое Общество, вышла отъ сельского священника Льва Трещаковского, предложившого на засѣданіи „Головной Русской Рады" 3 (15) іюня 1849 г. проектъ учрежденія такого заведенія, въ которомъ могли бы помѣщатись: бурса, книгопечатня, „Матица", книжная лавка, касино и саля для народныхъ собраній. Бурса имѣла бы воспитывати будущихъ священниковъ, чиновниковъ, „губернаторовъ, генераловъ", врачей, художниковъ и ремесленниковъ. Отъ такого заведенія должно было впослѣдствіи произойти обрусѣніе Льво-

45

ва. Трещаковскій розсчитывалъ на матеріальныи силы собственного народа и на помощь грековъ, папы римского, французовъ, голландцевъ, англичанъ, шведовъ, великороссовъ; американцевъ, нѣмцевъ и поляковъ. {Зоря Галицка ч. 39—54.}

Та мысль казалась многимъ быти розумною и практическою. Многіи, видя благотворное вліяніе на галицкихъ поляковъ института Оссолинскихъ во Львовѣ, желали ввести подобное учрежденіе для гал. Руси. Когда 17 (29) іюня 1851 г. „Головная Русская Рада", вслѣдствіе нового закона о Обществахъ, розвязалась, послѣднимъ ея дѣломъ было, на предложеніе Куземского, избрати такую комисію, которая бы дальше занималась дѣломъ устройства столь пожеланного „Народного Дома". Мѣсто для него было опредѣлено еще въ 1849 г., когда львовскіи русскіи патріоты, подъ впечатлѣніемъ рѣчей и отзывовъ Льва Трещаковского, обратились къ правительству съ просьбою, подарити имъ вторую часть розвалинъ бомбардованного въ 1848 г. университета на оную цѣль. Вѣденьское правительство, рѣшеніемъ отъ 11 октября, удовлетворило той просьбѣ и признало „русское населеніе гор. Львова" собственникомъ второй части университетскихъ розвалинъ, которыхъ одна часть была императоромъ подарена русскому населенію еще прежде, т. е. 25 августа

46

1849 г., на постройку второй городской церкви и приходского дома.{ Д. Вѣнцковскій: „Вторая городская церковь во Львовѣ." („Галичанинъ" 1894.)}

Комисія, состоявшая изъ 13 членовъ, была утвеждена правительствомъ 30 ноября 1851 г. и составила для себе статутъ по указаніямъ Валерія Хоминского, Литвиновича и Алберта Геллера, члена комитетской судебной палаты въ Угорщинѣ. „Народный Домъ" стали строити въ названномъ 1851 г. Дня 18 октября 1851 г. положилъ императоръ Францъ Iосифъ, посѣтившій въ оное время Галичину, краеугольный камень подъ зданіе съ словами: „Здѣсь я между моими русинами." Задачію комисіи было: вести дѣло дальше. Она рѣшилась одновременно созидати и Народный Домъ и вторую городскую церковь. „Есть то желаніемъ всего русского народа — говорилось въ первомъ начерку статутовъ — щобы память спасенія отечества отъ опасностей недавно минувшихъ лѣтъ, якъ и надѣленіе галицкихъ крестьянъ имепраторскими благодѣяніями, увѣковѣчнити прочнымъ религійнымъ памятникомъ, который стоялъ бы съ институтомъ въ связи. Вторая городская церковь будетъ такимъ памятникомъ. Она будетъ служити для религійныхъ цѣлей института, на богослуженіи для учащейся молодежи, на институтскіи торжества, на дни пропамятныи, на исполненіе облиговъ и т. д. Институтъ

47

долженъ презентовати священника на предложеніе ординаріата, а причетъ церковный на предложеніе приходника, по опредѣленіямъ, дальше въ статутахъ, подробно приведеннымъ."

Комисія и обѣ епископскіи консисторіи нѣсколькократно издавали воззванія къ австро-русскому народу къ подаянію жертвъ на Народный Домъ и его церковь. Надежда на помощь другихъ народовъ, конечно не осуществилась, да и комисія за помощью къ нимъ не обращалась. Единственно польскій магнатъ, гр. Алфредъ Потоцкій, подарилъ 200 зр., а также Голуховскій жертвовалъ сначала изъ своихъ средствъ на ту цѣль. Не смотря на то, що комисія при созиданіи „Народного Дома" ограничена была на свои истощенныи силы, постройка его, собираніе книгъ и предметовъ для библіотеки и музея поступали скорымъ шагомъ впередъ. Комисія считала нужнымъ прежде всего совершити постройку „Нар. Дома", такъ якъ того рода заведеніе было больше необходимымъ, нежели церковь, которой сооруженія комисія такж -не упускала изъ виду.

Постройка громадного зданія, заведеніе библіотеки музея и бурсы для школьной и ремесленной молодежи — все то были дѣла, казавшіися не подъ силу народу, едва скинувшему изъ себе иго крѣпостничества и лишенного сословія помѣщиковъ и мѣщанъ. Однако, не смотря на бѣдность галицко-русскихъ кре-

48

стьянъ и сельскихъ священниковъ, единственно ихъ силами воздвигнуто было заведеніе, дающее хорошее свидѣтельство о жизненной силѣ галицко-русского народа, неусыпной дѣятельности комисіи и патріотизмѣ тогдашней нечисленной галицко-русской интелигенціи. Такъ якъ заслуга въ томъ прежде всего принадлежитъ членамъ первой комисіи, то стоитъ упомнути о именахъ ихъ. Они были: Михаилъ Куземскій предсѣдатель, Іоаннъ Лотоцкій и Іоаннъ Гуркевичъ мѣстопредсѣдатели, Михаилъ Малиновскій; и Іоаннъ Гушалевичъ секретари, Андрей Дуткевичъ, Валеріанъ Хоминскій, Іосифъ Кульчицкій, Іоаннъ Зарицкій, Левъ Трещаковскій, Андрей Шушкевичъ, Петръ Лозінскій и Іоаннъ Ильницкій.

Конечно, институція задавшаяся столь великими и обширными цѣлями, нуждалась въ громадныхъ матеріальныхъ средствахъ, щобы отвѣтити своей задачѣ. Такъ якъ при бѣдности галицко-русского населенія собраніе фондовъ на устройство библіотеки и содержаніе ея персонала, содерживаніе бурсы и удовлетвореніе другимъ культурнымъ нуждамъ могло поступати лишь постепенно, то кругъ дѣятельности института могъ росширятися только по мѣрѣ увеличенія фондовъ. Не малымъ затрудненіемъ въ розвитіи дѣятельности института было неутвержденіе его статута правительствомъ, такъ що онъ въ пору Голуховщины ограничался лишь на своемъ у

49

стройствѣ и приготовленіи средствъ для осуществленія своего предназначенія въ будущности. И въ томъ отношеніи тогдашніи руководители галицко-русского народа сдѣлали много, а плоды ихъ стараній составляютъ подражанія достойный примѣръ муравейного труда.

Статутъ „Народного Дома" былъ утвержденъ львовскимъ намѣстничествомъ 11 февраля 1869 г. На основаніи сего статута получило заведеніе названіе „Русско-народный институтъ Народный Домъ во Львовѣ." Цѣль его была опредѣлена слѣдующимъ образомъ: образовати русскій языкъ, пособствовати словесной дѣятельности, розвивати науки и искуства и такъ роспространяти просвѣщеніе и нравственность между русскимъ населеніемъ посредствомъ основанія библіотеки съ читальнею, музея, галеріи картинъ, типографіи, содерживанія пѣвчей и церковно обрядовой бурсы для молодежи, посѣщающей школы, подаванія помощи пансіонатамъ для русскихъ дѣвицъ и прч; Якъ видимъ, первоначальная мысль, посредствомъ сего института образовати ремесленное сословіе, была оставлена, а вмѣсто нея принята точка о пособствованіи женского воспитанія среднихъ класъ галицко-русского общества. Покровителемъ института долженъ быти каждый современный русскій митрополитъ архіепископъ львовскій, а въ случаѣ незамѣщенія митрополіи найстаршій русскій епископъ

50

въ Галичинѣ — въ случаѣ же отсутствія такого, законный администраторъ въ духовныхъ дѣлахъ львовской русской архіепархіи. Членомъ института можетъ быти каждый гражданинъ русской народности, сложившій на цѣли его по крайней мѣрѣ 10 зр., или подарившій ему якій-нибудь научный предметъ въ цѣнѣ по крайней мѣрѣ 10 зр., или заслужившійся значительно въ области русского языкословія и русской словесности вообще, или причинившійся къ переведенію и успѣванію цѣлей института. Управляти дѣлами института долженъ ежегодно общимъ собраніемъ выбираемый „Управляющій Совѣтъ русско-народного института „Народный Домъ" во Львовѣ", состоящій изъ предсѣдателя, мѣстопредсѣдателя и 11 членовъ.

Кромѣ „Матицы" и „Народного Дома" было еще третье учрежденіе, имѣвшее причинятись къ умственному подъему галицко-русского народа. То была каѳедра русского языка и его литературы на львовскомъ университетѣ, учрежденная императорскимъ рѣшеніемъ отъ 13 декабря 1848 г. Хотя впослѣдствіи на богословскомъ факультетѣ были также введены нѣкоторыи преподаванія на русскомъ языцѣ, именно для пастырского богословія (Антоній Юзычинскій 1850), догматики (Яковъ Цѣпановскій 1850) и катихитики (Антоній Чайковскій 1852), но каѳедра русского языка была самого важнѣйшою, ибо на долю ея вы-

51

пало — якъ говорилось въ письмѣ министра внутреннихъ дѣлъ Пиллерсдорфа отъ 1848 г. {Литерат. Сборникъ гал. русской Матицы 1886 II стр. 220.} — „подати учащейея молодежи способность основно изучити свой родный языкъ и приготовити его усовершенствованіе до того, дабы на немъ можно преподавати всѣ научныи предметы." Затѣмъ обязанностью преподавателя русского языка было, не только обзнакомляти слушателей съ законами его внутренняго строя, но также дати направленіе его розвитію примѣнительно къ государственной политицѣ Австріи, которая въ отношеніи къ ея русскимъ гражданамъ состояла въ томъ, щобы не допустити къ ніякой духовной связи австрійской Руси съ Россіею. „Чисто-русскій языкъ — писалъ Зубрицкій 5 (17) мая 1852 г. Погодину {Письма къ Погодину изъ слав. земель I стр. 587.} — подозрѣваютъ у насъ какъ симпатизованіе съ Московщивой. Самъ тихій и смиренный журналецъ „Галицкая Зоря" получилъ увѣщаніе, чтобы онъ не осмѣлялся употреблять московскія слова подъ опасеніемъ запрещенія. Однажды редакторъ написалъ въ одной статьѣ русскими словами „крещендо декрещендо"; вдругъ перечеркнула ихъ цензура какъ московскую уродливость и на силу только успѣлъ бѣдный редакторъ доказать, що то не московскія, а итальянскія музыкальныя слова. Цен-

52

зоръ не умѣетъ ничего русскаго, ни церковнаго языка, только нѣчто мужицко-польско-русскаго нарѣчія; начальство строго повелѣваетъ ему смотрѣть за языкомъ, а кромѣ того есть у насъ много невѣждъ и плутовъ галичскихъ русиновъ, которые, для своихъ личныхъ корыстей, измѣняютъ народному благу — и вотъ наше состояніе." Въ 1858 г. писалъ Зубрицкій между прочимъ Погодину. „Правительство покровительствуетъ кириллицу и хохлацкое нарѣчіе, желая внушить, что мы иный русскій народъ а не тотъ, который въ Россіи, и потому небрежно было бы человѣку, имѣющему состояніе или чинъ, выставляться на неудовольствіе а можетъ быть и гоненіе." { Тамъ же стр. 596.}

Вслѣдствіе того становище професора русского языка и его литературы на львовскомъ университетѣ было самое затруднительное. Отъ него требовали создати новый, на мѣстныхъ говорахъ основанный языкъ, отмѣнный отъ общерусского литературного, и дати починъ къ новой литературѣ на томъ же языцѣ, отрицающей всякую духовную связь съ остальною закордонною Русью. Самъ Головацкій, освѣдомившись впослѣдствіи въ русской исторіи и языковѣдѣніи, убѣдился, що такій трудъ направленъ противъ естественныхъ законовъ человѣческого духа и не принесетъ пользы

53

его народу. Онъ, который сначала стоялъ на правительственной точцѣ зрѣнія и намѣрялъ образовати отдѣльный южно-русскій языкъ, по мѣрѣ того, якъ росширялъ свой историческіи, языкословныи и литературыи свѣдѣнія, началъ опускати защищаемыи нимъ взгляды и склонятись на сторону одного общерусского литературного языка и одной общерусской словесности. Такій поворотъ въ его воззрѣніяхъ, долженъ былъ въ концѣ довести его къ столкновенію съ правительствомъ.

Иначе смотрѣло на русскій языковый вопросъ австрійское правительство. Руководители австрійской политики, проникнутыи воззрѣніями нѣмецкихъ, особенно прусскихъ политическихъ теоретиковъ о всемогуществѣ государственной власти, были того мнѣнія, що государственная власть можетъ опредѣляти не только матеріяльную, но и духовную жизнь народовъ и давати направленіе науцѣ, языку, литературѣ и искусству — и въ томъ отношеніи она должна руководитись единственно соображеніями на мнимое благо государства.

Львовское намѣстничество, наблюдавшее за розвитіемъ галицко-русской литературы, не могло быти довольно направленіемъ галицко-русской словесности. Ученики гимназій, составляя свои письменныи задачи, употребляли нѣмецко россійскій словарь Шмидта, такъ що учители, желавшіи удовлетворити на-

54

чальсетву, принуждены были подчеркивати въ задачахъ слово за словомъ. Также языкъ галицко-русскихъ литературныхъ произведеній былъ того рода, що рѣзкого розличія отъ „московщины" въ немъ не замѣчалось. Головацкого „Граматика русского языка" (1849 г.), употреблявшаяся яко учебникъ въ школахъ, имѣла техническіи выраженія, заимствованныя изъ великорусскихъ граматикъ; того же автора „Хрестоматія церковно-словенская и древне-русская", употреблявшаяся также яко учебникъ школьный, ставила церковно-словенскій и древне-русскій языкъ въ основу нового галицко-русского языка.

Важнымъ для галицкой Руси былъ императорскій декретъ отъ 7 іюля 1856 г., которымъ при гимназіяхъ во Львовѣ, Перемышлѣ, Самборѣ, Станиславовѣ и Бережанахъ заведены были для юношества гр. кат. обряда законоучители съ русскимъ преподавательнымъ языкомъ. Такимъ образомъ гр. кат. вѣроисповѣданіе посредствомъ школы получило русско-національный характеръ. Но за то въ 1858 г., по настоянію латинского епископа, устраненъ былъ русскій языкъ при преподаваній догматики на богословскомъ факультетѣ львовского университета.

Если къ тому прибавити, що съ 1848 г. обѣ уніатскіи консисторіи, львовская и перемышльская, ввели въ свое дѣловодство русскій языкъ, то основаніе

55

къ національному возрожденію Галицкой Руси было положено въ церковной и отъ части въ школьной областяхъ.

Въ Буковинѣ русская жизнь проявлялась слабше. Въ Черновцахъ существовала съ 1812 г. гимназія, къ которой прибавлено впослѣдствіи лицей. Впослѣдствіи она преобразована была примѣнительно къ новому учебному плану. Преподавательнымъ языкомъ въ ней былъ нѣмецкій. Въ 1851 г. введено въ ней науку румунского, въ 1852 г. также русского языка. Первымъ преподавателемъ русского языка въ ней былъ Яковъ Воробкевичъ, за тѣмъ о. Иліюцъ. Православное духовенство воспитывалось въ богословскомъ заведеніи въ Черновцахъ, переобразованномъ въ 1826 г. изъ прежней семинарской школы. Въ немъ преподавались науки по-латини, пока еп. Гакманъ (послѣ 1848 г.) не выхлопоталъ у правительства позволенія, латинскій языкъ заступити румунскимъ. Русскій народъ и его нечисленная интелигенція, употреблявшая нѣмецкій розговорный языкъ, не имѣли предъ и послѣ 1848 г. сознанія своей національности. Изъятія составляли лишь такіи личности, якъ Гавріилъ Проданъ (ум. 1844 г.), его братъ Василій Проданъ и Василій Ферлеевичъ, парохъ въ Товтрахъ.

Львовская митрополичая (уніатская) консисторія напрасно старалась роспространяти унію въ Буковинѣ. Уніатское мисіонерство началось тамъ соб-

56

ственно въ 1825 г., когда въ Черновцы прибылъ для той цѣли гр. кат. священникъ Лаврецкій. Онъ ѣздилъ съ правительственнымъ комисаромъ по селамъ и спрашивалъ, кто переселился изъ Галичины въ Буковину. Каждого такого галичанина записывали въ уніаты, хотя онъ не ходилъ въ уніатскую церковь. Червонорусская интелигенція, переселившаяся въ Буковину, посѣщала латинскіи костелы. {I. Хр. Сенкевичъ „Начало нотного пѣнія въ Галицкой Руси". „Бесѣда" 1888 стр. 20} Для галицкихъ переселенцевъ учреждены были до 1835 г. 14 приходовъ, къ которымъ причислены были правительствомъ 41.189 уніатовъ (въ 1835 г.). Послѣ 1848 г. правительственная власть перестала вмѣшиватись въ вѣроисповѣдныи дѣла, вслѣдствіе чего уніатами объявляли себе тѣ, которыи ними были по внутреннему убѣжденію. Такимъ образомъ число исповѣдниковъ гр. кат. обряда уменьшилось, и хотя въ 1893 г. здѣсь числили 16 уніатскихъ приходовъ, но количество уніатовъ простиралось лишь до 23.864 душъ. Унія не нашла сочувствія у буковинцевъ — ни у русскихъ, на у румуновъ.

Въ 1850 г. русскіи старообрядцы учредили въ Бѣлой Керницѣ свое епископство и монастыри мужескій и женскій.

Русско-національная жизнь въ Буковинѣ стала проявлятись только послѣ

57

1860 г.— съ введеніемъ конституційного образа правленія въ государствѣ.

Венгрія, больше нежели другіи области Австріи, должна была вслѣдствіе послѣдней революціи подвергнутись политическому переустройству. Система Шварценбергъ-Баха, съ цѣлымъ своимъ германизаційнымъ апаратомъ, была къ ней вполнѣ примѣнена. Въ админнстративномъ отношеніи Венгрія была роздѣлена на пять большихъ округовъ (Verwaltungs-Gebiete, Statthalterei-Abtheilungen), головныи мѣста которыхъ находились въ Пештѣ, Прешбурзѣ, Эденбурзѣ, Кошицахъ и Великомъ Варадинѣ. Тѣ пять округовъ подчинены были пяти отдѣльнымъ правителямъ, которыи, имѣя власть ровносильную губернаторамъ, находились подъ непосредственнымъ вѣдѣніемъ гражданско-военного губернатора въ Пештѣ. Округи были роздѣлены на комитаты (жупанства), начальники которыхъ, именуемыи президентами, имѣли тотъ же самый кругъ дѣятельности, якъ начальники округовъ въ другихъ провинціяхъ, Комитаты были роздѣлены на уѣзды, съ вице-жупанами во главѣ.

Русская часть Венгріи вошла въ составъ кошицкого округа, къ которому принадлежали комитаты: Спижъ, Гемеръ, Шарошъ, Абани-Торна, Ужгородъ, Земплинъ, Бигаръ и Марморошъ. Та область стала управлятись по новому устройству съ августва 1853 г., когда начальники кошитатовъ вступили въ отправленіе

58

своихѣ должностей по новому уложенію. Одновременно было устроено новое судопроизводство съ комитатскими палатами и апеляційными судами. Апеляційная палата для русскихъ была въ Пряшевѣ. Первымъ кошицкимъ надъ-жупаномъ былъ гр. Антоній Форгашъ.

Душею русского движенія въ Венгріи { О современномъ положеніи русскихъ въ Угріи (Славянскій Сборникъ I стр. 44 я сл.; П. Феерчакъ: Очеркъ литературнаго движенія угорскихъ русскихъ,) Одесса 1888; Галицко-рускій Вѣстникъ СП. 1894 (статья: Національное движеніе въ Угорской Руси).} по 1851 г. были Адольфъ Ивановичъ Добрянскій и каноникъ пряшевской епархіи Александръ Духновичъ. Первый яко надворный совѣтникъ отстаивалъ права народа передъ правительствомъ, вторый популярными своими сочиненіями пробуждалъ своихъ соплеменниковъ къ словесной дѣятельности и образованію Съ той причины называли его „угорско-русскимъ будильникомъ." Добрянскій, яко политикъ, привелъ въ строгую систему тѣ мысли, которыи неясно и нопредѣленно бродили въ головахъ угро-русскихъ патріотовъ. Що касается литературного языка, то онъ настойчиво проводилъ мысль, що угро-россамъ слѣдуетъ усвоити себѣ обще-русскій литературный языкъ, который самъ онъ основательно изучилъ, состоя комисаромъ австрійского правительства при русскихъ

59

войскахъ во время венгерской кампаніи въ 1849 г. Благодаря своему недюжинному уму, образованію, выдающемуся служебному положенію и несокрушимой энергіи, Адольфъ Ивановичъ пріобрѣлъ могучее вліяніе на молодежь, которая майже всецѣло стала подъ его знамя. Занимая высокое служебное положеніе въ Угорской Руси, онъ, при назначеніи молодыхъ людей на должность требовалъ также знанія русского языка, и тѣмъ сильно поднялъ обаяніе народного движенія Послѣднее получило такую окраску, якъ будто бы ему покровительствовали свыше. Въ Вѣднѣ, послѣ подавленія мадьярской революціи, милостиво отнеслись къ угро-россамъ, и нѣкоторыи угро-русскіи патріоты уже мечтали о образованіи русского воеводства въ Венгріи.

Александръ Духновичъ родился въ 1803 г. въ селѣ Тополѣ; онъ былъ потомкомъ выходца изъ Москвы, бѣжавшого во время бунта стрѣльцевъ при Петрѣ великомъ въ Угорскую Русь. Его литературная дѣятельность, ровно якъ впослѣдствіи Наумовича въ Галичинѣ, была самая рознообразная: онъ былъ поэтомъ, драматургомъ, историкомъ и педагогомъ. О началѣ своей дѣятельности говоритъ Духновичъ въ своихъ запискахъ: „По окончаніи несчастного мятежа, поднятого Кошутомъ, угорскіи русины, воодушевленныи россійскими войсками, стали думати по народному и

60

слабыми силами розвивати литературу; и я, воодушевившись, побуждалъ русскую молодежь къ дѣлу. Я издалъ для простого народа дѣльце подъ заглавіемъ „Книжица для начинающихъ". Оно было четыре раза издаваемо и принесло большую пользу народу. Кромѣ того я издалъ: русскій Молитвенникъ, Альманахъ, Календарь и т. д. Я устроилъ литературное Общество (Литературное Заведеніе Пряшевское), издавшее много книгъ для начальнаго образованія и могу съ радостью сказати, что русины пряшевской епархіи воодушевились національною идеею, и молодежь стала дѣйствовати въ народномъ дусѣ. Дѣвицы уже не стыдались пѣти русскіи пѣсни и мой народный гимнъ „Я русинъ былъ, есть и буду" повсюду роспѣвался. Даже евреи стали учитися по-русски. Въ пряшевской гимназіи я преподавалъ русскій языкъ, и мои уроки посѣщали не только русины, но также словаки и мадьяры."

Кромѣ многочисленныхъ народныхъ книгъ, Духновичъ написалъ для интелигенціи „Сокращенную граматику общерусскаго языка", „Народную Педагогію," много сборниковъ, стихотвореній и проч. Книги для народа Духновичъ писалъ на языцѣ, составленномъ изъ угро-русскихъ нарѣчій; въ сочиненіяхъ для интелигенціи онъ всегда употреблялъ литературный русскій языкъ, которымъ владѣлъ въ достаточной степени. Онъ

61

сгруповалъ вокругъ себе кружокъ писателей, къ которому принадлежали между иными: Александръ Павловичъ, поэтъ и собиратель народныхъ пѣсенъ и историческихъ преданій, Андрей Балудянскій, авторъ „Церковной Исторіи", заключавшей въ себе также исторію русской православной церкви въ Австріи и Венгріи, и Стефанъ Мустяновичъ, издавшій „Церковныя проповѣди." До изданія той книги, угро-русское духовенство пользовалось латинскими, нѣмецкими, мадьярскими и словацкими сборниками проповѣдей, послѣдствіемъ чего было, що въ церковныхъ проповѣдяхъ, произносимыхъ на мѣстномъ русскомъ языцѣ, невольно употреблялось много иностранныхъ словъ, которыи усвоивались также народомъ.

Послѣ крымской войны, австрійское правительство перемѣнило свою политику относительно угорской Руси. Оно заподозрило Ад. Ив. Добрянского въ руссофильствѢ и удалило его изъ угорской Руси, предоставивши ему, однако, высшее назначеніе въ Вѣднѣ, такъ що онъ въ очахъ воспитанной собою угро-русской интелигенціи не потерялъ значенія, и продолжалъ оставатись ея руководителемъ. Но все-таки отнятіе правительственного покровительства ослабило русское движеніе въ Венгріи. Пряшевское литературное Заведеніе розвязалось. Духновичъ вліялъ на пряшевского епископа ІосиФа Гаганца и мукачевского еп. Василія Поповича, щобы они помогли основати но-

62

вое литературное Общество, подъ именемъ св. Василія. Но та мысль осуществилась только по смерти Духновича (1865 г.) въ 1866 г. Ново возникшая угро русская интелигенція стала между тѣмъ мадьяризоватись. Самыми рьяными поборниками мадьяризма сдѣлались жены священниковъ и мірской интелигенціи. Болышою трудностью для упроченія національного сознанія среди угорско-русской интелигенціи была нерѣшительность въ выборѣ литературного языка.

Сѣверо-восточная часть Венгріи, заселенная русскимъ народомъ, есть гористою. Поверхность ея имѣетъ такую формацію, що всѣ долины роскрываются къ югу, гдѣ обитаютъ мадьяры; тѣ долины отдѣляются отъ себе высокими хребтами. Вслѣдствіе того жители поодинокихъ долинь мало сообщаются между собою и вмѣсто того находятся въ безпрерывныхъ сношеніяхъ съ мадьярами изъ ровнинъ. Оттого майже каждая долина и котловина имѣетъ свое отдѣльное русское нарѣчіе съ отдѣльными словесными оборотами и выраженіями. Писатель, желающій писати на народномъ угро-русскомъ языцѣ, находится въ затрудненіи, которое нарѣчіе избрати литературнымъ, ибо писанное по говору одной долины не будетъ по-вкусу жителямъ другой и часто станется даже непонятнымъ. Также писанное на галицко-русскомъ и украинскомъ нарѣчіи не совсѣмъ понятно угро-россамъ. Та-

63

кимъ образомъ для нихъ нѣтъ иного выхода, якъ только приняти такій литературный языкъ, которыи заключалъ бы въ себѣ все, общее поодинокимъ нарѣчіямъ. Такимъ языкомъ есть точно общерусскій литературный — и то обстоятельство объясняетъ намъ наклонность угро-руссовъ писати на немъ. Но, щобы среди интелигенціи роспространити знаніе того языка, надобно было пустити въ народъ большое количество книжокъ на томъ же языцѣ. Однако великорусская книга съ трудностью могла достатись въ Австрію, ибо книжныи магазины въ Россіи не имѣли, и даже теперь не имѣютъ, ніякихъ торговельныхъ сношеній съ Австро-Венгріею. Угро-россъ могъ легко получити нѣмецкую или мадьярскую книжку на сплату частями, великорусскую же ему приходилось въ каждомъ случаѣ отдѣльно выписывати, що соединялось съ большими издержками и затрудненіями. Такъ не могучи ни собственного литературного языка создати, ни получати духовную пищу отъ великорусской литературы, угрорусская интелигенція и простонародіе должны были мадьяризоватись.

Сверхъ того каждый русскій Австро Угорщины, вследствіе недостатка дворянского и мѣщанского сословій — если хочетъ сохранити и скрѣпити свое національное сознаніе — долженъ быти демократомъ хлопоманомъ. У галичанъ роспространили демократическую идею

64

польскіи демократы, въ Угорщинѣ же, гдѣ аристократія и дворянство руководили общественною жизнью и угорская католическая іерархія имѣла вліяніе на тамошнее уніатское духовенство — русская мірская интелигенція и духовенство легко проникались мадьярско-дворянскими воззрѣніями, съ высока смотрѣли на простонародіе и его языкъ и отчуждались своему народу.

Такъ пришло къ тому, що, когда правительство въ 1854 г. отняло свое покровительство угро-россамъ, національная жизнь у нихъ приглохла и поддерживаема была единственно вліяніемъ галицкой Руси. Здѣсь было большее количество мірянъ и священниковъ, стоявшихъ за свой народъ и трудившихся на словесномъ поприщѣ. Наукою занимались: Д. Зубрицкій, М. Малиновскій, А. Петрушевичъ, Я. Головацкій, А. Добрянскій и другіи. Стихотворенія и розсказы составляли: Н. Устіяновичъ, И. Гушалевичъ, И. Наумовичъ, Б. Дѣдицкій (самый плодовитый писатель), Могильницкій (Скитъ Манявскій 1852), Данкевичь (Лука изъ Ракова) и пр. Д. Зубрицкій задумалъ оживити патріотическое чувство червоноруссовъ посредствомъ сочиненія, въ которомъ была бы изложена исторія Руси вообще, галицко-владимірского же княжества въ частности. Въ той цѣли издалъ онъ „Родословную картину русскихъ царей и князей Рюрикова рода вообще и галицкихъ въ особенности", за-

65

тѣмъ издалъ онъ въ трехъ частяхъ „Исторію древняго галичско-русскаго княжества" (1852—1855 гг.). Послѣдняя была написана на общерусскомъ литературномъ языцѣ, но была цензурою въ Россіи воспрещена — за характеристику св. Владиміра вел. Съ той причины между червоноруссами роспространился слухъ, що въ Россіи не желаютъ себѣ, дабы внѣ предѣловъ сей имперіи розвивалась литература на общерусскомъ языцѣ, могущая ускользнути отъ наблюденія русско-правительственной цензуры и, попадая въ Россію, роспространяти идеи, противныи государственному благу. „Въ Россіи — такъ говорили тогда въ Галичинѣ — предпочитаютъ, дабы славяне внѣ предѣловъ россійской имперіи писали на своихъ мѣстныхъ нарѣчіяхъ." На сколько тѣ слухи были вѣрными, не знаемъ, но они были причиною, що намѣреніе Зубрицкого и С. Шехевича (издававшого „Семейную Библіотеку въ 1855 -1856 гг.), ввести въ австро-русскую словесность обще-русскій литературный языкъ, розбилось. Они не нашли поддержки ни въ Россіи, ни у своихъ. Но все-таки галичане писали языкомъ, приближеннымъ къ литературному, що опять возбуждало подозрѣніе австрійского правительства, будто они симпатизуютъ съ Россіею и хотятъ отдѣлитись отъ Австріи. Австрійское правительство стало обращати большее вниманіе на литературу своего русского населенія съ тѣхъ поръ

66

когда вслѣдствіе крымской войны произошло новое усложненіе международной европейской политики, о чемъ розскажемъ въ слѣдующей главѣ.

X. Крымская война и ея послѣдствiя для австрiйской Руси.

Съ временъ короля Франца I имѣла Францiя родъ протектората надъ католиками турецкой имперiи. Въ продолженiе 16 до 18 вѣка между Францiею и Турцiею было заключено нѣсколько договоровъ{F. Bamberg: Geschichte der orientalischen Angelegenheiten im Zeitraume des Pariser u. des Berliner Friedens Berlin 1892 стр. 12—36} (капитулацiй), въ силу которыхъ за первою признано было право, защищати западныхъ купцовъ, путешественниковъ и монаховъ, пребывающихъ въ предѣлахъ Турцiи. Вслѣдствiе того купцы и купеческiи суда, отправлявшiися въ Турцiю, поддавали себе подъ покровительство Францiи и старались веегда получити свидѣтельство отъ торговельной палаты въ Марсилiи, обезпечавшее ихъ торговыи дѣла на Востоцѣ. Оттого всѣхъ западныхъ купцовъ называли въ Турцiи франками.

Папа Пiй IX рѣшился воспользоватись онымъ французскимъ протекторатомъ, щобы роспространити на Востоцѣ

67

католицизмъ и православныхъ Турцiи соединито съ римскою церковью. Въ той цѣли заключилъ онъ въ 1847 г. конкордатъ съ Турцiею и постановилъ учредити въ Iерусалимѣ католическiй патрiархатъ. Въ слѣдующемъ 1848 г., новый патрiархъ, Валерга изъ Лоано, отбылъ 14 января свой торжественный въѣздъ въ Iерусалимъ и одновременно, по дѣлу соединенiя церквей, посланъ былъ къ султану Абдулъ-Меджиду кардиналъ Феррiери, которому вскорѣ прибылъ на помощь Французскiй ученый Эженъ Борэ, написавшiй нѣсколько сочиненiй противъ православiя. Турецкое правительство отнеслось къ плану Пiя IX благосклонно, однако вселенскiй патрiархъ и даже армяне огклонили всякую мысль, признати главенство папы.

Такимъ образомъ планъ папы обрушился, не оставшись однако безъ послѣдствiй. Именно учрежденiе католического патрiархата въ Iерусалимѣ подняло надежды тамошнихъ католиковъ, которыи смѣлѣйше стали выступати противъ православныхъ, такъ що, вмѣсто предполагавшогося примиренiя обѣихъ церквей, въ Iерусалимѣ и всей Турцiи возникла еще большая вражда между ихъ исповѣдниками. Названный Борэ издалъ въ 1850 г. брошуру: Question des lieux saints (Вопросъ о св. мѣстахъ), въ которой доказывалъ права католиковъ до нѣкоторыхъ св. мѣстъ въ Палестинѣ, находившихся въ рукахъ православныхъ. Та

68

брошура произвела возраженiя со стороны православныхъ и горячiй споръ, розразившiйся въ концѣ пламенемъ войны. Споръ пошелъ между иными о веѳлеемскую церковь и о церковь гроба Господня въ Iерусалимѣ. IIоложенiе послѣдняго храма по праву собственности было своеобразное: одна его часть была общею собственностью всѣхъ христiанъ, но поодинокiи алтари, часовни, своды, стѣны и самыи крошечныи мѣста принадлежали то правоолавнымъ, то католикамъ, то армянамъ, коптамъ, сирiйцамъ и абисинцамъ. При такомъ многосложномъ правѣ собственности, споры и даже свалки были на дневной очереди и турецкiи власти должны были безпрерывно вмѣшиватись и возстановляти порядокъ. Общественное мнѣнiе Францiи, порушенное брошурою Борэ, занялось судьбою св. мѣстъ въ Палестинѣ и вслѣдствiе того французское правительство приказало своему посланнику въ Цареградѣ, ген. Опику, требовати отъ турецкого правительства признанiя за католиками нѣкоторыхъ св. мѣстъ, къ которымъ они имѣли притязанiя (августъ 1850). Францiю поддержали другiи католическiи государства, между ними также Австрiя.

Россiя, узнавши о намѣренiи Францiи, заступилась съ своей стороны за православныхъ. Якъ Францiя надъ католиками, такъ Россiя имѣла протекторатъ надъ православными въ Турцiи. То право опеки прислуживало ей въ силу

69

условiй мира въ Кучукъ-Кайнарджи отъ 1774 г. Французская дипломатiя съумѣла перетянути турецкое правительство на свою сторону, а такъ якъ Францiя отклонила предложенiе Россiи, рѣшити споръ посредствомъ порозумѣнiя — то должна была возникнути распря между обѣима государетвами. Она обострилась тѣмъ больше, що владѣтель Фравцiи Наполеонъ, принявшiй 2 декабря 1852 г. титулъ императора, чувствовалъ себе письмомъ царя Николая I обиженнымъ, такъ якъ въ письмѣ томъ царя вмѣсто словъ „мой братъ“ — употребилъ онъ выраженiе „мой другъ.“

Видя вражду Францiи, хотѣлъ царь Николай I приблизитись къ Англiи и въ приватномъ розговорѣ съ англiйскимъ посланникомъ въ Петроградѣ 21 февраля 1853 г. указалъ на замѣшательства, потрясающiи турецкую имперiю и на близкое ея роспаденiе. Въ виду возможности такого событiя должны Англiя и Россiя, — такъ сказалъ императоръ посланнику — яко найбольше интересованныи державы, со собою порозумѣтись. Въ случаѣ розложенiя Турцiи, придунайскiи княжества, Сербiя и Болгарiя могутъ стати независимыми державами, Египетъ и островъ Критъ можетъ забрати Англiя... Англiя съ тѣмъ предложенiемъ не согласилась и сверхъ того довела оное къ свѣдѣнiю Турцiи, которая тѣмъ больше подстрекнута была противъ Россiи.

Не смотря на отказъ Англiи, царь

70

Николай отправилъ въ Февралѣ 1853 г. кн. Меншикова въ Цареградъ съ рѣшительнымъ требованiемъ, не обижати правъ православныхъ въ св. мѣстахъ, препоручая ему, въ случаѣ опора турецкого правительства, сорвати съ нимъ дипломатическiи сношенiя. Посольство Меншикова осталось безъ успѣха и 2 iюля 1853 г. двинулись два русскiи корпусы, щобы заняти Молдавiю и Валахiю.

Для исхода войны было рѣшающимъ становище Австрiи. Австрiя негодовала на Турцiю за даванiе прiюта мадьярскимъ и польскимъ эмигрантамъ. Когда въ 1852 г. Турцiя хотѣла покорити Черногорiю, выступила Австрiя въ ея защитѣ и послала въ Цареградъ (январь 1853 г.) гр. Лейнингена съ требованiемъ, прiостановити военныи дѣйствiя у ея границы. Турцiя принуждена была вслѣдствiе того сообразитись съ требованiемъ Австрiи. Но относительно Россiи австрiйская дипломатiя станула на иномъ становищѣ. Въ iюнѣ 1853 г. Россiя сдѣлала Австрiи предложенiе, станути на сторону Россiи, поставити на турецкой границѣ армейскiй корпусъ и заняти Сербiю, Боснiю и Герцеговину. Австрiя отклонила то предложенiе и заодно съ западными державами приняла неприкосновенность турецкого государства въ програму своей иностранной политики. Но войну съ Россiею, къ которой Австрiю приглашали Францiя и Англiя, готова была Австрiя начати лишь въ такомъ случаѣ,

71

„если бы та война имѣла великiи цѣли въ виду“{Popowski: Anglia i Rosya w Azyi (Przeglad Polski 1890 czerwiec стр. 95.)}, т. е. такое ослабленiе Россiи, щобы она въ будущемъ для Австрiи не была опасною. Совершенное розслабленiе Россiи могло послѣдовати только послѣ возстановленiя независимой Польщи въ давнихъ предѣлахъ, о чемъ мечталъ Наполеонъ. Но такому переустройству Европы воспротивлялись многiи государственныи дѣятели Пруссiи, между ними Бисмаркъ, писавшiй 25 iюля 1854г. Мантайфелю: Австрiя не должна участвовати въ войнѣ, ибо въ такомъ случаѣ она можетъ заняти придунайскiи княжества и создати независимую Польщу, которая ослабила бы становище Пруссiи{Moritz Busch: Unser Reichskanzler. Leipzig 1884.}. Хотя прусскiй посланникъ при лондонскомъ дворѣ Бунзенъ представлялъ Россiю врагомъ Германiи и совѣтовалъ своему правительству разомъ съ западными державами начати съ нею войну{Christian: Carl Iosios Freiherr von Bunsen. Leipzig 1871 III. стр. 337—343.}, однако приклонная Россiи партiя взяла верхъ на дворѣ Фридриха Вильгельма IV и Пруссiя лишь 20 апрѣля 1854 г. заключила съ Австрiею договоръ, которымъ обѣ державы обязались помогати себѣ взаимно въ случаѣ непрiятельского нападенiя на одну изъ нихъ и требовати

72

отъ Россiи выведенiя ея войскъ изъ Молдавiи и Валахiи. Противъ Россiи имѣли обѣ державы выстунити съ войною лишь въ такомъ случаѣ, если бы она не очистила отъ своихъ войскъ придунайскiи княжества, или переступила Балканъ.

Такое выступленiе Австрiи, загородившее Россiи путь въ Цареградъ, огорчило военныи кружки въ Петроградѣ. Генералы Пашкевичъ и Iомини — якъ утверждали въ Австрiи — имѣли совѣтовати императору Николаю, щобы объявилъ Австрiи войну и искалъ пути въ Цареградъ — черезъ Вѣдень{Bamberg я в. стр. 87.}. Генералъ Сумароковъ имѣлъ даже изготовити планъ такого похода, Iомини же предложилъ царю пропамятное письмо, въ которомъ совѣтовалъ, илн немедленно съ цѣлою силою ударити въ направленiи Вѣдня, или удовлетворити требованiю Австрiи, т. е. оставити придунайскiи княжества и сосредоточити военныи силы для защиты Крыма.

Щобы не навлечи на себе военныхъ силъ Австрiи, императоръ Николай избралъ послѣднее и приказалъ своимъ войскамъ, сражавшимся при Дунаѣ съ турками съ 23 октября 1853 г., оставити придунайскiи княжества. Приказъ данъ былъ 20 iюля 1854 г. и уже 6 августа были турки въ Букарештѣ. Австрiя, заключившая 14 iюня договоръ съ Турцiею касательно занятiя ея войсками Молда-

73

вiи и Валахiи, мобилизовала 550.902 человѣкъ съ 1184 орудiями, поставила въ Галичинѣ сильный обсервацiйный корпусъ, обсадила своимъ войскомъ, подъ начальствомъ Фельдцейгмайстра Гесса придунайскiи княжества (въ сентябрѣ и октябрѣ) и заключила, 2 декабря союзъ съ Англiею и Францiею.

Между-тѣмъ, Англiя и Францiя, заключивши 12 марта 1854 г. союзъ съ Турцiею, объявили 28 марта войну Россiи. Ихъ военныи отряды сначала поспѣшили на помощь турецкой придунайской армiи, но такъ якъ Россiя въ iюлѣ отозвала свои войска изъ Валахiи и Молдавiи, то вожди союзныхъ войскъ должны были набрати иный планъ для военныхъ дѣйствiй. Французскiй военный министръ Валльянъ предлагалъ, направити походъ черезъ Аккерманъ, Одессу и Перекопъ къ Украинѣ и взволновати Кавказъ, но военный совѣтъ, состоявшiйся 18 iюля въ Варнѣ, рѣшилъ добыти прежде всего Севастополь въ Крыму.

Такимъ образомъ театромъ войны сдѣлался Крымъ и сверхъ того турецкая Арменiя. Геройская защита Севастополя, удивившая весь мiръ, приковала всѣ военныи силы союзниковъ къ той крѣпости, такъ що они нiякъ дальше въ предѣлы Россiи двинутись не могли. 2 марта 1855 г. умеръ царь Николай и на престолъ Россiи вступилъ его сынъ Александръ II. Хотя Севастополь послѣ долгой осады 8 сентября 1855 г. добытъ

74

былъ союзными войсками и противъ Россiи выступила также Сардинiя, заключившая съ Англiею и Францiею союзъ (26 января 1855 г.) и отправившая вспомогательное войско подъ Севастополь — однако силы западныхъ державъ были такъ истощены, що они выразили желанiе, заключити миръ. Кромѣ того Наполеона обезохотило къ дальшей войнѣ отклоненiе его плановъ касательно Польщи. Двукратно — въ мартѣ и сентябрѣ 1855 г. — предлагалъ онъ въ Лондонѣ возстановити Польщу „въ предѣлахъ трактатовъ 1815 г.“ Однако Англiя возразила, що того рода проектъ можетъ огорчити Пруссiю и Австрiю и отдалити ихъ отъ западныхъ державъ. Не имѣя другихъ цѣлей, рѣшился Наполеонъ сблизитись съ Россiею. Видя наклонность западныхъ державъ къ миру, Австрiя опасалась, щобы интересы ея при управильненiи восточного вопроса не понесли ущерба, и по той причинѣ отправила она въ Петроградъ графа Эстергази, а тотъ 26 декабря 1855 г. вручилъ петроградскому двору ультиматумъ, въ которомъ между иными требовалось отъ Россiи отступленiя половины Бесарабiи въ пользу Молдавiи. Австрiя желала отодвинути Россiю подальше отъ устьевъ Дуная и отъ своей восточной границы. Собравшаяся 26 февраля 1856 г. конференцiя въ Парижѣ для составленiя условiй мира лишь отчасти удовлетворила требованiю Австрiи. Въ мирѣ, подписанномъ 30 марта, отступила

75

Россiя Молдавiи изъ Бесарабiи лишь полосу, прилегающую къ нижнему Пруту и Дунаю. Но вообще становище Россiи на юзѣ было ослаблено, ибо въ силу условiй мира нельзя было ей на Чорномъ морѣ ни держати военного флота, ни сооружати крѣпости. Чорное море было открыто для торговельныхъ судовъ всѣхъ нацiй, но на немъ не могли появлятись воевныи корабли. Независимость и цѣлость Оттоманской имперiи былы гарантованы всѣми державами, подписавшими парижскiй трактатъ, Крымская война оживила нацiональное движенiе румуновъ, нашедшее поддержку у другихъ романскихъ народовъ, именно въ Францiи и Италiи. Сардинскiй министръ гр. Кавуръ писалъ 4 сентября 1856 г. къ посланнику Сарданiи въ Лондонѣ: „Румунская нацiональность есть противовѣсомъ, который можно противоставити панславизму въ пользу Турцiи и Европы. Панславизмъ грозитъ всей Европѣ; съ той причины должна она старатись о сохраненiи и скрѣпленiи нацiи, симоатизующей съ Западомъ.“{Bamberg я. в. стр. 298.} Вслѣдствiе того, подъ покровительствомъ западныхъ державъ, совершилось въ январѣ и Февралѣ 1859 г. соединенiе Молдавiи и Валахiи посредетвомъ избранiя княземъ обохъ княжествъ полковника Кузы. Войска Австрiи еще прежде оставили тѣ княжества.

76

Крымская война не обошлась безъ послѣдствiй для Прекарпатской Руси. Въ ней лежалъ собственный источникъ двохъ явленiй въ дальшей судьбѣ австрiйской Руси: 1) отнятiя правительственной поддержки нацiональнымъ ея стремленiямъ и даже пробы вынародовити ю; 2) церковно-обрядового движенiя на австрiйской Руси.

Противоноложность интересовъ Австрiи и Россiи, обнаружившаяся во время крымской войны, произвела между ними охлажденiе. Въ Россiи стали жаловатись на неблагодарность Австрiи, которая спасла свое существованiе въ 1849 г. лишь при россiйской помощи, въ Австрiи же стали опасатись мести сѣверного государства и еще съ большимъ, чѣмъ прежде, недовѣрiемъ относитись къ славянамъ. Среди такихъ обстоятельствъ вѣденьское правительство стало зорко слѣдити за движенiемъ своихъ русскихъ гражданъ, которыи, хотя назвали себе „рутенами“ и увѣряли весь мiръ въ своей нацiональной отдѣльности отъ великооссовъ, все-таки (по мнѣнiю правительсва) не представляли собою стихiи, на которой бы можно было оперти государственную политику.

Правительство задумало затѣмъ, посредствомъ введенiя латинской азбуки въ австро-русскую письменность прервати духовную связь между австрiйскою Русью и Россiею и такимъ образомъ сплотити свою Русь съ австрiйскою го-

77

сударственною идеею. Первая мысль въ томъ отношенiн вышла, кажетея, изъ Галичины, ибо здѣсь еще въ 1848 и 1849 гг. нѣкоторыи поляки нробовали писати по мало-русски съ употребленiемъ польской азбуки, въ 1858 же г. Л. Е. Венглинскiй издалъ латинскимъ письмомъ свои поэзiи{И. Е. Левицкiй: Галицко-русская Библiографiя I. н-ръ 1003—1065.}. Переведенiемъ той мысли занялся намѣстникъ Галичины гр. Агеноръ Голуховскiй, предложившiй въ томъ дѣлѣ 27 апрѣля 1859 г. докладъ министерству полицiи и впослѣдствiи 3 iюля министру внутреннихъ дѣлъ Баху. По препорученiю правительства написалъ секретарь министерства просвѣщенiя Iомифъ Ѣречекъ брошуру, въ которой русской народности совѣтовалъ приняти латинскую азбуку. Онъ старался повлiяти также на галицко-русского писателя Б. Дѣдицкого, пребывавшого тогда въ Вѣднѣ яко правительственного стипендiата по класической и славянской филологiи{Изъ записокъ В. А. Дѣдицкого (Юбилейное изданiе „Слова“ января 1885.)}. Щобы освѣдомитись въ литературныхъ стремленiяхъ русского народа въ Австрiи, принялъ Ѣречекъ названного Дѣдицкого яко преподавателя мало-русского языка въ свой домъ. Но Дѣдицкiй, узнавши о намѣренiи правительства, написалъ брошуру: „О неудобности латинской азбуки въ русской письменности“ (Вѣдень 1859), розошедшуюся въ 2000

78

экзсмиляровъ. Ѣричекъ убѣдился, що его старанiе, прiобрѣсти молодого литератора для своихъ плановъ, было напрасно — и онъ выразвлъ своему преподавателю сожалѣнiе по причинѣ оной брошуры.

Министерство просвѣщенiя приказало нисьмомъ отъ 8 мая 1859 г. львовскому намѣстничеству составити комисiю для обсужденiя вопроса: не можетъ ли въ австро-русскую письменность быти введено латинское письмо? Членовъ комисiи назначило львовское намѣстничество. Именно были приглашены: львовскiй епископъ-суфраганъ Спиридiонъ Литвиновичъ, львовскiи крылошане Михаилъ Куземскiй и Михаилъ Малиновскiй, нрофесоръ университета Яковъ Головацкiй, инспекторъ гимназiй Евсевiй Черкавскiй, директоръ гимназiи и школьный совѣтникъ Амвросiй Яновскiй и гимн. дир. Ѳома Полянскiй, священникъ Iосифъ Лозинскiй, правительственныи совѣтники (нѣмцы) Кароль Мошъ и Эрнестъ Зелигъ и выше названный секретарь министерства просвѣщенiя I. Ѣречекъ{Ruthenische Sprach- u. Schriftfrage in Galizien Lemberg 1861.}. Совѣщанiя цроисходили подъ предсѣдательствомъ самого же намѣстника Голуховского, который въ первомъ засѣданiи заявилъ, що правительство желаетъ, дабы русины приняли латинскую азбуку, ибо лишь такимъ образомъ можно пред-

79

упредити „россiйскую пропаганду между нѣкоторыми австро-русскими литераторами“. Ѣречекъ приводилъ въ пользу правительственного предложенiя доказательства научного и культурного характера, однако русскiи члены комисiи нiякъ не дали себе розубѣдити и твердо стояли за славянское письмо. Куземскiй смѣло протестовалъ противъ вмѣшательства правительства въ дѣла русского языка и письма. Правительство было вынуждено, оставити свою мысль и ограничити свою мѣру лишь на реформу австро русского правописавiя. Та реформа состояла въ томъ, що буква ъ была выкинена изъ окончанiя словъ по твердыхъ согласныхъ и принята была новая буква: преiотованное е (iє). Роспоряженiемъ отъ 15 iюля 1859 г. приказано было, употребляти новую правопись въ школахъ. Съ оного времени воспрещено было также употребленiе въ учебникахъ школьныхъ гражданки; школьныи учебники могли печататись лишь кирилицею. Сверхъ того приказало львовское намѣстничество (4 августа 1859 г.), въ русскомъ текстѣ „Вѣсiника. законовъ и роспоряженiй“ возлѣ русского текста кирилицею помѣщати также тотъ же текстъ латинскимъ письмомъ, щобы Русь постепенно привыкла къ латинцѣ.

Между членами азбучной комисiи было одно лице, выступившее тогда въ первый разъ на политическое поприще и съ оного времени отыгрывавшее виднѣйшую роль на гал. Руси. То былъ львов-

80

скiй епископъ-суфраганъ Спиридiонъ Литвиновичъ, съ 1848 г. настоятель прихода св. « Варвары въ Вѣднѣ, въ 1852—1857 гг. ректоръ греко-унiатской вѣденьской семинарiи, съ 1857 г. помощникъ немощного митрополита Левицкого въ управленiи львовскою епархiею. Митрополитъ Левицкiй еще въ 1840-ыхъ годахъ сталъ недомогати, проживалъ большою частью въ Уневѣ и епархiею управляли епископы-суфраганы, которыми были сперва Яхимовичъ, затѣмъ (по назначенiи сего послѣдняго епископомъ перемышльскимъ) Iоаннъ Бохенскiй, послѣ смерти послѣдняго въ 1857 г. Литвиновичъ.

Литвиновичъ — человѣкъ образованный, съ великосвѣтскими манерами — сблизился въ Вѣднѣ съ императорскимъ дворомъ и считался горячимъ приверженцемъ тогдашней правительственной системы. И онъ былъ не чуждъ наклонностей, розвитыхъ подъ меттерниховскою системою; охотникъ до пиршествъ и роскошной жизни, видѣлъ онъ, ровно якъ Яхимовичъ, въ хорошей одежѣ и изящныхъ товарищескихъ прiемахъ совершенство интелигенцiи. Хотя онъ былъ не безъ нацiонального русского сознанiя, но, яко человѣкъ одолжавшiй правительству свое достоинство, старался его желанiя касательно гал. Руси, о сколько то было въ его силѣ, осуществити, Въ началѣ 1858 г. умеръ митрополитъ Левицкiй, получившiй годъ прежде

81

титулъ кардинала. Литвиновичъ назначенъ былъ администраторомъ епархiи. Въ томъ званiи издалъ онъ 30 августа 1859 г. пастырское посланiе къ подвѣдомственному духовенству съ препорученiемъ, дабы въ народныхъ школахъ употребляти лишь учебники, печатанныи кирилицею и придерживатись правительствомъ указанного правописанiя; въ народныхъ школахъ должны дѣти обучатись также польскому письму. 25 ноября 1859 г. издалъ онъ опять къ подвѣдом-ственному духовенству въязыковомъ дѣ-лѣ окружное письмо слѣдующого содержанiя: „Замѣчается прискорбное явленiе, що въ послѣднихъ годахъ возникло въ „рутенской“ словеености стремленiе, ввести въ литературиый языкъ малопонятное для народа нарѣчiе. То стремленiе не только сталось свойственнымъ печати, но многiи проповѣдники и законоучители въ своихъ проповѣдяхъ, наставленiяхъ и школьномъ обучанiи употребляютъ церковно-словенскiи формы, пренебрегая простонароднымъ нарѣчiемъ. Такое стремленiе не только задерживаетъ розвитiе покровительствуемой правительствомъ рутенской литературы, но также вредитъ обученiю народа въ церкви и школѣ. Митрополичiй ординарiатъ принужденъ возстати противъ такого злоупотребленiя и препоручити подвѣдомственнымъ ему органамъ, строго придерживатись рутенскихъ языковыхъ формъ, Успѣванiе рутенской народной литературы лежитъ

82

такъ въ интересѣ самого же русского населенiя, якъ и правительства и католической церкви. Церковно-славянскiй языкъ съ своими пережившимися формами задержалъ бы духовное розвитiе народа и сверхъ того породилъ бы существующее уже произведенiе, образовавшееся точно на основанiи церковно-славянского языка — т. е. великорусское нарѣчiе. Такiй результатъ у русиновъ, проникнутыхъ уже сознанiемъ особой нацiональной индивидуальности, ровнялся бы ихъ самоуничтоженiю. Сверхъ того онъ лишилъ бы ихъ душевного спасенiя, ибо велико-русскiй языкъ ввелъ бы русиновъ въ духовную общность съ народомъ, враждебнымъ католической церкви и чуждымъ для нашего отечества. Съ той причины митрополичiй ординарiатъ строго повелѣваетъ всѣмъ священникамъ и законоучителямъ, въ проповѣдяхъ, рѣчахъ къ народу и при обучанiи закону Божiю употребляти простонародный языкъ и наблюдати за тѣмъ, дабы въ школахъ, подвѣдомственныхъ церковной власти, преподаванiе происходило на чистомъ простонародномъ нарѣчiи. Духовенству препоручается, свои языковыи розсужденiя номѣщати въ правительственной газетѣ „Вѣстникъ“, который долженъ сосредоточати литературную дѣятельность русиновъ{„Дѣло“ Львовъ 1885 п-ръ 138—140; Левицкiй: Библiографiя I. н-ръ 1133.}.“

83

Въ томъ же 1859 г. задумалъ Б.А. Дѣдицкiй издавати журналъ „Зоря Галицкая“ съ прибавленiемъ „Прiятель народа“, опредѣленнымъ для простонародiя. Львовская полицiя согласилась на издательство лишь подъ условiемъ, если изъ изданiй будутъ исключены всѣ политвческiи, соцiальныи и религiйныи вопросы, также изъясненiе русскихъ церковныхъ обрядовъ и современная исторiя, и если газеты будутъ издаватись на областномъ простонародномъ нарѣчiи, письмомъ и правописанiемъ, предписаннымъ правительственнымъ роспоряженiемъ отъ 11 августа 1859 г. Въ виду такихъ требованiй, стѣсняющихъ литературный трудъ, Дѣдицкiй отказался отъ издательства. Вообще, вслѣдствiе стѣснительныхъ мѣръ Баховской системы умственная жизнь австрiйскихъ русскихъ была бы совершенно пала, если бы вскорѣ не было произошло преобразовавiе внутреннихъ отношенiй Австрiи.

Съ крымскою войною находится также въ нѣкоторой связи церковно-обрядовое движенiе Прикарпатской Руси въ началѣ 1860-ыхъ годовъ. Оная война, якъ мы видѣли, возникла собственно изъ движенiя, охватившого католическiй мiръ съ вступленiемъ на папскiй престолъ Пiя IX. Когда по смерти Григорiя XVI (16 iюня 1846 г.) конклаве кардиналовъ избрало папою гр. Мастаи-Феррати подъ именемъ Пiя IX, католическiй мiръ оживился новыми надеждами. Пiя IX счи-

84

тали самымъ способнымъ изъ кардиналовъ и уважали за его усердiе въ дѣлахъ католицизма и за милосердiе объявленное нимъ населенiю Неаполя въ 1836 г., когда онъ, пребывая яко нунцiй въ семъ навѣщенномъ холерою городѣ, посѣщалъ больницы и продалъ всю свою серебряную домашнюю утварь, щобы роздати милостыню нищимъ. Либералы надѣялись отъ него введенiя реформъ въ Римѣ — ультрамонтаны возобновленiя католического духа; вообще всѣ католическiи партiи старались сблизитись съ новымъ папою и подавали ему свои совѣты, проекты и розличного рода планы.

Одною изъ любимыхъ мыслей Пiя IX было соединенiе восточныхъ церквей съ римскимъ престоломъ. На той почвѣ старалась католическая партiя польской эмиграцiи навязати съ нимъ сношенiя. Она, якъ мы уже сообщали, составила въ Парижѣ католическiй кружокъ, которого члены приняли на себе задачу, возбудити и укрѣпити среди поляковъ католическое чувство. Къ тому кружку принадлежалъ также извѣстный русскимъ галичанамъ Владимiръ Терлецкiй, принужденный австрiйскимъ правительствомъ въ 1836 г. оставити Краковъ. Терлецкiй въ 1839 г. уѣхалъ въ Римъ для поступленiя въ духовную колегiю, съ цѣлiю изученiя богословскихъ наукъ. Здѣсь нашолъ онъ нѣсколько поляковъ, отдававгаихся также богословскимъ наукамъ, а

85

именно Семененка, Кайсевича, Дунского и Казановского. Они съ Терлецкимъ, подражая польской эмиграцiи, составлявшей всюда кружки и Общества, устроили между собою общежитiе съ монастырскими порядками. Когда же Семененко и Кайсевичъ были уже рукоположены въ священники, то они составили новую конгрегацiю, для которой приняли названiе „Змартвыхвстанцевъ“. Настоятелемъ конгрегацiи избранъ былъ Семененко. (1840 г.)

Было то время, когда католическiй мiръ оставался подъ впечатлѣнiемъ перехода въ православiе 1,500.000 унiатовъ въ Россiи. То событiе, задавшее тяжелый ударъ католической церкви и польскому дѣлу, поразило польскую эмиграцiю и новую конгрегацiю, которая стала промышляти о томъ, якимъ образомъ можнобы вознаградити понесенную потерю. Одинъ изъ эмигрантовъ, Веловейскiй, рѣшился перейти на греческiй обрядъ и, яко унiатскiй священникъ, дѣйствовати въ пользу польского дѣла{Pierwszy zakon przez polakow w Rzymie zalozony (Przeglad Polski CV. III. 1892 стр. 555.)}. Терлецкiй предложилъ образовати въ конгрегацiи змартвыхвстанцевъ два отдѣленiя: латинское и греко-унiатское. Однако его предложенiе не было принято{Записки Вл. Терлецкого (Русская Старина) 1889, iюль стр. 23.}.

86

Змартвыхвстанцы задумали вести борьбу противъ Россiи не только на религiйномъ, но также и на этнографическомъ поприщѣ. Они рѣшили роспространити свою дѣятельность въ первой линiи на славянъ, щобы ихъ подстрекнути противъ Россiи. Кайсевичъ писалъ польскому поэту Мицкевичу 22 мая 1840 г.: „Такъ якъ ты занимаешся славянскими дѣлами, то постарайся о все, що писалъ Копитаръ; онъ писалъ противъ Мацѣевского, Палацкого и Шафарика, которымъ онъ сказалъ воочiю, що они протестанты, що завязали заговоръ противъ католичества, що берутъ пособiя отъ сѣверныхъ журавлей...“{Pierwszy zakon я. в. CVL 4 отр, 124.}. Но обстоятельства не благопрiятствовали такому начинанiю и змартвыхвстанцы пока-що ограничили свою дѣятельность на мисiяхъ между поляками въ Францiи. Одинъ изъ змартвыхвстанцевъ, ксендзъ Яловицкiй, провожалъ по Францiи нѣкую Макрину Мечиславскую, выдававшую себе за игуменю унiатского минского женскьго монастыря. Она розсказовала о неимовѣрныхъ гоненiяхъ унiатовъ, о насильственномъ ихъ обращенiи въ православiе, о мученiяхъ, которымъ будто бы подвергались монахини ея обители. Мечиславская сдѣлалась въ рукахъ поляковъ сильнымъ и весьма дѣятельнымъ средствомъ къ возбужденiю враждебныхъ чувствъ противъ Россiи на Западѣ. Она розсказовала, що чудеснымъ

87

образомъ бѣжала изъ темницы cъ двома монахинями въ Познанскую провинцiю, а оттуду розличными дорогами попала въ Парижъ. Папа повелѣлъ вѣденьскому нунцiю розыскати сопутницы Макрины, но ихъ нельзя было нигдѣ найти, такъ якъ въ дѣйствительности ихъ нигдѣ не было.

Когда Пiй IX засѣлъ на папскомъ престолѣ и стало извѣстнымъ, що онъ хочетъ православныхъ Востока соединити съ Римомъ, члснъ конгрегацiи змартвыхвстанцевъ Кайсевичъ предложилъ ему въ 1846 г. пропамятное письмо, въ которомъ совѣтовалъ: 1) поднести и розвити греческую колегiю въ Римѣ, переустроивая ю въ греко-славянскую; 2) оживити католическое чувство унiатовъ въ Галичинѣ и Угорщинѣ и иривязати ихъ къ Риму; 3) постаратись о мисiонеровъ для славянъ турецкой имперiи; 4) признати святыми Андрея Боболю и Iосафата Кунцевича{Pamietniki Kajsiewicza. Pisma T. Ш. стр. 449.}.

Въ концѣ 1846 г. прибылъ изъ Парижа въ Римъ Владимiръ Терлецкiй, также съ проектомъ возсоединенiя церквей. Головныи его точки были слѣдующiи: 1) подъ главенствомъ римского папы восточныи церкви должны сохранити ненарушимость своихъ обрядовъ; обряды латинской церкви не должны пользоватися нiякими преимуществами предъ о-

88

брядами восточными; имъ должно оказыватись со стороны западной церкви всевозможное почитанiе; 2) въ колегiи кардиналовъ должны быти члены восточныхъ церквей, преимущественно же представители греко-славянского обряда; 3) всѣ латинскiи мисiи между восточными христiанами должны быти закрыты и замѣнены мисiями изъ лицъ, принадлежащихъ къ мѣстнымъ народностямъ Востока; въ той цѣли необходимо основати въ Римѣ восточную мисiонерскую семинарiю съ неуклоннымъ въ ней сохраненiемъ правилъ и каноновъ восточныхъ церквей; 4) головное вниманiе должно быти обращено на славянъ, пользующихся на Востоцѣ преобладающимъ влiянiемъ, и съ тою цѣлiю долженъ быти созданъ русско-славянскiй патрiархатъ на правахъ другихъ патрiаршихъ престоловъ; 5) всѣ нововведенiя, сдѣлавныи подъ влiянiемъ латинянъ по образцу римского обряда въ восточныхъ соединенныхъ съ Римомъ церквахъ, должны быти устранены, и такимъ образомъ возстановлена первоначальная чистота восточного обряда; 6) должно быти розрѣшено всѣмъ, предки которыхъ перешли въ латинство, возвратитись безъ всякихъ затрудненiй на лоно прежней своей церкви; 7) необходимо подняти блескъ и обаянiе восточныхъ соединеяныхъ съ Римомъ церквей дарованiемъ ихъ духовенству всѣхъ преимуществъ и привилегiй, якими пользуются латинское духо-

89

венство, и росаространенiемъ среди духовенства на Востоцѣ большого просвѣщенiя; въ той цѣли слѣдуетъ основати въ Римѣ отдѣльную для восточныхъ языковъ типографiю; 8) въ виду того, що безъ благодати Божiей нельзя розсчитывати на успѣхъ, слѣдовало бы завести братства, имѣющiи цѣлью молитись о соединенiи церквей, и призвати всѣхъ католиковъ къ участiю въ оныхъ; 9) наконецъ, для больше успѣшного веденiя того дѣла, Терлецкiй проситъ для себе позволенiя возвратнтись къ обряду предковъ, т. е. къ греко-славянскому.

Тотъ проектъ вручилъ Терлецкiй папѣ на спецiальной авдiенцiи. Папа прiобѣщалъ поддати его розсмотрѣнiю пропаганды.

Въ Римѣ познакомился Терлецкiй съ княгинею Зинаидою Волконскою, перешедшею изъ православiя въ католичество, и также съ индiйскимъ мисiонеромъ еп. Люке, которыи одобрили его планъ и посовѣтовали (для осуществленiя оного) основати „Восточное Общество“, члены которого своими ежегодными взносами и молитвами содѣйствовали бы преднамѣченной цѣли. Обществомъ долженъ управляти комитетъ, составленный на половину изъ членовъ латинского обряда и на половину изъ членовъ восточныхъ церквей, подъ предсѣдательствомъ кардинала-префекта пропаганды вѣры Франсони.

Общество было по предначертанно-

90

му плану вскорѣ составлено и во главѣ его станулъ комитетъ, членами которого были между иными кардиналъ-префектъ пропаганды Франсони, духовникъ папы Грацiоэа, свящ. Жербэ, ученый священникъ Тайнеръ, занимавшiйся исторiею польской и унiатской церквей, кн. Кадоръ, французскiй сенаторъ и другiи. Терлецкiй, получившiй отъ папы розрѣшенiе на возвращенiе къ обряду своихъ предковъ (греко-унiатскому), занималъ въ комитетѣ чинъ секретаря по „восточнымъ дѣламъ.“ Онъ прiодѣлъ православную рясу, отпустилъ себѣ бороду и принялъ внѣшнiй видъ греко-православного священника. Комитетъ издалъ отзывъ къ католикамъ всего мiра, поступати въ члены Общества и содѣйствовати его цѣлямъ.

Въ то время, якъ общество начало свою дѣятельстность, издалъ папа энциклику къ восточнымъ церквамъ, приглашавшую ихъ къ соединенiю съ римскимъ престоломъ, въ которой упоминалось осоставленiи въ Римѣ „Восточного Общества“ и дано было обѣщанiе, въ случаѣ соединенiя церквей, сохранити ненарушимыми восточныи обряды.

Терлецкiй намѣрялъ учредити при „Восточномъ Обществѣ“ мисiонерскую школу, которой воспитанники имѣли бы проводити въ дѣйствiе задачи Общества. Щобы собрати необходимыи на такое заведенiе фонды, прiобрѣсти способныхъ кандидатовъ и познати отношенiя право-

91

славного Востока, отправился онъ лѣтомъ 1847 г. въ путешествiе въ Палестину, Цареградъ, Болгарiю, Сербiю и Хорватiю — хотѣлъ также посѣтити унiатскихъ епископовъ Угорщины и Галичины, но австрiйское правительство приказало ему оставити предѣлы своей имперiи, подозрѣвая въ немъ польского революцiонера.

Когда Терлецкiй возвратился въ Римъ, нашолъ онъ „Восточное Общество“ въ полномъ розложенiи. Оно потеряло сочувствiе у папы и членовъ пропаганды, негодовавшихъ на иравославныхъ Востока за отклоненiе предложенiя касательно соедвненiя церквей. Папа сказалъ на авдiенцiи къ Терлецкому: „Вы предприняли великое дѣло, но въ немъ, якъ видно по результатамъ вашего путешествiя, нѣтъ воли Божiей; ступайте теперь въ Галичину, тамъ вы можете еще съ пользою трудитись для церкви... Отправляйтесь въ Галичину! Да благословитъ васъ Богъ на предстоящiй путь!“... Терлецкiй замѣтилъ вообще въ Римѣ неросположенiе къ греко-восточному обряду. Такъ на пр. незадолго до первого появленiя Терлецкого въ Римѣ (въ 1839 г.) была тамъ учреждена „греческая колегiя“ для воспитанниковъ греко-унiатской церкви, въ которой воспитывалось шесть юношей изъ Галичины. Она находилась подъ управленiемъ пропаганды. Настоятель ея, секретарь пропаганды Барнабо, завелъ въ ней совер-

92

пенно латинскiи порядки: питомцы должны были совершати молитвы на италiянскомъ и латинскомъ языкахъ, придерживатись григорiянского календаря съ праздниками и постами и учитись у лазаристовъ правильному совершанiю латинского богослуженiя. Терлецкого, повидимому, хотѣли посбытись изъ Рима: ему предлагали чинъ папского викарiя-мисiонера въ Турцiи, то поручали ему отправитись къ русскимъ унiатскимъ епископамъ Угорщины и Галачины и отъ имени папы требовати отъ нихъ, щобы выразили свое мнѣнiе касательно проектовъ Терлецкого. Но средствъ на такое путешестiе ему не дали.

Не смотря на то, Терлецкiй, получивши пособiе отъ одного изъ французскихъ вельможъ, отправился изъ Францiи черезъ Германiю въ Галичину, но былъ въ Дрезденѣ (во время тамошней революцiи въ маѣ 1849 г.) арестованъ пруссаками и принужденъ возвратитись во Францiю. Не найдя въ Римѣ поддержки для своихъ плановъ, Терлецкiй пробовалъ осуществити ихъ въ Парижѣ, гдѣ нашолъ покровителя въ особѣ парижского архiепископа Сибура. Тамъ, при помощи кн. Кадора, возобновилъ онъ „Восточное Общество“, которого мѣстопребыванiемъ назначенъ былъ Парижъ, предсѣдателемъ же избранъ кн. Кадоръ. Общество, по совѣту Терлецкого, основало „славяно-католическое заведенiе“, которого цѣлью было: прнготовити ми-

93

сiонеровъ для славянскяхъ земель, и устроило при немъ часовню, въ которой богослуженiе совершалось по русско-славянскому обряду.

Едва открылось заведенiе (въ началѣ явваря 1850 г.), посѣтилъ Терлецкого нольскiй генералъ Быстржановскiй, принимавшiй участiе въ мадьярскомъ мятежѣ и только-що црибывшiй изъ Цареграда въ Парвжъ. Онъ явился съ просьбою приняти въ славяно-католическое заведенiе двохъ молодыхъ людей, сыновъ галицкихъ греко-унiатскихъ священниковъ, окончившихъ гимназiю, принимавшихъ участiе въ мадьярскомъ возстанiи и бѣжавшихъ, послѣ подавленiя оного, въ Турцiю. Тѣми молодыми людьми были: Ѳеофилъ Коростенскiй и Юлiанъ Куиловскiй (теперѣшнiй станиславовскiй епископъ) Терлецкiй радо удовлетворилъ просьбѣ и они приняты были въ заведенiе.

Также среди польского общества желалъ Терлецкiй возбудити интересъ для своихъ плановъ. Въ той цѣли издалъ онъ брошуру: S1owo rusina do braci szczepu slowianskiego. Въ ней розвилъ онъ мысли, волвовавшiи прежнiй парижскiй кружокъ Янского-Мицкевича-Семененка, отъ которого онъ собственно получилъ первый толчокъ къ своимъ проектамъ. Въ той брошурѣ Терлецкiй упрекалъ польское общество въ пренебреженiи греко-унiатского обряда и въ ровнодушiи къ остальнымъ славянамъ. „Полякамъ и

94

прочимъ славянамъ грозитъ опасность отъ русского панславизма; поляки должны опомнитись и, проникшись всеславянскимъ духомъ, провозгласити знамя польского панславизма.“ Тотъ отзывъ нашолъ сочувствiе у немногихъ поляковъ. Членами „Восточного Общества“ или его пособителями были лишь: кн. Адамъ Чарторыйскiй, полковникъ гр. Владиславъ Замойскiй, гр. Ксаверiй Браницкiй. Другiи поляки относились къ нему ровнодушно и даже недоброжелательно. Когда гр. Ксаверiй Враницкiй въ 1850 г. пригласилъ къ себѣ эмиграцiю во время Пасхи на розговѣнiе (swiecone) и Терлецкiй по русско-славянскому обряду освятилъ яствiя и питiя, присутствовавшая эмиграцiя была тѣмъ недовольна. „Почему хозяинъ — негодовали гости — пригласилъ унiатского священника, когда подъ рукою есть католическiи ксендзы?“ Островскiй, редакторъ „Новой Нольщи“, въ ближайшемъ нумерѣ своей газеты описалъ то „свьенцоне“, намекая, що его святилъ бородатый попъ съ пѣнiемъ „Христосъ воскресе“ — а то не есть ничѣмъ инымъ, лишь знаменемъ „шизмы.“ Тотъ же Островскiй въ статьѣ, помѣщенной въ Французскомъ журналѣ Echo de la verite, представилъ Терлецкого яко человѣка опасного для Польщи и для католицизма, стремящогося сознательно къ Москвѣ и „шизмѣ.“

Парижское славяно - католическое заведенiе имѣло сначала лишь двохъ

95

воcпитанниковъ, Коростенского и Куиловского, которыи учились богословiю въ семинарiи Сенъ-Сюльписъ. Въ часовнѣ правильно совершалиcь Терлецкимъ русско-славянскiи богослуженiя, во время которыхъ пребывавшiи въ Парижѣ немногiи мiряне изъ Галичины, знавшiи церковное пѣнiе, составляли хоръ подъ управленiемъ Куиловского. Церковь была всегда полна народа, по большей части Французовъ. Число воспитанниковъ умножалось и къ концу первого года было ихъ уже семь. Заведенiемъ интересовался также извѣстный намъ изъ тридцатыхъ годовъ кн. Пармы и Лукки.

Также „Восточное Общество“ успѣвало, прiобрѣвши больше членовъ и покровителей среди французской знати и католической iерархiи. Ему не благоволилъ лишь папскiй нунцiй въ Парижѣ. Оно стало издавати свой журналъ, обнародовляло отзывы и посланiя къ католикамъ всего мiра. Въ одномъ изъ такихъ посланiй, отправленныхъ къ латинскимъ и греко-унiатскимъ епископамъ, были слова: „Бѣда въ томъ, що Западъ не знаетъ восточныхъ церквей; состоянiе ихъ извѣстно только изъ описанiй путешественниковъ и латинскихъ мисiонеровъ, смотрящихъ на Востокъ съ своей точки зрѣнiя. Заблуждаясь сами, они вводятъ и другихъ въ заблужденiе“... Въ письмѣ къ восточнымъ патрiархамъ, Общество титуловало ихъ „Ваше Святѣйшество.“

96

Вслѣдствiе сихъ писемъ и приглашенiй, 80 католическихъ епископовъ поступили въ члены Общества, но его отзывы съ такими выраженiями, якъ: „латинскiи мисiонеры смотрятъ на Востокъ съ своей точки зрѣнiя — Западъ незнаетъ восточныхъ церквей“, и титулованiе восточныхъ патрiарховъ „Ваше Святѣйшество“, сдѣлали въ Римѣ плохое впечатлѣнiе. Когда въ 1853 г. Терлецкiй съ трема питомцами, именно: Коростенскимъ, Куиловскимъ и польскимъ поэтомъ Ленартовичемъ прибылъ въ Римъ, щобы просити папу о позволенiе на рукоположенiе своихъ воспитанниковъ, принялъ его секретарь пропаганды словами: „Що? Вы сдѣлались уже папою?“

— Не понимаю васъ, монсиньоре — возразилъ въ изумленiи Терлецкiй.

— Да вѣдь вы уже пишете энциклики ко всѣмъ епископамъ вселенной — сказалъ иронически секретарь.

Не ростерявшись, отвѣтилъ Терлецкiй твердо: „Прошу васъ, монсиньоре, указати мнѣ на постановленiя вселенскихъ соборовъ, или кого нибудь изъ папъ, запрещающiи кому бы то ни было изъ членовъ церкви обращатися къ ея святителямъ; если таковое существуетъ, то признаюсь къ своей винѣ.“

— Положвмъ, то не воспрещается; но якiй тонъ вашего посланiя? — говорилъ дальше секретарь.

— Що же вы тамъ такое изволили замѣтити? Мнѣ кажется, тамъ не было

97

ничего предосудительного — извинялся Терлецкiй.

— Якъ не было? — съ негодованiемъ возразилъ секретарь. — Да вѣдь вы присвоили восточнымъ патрiархамъ титулъ Святѣйшества, принадлежащiй исключительно папамъ римскимъ: при томъ, вы выразились недоброжелательно о латинскихъ мисiонерахъ! То вѣдь близко къ преступленiю! Вы должны и себе и свое Общество предъ папою оправдати.

Терлецкiй узналъ вскорѣ, що ту бурю вызвалъ членъ ордена iезуитовъ, апостольскiй делегатъ въ Месопотамiи, выславшiй два доносы, одинъ въ пропаганду, другiй къ Французскому правительству: що якiй-то живущiй въ Парижѣ Терлецкiй возмущаетъ весь Востокъ противъ латинской церкви, отчего могутъ произойти непрiятныи послѣдствiя для Рима и для покровительствующей ему державы — Францiи.

И папа принялъ Терлецкого весьма дурно, говорилъ съ якимъ-то нетерпѣнiемъ и хотѣлъ, повидимому, чѣмъ скорше освободатись отъ его присутствiя. Когда Терлецкiй просилъ папу, позволити парижскому архiепископу рукоположити Коростенского и Куиловского, принадлежащихъ къ перемышльской епархiи, папа роспорядилъ, щобы пропаганда наготовила относительный приказъ. Когда Терлецкiй вспомнилъ, що есть ещо третiй питомецъ, польскiй поэтъ Лепарто-

98

вичъ, латинского обряда, желающiй перейти на обрядъ греко-славянскiй — папа крикнулъ съ чувствомъ отвращенiя: „Не тотъ ли, который былъ уже якъ-то у мене?“... Папа думалъ, що рѣчь идетъ о Мицкевичѣ, который временно измѣнилъ католичеству, примкнувши въ сектѣ Товiянского. Но Терлецкiй, догадавшись о причинѣ досады папы, заявилъ, що его питомецъ не Мицкевичъ, а другiй поэтъ — Ленартовичъ, принадлежащiй къ молодшему поколѣнiю и преданный сынъ церкви. Тогда припустилъ папа Ленартовича къ себѣ, бесѣдовалъ съ нимъ весьма ласкаво, похвалялъ его намѣренiе сдѣлатись славянскимъ мисiонеромъ и отпустилъ поблагословивши.

Получивши обѣщанiе, що отвѣтъ на оправданiе и соизволенiе на рукоположенiе питомцевъ прiйдутъ въ Парижъ, Терлецкiй оставилъ Римъ. Когда письмо пропаганды надоспѣло, Коростенскiй и Куиловскiй были рукоположены въ церкви парижского „Восточного Общества“ 20 марта (1 апрѣля) 1854 г. Но мисiонерского чина пропаганда признати имъ не хотѣла. Терлецкiй принужденъ былъ опять ѣхати въ Римъ. Здѣсь сказалъ ему секретарь пропаганды: „Того я не могу сдѣлати; титулъ мисiонера можетъ получити только священникъ латинского обряда.“

— Якъ же то? — сказалъ Терлецвiй. Да, неужели греко-католики не такiи же сыны католической церкви, якъ

99

и римо-католики? Не всѣ ли они находятся подъ главенствомъ папы римского?“

— Що же дѣлати? Такiй уже обычай нашей пропаганды! Да, вотъ и о. Арсенiй (армянинъ), мой личный другъ, отправляясь на Востокъ, просилъ мене снабдити его титуломъ мисiонера; кому якъ кому, а ему я отъ души радъ былъ то сдѣлати, а между-тѣмъ, онъ его не получилъ. Если нельзя, такъ нельзя! — говорилъ секретарь.

— Однако я тотъ титулъ получилъ — сказалъ Терлецкiй — да и вы сами, монсиньоре, дали мнѣ его.

— Вы другое дѣло — отвѣтилъ секретарь — васъ рукополагали въ Римѣ яко католического евященника.

— Извините, монсиньоре, — возразилъ Терлецкiй — я его получилъ перейдя уже на обрядъ греческiй и отправляясь на Востокъ.

— Да дѣйствительно — сказалъ секретарь — но знаете, тогда папа былъ новопоставленеый, не обзнакомленный еще съ обычаями пропаганды.

И папа отнесся къ просьбѣ Терлецкого не совсѣмъ благосклонно. Онъ вконцѣ согласился съ тѣмъ, щобы въ Болгарiи, въ предѣлахъ Никопольской латинской епископiи, устроити мисiю и туда направити питомцевъ „Восточного Общества“, которыи имѣли дѣйствовати подъ руководствомъ латинского епископа. Тер-

100

лецкiй предлагалъ, щобы мисiя находилась въ зависимости отъ греко-унiатского епископа, вызванного для той цѣли изъ Галичины. Но въ пропагандѣ съ тѣмъ не соглашались, и обѣщали лишь, що, когда число соединенныхъ увеличится, „не заставитъ на себе ждати назначенiе греко-укiатского епископа“. Однако и того рода славяно-русская мисiя въ Болгарiи не осуществилась, ибо никопольскiй епископъ отвѣтилъ, що обстоятельства не благопрiятствуютъ начатiю мисiи, такъ якъ въ предѣлахъ ввѣренной ему епархiи свирѣпствуетъ (крымская) война. Съ усмиренiемъ края онъ приметъ мисiонеровъ съ роспростертыми объятiями. Терлецкiй видѣлъ во всемъ томъ интриги пропаганды, и на авдiенцiи у папы жаловался на ставляемыи ему препятствiя и на притѣсненiя греко-унiатской церкви. Въ отвѣтъ на то папа приказалъ ему отпустити изъ казны своей 60 червонцевъ — въ знакъ, щобы Терлецкiй освободилъ его отъ своихъ проектовъ и жалобъ.

Видя крушенiе своихъ плановъ, Терлецкiй, послѣ возвращенiя въ Парижъ, закрылъ свою семинарiю, яко не имѣющую цѣли, и пожертвовалъ все ея имущество въ пользу „Народного Дома“ и второй городской церкви во Львовѣ. „Восточное Общеетво“. которого онъ былъ душею, прекратило свое существованiе{Дѣятельность Терлецкого въ Римѣ и Парижѣ розсказана здѣсь на основянiи записокъ самого же Терлецкого.} (1855 г.).

101

И такъ римская пропаганда признала греко-унiатовъ неспособными къ роспространенiю католицизма на Востоцѣ. Она предпочитала для той задачи латинскихъ мисiонеровъ. Мысль переведенiя въ католицизмъ турецкихъ славянъ, особенно болгаръ, волновала тогда римскiй престолъ и французское правительство. Нею задавались также поляки. Кн. Адамъ Чарторыйскiй имѣлъ своихъ агентовъ на всемъ Балканскомъ полуостровѣ, которыи докладывали ему о настроенiи умовъ и успѣхахъ россiйскихъ симпатiй. Онъ обращалъ вниманiе Францiи на Болгарiю, въ которой, по его мнѣнiю, возбудивши враждебныи чувства противъ Россiи, можно создати оплотъ противъ нея{St. Tarnowski: X. Waleryan Kalinka Krakow 1688 стр. 50—61.}. По той причинѣ Францiя и римскiй престолъ задались мыслью, перевести болгаръ въ католичество. Тѣ возрѣнiя Чарторыйского усвоилъ себѣ также эмигрантъ Валерiанъ Калинка, секретарь гр. Владислава Замойского, пробовавшого во время крымской войны составити польскую легiю. Пребывая съ Замойскимъ въ Турцiи, Калинка обзнакомился съ положенiемъ турсцкихъ славянъ и пришолъ къ тому заключенiю, що, желая православныхъ славянъ соединити съ Римомъ, надобно имъ признати неприкосновенность восточного обряда. Его мнѣнiе роздѣлялъ

102

Замойскiй — и оба они мечтали о томъ, дабы берестейскую унiю перенести на болгарскую почву. Ту задачу, по ихъ мнѣнiю, долженъ былъ осуществити орденъ змартвыхвстанцевъ при помощи папы, султана и Францiи. Вскорѣ послѣ крымской войны начали змартвыхвстанцы, покровнтельствуемыи Французскимъ посольствомъ въ Цареградѣ, мисiонерскую дѣятельность среди болгаръ, разомъ съ другими латинскими духовными лицами, особенно изъ ордена лазаристовъ. Ихъ усилiя отчасти увѣнчались успѣхомъ, ибо нѣкоторыи изъ среды болгаръ приняли унiю, такъ що на Балканскомъ полуостровѣ возникли католическiи приходы, школы и мисiи. Орденъ змартвыхвстанцевъ принималъ въ свой составъ также лицъ греческого обряда.

Терлецкого не приняли въ болгарскiи мисiонеры. Очевидно, ему не довѣряли или съ католической, или съ польско-нацiональной точки зрѣнiя. Надобно знати, що съ времени возвращенiя Пiя IX изъ Гаэты въ Римъ, куда онъ бѣжалъ 25 ноября 1848 г. вслѣдствiе революцiи въ Римѣ, т. е. съ апрѣля 1850 г., польская эмиграцiя стала производити въ Римѣ влiянiе на постановленiя римской курiи, прiобрѣвши покровительство влiятельной среди ватиканскихъ кружковъ княгини Софiи изъ Браницкихъ Одескальки{Przeglad Polski 1884 IV стр. 16 сл.}.

103

Римская курiя, вмѣсто Болгарiи, указывала Терлецкому Галичину яко поприще мисiонерской его дѣятельности. Съ Галичиною навязалъ Терлецкiй первыи сношенiя въ 1851 г., помѣщая въ „Зорѣ Галицкой“{Г. 1851 н-ръ 26.} допись изъ Парижа подъ заглавiемъ: „Комитетъ къ снабдѣнiю католиковъ по обрядамъ восточнымъ.“ Въ 1852 г. прислалъ онъ опять въ названную газету кореспондецiю п. з. „Общество именуемое восточнымъ соединенiя ради всѣхъ христiанъ Востока“{Зоря Галицкая 1852 н-ръ 79.} — въ 1866 г. помѣстилъ онъ въ „Гал. Зорѣ“ отрывки изъ „Путешествiя въ Iерусалимъ“ и нѣсколько поэзiй{Зоря Гал. 1856 н-ръ 2—37.}. Въ своихъ письмахъ выражалъ онъ всецѣло взгляды парижского кружка: Янскiй-Мицкевичъ-Семененко. По мнѣвiю, которое онъ тогда защищалъ, малороссы должны бы составити самостоятельную этнографическую и культурную единицу и проникнутись католическимъ чувствомъ. Вообще малорусское движенiе вступило тогда въ новый фазисъ. Въ то время, якъ въ Австрiи стали приклонѣйше относитись въ русской народности, нѣкоторыи украинскiи литераторы, якъ Николай Костомаровъ, Н. Артемовскiй-Гулакъ, Василiй Бѣлозерскiй, Александръ Навроцкiй. Опанасъ Марковичъ, Панталеймонъ Кулишъ, Тарасъ Шевченко, о-

104

сновали въ 1846 г. „Кирилло-Меѳодiевское братство“, съ програмою соцiальною, политическою и нацiональною. Оно поставило себѣ цѣлью: 1) освобожденiе славянскихъ народовъ отъ чужого владичества; 2) федеративный союзъ славянскихъ народовъ, между которыми малороссы должны составляти самостоятель-ную политическо- нацiональную групу, подъ главенствомъ императора россiйского, или австрiйского; 3) устраненiе всякого рабства и подданическихъ связей; 4) политическую и религiозную свободу всѣхъ гражданъ; 5) одинъ славянскiй языкъ въ церковномъ богослуженiи всѣхъ славянъ{Огоновскiй: Исторiя лит. руск. II. 1. стр. 158.}. Влiянiе парижского кружка польской эмиграцiи на кiевское братство видно изъ того, що у его членовъ полицiя нашла рукописное сочиненiе „Статутъ Божiй“, которое не было ничѣмъ другимъ, якъ только переводомъ Мицкевича Ksiegi pielgrzymstwa narodu polskiego, въ которомъ вмѣсто „Польща“ поставлено было слово Украина{Русскiй Архивъ 1892 iюль (Докладъ гр. А. Ѳ. Орлова, шефа жанд. царю Николаю 1847 г. о результатѣ слѣдства по дѣлу Кирилло-Меѳод. братства въ Кiевѣ).}.

Для поляковъ головное дѣло было, щобы малороссы сознавали свою нацiональную самостоятельность отъ великороссовъ. Въ томъ отношенiи сталъ дѣй-

105

ствовати уроженецъ Украины, Францъ Духинскiй (рожд. 1816), воспитанникъ василiанской школы въ Уманѣ. Въ Кiевѣ онъ завелъ сношенiя съ малороссами, убѣждая ихъ, що они самостоятельный вародъ, ибо великороссы даже не славяне, а происходятъ отъ финновъ. Принужденный въ 1846 г. оставити Россiю, скитался онъ по Турцiи, Францiи и Италiи, посвящая свои силы и способности разъ задуманному дѣлу. Въ 1847 г. предложилъ онъ Фрапцузскому правительству и Чарторыйскому меморiалъ о малорусскомъ вопросѣ{Nowa Reforma. Krakow 1893 н-ръ 163.}. Чарторыйскiй одобрилъ его мысли. Въ Италiи хотѣлъ онъ въ 1848 г. основати „Общество итальянско-славянское“, щобы нроводити мысль союза итальянцевъ и славянскихъ народовъ я писалъ въ томъ дѣлѣ посланiя къ русинамъ, чехамъ, хорватамъ и болгарамъ. Его пропаганда имѣла столько успѣха, що французскiй историкъ Анри Мартенъ принялъ его взгляды въ книзѣ Russie et Europe.

И Терлецкiй стоялъ, касательно малорусскихъ дѣлъ, на становищѣ парижского кружка польской эмиграцiи, усердствуя за нацiональную отдѣльность малороссовъ и церковную унiю. Онъ отправился въ Галичину, куда его прежде высылали, только въ 1857 г. Галицкими унiатами въ то время стала опять заниматись римская курiя. Если католиче-

106

ская пропаганда среди болгаръ имѣла розсчитывати на успѣхъ, то надобно было представити имъ благосклонность римской курiи къ тѣмъ унiатамъ, которыи уже долшее временя были соединены съ Римомъ. Для того рѣшено было дати львовскому митрополиту Мих. Левицкому титулъ кардинала. Въ 1848 г. Левицкого почтило вѣденьское правительство титуломъ примаса Галичины, т. е. первымъ достойникомъ сей провинцiи. Теперь, 16 iюня 1856 г. былъ онъ на засѣданiи папской консисторiи назначенъ кардиналомъ. Кажется, що въ томъ именованiи не была безучастна и французская дипломатiя, ибо первую вѣсть о немъ принесла французсвая газета L' Univers. Отъ времени флорентiйского собора, въ теченiи 400 лѣтъ. греко-унiатская церковь не имѣла столь высокого достойника. Львовскiй митрополитъ Левицкiй былъ дряхлымъ старикомъ и самъ въ Римъ по кардинальскую шляпу отправитись не могъ. Пражскiй архiепископъ кардиналъ кн. Шварценбергъ прiѣхалъ въ Галичину и вручилъ дряхлому старику въ Уневѣ знамя кардинальского достоинства, которымъ онъ не долго наслаждался, ибо умеръ 14 января 1858 г. на 84 году жизни.

Тогдашнiй министръ внутреннихъ дѣлъ, гр. Голуховскiй, не позволилъ Терлецкому поселитись въ Галичинѣ вѣроятно по поводу подозрѣнiй, кидаемыхъ на него одною частью польской эмигра-

107

цiи. Вслѣдствiе того Терлецкiй отправился въ угорскую Русь и поселился въ Краснобродскомъ монастырѣ. Три лѣтъ позднѣйше (въ 1863 г.) явились у митрополита Яхимовича iезуиты-россiяне Мартыновъ и Гагаринъ съ просьбою, щобы ихъ принялъ въ свою епархiю и позволилъ имъ построити унiатскую церковь во Львовѣ. Яхимовичъ отказалъ ихъ просьбѣ, совѣтуя имъ вступити въ чинъ св. Вас. вел., но они того не сдѣлали. То событiе указуетъ на якiи-то ближе неизвѣстныи намѣренiя римской курiи касательно австро русскихъ унiатовъ...

Толчекъ, данный Римомъ и Владимiромъ Терлецкимъ, заставилъ галицкихъ унiатовъ прежде всего вникнути въ прошлое унiатской церкви, щобы узнати вещество унiи и условiя, на которыхъ она была заключена. Вслѣдствiе того, особенно съ времени вступленiя на митрополичiй престолъ Григ. Яхимовича, стали появлятись брошуры, газетныи статьи и даже объемистыи сочиненiя о исторiи русско-унiатской церкви. Такъ въ 1861 г. напечатанъ былъ на нѣмецкомъ языцѣ меморiалъ митрополита Левицкого отъ 1826 г. о дотацiи галицко-русского духовенства{Historische Skizze uber die Dotation des ruthen. Clerus in Galizien 1861.}, въ газетахъ же: „Слово“, Dziennik polski, Przeglad powszechny polski, Przegland powszechny и Tygodnik katolicki завязалась горячая полемика по вопросу очищенiя унiатского

108

обряда отъ латинскихъ примѣсей, который вопросъ, якъ мы выше розсказали, выдвинулъ въ Римѣ и Парижѣ Влад. Терлецкiй{Dziennik polski н-ръ 66—67 (1861). Przeglad powszechny 1861 н-ръ 15; О obrzedach grecko-unickich jako kwestyi czasow dzisiejszych Lwow 1862.}. Мысль его, що посредствомъ возобновленiя первоначальной чистоты греческого обряда въ унiатской церкви укрѣпится унiя и скорше привлечетъ къ себѣ нравославныхъ Востока, привилась у одной части галицко-русского духовенства, которую обыкновенно называли „обрядовцами“, и приняла оборотъ, непожеланный для Рима и поляковъ. Влiятельный среди митрополичьей капитулы каноникъ и настоятель соборной церкви св. Георгiя во Львовѣ, Михаилъ Малиновскiй, издалъ въ 1861 г. объемистую книгу о церковныхъ и государственныхъ уложенiяхъ, касающихся греко-католического обряда русиновъ въ Галицiи{Die Kirchen- und Staatssatzungen bezüglich des griechisch-katholischen Ritus in Galizien. Lemherg 1861.}, въ которой отнесся сочувственно къ мысли очищенiя унiатского обряда. Тотъ же Малиновскiй издалъ въ 1862 г. Михаила Гарасевича: Аnnales ecclesiae Ruthenae, почивавшiи нѣсколько десятковъ лѣтъ въ архивной пыли львовского капитула, дополнивши ихъ грамотами и выписками изъ архива львовской ми-

109

трополичьей консисторiи. Чертая судьбу унiатской церкви въ польской рѣчи посполитой, всѣ австро-русскiи писатели принуждены были, соображаясь съ требованiями исторической истины, подносити нарушенiе условiи борестейской унiи, безпрерывныи гоненiя унiатовъ и пренебреженiе унiатского духовенства. Того рода историческiи воспомпнанiя не могли не вызвати у австрiйскихъ унiатовъ въ нѣкоторой степенн огорченiе противъ поляковъ и нѣкоторыхъ лицъ изъ римской iерархiи.

Многiи изъ галицко-русского духовенства, розглядѣвшись въ исторiи своей церкви и познавши существо унiи, пришли къ тому убѣжденiю, що она лишь въ такомъ случаѣ станется источникомъ христiанского просвѣщенiя и ублагородненiя, если условiя той унiи будутъ исполнены. „Судопроизводство — говорили они — лишь въ такомъ случаѣ будетъ справедливымъ, если судьи будутъ придерживатись статей закона; лишь такое государство есть благоустроеннымъ и составляетъ залогъ безопасности для его жителей, въ которомъ чиновники исполняютъ законы. Если въ судѣ и вѣдомствахъ поступается вопреки закону, возникаетъ анархiя, портящая людей и низводящая на нихъ всякого рода злоключенiя. Унiатская церковь возможетъ лишь тогда воспитывати крѣпкiи, дѣятельныя и нравственныи характеры, если въ ней будутъ исполнятись условiя берестейской

110

унiи, между которыми первое мѣсто занимаетъ — чистота греко-восточного обряда. Говорити о унiи и не старатись о исполненiи ея основныхъ началъ походитъ на то, що говорити о справедливости и при томъ не соблюдати закона, а руководитись произволомъ. Оно во всякомъ случаѣ есть знаменемъ безрозумiя, или извращенiя характера.“

Обрядовцами были даровитѣйшiи и примѣрнѣйшiи изъ священниковъ. Между ними первое мѣсто занималъ сельскiй священникъ и писатель Iоаннъ Наумовичъ, соединявшiй церковное движенiе съ нацiонально-русскимъ. По его мнѣнiю, греко-славянскiй церковный обрядъ находится въ нерозрывной связи съ русскою нацiональностью. Всякое нарушенiе оного подрываетъ также русскую нацiональность. Наумовичъ стоялъ для того за мыслью Терлецкого и въ газетныхъ статьяхъ выступалъ за очищенiемъ унiатского церковного обряда. Тѣмъ обратилъ онъ на себе вниманiе митрополита Яхимовича, который его пятикратно къ себѣ взывалъ. Митрополитъ внимательно прислуховался розсужденiямъ и выводамъ сельского священника и наконецъ объявилъ, що соглашается съ его воззрѣнiями, однако осуществленiе ихъ считаетъ преждевременнымъ, ибо столь важное дѣло, якъ очищенiе и управильненiе церковного обряда, не можетъ быти дѣйствiемъ одного лица, но нуждается въ созванiи собора. Онъ приказалъ

111

Наумовичу написати свои мысли и предложити себѣ въ формѣ меморiала.{Стенографическiй отчетъ по дѣлу Ольги Грабарь и товарищей стр. 187.}

Между-тѣмъ, послѣ уступленiя Голуховского изъ министерства внутреннихъ дѣлъ (въ концѣ 1860 г.), прибылъ въ Галичину Терлецкiй и избралъ своимъ мѣстопребыванiемъ свято-онуфрiевскiй монастырь во Львовѣ. Въ 1862 г. держалъ онъ каждой недѣли въ монастырской церкви проповѣди русско-патрiотического содержанiя, въ которыхъ проводилъ свою любимую мысль о предназначенiи малороссовъ статись розсадникомъ католицизма по греко-восточному обряду на Востоцѣ. На тѣ проповѣди собиралось всегда нѣскольдесятъ молодежи изъ среды студентовъ университета, технической академiи и гимназiй, наряженной по козацки: въ шараварахъ, чемарахъ и козацкихъ шапкахъ. Было то время, когда подъ влiянiемъ начавшейея конституцiйной жизни и украинофильства нацiональное чувство русскихъ галичанъ поднялось и по примѣру поляковъ стало выражатись внѣшними признаками, якъ: нацiональнымъ убранствомъ, пѣнiемъ патрiотическихъ пѣсенъ и сходками молодежи, на которыхъ произносились пламенныи патрiотическiи рѣчи. Присутствовати на проповѣдяхъ Терлецкого считалось тогда у русской молодежи такимъ же патрiотическимъ долгомъ, якъ у по-

112

ляковъ посѣщати бернардинскiй костелъ, въ которомъ послѣ каждого богослуженiя непремѣнно иѣли: Boze cos Polske, Z dymem pozarow и т. п. Присутствiе Терлецкого въ Галичинѣ усилило обрядовое движенiе и многiи священники стали выкидати изъ богослуженiя латинскiи примѣси и совершати литургiю безъ колокольчиковъ и колѣнопреклоненiя. Нѣкоторыи изъ нихъ отпускали бороду и старались въ наружномъ видѣ уподобитись православнымъ священникамъ.

Обрядовое движенiе задѣло поляковъ, готовившихся тогда къ возстанiю противъ Россiи. Въ введенiи православныхъ обрядовъ и обычаевъ въ унiатскую церковь видѣли они попытку отложитись отъ католицизма и приближитись къ Россiи. Кн. Адамъ Сапѣга, руководившiй тогда галицко-польскою политикою, выслалъ въ Римъ доносъ, подобравши для той цѣли розличныи газетныи статьи и заявленiя, имѣвшiи доказати, що на австрiйской Руси ведется „шизматическая“ пропаганда. Тотъ доносъ съ мнимыми доказательствами вручилъ Чацкiй кардиналу Антонелли, штатскому секретарю и министръ-президенту Пiя IX. Антонелли отдалъ доносъ съ документами для провѣрки австрiйскому посланнику въ Римѣ Баху. Бахъ — прежнiй австрiйскiй министръ внутреннихъ дѣлъ, отступившiй послѣ злополучной для Австрiи войны 1859 г. свой министерскiй портфель Голуховсвому — назначенъ былъ послан-

113

никомъ при папскомъ дворѣ. Управляя цѣлый рядъ лѣтъ внутренними дѣлами Австрiи, позналъ онъ литературныи и церковныи отношенiя галицкой Руси и съ первого взгляда могъ убѣдитись, що поляки невѣрно нонимаютъ обрядовое движенiе австрiйскихъ унiатовъ. Онъ возвратилъ Антонелли доносъ со всѣми его прибавленiями и примѣчанiемъ: Ces sont des blagues (то польское самохвальство){Przeglad polski 1888 IV стр. 167.}.

Не смотря на то, папа Пiй IX отнесся съ запросомъ къ греко-унiатскому епископату въ Австрiи: въ чемъ состоитъ новое обрядовое движенiе? Хотя Яхимовичъ въ архiерейскомъ посланiи отъ 10 января 1862 г. объявилъ негодованiе противъ тѣхъ священниковъ, которыи покушались возвратити чистоту греко-восточного обряда и впослѣдствiи обнародовалъ посланiе Пiя IX отъ 25 мая 1862 г. въ обрядовомъ вопросѣ — разъ начатое движенiе не прекратилось. Папа жолалъ, щобы Яхимовичъ прибылъ въ Римъ и далъ поясненiя касательно стремленiй австрiнскихъ унiатовъ — въ Галичинѣ же отозвались голосы за созванiемъ синода, имѣвшого рѣшити не только обрядовый, но и другiи вопросы, касавшiися унiатской церкви въ Австрiи. Мысли синода сочувствовалъ самъ митрополитъ Яхимовичъ.

114

Другимъ вопросомъ, волновавшимъ умы галичанъ, было отношенiе латинского духовенства къ унiатскому. Съ поры берестейской унiи навращенiе унiатовъ на латинскiй обрядъ происходило безпрерывно въ громадныхъ розмѣрахъ и было причиною споровъ латинского духовенства съ унiатскимъ. Львовскiй епископъ Левъ Шептицкiй, якъ мы прежде упоминали, старался въ 1775—1776 г. выхлопотати у австрiйского правительства запрещенiе перехода изъ греко-католического обряда въ латинскiй, но безуспѣшно. Правительство объявило тогда, що въ томъ отношенiи мѣродательны папскiи буллы. Вслѣдствiе новыхъ жалобъ галицко-русскихъ епископовъ вѣденьская придворная канцеларiя издала 25 января 1818 г. роспоряженiе, що поодинокiи лица могутъ переходити изъ греко-католического обряда въ латинскiй лишь въ случаѣ оправданной необходимости; такiи же исповѣдникн греческого обряда, которыи желаютъ поступити въ священники латинского обряда, должны получити позволенiе относительного гр.-католического епископа; при мѣшанныхъ супружествахъ могутъ супруги остатись при своихъ обрядахъ, но также греко-католическая сторона можетъ перейти въ обрядъ латинскiй и въ томъ же обрядѣ своихъ дѣтей воспитывати. То роспоряженiе, якъ видимъ, дышало неприклонностью для греческого обряда, ибо въ немъ не упоминалось о позволительности

115

перехода латинской стороны мѣшанного супружества въ греческiй обрядъ.

Касательно крещенiя ново-рожденныхъ было издано львовскою губернiею нѣсколько роспоряженiй (отъ 2 сентября 1810, 2 августа 1816, 30 апрѣля 1860 и 28 iюля 1861 гг.), въ силу которыхъ католическiй священникъ не могъ крестити дѣтей другого обряда безъ соизволенiя настоятеля прихода, въ которомъ дитина родилась, за исключенiемъ случая слабосильности ново-рожденного, но тогда не могъ онъ его считати принадлежащимъ къ своему обряду и долженъ былъ донести о совершенiи таинства крещенiя настоятелю относительного прихода. Касательно бракосочетанiя вышли роспоряженiя губернiи отъ 1 iюля 1808 и2 сентября 1810 г., въ силу которыхъ латинскiй священникъ, имѣя предъ собою жениховъ обоихъ обрядовъ, долженъ былъ или у грек. кат. епископа выхлопотати для унiатской стороны позволенiе перехода ивъ обряда греческого въ латинскiй, или поступити по гражданскому супружескому закону, т. е. женихи должны условитись касательно крещенiя и религiйного воспитанiя дѣтей.

Касательно погребенiя мертвецовъ были губернiальныи роспоряженiя отъ 2 сентября 1810, 2 августа 1816, 27 апрѣля 1839, 30 апрѣля 1860 и 28 iюля 1861 гг., въ силу которыхъ мертвеца, безъ соизволенiя настоятеля относительного прихода, не льзя было священниву другого

116

обряда хоронити лишь въ случаѣ необходимости, но въ такомъ случаѣ обязанъ былъ священникъ о совершившихся похоронахъ доложити священнику другого обряда.

Всѣ тѣ роспоряженiя правительства доказуютъ, що споръ между духовенствомъ обоихъ обрядовъ не прекращался. Особенный поводъ къ пререканiямъ давали тернопольскiи iезуиты, поселившiися въ ономъ городѣ въ 1820 г. Они начали навращати унiатовъ подольскихъ округовъ на латинскiй обрядъ, оправдывая свои дѣйствiя тѣмъ обстоятельствомъ, що унiаты смежныхъ съ Россiею округовъ, вслѣдствiе близости и сношенiй съ православными, легко могутъ отлучитись отъ католической церкви. Въ предупрежденiе такого исхода — утверждали они — слѣдуетъ унiатовъ галицкого Подолья по возможности прiобрѣсти для латинского обряда, который единственно можетъ положити преграду роспространенiю православiя{Malinowski, Kirchen-und Staatssatzungen стр. 676.}.

Придворная вѣденьская канцеларiя позволила iезуитамъ (3 октября 1833 г.) устроивати мисiи въ цѣлой Галичинѣ, чѣмъ они вполнѣ воспользовались. Послѣдствiемъ такихъ мисiй были безпрерывныи жалобы унiатскихъ священниковъ, вносимыи въ обѣ унiатскiи консисторiи, що iезуиты въ своихъ проповѣ-

117

дяхъ обижаютъ греко-католическiй обрядъ{Тамъ же стр. 676—677.}.

Распря между обоими католическими обрядами въ Галичинѣ заставила министра вѣроисповѣданiй и просвѣщенiя письмомъ отъ 18 мая 1852 г. воззвати латинскихъ и унiатскихъ епископовъ Галичины на конференцiю, имѣвшую обдумати мѣры для водворенiя согласiя между духовенствомъ обоихъ обрядовъ. Конференцiя состоялась въ 1855 г. и она выслала въ Римъ, для подтвержденiя папою, слѣдующiи рѣшенiя: Оглашенiе браковъ при мѣшанныхъ супружествахъ должно совершатись въ церкви и костелѣ и бракосочетанiе совершаетъ настоятель прихода невѣсты; дѣти изъ мѣшанныхъ супружествъ (послѣ буллы: Demandatam coelitus) слѣдуютъ обряду отца; лишь въ супружествахъ, заключенныхъ до 1855 г., сыны слѣдуютъ обряду отца, дочери обряду матери, примѣнительно къ прежнему обычаю. Папа, въ письмѣ отъ 17 марта 1856 г., отправленномъ къ австрiйскимъ епископамъ, собраннымъ въ Вѣднѣ, препоручилъ латинскому духовенству, почитати унiатскiй обрядъ и воззвалъ духовенство обоихъ обрядовъ жити въ мирѣ и согласiи съ собою.

Не смотря на то, душехватство латинскихъ священниковъ продолжалось и оно даже усилилось вслѣдствiе католического движенiя, охватившого Австрiю.

118

Съ той причины между унiатскими ординарiатами и латинскими епископами происходили частыи переписки. То привлеканiе унiатовъ къ латинскому обряду и вопросъ очищенiя унiатского обряда отъ латинскихъ примѣсей требовали созванiя синода, на которомъ единственно самъ унiатскiй обрядъ и его отношенiе къ латинскому могли быти управильнены. Самъ митрополитъ Яхимовичъ поддерживалъ мысль такого синода и намѣрялъ выхлопотати на таковый розрѣшенiе паны. Но нечаянно нашли его 17 (29) анрѣля 1863 г. утромъ мертвымъ. Тотчасъ рознеслись слухи, що онъ не умеръ природною смертью, а былъ отравленъ. Съ покойнымъ упала мысль синода и проектъ очищенiя унiатского обряда.

Администрацiю львовской архiепархiи обнялъ Спиридiонъ Литвиновичъ, получившiй въ слѣдующемъ 1864 г. 3 (15) апрѣля достоинство митрополита. Онъ выступилъ съ строгими мѣрами противъ обрядовцевъ, приговорилъ Наумовича къ двунедѣльной реколекцiи и лишенiю прихода и притушилъ обрядовое движенiе въ Галичинѣ. Папа же издалъ 24 октября 1863 г. такъ зовимую „конкордiю“, воспрещающую переходъ изъ одного католического обряда въ другiй и предоставляющую право изъятiя изъ того правила въ поодвнокихъ случаяхъ римскому престолу. Подробнѣйшiи опредѣленiя касательно перехода изъ одного обряда

119

въ другiй издала римская конгрегацiя de propaganda fide въ 1864 г. Унiатскiи капитулы въ Перемышлѣ и Львовѣ были окончательно утверждены папскимъ бреве отъ 12 августа 1864 г.

Точно тогда былъ подавленъ польскiй мятежъ 1863 г. Такъ якъ въ немъ принимало участiе унiатское духовенство Холмщнны, то россiйское правительство рѣшилось вызвати изъ Галичины русскихъ греко-католическихъ священниковъ, щобы посредствомъ нихъ ослабити влiянiе польской стихiи на мало россовъ, живущихъ въ Холмщинѣ (въ Люблинской губ.) и на Подляшьѣ (въ Сѣдлецкой губернiи. Тѣмъ приглашенiемъ воспользовались многiи изъ галицкихъ обрядовцевъ, для которыхъ дальшее пребывавiе въ Галичинѣ, по поводу взводимыхъ на нихъ обвиненiй, сталось невыносимымъ. Они перенесли обрядовое движенiе въ Холмщину и Подляшье и начали свою дѣятельность съ устраненiя латинскихъ примѣсей въ унiатскомъ богослуженiи Холмской епархiи. Съ ними отправился въ Россiю (въ 1868 г.) яко холмскiй епископъ генеральный викарiй львовской митрополiи, Михаилъ Куземскiй. Онъ былъ предложенъ императоромъ Александромъ II (28 мая 1868 г.) римскому престолу яко самый отвѣтнѣйшiй кандидатъ на греко-унiатское епископство въ Холмѣ, съ чѣмъ папа согласился, провозгласивши его на консисторiи 22 iюня 1868 г. епископомъ. Въ августѣ названного года обнялъ онъ управленiе своей епархiи.

120

Императоръ Александръ II объявилъ вскорѣ затѣмъ представившемуся ему Куземскому, що россiйское правительство не намѣряетъ навращати на православiе унiатовъ Привислянского края, а лишь довести до очищенiя унiатского обряда отъ лашино-польскихъ примiсей и управильнити его примѣнительно къ условiямъ, на которыхъ заключена была Берестейская унiя. Той задачи Куземскiй исполнити не могъ, ибо для ея осуществленiя необходимо быдо согласiе Рима, на постановленiе же папы въ унiатскихъ дѣлахъ влiяли поляки, усмотривавшiи въ чистомъ греко-восточномъ обрядѣ знамена православiя, подрывающого ихъ господство надъ юго-западною Русью. Сверхъ того, еще въ 1866 г., сорваны были дипломатическiи сношенiя Россiи съ Римомъ. Причиною розрыва была ссылка варшавского архiепископа Фелинского и суфраганного епископа Ржевуского. Когда представитель Россiи при папскомъ дворѣ бар. Гогендорфъ явился 25 декабря 1865 г. у папы, щобы его поздравити съ Новымъ годомъ, выразилъ ему Пiй IX свое соболѣзнованiе и огорченiе по поводу происшествiй въ Привислянскомъ краѣ. На то возразилъ Гогендорфъ, що россiйское правительство принуждено иредприняти мѣры противъ своего католического духовенства, ибо дѣла дошли до того, що въ Россiи католичество сталось синонимомъ революцiи. Папа обидился такою откровенностью и

121

6 февраля 1866 г. прекратилнеь дипломатическiи сношенiя Рима съ Петроградомъ.

Видя неосуществимость возложенной на него задачи, по истеченiи нѣсколькихъ лѣтъ Куземскiй отказался отъ должности холмского енископа и возвратился въ Галичину, гдѣ умеръ 23 ноября 1879 г. Папа издалъ бреве, въ которомъ осудилъ обрядовыи стремленiя въ Холмщинѣ и цриказалъ соблюдати всѣ обычаи, взятыя отъ латинской церкви и вкоренившiися въ продолженiи времени въ унiатскомъ обрядѣ. Не имѣя другого выхода, лишь отказатись отъ своихъ убѣжденiй, или присоединитись къ православiю, значительная часть унiатского духовенства въ Холмщинѣ, подъ предводительствомъ администраторовъ епархiи протоiерея Iосифа Войцицкого и Маркелла Попеля, избрала послѣднюю дорогу и разомъ со своею паствою приняла православiе въ 1875 г. Попель, назначенный епископомъ православной холмской епархiи, въ отдѣльномъ архiерейскомъ посланiи оправдывалъ присоединенiе къ православiю тѣмъ обстоятельствомъ, що послѣднее папское бреве находится въ противорѣчiи съ прежними папскими буллами и постановленiями, запоручившими непрпкосновенность восточного обряда и нарушаетъ условiя унiи, которая такимъ дѣломъ перестаетъ существовати. Лишь одна часть унiатовъ Подляшья и нѣсколькодесять священниковъ воспротиви-

122

лись православiю. Священники тѣ частью переселились въ Галичину, частью же остались въ Россiи, гдѣ получаютъ жалованье, однако подъ условiемъ, що нiякихъ церковныхъ богослуженiй исполняти не будутъ. Простый народъ въ Холмщинѣ постепенно освоился съ новымъ порядкомъ вещей и тѣмъ образомъ церковная унiя прекратила свое существованiе въ Россiи.

Между-тѣмъ Терлецкiй, давшiй начало обрядовому движенiю, когда и галицкiи владыки выступили противъ очищенiя унiатского обряда, принужденъ былъ переселитись въ Угорщину и проживалъ въ Краснобродскомъ монастырѣ, откуда писалъ статьи о церковныхъ вопросахъ въ австро-русскiи изданiя. Мадьярское правительство, которому намѣстникъ Галичины гр. Голуховскiй представилъ Терлецкого яко опасного „панслависта“, рѣшило его удалити изъ Угорщины и для того Терлецкiй принужденъ былъ обратитись къ императору Александру II съ просьбою о амнистiи и позволенiе возвратитись въ Россiю. Ему не было на старость нѣтъ гдѣ преклонити голову, ибо въ Римѣ его ненавидѣли, поляки предали его опалѣ; унiатскiи епископы были ему противны. IIолучивши амнистiю, онъ возвратился въ Россiю въ 1872 г. послѣ 41-лѣтняго скитанiя по Францiи, Италiи, Турцiи, Германiи и Австро-Угорщинѣ. Онъ принялъ православiе, жилъ въ Кiевѣ, потомъ у кн. Де-

123

мидова въ Санъ-Донато, затѣмъ въ Житомiрѣ и наконецъ яко архимандритъ въ Одессѣ, гдѣ скончался въ 1886 году.

Такъ кончилось обрядовое движенiе галицкой Руси, возникнувшее на основанiи стремленiй парижской польской эмиграцiи, на пробахъ Пiя IX соединити православныхъ Востока съ Римомъ и на французской политицѣ, старавшейся удержати покровительство надъ католиками Турцiи, выперти изъ Турцiи русское влiянiе и роспространити среди православныхъ Востока католицизмъ. Для малорусскихъ унiатовъ принесло то движенiе совершенно иныи плоды, чѣмъ виноввики его предполагали.

XI. Польскiй мятежъ 1863 г. и украинофильство въ Галичинѣ.

{Wydawnictwo materyalow do historyi powstania 1863 r. T. I. II. III. IV.}

Съ 1860 г. началась въ Австрiи конституцiйная жизнь, опредѣлившая внутреннее розвитiе каждой изъ ея нацiональностей. Но прежде чѣмъ приступимъ къ начертанiю конституцiйного движенiя Австрiи вообщс, Галичины же въ частности, слѣдуетъ розсказати о событiяхъ, совершившихся въ 1863 г. въ смежной съ Галичиною Конгресовой

124

Полъщѣ и о ихъ воздѣйствiи на галацкую Русь, ибо лишь въ такомъ случаѣ станутъ намъ понятными нѣкоторыи явленiя изъ исторiи галицкой Руси послѣ 1860 г.

Поляки, жившiи подъ владѣнiемъ Австрiи, Россiи и Пруссiи, всегда еще считали эмиграцiю руководительницею судебъ польского народа. Съ 1832 до 1846 г. найбольшимъ влiянiемъ пользовалась демократическая партiя эмиграцiи и къ ней обращены были взоры изъ польскихъ земель. Но когда задуманное нею возстанiе 1846 г. приняло печальный для польского дѣла исходъ, эначенiе ея совершенно упало. Демократическое общество эмиграцiйное роспалось и напрасно старались поодинокiи его члены оправдывати дѣйствiя „Централизацiи“ и защищати ея принципы. Среди поляковъ стало все больше привыватись мнѣнiе, що они собственными силами и въ союзѣ съ европейскими революцiонерами не успѣютъ добитись независимости своей отчизны, но могутъ надежды свои осуществити лишь при содѣйствiи другихъ могущественныхъ державъ. Тотъ взглядъ еще прежде защищалъ кн. Адамъ Чарторыйскiй, и послѣ 1846 г. онъ сдѣлался самою влiятельною личностью среди поляковъ. Вокругъ него сосредоточились всѣ нацiональныи стремленiя поляковъ, считавшихъ его якобы своимъ правителемъ. Онъ старался, по силамъ, исполнити возлагаемыи на него надежды, со-

125

держивалъ во всѣхъ великихъ и поменьшихъ политическихъ центрахъ Европы своихъ агентовъ, освѣдомлялся о ходѣ европейской политики и отношенiяхъ поодинокихъ державъ, наблюдалъ за жизнью поляковъ въ трехъ роздѣлившихъ Польщу государствахъ и даже обращалъ вниманiе на украинофильское движенiе въ Россiи. Крымская война однако прошла для Польщи безъ малѣйшихъ выгодъ. Надежды Чарторыйского поднядись тольно послѣ парижского трактата, когда Наполеонъ сталъ провозглашати теорiю нацiональности, яко основу государственного устройства Европы. Въ Европѣ вообще утверждали, що Наполеонъ думаетъ помогати итальянцамъ въ учрежденiи нацiонального государства и полякамъ въ прiобрѣтенiи полной независимости.

Подъ впечатлѣнiемъ такихъ слуховъ тотчасъ послѣ крымской войны стали въ Конгресовцѣ, Волыни, Подольи, Украинѣ и Литвѣ подъ розличными видами составлялись тайныи и явныи Общества. Въ мало-русскихъ земляхъ они приняли характеръ Обществъ учебного пособiя польскому и мало-русскому народу. Общества тѣ имѣли свой уставъ и свой комитетъ въ Кiевѣ, состоявшiй изъ двѣнадцати членовъ, изъ которыхъ пять избиралось ежегодно изъ университетскихъ студентовъ, а остальныи черезъ каждыи три года изъ другихъ сословiй. Тотъ комитетъ учреждалъ въ Украинѣ, Подольи

126

и Волыни тайныи народныи школы съ польскими учителями, которыи учили польскому языку, сельскому хозяйству и мало-русскому нарѣчiю, но на основанiи польской азбуки. Гдѣ былъ костелъ, тамъ ежедневно водили учениковъ на латинскую литургiю. Въ Ямполѣ была учреждена препарандiя для подготовленiя необходимыхъ для такихъ школъ учительскихъ сил.{Батюшковъ „Подолiя“ стр. 254.}

Если поляки стремились къ возстановленiю Польщи въ предѣлахъ 1772 г., то они должны были обратити также вниманiе на украинофильство. Такъ якъ нацiональная идея сдѣлалась головнымъ принципомъ, руководящимъ жизнью народовъ, то стремленiемъ поляковъ было прежде всего: возбудити и укрѣпити у мало-россовъ сознанiе ихъ нацiональной отдѣльности отъ велико-россовъ. Въ той цѣли ва научномъ поприщѣ былъ особенно дѣятельнымъ Духинскiй, издавшiй въ 1854—1863 гг. нѣсколько сочиненiй, въ которыхъ пробовалъ довазати нацiональную отдѣльность мало-россовъ и неславянское происхожденiе велико-россовъ{Les Moscovits Grands Russes d'apres leur origine, elements et tendances. Constantinople 1864; Польша, Россiя, Малороссiя. Изслѣдованiя историческiя. Парижъ 1860; Le monument de Novogrod, etudes sur les peuples Indo-Europeens et Touraniens et en particulier aur les Slavyes et les. Moscovites, Paris 1862; Dopelnienie do tizech czesci zasad dziejow Slowian i Moskali, Paryz 1863; Odezwa do ziomkow. Paryz 1861; Odezwa do ziomkow Kijowianina, Paryz 1863; Polugne et Ruthenie Paris 1861; Zasady dziejow Роlski i innych krajow slowianskich i dziejow Moskwy, Paryz 1860.}. Изъ нѣмецкихъ ученыхъ содѣй-

127

ствовалъ Духинскому Германъ Бидермянъ, учитель въ Угорщинѣ (внослѣдетвiи професоръ университета въ Инсбруцѣ) своимъ сочиненiемъ п. з. Die ungarischen Ruthenen, изданномъ въ Инсбруцѣ 1862 г., въ которомъ онъ (стор. 36) выражается слѣдующимъ образомъ: „Было то роковою безтактностью, придати русинамъ названiе Russen, соединяющее ихъ съ велико-россами. Если русиновъ въ противоположность къ велико-россамъ назветси рутенами, тогда всякая опасность исчизаетъ. Слово „Русь“ не имѣетъ нацiонального основанiя; оно обозначаетъ лишь прежнюю зависимость восточныхъ славянскихъ племенъ отъ норманской династiи“ (стор. 38). Тотъ нѣмецкiй ученый предлагалъ иный путь, дабы у мало-россовъ привыти сознанiе нацiональной отдѣльности отъ велико-россовъ. По его указанiю, выводы о монгольскомъ или финскомъ происхожденiи „москалей“ мало помогаютъ дѣлу; вмѣсто того слѣдуетъ доказати, що варяги, основавшiи Русь, были скандинавскими норманами, чуждыми славянамъ и слѣдовательно „Русь“ была названiемъ лишь государства, а не

128

славянскихъ племенъ. Если мало-россы проникнутся такимъ воззрѣнiемъ — такъ надо заключати изъ словъ Бидермана — тогда они откажутся отъ названiя „Русь“, соединяющого ихъ съ „Москвою“, назвутъ себе иначе и тѣмъ легче усвоятъ себѣ сознанiе своей нацiональной отдѣльности.

Рядомъ съ такою научною пропагандою шла тайная агитацiя польскихъ студентовъ кiевского университета, яко продолженiе дѣятельности Тымка Падуры и Вацлава Ржевуского. Въ Кiевѣ въ двохъ гимназiяхъ и университетѣ было полно польской молодежи, сыновъ шляхты и ея служащихъ. При Николаѣ I воспрещено было прннимати въ гимназiи сыновъ недворянъ, а такъ якъ дворянство Украины, Подолья и Волыни было въ большей части польское и оживленное патрiотическимъ нацiональнымъ духомъ, то оно и бѣднѣйшимъ изъ своего сословiя помогало кончити высшiи школы и убольшати число польской интелигенцiи. Вслѣдствiе того также и послѣ 1831 г. поляки въ юго-западной Россiи придавали направленiе духовной жизни, которому должна была подвергнутись и малорусская молодежъ. Украинско-польская молодежь, сообщавшаяся отъ дѣтства съ мало-русскимъ народомъ и воспитанная подъ впечатлѣнiемъ его пѣсенъ, пропиталась сочувствiемъ къ южно-русскому народу и къ его козацкимъ преданiямъ. Въ козачествѣ она видѣла идеалъ сла-

129

вянского рыцарства, а такъ якъ южно-русскiй народъ произвелъ оное, то она старалась сблизитись съ нимъ и примиритись съ польскими стремленiями. Около 1850 г. среди польской молодежи въ Кiевѣ возникъ спецiальный типъ, названный „балагулами“, которого подражатели старались въ убранствѣ и товарвщескихъ прiемахъ подражати простонародiю{Tomasz Dobrzewicz: Wspomnienia z czasow, ktore przezylem. Przeglad Polski 1883 II. стр. 463.}. Но, повидимому, балагулы плохо поняли характеръ простонародiя, обнаружая впослѣдствiи свое народолюбiе пренебреженiемъ всякого приличiя.

Одновременво съ польскимъ украинофильствомъ розвивалось дальше и питомое русское увраинофильство. Русско-украинофильскiи студенты стали также съ 1859 г. вводити школы для народа, въ которыхъ обучанiе происходило на простонародномъ нарѣчiи. Для той цѣли были изданы учебники, якъ: „Граматка“ Кулиша (1857), „Букварь“ Шевченка (1861), „Арихметика або щотниця“ Мороза (1862) и т. д. Въ Петроградѣ печатались „метелики“, т. е. дешевыи изданiя поодинокихъ творенiй Шевченка, Вовчка и другихъ увраинскихъ писателей{Огоновскiй: Исторiя литературы рускои II. 1. стр. 98.}. Первый въ Галичинѣ сталъ роспространяти „метелики“ львовсвiй ку-

130

пецъ Мих. Дыметъ, посѣтившiй въ началѣ 1862 г. по торговельнымъ дѣламъ Кiевъ и привезшiй съ собою кромѣ „метеликовъ“ фотографiи украинскихъ писателей. Розцвѣтъ польского и мало-русского украинофильства совпадаетъ въ одно и то же время, именно въ 1860—1863 гг., когда въ Петроградѣ выходила „Основа“ петроградскiй „Журналъ министерства народнаго просвѣщенiя“ печаталъ розсужденiе о отдѣльности южно-русского языка отъ велико-русского и польского и среди украинцевъ роздавались голосы за введенiемъ увраинского нарѣчiя въ школы.

Въ 1861 г. прибылъ въ Кiевъ одинъ французъ, посланный Мiрославскимъ, занявшимся приготовленiями къ возстанiю, щобы польскiи студентскiи „гмины“ переустроити въ кадры революцiйной армiи. Точно въ ту пору часть украинско-русскихъ студентовъ, принадлежавшая къ польскимъ гминамъ, отдѣлилась отъ нихъ и сблизилась съ уроженцами лѣвобережной Украины, которыи держали себе подалеку отъ польскихъ тайныхъ Обществъ. Русскихъ украинофиловъ, по поводу ихъ демократическихъ стремленiй, называли тогда „хлопоманами“. Къ хлопоманамъ признавалось также нѣсколько поляковъ-католиковъ.

Когда хлопомановъ пригласили къ участiю въ приготовленiи возстанiя, заявили они, що не приступаютъ къ польско-повстанчей програмѣ, ибо считаютъ

131

правобережную Украину не Польщею, а себе украинцами. То заявленiе составилъ — не русскiй, а полякъ-католикъ А (не Антоновичъ ли?), примкнувшiй къ хлопоманамъ. То обстоятельство, що студентъ польскiй воспротивился патрiотическому (по мнѣнiю поляковъ) начинанiю, поразило шляхту, а такъ якъ студентъ А. былъ родомъ изъ бердичевского повѣта, то предводитель тамошняго дворянства воззвалъ его къ себѣ и затребовалъ отъ него, щобы свою подпись изъ хлопоманской декларацiи взялъ обратно. Студентъ воспротивился тому. Тогда ему объявили, що „принципъ декларацiи, по которому нацiональность страны опредѣляется не панствомъ а хлопствомъ, есть соцiалистическiй“ и що хлопоманы будутъ преслѣдованы отъ пановъ{Драгомановъ: До iсторii увраiнськой хлопоманii въ 1860-тi роки. (Житє и Слово I. 3. стр. 344—348).}.

Поелѣдовавшiи затѣмъ событiя доказуютъ, якъ великимъ влiянiемъ пользовалась польская шляхта въ Россiи и въ якой степени чиновничество Юго-Западного края было отъ нея эависимо. Не удивительно для того, если шляхтѣ удавалось вводити замѣшательство во внутреннихъ отношенiяхъ Россiи. Вскорѣ послѣ оного событiя, кiевскiй генералъ-губернаторъ, на основанiи тайного доноса, роспорядилъ слѣдство противъ А. яко

132

комуниста и отправилъ къ министру внутреннихъ дѣлъ слѣдующiй докладъ: „Въ сентябрѣ мѣсяцѣ 1860 г. мнѣ были доставлены свѣдѣнiя, что студенты здѣшняго университета стараются сблизиться съ простымъ народомъ и дѣйствовать на него внушенiемъ вредныхъ понятiй и мыслей; что между ними образовалось Общество комунистовъ, цѣль котораго состоитъ въ сближенiи съ простымъ народомъ, для обезпеченiя себѣ содѣйствiя на случай возмущенiя въ Польшѣ; что ради этой цѣли студенты сближаются съ крестьянами, проповѣдуютъ имъ равенство правъ всѣхъ людей, общее право всѣхъ на обладанiе имуществомъ, называютъ крестьянъ братьями, спятъ и ѣдятъ вмѣстѣ съ прислугою, и что Общество комунистовъ, имѣя во главѣ бывшаго студента А., состоитъ изъ болѣе чѣмъ изо ста членовъ.“

Заодно съ польскою шляхтою дѣйствовали южно-русскiи евреи. Ихъ газета „Сiонъ“, выходившая въ Одессѣ, начала печатати статьи противъ украинофильства вообще, называя его сепаратизмомъ въ литературномъ, нацiональномъ и политическомъ отношенiяхъ. Поляки же, розочаровавшiися въ своихъ надеждахъ, возлагаемыхъ аа украинофильство, начиная возстанiе 1863 г., совершенно не принимали въ розсчетъ украинофиловъ и въ своихъ манифестахъ говорили лишь о исторической Польшѣ. Лишь южно-русскихъ крестьянъ старались они

133

наклонити на сторону возстанiя, обѣщая имъ надѣлы землею и освобожденiе отъ панщины.

Названный студентъ А., о которомъ говоритъ Драгомановъ и которымъ (по всей вѣроятности) былъ Владимiръ Антоновичъ, впослѣдствiи професоръ кiевского университета, всворѣ эатѣмъ перешолъ въ православiе. Когда Ѳаддей Падалица (Зенонъ Фишъ) въ „Основѣ“ назвалъ его ренегатомъ (odstepca), отвѣтилъ Антоновичъ: „Слово ренегатъ есть для мене честью, ибо шляхта должна или повернути къ народу, изъ которого произошла, или переселитись въ польскiи страны.“

Между-тѣмъ Адамъ Чарторыйскiй дѣлалъ въ Парижѣ приготовленiя къ возстанiю. Онъ составилъ родъ комисiи, названной „бюро“, эадачею которой было, влiяти на европейскiи правительства, парламенты и иностранную печать, безпрерывно затрогивати польскiй вопросъ и возбуждати въ Европѣ сочувствiе для польского дѣла{St. Tarnowski: X. Waleryan Kalinka. Krakow 1887 стр. 84 и сл.}. Въ составъ бюра входили кромѣ кн. Адама Чарторыйского и его сыновъ, ген. Замойскiй, Ѳеодоръ Моравскiй, Баржиковскiй, Андрей Козмянъ, Людвикъ Воловскiй, Калинка, Клячко, французы Делярошъ и Равле и много другихъ. Клячко и Калинка нарочно

134

предались изученiю психологiи, щобы умѣти повлiяти на умъ и чувства такъ поляковъ, якъ и другихъ народовъ. Но кн. Адамъ Чарторыйскiй не дожилъ конца своего дѣла. Онъ умеръ 15 iюля 1861 г. яко непримиримый противникъ Россiи. Въ 1856 г. россiйское правительство предлагало ему амнистiю, но онъ отклонилъ. Онъ оставвлъ двохъ сыновъ: Витолда и Владислава, женатого ва дочери кн. Рiансарезъ и испанской королевы Кристины. Послѣднiй принялъ предводительство въ бюрѣ и управленiе польскими дѣлами.

Могли ли поляки, начиная возстанiе, розсчитыватн на успѣхъ? Дѣлали ли они въ горячцѣ патрiотического увлеченiя, или послѣ умного розсужденiя, изслѣдивши всѣ обстоятельства, говорившiи въ пользу и противъ начинанiя? Щобы отвѣтити на тотъ вопросъ, слѣдуетъ привяти въ соображенiе, що было то время, когда послѣ пораженiя Австрiи въ Италiи въ 1859 г. и отнятiя ей Ломбардiи, нацiовальная революцiя низвергала существующiй порядокъ и неаполитанскiй король Францъ II съ своею 150.000 армiею не могъ одолѣти малочисленныхъ отрядовъ Гарибальди, принудившого и. пр. во главѣ лишь 4000 до 6000 добровольцевъ 25.000-ый гарнизонь въ Палермо въ капитулацiи. Въ Европѣ стали вѣрити въ успѣхъ каждого возставiя и въ превосходство нацiональнымъ чувствомъ воодушевленного ополченiя

135

надъ правильною армiею. Сверхъ того поляки розсчитывали на помощь Францiи, которой владѣтель неоднократно изъявлялъ сочувствiе польскому дѣлу и считалъ возстановленiе независимой Польши задачею своей политики. Кромѣ того внутреннiи отношенiя Россiи были того рода, що представляли также надежды на успѣхъ возстанiя. Въ Россiи приступили тогда къ соцiальвымъ реформамъ, которыи не могли совершитись безъ броженiя умовъ и безпорядковъ, сопровождающихъ всегда того рода преобразованiя. Указомъ отъ 2 декабря 1857 г. объявлено было дворянству высочайшее рѣшенiе, улучшити и упрочити отношенiе крестьянъ къ помѣщикамъ. Въ февралѣ 1858 г. объявило правительство, що желаетъ, въ продолженiи двѣнадцати лѣтъ, устранити панщину такимъ образомъ, щобы крестьяне пользовались необходвмыми для исполненiя ихъ обязанностей и соботненного пропитанiя участками земли, и при томъ справедливыи требованiя помѣщиковъ были приняты въ соображенiе. Одновременно начала дѣйствовати комисiя по крестьянскимъ дѣламъ подъ предводительствомъ императора. Послѣ долшого совѣщанiя изданъ былъ высочайшiй манифестъ отъ 19 февраля (3 марта) 1861 г., опредѣлившiй устраненiе крѣпостныхъ отношенiй съ 17 марта 1863 г. Такiи основныи перемѣвы соцiальныхъ отношенiй вызвали у нѣкоторыхъ изъ дворянъ, опасавшихся матерiальныхъ убыт-

136

ковъ, негодованiе, — у крестьянъ же многихъ окрестностей неоправданныи надежды. Сверхъ того лаберальная партiя стала домогатись полятическихъ реформъ, на университетахъ же среди студентовъ броженiе умовъ усилилось до того, що въ октябрѣ 1861 г. въ Петроградѣ, Казани, Москвѣ и Харьвовѣ надо было прекратити преподаванiя. Въ русской печати и литературѣ обнаружились симпатiи для польского дѣла, нигилисты же вошли въ сношенiя съ польскими комитетами и обѣщали произвести возстанiе русскихъ крестьянъ противъ Россiи.

Польской партiи дѣйствiя казалось, що возстанiе можетъ имѣти успѣхъ, и по ея почину начались при концѣ 1860 г. уличныи безпорядки въ Варшавѣ и другихъ польскихъ городахъ. Польская революцiйная партiя, поученная событiями 1846 г., даже не пробовала возмущати польскихъ крестьянъ, а искала матерiала для вооруженной силы среди жителей городовъ и мѣстечекъ. Мѣщанское сословiе въ Конгресовцѣ было довольно численное и зажиточное, благодаря усилiямъ русского правительства, которое (въ противоположность Австрiи и Пруссiи не печалившихся о благосостоянiи своихъ поляковъ), посредствомъ экономического подъема и оживлевiя торговли, ремеселъ и земледѣлiя старалось задобрити своихъ польскихъ подданныхъ и примирити ихъ съ государотвомъ.

Во главѣ нацiонального движенiя

137

станули шляхта и духовенство. Дѣйствiя шдяхты сосредоточились вокругъ варшавского земледѣльческого Общества, которое, созвавши своихъ членовъ 21 февраля 1861 г., рѣшило устранити панщину и облегчити крестьянамъ прiобрѣтенiе земли на собственвость, щобы тѣмъ образомъ прiобрѣсти ихъ благосклонность. Собранiе постановвло, провозгласити освобожденiе крестьянъ въ годовщину битвы подъ Гроховомъ, 25 февраля. Та годовщина вызвала серiозныи волненiя, во время которыхъ (26 февраля вечеромъ) выступило войско и дало огня въ народъ. Похороны убитыхъ совершились 2 марта въ сопровожденiи 100.000-ной толпы. Теперь приступило къ движенiю также духовенство. Варшавскiй архiепископъ Антонiй Фьялковскiй приказалъ совершати поминальное богослуженiе за убитыхъ и неопредѣленное время носити жалобу.

Адамъ Чарторыйскiй зналъ важность католичества для поляковъ, яко фактора не только нравственного, но и политического. Еще въ 1840 г. поручилъ онъ своему агенту въ Римѣ, Мих. Чайковскому, приготовляти папу для будущого возстанiя и запоручитись въ его содѣйствiи, „ибо возстанiе должно произойти во имя религiи и въ соединенiи съ Римомъ“{Pierwszy zakon przez polakow zalozony w Bzymie. (Przeglad polski VI. IV. стр. 278.)}. Его усилiя, по видимому, вѣнчались уcпѣхомъ, ибо нацiональво-польская аги-

138

тацiя перенеслась теперь въ костелы. Въ нихъ пѣлись патрiотическiи пѣсни, держались соотвѣтственныи цѣлямъ возстанiя проповѣди, архiепископъ же варшавскiй не только що не исполнилъ требованiй правительства и агитацiи въ костелахъ не воспретилъ, а напротивъ, приказывалъ устроввати розличныи поминальныи богослуженiя патрiотического характера и празднованiе народныхъ торжемтвъ, якъ на пр. памяти Люблинской унiи. Такъ же поступали по смерти Фьялковского (ум. 5 октября 1861 г.) администраторъ Бялобржескiй и новый архiепископъ Сигизмундъ Щененый Фелинскiй (съ 28 января 1862 г.)

Русское правительство думало предупредити возстанiе посредствомъ уступокъ для польского народа въ школьной, вѣроисповѣдной и администрацiйной областяхъ. Конгресовка имѣла получити автономное управленiе съ верховною радою и окружными радами, избранными населенiемъ. Директоромъ школьно-вѣроисповѣдной комисiи назначенъ былъ Александръ Велёпольскiй, управителемъ школъ Казимiръ Крашевскiй. Не смотря на то, волненiя не прекращались и правительство, подозрѣвая варшавское земледѣльческое Общество въ подстрекательствѣ, закрыло оное (6 апрѣля 1861 г.) Волненiя еще усилились и 14 октября 1861 г. Привислянскiй край объявленъ былъ въ осадномъ положенiи. По совѣту Велёпольского правительство не отсту-

139

пило отъ своего намѣренiя, ввести въ Конгресовцѣ автономныи учрежденiя. Ту задачу имѣлъ исполнити братъ императора, вел. князь Константинъ, назначенный намѣстникомъ въ iюнѣ 1862 г. Велёпольскiй, получившiй теперь чинъ шефа гражданского управленiя, имѣлъ ему въ томъ дѣлѣ помогати. Однако собравшiйся у гр. Андрея Замойского виднѣйшiи лица изъ шляхты составили адресъ къ императору, въ которомъ автономныи учрежденiя признали неудовлетворительными и требовали нацiовального представительства (сойма) и присоединенiя въ Привислянскому краю литовско-мало-русскихъ земель въ предѣлахъ 1772 года.

Съ поры крымской войны не знала Конгресовка рекрутского набора. Велёпольскiй совѣтовалъ правительству, щобы въ январѣ 1863 г. придприняти такiй наборъ и посредствомъ него освободити Варшаву и другiи городы отъ непокорной и безпрерывно волненiя производящей стихiи. Его совѣтъ былъ принятъ и въ ночи 14 января 1863 г. началась рекрутацiя такимъ образомъ, що молодыхъ людей брали изъ домовъ, улицъ, рукодѣленъ и отдавали въ солдаты. О преднамѣренной рекрутацiи знали однако въ Варшавѣ и другихъ городахъ, и множество молодыхъ людей бѣжало въ лѣсы, гдѣ они составили вооруженныи отряды, устроенныи революцiйнымъ комитетомъ, образовавшимся въ Варшавѣ.

По якимъ бы то ни было причинамъ,

140

Велепольскiй далъ правительству совѣтъ рекрутацiи — та мѣра несомнѣнно приготовила печальный конецъ возстанiю. Мы узнали выше, що приготовленiями къ возстанiю руководило парижское бюро. Тѣхъ приготовленiй въ дипломатическомъ и военномъ отношенiяхъ оно не довело до того, щобы дѣло могло происходити по опредѣленному плану. Вѣсть о возстанiи дошла его неожвданно, когда еще не была окончена организацiя возстанiя, которымъ оно имѣло управляти. Вслѣдетвiе того возникъ величайшiй хаосъ въ управленiи возстанiемъ. Возлѣ парижского бюра, которому ускользнули изъ рукъ всѣ нити движенiя, возникли слѣдующiи польскiи правительства: Бѣлая дирекцiя въ Варшавѣ (якъ назвалъ себе революцiйный тамошнiй комитетъ), аравительство Сапѣги въ Львовѣ въ составъ которого входили Адамъ Сапѣга, Францъ Смолька, Флорiанъ Земялковскiй и Александръ Дѣдушицкiй, — правительство Адама Потоцкого и Манна въ Краковѣ. Правительства Сапѣги и Потоцкого даже не сообщались съ парижскимъ бюромъ и дѣйствовали на свой страхъ. Оттого поодинокiи отряды возстанцевъ дѣйствовали безъ плана и не относили успѣховъ. Надежда на содѣйствiе русскихъ нигилистовъ обманула: русское общество, задѣтое притязанiями поляковъ къ литовско-малорусскимъ землямъ, стануло на сторону правительства. Также польскiи крестьяне остались вѣрными русскому пра-

141

вительству. Щобы прекратити хаосъ и ввести единство въ дѣятельность возстанцевъ, варшавская дирекцiя, провозгласившая себе нацiональнымъ правительствомъ, назначила Мiрославского диктаторомъ, но его отрядъ былъ розбитъ и онъ отступилъ въ Пруссiю. Тогда другiй вождь, Лянгевичъ, объявилъ себе (10 марта) диктаторомъ, но былъ уже 19 марта также побитый, перешолъ на австрiйскую територiю и былъ здѣсь интернованъ.

Въ Галичинѣ, якъ мы выше сказали, были два польскiи правительства, учредившiи поодинокiи комитеты (лавы) для собиранiя податей и отправленiя возстанцевъ на театръ войны. Правительство знало о цѣлой повстанчей организацiи своей провинцiи и впослѣдствiи общiй голосъ указывалъ на повѣстеписателя Качковсвого яко тайного агента правительства.{Rewolucyjne sady i wyroki o Kaczkowskim 1866.} Правительство смотрѣло сквозь пальцы на дѣйствiя тайныхъ комитетовъ, стараясь лишь о томъ, щобы повстанчая организацiя Галичины была въ рукахъ шляхты{Wydawnictwo materyalow do hist. powstania 1868. III. стp. 445.}, ибо оно недовѣряло польсвой демократической партiи, превозглашавшей одновременную войну противъ Россiи, Австрiи и Пруссiи. Шляхта же напротивъ старалась въ ничемъ

142

не нарушати интересовъ Австрiи и смотрѣла за тѣмъ, щобы въ Галичинѣ не было сопротивленiя правительству, Галичина вообще доставила возстанiю около 8000 вооруженныхъ, майже однихъ поляковъ, немного иностранцевъ и русскихъ галичанъ. Изъ Галичины были предприняты слѣдующiи походы: Чеховского, Грековича, Моссаковского, Миневского, Iордана, Iоанна Высоцкого, Езёранского, Валигорского, Тетеры, Круковецкого, походъ подъ Порыцкъ и Радивиловъ.

Польская партiя движенiя надѣялась на помощь иностранныхъ державъ, прежде всего Францiи. И дѣйствительно 4 февраля 1863 г. сдѣлалось польское возстанiе предметомъ обсужденiй въ законодательномъ собранiи въ Парижѣ, но французское правительство приняло видъ, будто оно не имѣетъ ничего общого съ польскимъ движенiемъ. Пруссiя, на первую вѣсть о мятежѣ, сосредоточила на восточной своей границѣ четыре армейскiи корпусы и заключила съ Россiею (8 февраля) тайную конвенцiю для подавленiя польского возстанiя. Однако прусская палата пословъ, послѣ трехдневныхъ пренiй, приняла 28 февраля слѣдующее рѣшенiе: „Благо Пруссiи требуетъ, щобы королевское правительство ни одной, ни другой сторонѣ не удѣляло своей поддержки или покровительства и не дозволяло вооруженнымъ вступати на прусскую територiю безъ одновременного ихъ обезоруженiя.“ То

143

заявленiе, якъ и становище, занятое въ виду польского вопроса правительствомъ Францiи, заставили прусского министръ-президента не исполнити условiй конвенцiн. Не смотря на то, прусское правительство воспретило составляти вооруженныи отряды и пособляти возстанцевъ оружiемъ и прочимъ военнымъ матерiаломъ.

Конвенцiя, заключенная Россiею съ Пруссiею, доставила Наполеону предлогъ, объявити польскiй вопросъ европейскимъ. Онъ наклонилъ Англiю и Австрiю начати дипломатическую акцiю въ пользу Польщи, и Францiя, Англiя и Австрiя отправили 10 и 12 апрѣля 1863 г. дипломатическiи ноты въ Петроградъ, въ которыхъ объявили желанiе, управильнити польскiй вопросъ такимъ образомъ, щобы для польского народа возвратилось спокойствiе и укрѣпилось на прочномъ основанiи. Россiя въ отвѣтъ на тѣ предложенiя возразила, що польское возстанiе возникло вслѣдствiе подстрекательствъ европейской космополитичной революцiйной партiи. Австрiя приняла на себе задачу, составити отъ имеви трехъ державъ условiя, воторыи должны были успокоити поляковъ, и въ концѣ iюня послы трехъ державъ предложили русскому министру иностранныхъ дѣлъ кн. Горчакову депеши своихъ правительствъ, въ которыхъ требовались: Полная и общая амнистiя для возстанцевъ; нацiональное польское представительство

144

(соймъ) съ правомъ законодательства и контроли надъ мѣстнымъ правительствомъ; назначенiе поляковъ на правительственныи должности; полная свобода католического вѣроисповѣданiя; польскiй языкъ въ судѣ и администрацiи; управильненiе рекрутского побора. Россiя отклонила тѣ требованiя.

Францiя объявила охоту, принудити Россiю посредствомъ войны къ уступкамъ и предложила въ той цѣли Австрiи и Англiи союзъ. Однако двѣ послѣднiи державы не согласнлись съ такимъ намѣренiемъ и ограничились лишь на отправленiи въ Петроградъ новыхъ депешъ, въ которыхъ возложили на Россiю отвѣтственность за всѣ послѣдствiя отклоненiя ихъ требованiй, т. е., сказавши другими словами — отступили отъ дальшихъ дѣйствiй въ пользу возстанiя. Лишь одинъ Наполеонъ занимался дальше поляками и въ ноябрѣ 1863 г. выступилъ съ проектомъ европейской конференцiи для рѣшенiя польского вопроса. Но съ тѣмъ проектомъ не согласилась Англiя и такимъ образомъ дипломатическая акцiя трехъ державъ въ пользу Польщи окончилась.

Между-тѣмъ Россiя принялась съ цѣлою энергiею за подавленiе мятежа. Генералъ-губернаторы: виленскiй Муравьевъ и варшавскiй Бергъ принялись за строгiи военно-полицейскiи мѣры, вслѣдствiе которыхъ возстанiе начало клонитись къ паденiю. Напрасно старался вар-

145

шавскiй революцiйный комитетъ, отступившiй отъ мысли диктатуры и сосредоточившiй въ своихъ рукахъ всю власть, поддерживати неровную борьбу съ Россiею. Щобы его дѣйствiямъ ве мѣшати, львовскiй комитетъ принужденъ былъ въ сентябрѣ 1863 г. розвязатись. Головный членъ его кн. Ад. Сапѣга былъ въ августѣ арестованъ и держанъ въ тюрьмѣ до 18 февраля 1864 г., когда ему удалось бѣжати изъ нея. Варшавскiй революцiйный комитетъ, называвшiй себе нацiональнымъ польскимъ правительствомъ, розвинулъ жестокiй тероризмъ, вызвавшiй въ Европѣ отвращенiе къ польскому дѣлу. Онъ устроилъ отряды тайныхъ агентовъ (народовыхъ жандармовъ) въ Конгресовцѣ, Литвѣ, Волыни и Галичинѣ, которыи тайно убивали каждого, дѣйствовавшого во вредъ возстанiя или лишь заподозрѣнного въ недоброжелательствѣ къ нему. Въ Галичинѣ былъ такимъ образомъ осенью 1863 г. убитъ совѣтникъ краевого суда Кучинскiй, которого вся вина состояла въ томъ, що велъ слѣдство съ повстанцами, доставленными ему полицiею. Вслѣдствiе такого оборота дѣлъ австрiйское правительство, сначала приклонно относившееся къ польсвому возстанiю, принуждено было 24 февраля 1864 г. объявити Галичину въ осадномъ положенiи, приказати розоружити находившихся въ сей провинцiи возстанцевъ и недопускати больше къ образованiю новыхъ отрядовъ.

146

Осадное положенiе продолжалось въ Галичинѣ до 18 апрѣля 1865 г.

Когда Австрiя вводила въ Галичинѣ осадное положенiе, возстанiе въ Конгресовцѣ едва дышало. Правительство попало на слѣды тайной организацiи и арестовало нѣкоторыхъ членовъ варшавского нацiонального правительетва. Мятежъ былъ подавленъ и русское правительство приступило къ преобразованiю соцiальныхъ и нацiонально-политическихъ отношенiй Привислянского края и юго-западныхъ губернiй. Мѣры правительства были направлены противъ шляхты и духовенства, яко стихiй, выступившихъ съ особенною враждою противъ русского правительства. Архiепископъ Фелинскiй былъ еще 14 iюня 1863 г. вывезенъ въ Петроградъ, теперь же, указомъ отъ 8 ноября 1864 г., было закрыто 61 мужескихъ и женскихъ монастырей и все католическое духовенство обнятыхъ мятежемъ земель поставлено подъ надзоръ правительственныхъ властей. Такъ якъ крестьянское сословiе не принимало въ мятежѣ участiя, то правительство постановило оперти власть свою на немъ: въ Привислянскомъ краѣ и юго-западныхъ губернiяхъ были крестьяне среди выгодныхъ для нихъ условiй освобождены отъ всякой крѣпостной зависимости, надѣлены землею и получили новое устройство для своихъ громадъ съ правами широкого самоуправства и совершенной независимости отъ помѣщиковъ. Такъ якъ по-

147

ляке безпрерывно домогались отторженiя отъ Россiи литовско-малорусскихъ земель, входившихъ въ составъ Польщи до 1772 г., то русскимъ правительствомъ были предприняты мѣры, щобы постепенно уменьшати число польскихъ помѣщиковъ въ названныхъ земляхъ и скрѣпляти русское землевладѣнiе. Вслѣдствiе того съ 1865 г. стали выходити указы о льготахъ для русскихъ людей на прiобрѣтенiе земель въ западной Россiи и ограниченiяхъ землевладѣльческого наслѣдственного права для католиковъ. Польскiй язывъ въ судѣ, школѣ и администрацiи уступилъ мѣсто русскому. Русское правительство стануло въ прежнихъ польскихъ земляхъ на твердомъ и прочнѣйшемъ, чѣмъ прежде, основанiи, и новый мятежъ поляковъ сдѣлался съ тѣхъ временъ немыслимымъ дѣломъ. Нiякое народное возстанiе не можетъ впрочемъ въ нынѣшнихъ европейскихъ государствахъ розсчитывати на успѣхъ, если къ нему не примкнетъ правильная армiя, ибо нынѣшнее устройство военныхъ силъ, способъ вооруженiя и основующаяся на немъ тактика допускаютъ лишь войну большими регулярвыми армiями. За то народъ, не сочувствующiй своему государству, можетъ, въ случаѣ заграничной войны, ему вредити, розоряя пути и другiи средства сообщенiя, истребляя продовольственныи запасы и военный матерiалъ, доставляя шпiоновъ другому государству и наклоняя своихъ сочленовъ, служа-

148

щихъ въ армiи, къ бѣгству или крамолѣ.

Унiатское духовенство въ Холмщинѣ частью сочувственно относилось къ польскому мятежу, частью же прямо принимало въ немъ участiе. Русское правительство въ свое время не предприняло нiякихъ мѣръ, щобы въ русскихъ унiатахъ Холмской епархiи возбудити нацiональное русское сознанiе. Оно отдало ихъ, яко католиковъ, всецѣло подъ влiянiе польской стихiи и латинсвого духовенства. Желая исправити раньше сдѣланную ошибку, оно рѣшилось устранити польское влiянiе на Холмскую Русь и употребити въ той цѣли русскихъ галичанъ, обнаружившихъ большую стойкость въ защитѣ своей нацiональности. Въ той цѣли съѣздили въ Галичину сѣдлецкiй губернаторъ Громека и чиновникъ Лебединцевъ, предложившiи священникамъ, учителямъ и университетскимъ студентамъ переселитись въ Россiю и приняти должности настоятелей приходовъ въ Холмщинѣ, преподавателей гимназiй и другихъ школъ. Такъ якъ точно тогда въ Галичинѣ преслѣдовали священниковъ-обрядовцевъ, то многiи изъ нихъ, щобы избѣгнути ждавшихъ ихъ непрiятностей, приняли приглашенiе. Нѣкоторыи учители среднихъ учебныхъ заведенiй и студенты университета, видя начавшуюся съ 1868 г. полонизацiю школъ, суда и администрацiи въ Галичинѣ, соединенную съ пренебреженiемъ

149

русской стихiи, предпочли также службу въ Россiи. Такимъ образомъ началось съ 1867 г. переселенiе галичанъ въ Холмщину и другiи страны Россiи, которого послѣдствiемъ было обзнакомленiе россiйского общества съ состоянiемъ Прикарпатской Руси и пробужденiе у него сочувствiя для судьбы соплеменного ему народа. Когда въ 1875 г. Холмская Русь приняла православiе, нѣсколькодесятъ урiатскихъ холмскихъ священниковъ, уроженцевъ Привислянского края, не принявшихъ православiя, нашло прiютъ у галицкихъ поляковъ и было принятыхъ въ составъ галицко-унiатского духовенства.

Послѣ подавленiя мятежа 1863 г., между галицкими поляками произошло розногласiе въ оцѣненiи того событiя. Когда одни видѣли въ немъ патрiотическiй подвигъ, поднявшiй народный духъ, другiи, указывая на вредныи его послѣдствiя, порицали его и называли легкомышленнымъ дѣломъ. Нѣкоторыхъ галицкихъ поляковъ поразила порча нравственного характера у многихъ участниковъ возстанiя. Нѣкоторыи изъ сихъ послѣднихъ покупали на средства комитетовъ возставiя большiи каменныи домы въ городахъ и тѣмъ образомъ сдѣлались зажиточными людьми. Польская публика, шутя, назвала такiи домы „народовыми“. У другихъ участниковъ возстаиiя розвились крайне анархистическiи воззрѣнiя съ стремленiемъ, во що бы ни стало, мстити

150

своимъ противникамъ. Сообщаясь съ нѣкоторыми возстанцами, не трудно было встрѣтятись съ такими вотъ мнѣнiями — що противъ противниковъ польской идеи пригодны лишь кинжалъ и ядъ, що ихъ вадобно истребляти якъ мухи и т. д. Послѣдствiя такого слѣпого розъяренiя почувствовалъ на себѣ не одинъ изъ русскихъ галичанъ, которымъ необходимо было въ общенiи съ того рода фанатиками беречись, щобы въ пищѣ не получити чего-то нездорового или одурятельного. Еще въ 1879-томъ году одна львовская польская газетка (Straznica, издаваемая нѣкимъ Медвецкимъ) взывала своихъ одномышленниковъ „къ борьбѣ съ русинами на ножи“.

Но не одна галицкая Русь страдала отъ жажды мести заговорщиковъ. Послѣднiи надоѣли и своимъ соплеменникамъ, обвиняя знатнѣйшiи лица въ измѣнѣ отечеству, въ недостатку патрiотизма, подозрѣвая въ одномъ и другомъ шпiона и т. д. Нѣкоторыи изъ нихъ, обнявши службу у приватного лица, или должность въ банку и прч., оказывались опозицiными, нерадивыми и неисправными. По той причинѣ часть галицко-польского общества, особенно лица изъ кравовсвой партiи, стали осуждати всякую мысль польского возстанiя, всякiя польскiя заговоры, яко портящiи нравъ польского народа, а такъ якъ они убѣдились въ неуспѣсѣ мятежей, то ихъ взоры стали постепенно обращатись къ Австрiи, кото-

151

рая, по ихъ мнѣнiю, должна сдѣлатись оградою польскихъ стремленiй. Семья Чарторыйскихъ потеряла свое значенiе для польской политики.

Самымъ важнымъ послѣдствiемъ для галицкой Руси, происшедшимъ отъ польского мятежа, было роспространенiе въ ней увраинофильства. О появленiи „метеликовъ“ въ Галичинѣ въ 1861 г. мы уже упоминали. Въ рукахъ молодежи появился тогда въ первый разъ „Кобзарь“ Шевченка. Подъ влiянiемъ украинскихъ писателей кружокъ молодыхъ людей, между которыми первое мѣсто занимали Федоръ Заревичъ, Владимiръ Шашкевичъ, Ксенофонтъ Климковичъ, Евгенiй Згарскiй — сталъ въ началѣ 1862 г. (при помощи совѣтника судового Ю. Лавровского) издавати литературную газетку „Вечерницѣ“ для „ооразованiя руского народного языка въ письменности, которая повинна якъ найблизше буте живому вародному слову“.{Предисловiе къ 1 числу.} Хотя то издательство было направлено противъ литературного направленiя Я. Ѳ. Головацкого и Б. А. Дѣдицкого, однако политического мало русского сепаратизма въ немъ не замѣчалось.

Въ 1862 г. студентъ кiевского университета Владимiръ Бернатовичъ, переѣзжая черезъ Львовъ въ Прагу, посѣтилъ нѣкоторыхъ львовскихъ украинофиловъ и

152

навязалъ сношенiя между ними и ихъ кiевскими одномышленниками. Въ концѣ 1863 г. прибыло изъ южной Россiи во Львовъ нѣсколько польскихъ эмигрантовъ и они розвили живѣйшую дѣятельность между львовскою „Молодою Русью“, якъ тогда стали называти галицкихъ украинофиловъ. По ихъ почину вмѣсто прекратившихся въ началѣ 1863 г. „Вечерницъ“ стала съ сентября названного года выходити „Мета“, пропаговавшая уже мысль политической самостоятельности Малой Руси. „Вечерницѣ“ печатались съ начала этимологическою правописью Максимовича, впослѣдствiи кулишовкою, „Мета“ же исключительно кулишовкою. Она росходилась въ 400—500 экземплярахъ и имѣла сотрудниковъ также между украинофилами въ Россiн. Изданiе ея прекратилось съ концемъ 1865 г. Въ пору издаванiя „Меты“ образовались (подъ влiянiемъ украинской литературы) межяду русскою школьною молодежью во Львовѣ, Тернополѣ и Перемышлѣ „Рускiи громады“. Въ Вѣднѣ соединились галицко-русскiи семинаристы въ общество „Св. Кирилла и Меѳодiя“, просуществовавшее лишь нѣскольво мѣсяцевъ; оно было розвязано митрополитомъ Литвиновичемъ за „общерусскiи стремленiя“. Когда въ 1860 г. образовался во Львовѣ русскiй влубъ „Бесѣда“, многiи изъ его членовъ объявили сочувствiе новому стремленiю, и въ комнатахъ его нашолъ умѣщенiе портретъ Шевченка».

153

Вскорѣ однако взяло верхъ въ клубѣ направленiе, протввное украинофильству, и портретъ Шевченка былъ устраненъ въ 1863 г. Въ 1865 г. отказала „Бесѣда“ въ отступленiи своей сали для устройства музыкально-декламаторского вечера въ честь Шевченка.{Молода Русь въ рокахъ 1860—1866. Изъ рукописи 1866 г. (Дѣло 1893 н-ръ 28—34).}

Въ концѣ 1863 г. прибыло во Львовъ, якъ выше было сказано, нѣсколько участниковъ польского возстанiя, студентовъ кiевского университета. Они завели сношенiя съ „Молодою Русью“ и помѣщали свои статьи въ „Метѣ“. Точно тѣ студенты возбудили у многихъ лицъ среди польского общества Галичины сочувствiе для украинофильства, указывая на выгоды, якiи поляки могутъ нмѣти изъ нацiонально- политического малорусского сепаратизма. До ихъ прибытiя галицко-польское общество относилось непреклонно въ нацiональному движенiю австрiйской Руси и настаивало на томъ, щобы русскiи галичане говорили по-польски и считали себе однимъ съ поляками народомъ. Малорусская рѣчь считалась въ польскомъ обществѣ хлопскою и неприличною для образованного человѣка. Говорившихъ по малорусски встрѣчали въ польскомъ обществѣ насмѣшки и даже непрiятности. Теперь по крайней мѣрѣ одна часть галицкихъ поляковъ стала иначе относитись къ малорусской просто-

154

народной рѣчи, такъ якъ кiевско-польскiи украинофилы (имѣвшiи заслугу для Польщи въ томъ, що участвовали въ мятежѣ 1863 года) убѣдили ю, що украинофильство направлено противъ Россiи. Оныи студенты уговоривали даже своихъ соплеменниковъ, примкнути къ малороссамъ и употребляти ихъ простонародную рѣчь. Въ той цѣли одинъ изъ нихъ издалъ въ 1864 г. руководство къ изученiю малорусского языка: Latwy sposób naucenia sie czytać i pisać po rusku. По ихъ совѣту основалось въ концѣ 1863 г. тайное Общество изъ польскихъ студентовъ университета и польскихъ писателей, числившее 30 членовъ, которое задалось цѣлью, пробуждати среди польского населенiя сочувствiе для малорусского движенiя и пособляти оное. Оно назвалось: Kólko przyjaciol Rusi. Когда въ Галичинѣ въ 1864 г. введено было осадное положенiе, кiевскiи эмигранты были отправлены за границу и оный кружокъ роспался. Но все-таки его коротковременная дѣятельность не осталась безъ послѣдствiй. Органъ университетской молодежи, Tygodnik naukowy, выходившiй въ 1865 г., относился приклонно къ малорусскому движенiю, на сколько оно ему представлялось въ видѣ литературного, нацiонального и политического сепаратизма, имѣвшого довести до отторженiя Малой Руси отъ Россiи. Даже виднѣйшiи изъ поляковъ, якъ професоръ краковского университета Дитль, пользовавшiйся

155

большимъ авторитетомъ въ школьныхъ дѣлахъ, совѣтовалъ скрѣпляти украинофильство. Но другiи поляки, якъ гр. Борковскiй, повторявшiй въ соймѣ безпрерывно: Niema Rusi (т. е. нѣтъ малорусского народа; населенiе Украины, Волыни, Подолiи и Галичины есть всецѣло польское), историкъ Генр. Шмитъ и другiи считали украинофильство опаснымъ для польского дѣла и были его такими рѣшительными противниками, якъ и всего русского.

Якiи бы ни были взгляды галицкихъ поляковъ на украинофильство, не дается отрицати, що выступленiе кiевско-польскихъ студентовъ во Львовѣ и также самое украинофильство скрѣпили русскую нацiовальность въ Австрiи. Якъ мы выше сказали, до польского возстанiя въ 1863 г., галицкiи поляки осуждали даже простонародную русскую рѣчь, покровительствуемую отчасти австрiйскимъ правительствомъ, и не терпѣли ей въ своемъ обществѣ. По той причинѣ употребленiе русского слова среди галицко-русской интелигенцiи, т. е. священниковъ, чиновниковъ и учителей, было слабое, ибо она не отличалась твердостью характера и отвагою, а обнаружала — якъ то обыкновенно есть у людей безъ ясныхъ и прочныхъ цринциповъ — не малую долю трусости. Она говорила въ большой части по-польски; лишь члены львовсвой и перемышльской консисторiй, употреблявшихъ съ 1848 г. въ дѣловодствѣ ма-

156

лорусскiй языкъ, говорили по-руески, да не много лнтераторовъ и другихъ лицъ, проникнутыхъ особеннымъ патрiотическимъ духомъ.

Теперь, подъ влiянiемъ украинской словесности и вслѣдствiе благосклонности одной части польской интелигенцiи, употребленiе малорусского слова прiобрѣло среди школьной молодежи, священниковъ и чиновниковъ большiи розмѣры и не встрѣчало такихъ насмѣшекъ, якъ прежде. При томъ самая украинская словесность своимъ содержанiемъ благотворно воздѣйствовала на духовную сторону галичанъ. Такъ якъ предметомъ украинскихъ розсказовъ и поэзiй была жизнь простого народа, представленная въ идеальномъ свѣтлѣ, то галицко-русская интелигенцiя, кормившаяся прежде польскою литературою и проникавшаяся свойственными польской шляхтѣ воззрѣнiями, посредствомъ увраинской словесности сблизилась съ простонародiемъ, полюбила оное и стала печалитись о его нуждахъ. Окликомъ нового поколѣнiя было: проовѣщати народъ и поднимати его экономическое состоянiе. Также идеализацiя отжившого мало-русского козачества, находившаяся въ украинской словесности, воздѣйствовала лишь въ положительномъ направлевiи на складъ ума юношества. Нравоучители не безъ основанiя утверждаютъ, що источникомъ всѣхъ общинныхъ добродѣтелей есть самоотреченiе отъ собственныхъ выгодъ въ

157

пользу ближняго — борьба во имя идеи. Образъ войны, предпринятой въ имя высшей цѣли — въ которой человѣкъ жертвуетъ найвысшимъ своимъ добромъ, жизнью — поощряетъ молодый умъ искати для дѣятельности въ послѣдующемъ перiодѣ жизни другихъ цѣлей, нежели тѣлесвыи удовольствiя. Такъ якъ галицко-русской молодежи мало-русскiй козакъ, начертанный украинскими писателями, представлялся сражавшимся за Русь и православiе — то она должна была отъ картинъ козацкихъ войнъ и поодовъ восприняти побужденiе къ усерднѣйшей дѣятельности въ пользу своего народа. И дѣйствительно, мы видимъ, що новѣйшее поколѣнье галицко-русской интелигенцiи, вступившее на общественное и политическое поприще послѣ мятежа 1863 г., обнаруживало больше стойкости и энергiи, нежели поколѣнiе перiода предъ 1848 г., или даже времени 1848—1863 гг.

Но такъ якъ галицкая Русь приняла новыи взгляды на задачи жизни лишь путемъ поэзiи и взглядамъ тѣмъ недоставало науки, розъясвяющей литературныи, общественныи, политическiи и нацiональныи вопросы, то одна часть галицко-русской интелигенцiи понимала украинофильство въ такомъ смыслѣ, въ якомъ его предлагали поляки и якiй старалось придати ему вѣденьское правительство, и для того украинофильство

158

произвело розногласiе на гал. Руси и сдѣлало начало партiйной борьбѣ.

Украинофильству съ вачала сочувствовали майже всѣ безъ изъятiя галицко-русскiи писатели. Оно иначе и быти не могло, ибо украинизмъ въ началахъ своихъ сходный былъ съ австрiйскимъ рутенизмомъ: они оба выходили изъ той точки зрѣвiя, що просвѣщенiе народа и культура мало-россовъ должны основыватись на „живомъ языцѣ“, т. е. на простонародныхъ говорахъ. Львовская газета „Слово“, ставшая выходити съ 1861 г., напечатала въ 1863 г. кореспонденцiю изъ Украины о угнетенiи мало-россовъ въ Россiи и открыла свои столбцы для украинскихъ писателей. „Науковый Сборникъ“ помѣстилъ въ 1866 г. поэму Щевченка и розсказъ украинского поляка-эмигранта Свѣнцицкого. За очищенiе унiатского богослуженiя отъ латинскихъ примѣсей стояла и „Старшая“ и „Молодая Русь“. Въ общественномъ и политическомъ отношенiяхъ не было причины для распри между одною и другою, ибо одна и другая сторона старалась просвѣщати простонародiе и достигнути для галицкой Руси ровноправности съ другими нацiональностями въ Австрiи.

Не смотря на то, между галицко-русскою интелигенцiею возникла распря, принимавшая постепенно характеръ партiйной борьбы. Предметъ спора составляли: литературный язывъ и опредѣленiе нацiональности авотрiйскихъ русскихъ.

159

На томъ обнованiи возникли двѣ партiи: старо-русская и молодо-русская. Къ первой принадлежали преимущественно старшiи возрастомъ люди, дѣятели 1848—1849 гг., пробудившiи галицкую Русь къ духовной жизни. Между ними были члены обѣихъ галицкихъ унiатскихъ капитулъ, майже все нацiовальвымъ духомъ проникнутое сельское духовенство, многiи чиновники и учители гимназiй и литераторы, занявшiи виднѣйшее мѣсто въ галицко-русской словесности, якъ: Б. А. Дѣдицкiй, И. Наумовичъ, Н. Устiяновичъ, Я. Ѳ. Головацкiй, А. Петрушевичъ, М. Шалиновскiй, И. Шараневичъ и другiи. Они стояли ва той точцѣ зрѣнiя, що хотя при образованiи австро-русского литературного языка надобно выходити отъ простонародныхъ южно-русскихъ говоровъ и принимати ихъ въ основанiе, однако старославянскихъ словесныхъ памятниковъ изъ прежнихъ перiодовъ русской литературы упускати изъ виду нельзя ; современный австро-русскiй литературный языкъ долженъ быти продолженiемъ и дальшимъ розвитiемъ давнѣйшихъ его перiодовъ. Примѣнительно въ такому взгляду, галицкiи старо-руссы сохравяли давнiи граматическiи термины 17-того вѣка, требовали словообразованiя, соотвѣтствующого законамъ славянского и русского коренословiя и для выраженiя отвлеченныхъ понятiй, для которыхъ недоставало словъ въ простонародной рѣчи, заимствовали выраженiя изъ церковного

160

языка. Такъ якъ литературный русскiй перiодъ до 18-того вѣка былъ общiй мало- и велико-россамъ, и велико-русскiй литературный дзыкъ образовался при соучастiа малороссовъ на основанiи церковного, то у галицкихъ старо-руссовъ стала постепенно проявлятись мысль литературного единства всей Руси. Они стали свой язывъ называти „русскимъ“ (съ двома „с“ вмѣсто прежняго „рускiй“ съ однимъ „с“) и примѣнительно къ исторической правдѣ слово „русскiй“ отождествляти со словомъ „россiйскiй“. Такъ якъ языкъ есть знаменемъ нацiональности, то въ 1866 г. провозгласили они устами Наумовича въ львовскомъ соймѣ нацiональное единство всей Руси.

Молодо-русская партiя иваче смотрѣла на вещество литературного языка. По ея мнѣнiю, въ литературѣ надобно употребляти „живый“ языкъ. Такъ якъ до польского мятежа въ Галичинѣ мало образованныхъ людей говорило на русскомъ языцѣ, то „живымъ“ языкомъ для молодорусской партiи были простонародныи говоры. Старославянскiй и древнерусскiй языки считала она „мертвеччиною“, недостойною вниманiя. По ея мнѣнiю, писатель долженъ почерпати слова и обороты изъ народныхъ пѣсенъ и простонародныхъ говоровъ. Такъ якъ обращая вниманiе едннственно на простонародныя южно-русскiи говоры и пренебрегая исторiею русского языва — въ которой вразумительно пробивается един-

161

ство всѣхъ русскихъ говоровъ — весьма легко можно усвоити себѣ убѣжденiе о отособленности и отдѣльности мало-русскихъ нарѣчiй, то молодо-руссы весьма естественно должны были проникнутись мыслью, що весь южно-русскiй народъ, вслѣдствiе звуковыхъ особенностей его языка, составляетъ для себе отдѣльную нацiю, которая должна розвити новый литературный языкъ, новую письменность и культуру. Такъ якъ головнымъ условiемъ розвитiя новой литературы и нового письменного языка есть политическая самостоятольность относительного народа, будь въ видѣ независимой державы, будь въ видѣ автономного устройства, то у галицкихъ молодо-руссовъ возникла мысль добиватись для мало-россовъ въ Австрiи и Россiи такой перемѣны политического положенiя, которая пособствовало бы розвитiю мало-русской нацiональности яко отдѣльной и самостоятельной. Ту нацiональность назвали они „рускою“ (съ однымъ „с“) или впослѣдствiи „украинско-рускою“. Що они одной буквѣ „с“, не имѣющей даже въ относительномъ словѣ звукового значенiя (ибо и „рускiй“ и „русскiй“ произносятся одинаково), приписывали отличительную важность, доказуетъ лишь, до якихъ заблужденiй можетъ дойти человѣкъ. Велико-россовъ они называли „россiянами“, ихъ языкъ „россiйскимъ“, не обращая вниманiя на то, що украинскiи писатели себе называли и до сихъ поръ называютъ

162

„мало-россiянами“, свой языкъ „мало-россiйскимъ“. Вообще у галицкихъ молодо-руссовъ, возникла самая большая путаннца словъ и понятiй. Для выраженiя понятiй, для которыхъ не было словъ въ простонародномъ языцѣ, они изобрѣтали новыи слова, пренебрегая законами корне- и звукословiя и стараясь лишь о томъ, щобы новое слово не было сходно ни съ польскимъ, ни съ „россiйскимъ“. Такое поведенiе они называли „самостойностью“ въ литературѣ. Въ правописанiи старались они ввести реформы въ фонетическомъ направленiи; нѣкоторыи изъ нихъ прямо стали писати кулишевкою. Старо-руссы придерживались этимологически-исторической правописи. Вѣденьскiи нѣмецкiи газеты первыи стали обѣ галицко-русскiи партiи называти: Altruthenen и Jungruthenen (старо-руссы и молодо-руссы) и тѣ названiя принялись въ Галичинѣ.

Молодо-русская партiя сначала состояла лишь изъ университетской молодежи, воспитанниковъ духовныхъ семинарiй и учениковъ гимназiй. Старшихъ возрастомъ людей было въ ней мало. Виднѣйшими лицами среди ней были: совѣтникъ областного суда Ю. Лавровскiй, давшiй средства на изданiе „Вечерницъ“; священникъ Ст. Качала; совѣтникъ министерства просвѣщенiя въ Вѣднѣ, впослѣдствiи архипресвитеръ перемышльской капутулы Григорiй Шашкевичъ; студенты и литераторы: Федоръ

163

Заревичъ, Владимiръ Шашкевичъ, Ксенофонтъ Климковичъ, Евгенiй Згарскiй, Осипъ Федьковичъ. Будущность окажетъ, среди, якихъ обстоятельствъ и при чiемъ содѣйствiи возникла молодо-русская партiя. Одни кiевскiи поляки-эмигранты и петербургскiи „метелики“ сотворити ю не могли. Изъ одного письма{Житє и Сдово I. 1. стр, 121.} Владимiра Шашкевича слѣдуетъ, що его дядя, выше названный совѣтникъ министерскiй Григорiй Шашкевичъ, принималъ дѣятельное участiе въ составленiи новой партiи. Владимiръ Шашкевичъ писалъ бзъ Вѣдня 16 iюня 1865 г.: „Мой дядя (Григорiй Шашкевочъ, совѣтникъ) станулъ уже совсѣмъ на нашу сторону и вскорѣ начнетъ печатати граматику, которая больше всѣхъ сберегаетъ наши народныи языковыи формы и обращаетъ вниманiе на украинское нарѣчiе. Сверхъ того онъ трудится надъ словаремъ, въ который втягаетъ все, дающееся примѣнити къ дѣлу изъ украинскихъ писателей, якъ Основяненка, Кулиша Хмельниччины, Марка Вовчка, Котляревского и т. д. Не было бъ-ли хорошо, если бы семинаристы позволили ему употребити свой словарь? Пригадайте Климковичу, щобы онъ его боронилъ противъ „Слова“ и кацаповъ, ибо, якъ вижу, старый не былъ бы прочъ грошми пособити „Мету“. Онъ велѣлъ мнѣ писати къ Климковичу, щобы не щадилъ московщины и

164

не пропускалъ ей ничего ни на волосъ. Онъ прилѣжно читаетъ важдое число „Меты“ и вписуетъ каждое неизвѣстное слово въ свой словарь; именно понравилась ему статья Ксенофонта противъ Дѣдицкого и „Страхопуда“; старый не могъ натѣшитись нею. Мы бы много выгодъ прiобрѣли отъ того, если бы онъ станулъ во главѣ нашей партiи, переселившись въ Перемышль, що уже осенью послѣдуетъ. Я усердно тружусь надъ тѣмъ; лишь необходимо, щобы „Мета“ признала его заслуги для нашей народной партiи и рѣшительно за него заступалась, ссылаясь на то, що онъ одинъ въ Вѣднѣ врiостановлялъ (спинявъ) московщину. Онъ говоритъ всегда съ почтенiемъ о Ксенофонтѣ (Климковичѣ), а если онъ за чужихъ людей платилъ по нѣсколькосотъ зол. рен. долга, то не былъ бы прочъ пособляти „Мету“, но только тогда, когда станетъ независимымъ, т. е. епископомъ. Вѣденьскiи москали позабирали хвосты подъ себе и теперь уже ни чичиркъ!“

Сочувствовалъ-ли министерскiй совѣтникъ Григорiй Шашкевичъ новому направленiю въ галицко-русской словесности по собственному побужденiю, или по наущенiю тогдашнихъ правительственныхъ сферъ въ Вѣднѣ — неизвѣстно. Но толчекъ къ украивофильскому движенiю въ Галичинѣ не вышолъ непосредственно отъ него, ибо свѣдущiй въ исторiи новѣйшей галицко-русской литературы О-

165

мелян Огоновскiй подаетъ въ своей „Исторiи рускои литературы“{II. т. стор. 666.}, що вышеупомянутый кiевскiй полякъ Бернатовичъ былъ тѣмъ лицемъ, которое въ 1861 г. завело знакомство съ Владимiромъ Шашкевичемъ и его товарищами, розсказывало имъ о Украинѣ, Шевченку и другихъ украинскихъ писателяхъ и навело ихъ на мысль писати „чистымъ“ простонароднымъ языкомъ. Григорiй Шашкевичъ прочилъ себе въ предводители новообразуемой, пока-що изъ нѣсколькихъ молодыхъ людей состоявшей, партiи и такимъ образомъ сдѣлался соперникомъ Юлiана Лавровского, который, давши средства на изданiе „Вечерницъ“, былъ фактичнымъ ея вождемъ. Григорiй Шашкевичъ не осуществилъ своихъ намѣренiй и не успѣлъ Лавровского выперти изъ занятого нимъ становища. Его „Мала Граматика... для учителѣвъ и препарандовъ“ была издана въ 1865 г., его же словарь не узрѣлъ Божiя свѣта.

Касательно словаря, то тѣмъ дѣломъ одновременно занимался также Юлiанъ Лавровскiй. Онъ обратился въ 1862 г. съ запросомъ къ воспитанникамъ львовской духовной семинарiи, не примутъ ли нѣкоторыи изъ нихъ на себе труда, составити новый нѣмецко-русскiй словарь, въ которомъ находился бы лишь чистый простонародный языкъ? Яко гонораръ обѣщалъ онъ дати 100 зр., жер-

166

твованныи, якъ онъ утверждалъ, явимъ-то лицомъ, ивтересующимея галицко-русскою словесностью. За трудъ тотъ принялось девять семинаристовъ, между ними Омелянъ Партицкiй, впослѣдствiи преподаватель учительской семинарiи, Данило Танячкевичъ, Петръ Товарницкiй, Корнилiй Яворсвiй и др...{Огоновскiй: Исторiя рускои литературы III. 2 стр. 892.}

Для чего въ Вѣднѣ и во Львовѣ придавали столь великое зваченiе новому словарю? Отвѣтъ на тотъ вопросъ лежитъ въ выше приведенномъ обстоятельствѣ, що учевики среднихъ учебныхъ заведенiй при составленiи своихъ задачъ и также червоно-русскiи писатели употребляли съ 1848, г. нѣмецко-русскiй словарь Шмидта. Такъ якъ преподаванiя въ гимназiяхъ, реальныхъ училищахъ и на унаверситетѣ происходили тогда на нѣмецкомъ языцѣ, то тогдашнее молодшее и старшее поколѣнiе привыкло было мыслити на нѣмецкомъ языцѣ. Тогдашнiй русскiй писатель, составляя поэзiю или простонародный розсказъ, могъ обойтись безъ словаря, если только зналъ которое нибудь простонародвое нарѣчiе, ибо, якъ извѣстно, поэзiя изображаетъ мысли чертанiемъ чувственныхъ картинъ, для которыхъ самый нерозвитый языкъ можетъ доставити необходимое количество словъ. Но научное розсужденiе, обращающееся въ сферѣ отвлеченного мышленiя, нуж-

167

дается для своихъ понятiй въ выраженiяхъ короткихъ, составленныхъ по этимологическому закону, свойственному относительному языку. Такъ на пр. наука послугуется короткими выраженiями: отчаянiе, стремленiе, привлекательность, состоянiе — которыи обозначаютъ рядъ представленiй и мыслей, поэтъ же для понятiй: отчаянiе, стремленiе — будетъ чертати отдѣльвыи картины, изображающiи относительныи чувствительныи явленiя, для которыхъ найдетъ слова въ простонародномъ говорѣ. Ученикъ, писавшiй розсужденiе изъ области отвлеченного мышленiя и литераторъ, составлявшiй научную статью, встрѣчались съ затрудненiями, когда дѣло было въ словесномъ отмѣченiи высшого понятiя, и по той причинѣ были они принуждены употребляти словарь Шмидта, соблазнявшiй тѣхъ, которыи стремились къ отчужденiю галицко-русской словесности отъ великорусской.

Молодыи семинаристы, задавшiися великою цѣлью: дати начало новому литературному языку, были безъ необходимыхъ для оной задачи свѣдѣнiй изъ языковѣдѣнiя и даже не знали простонародного языка, ибо никто изъ нихъ не трудился на поприщѣ собиранiя народныхъ пѣсенъ и дiалектологiи. Единственный галицкiй ученый, собиравшiй народныи пѣсни и знавшiй австро-русскiи нарѣчiя — то былъ Яковъ Головацкiй. Но онъ убѣдился въ невозможности писати на

168

простонародныхъ нарѣчiяхъ и стоялъ за общерусскiй литературный языкъ. Молодыи составатели словаря, зная собственно лишь нѣмецкiй и польскiй языки, не вынесши изъ школъ познанiя исторiи своего народа и влекомыи лишь чувствомъ любви къ своему народу, которому желали доставити легчiй (по ихъ мнѣнiю) способъ просвѣщенiя, принуждены были, для обозначенiя понятiй, извѣстныхъ имъ изъ нѣмецкой науки, произвольно изобрѣтати новыи слова, що они назвали „самостойностью“. Вообще тогда подъ влiянiемъ нового литературного направленiя между молодежью произошолъ розломъ: кто употреблялъ дальше словарь Шмидта, былъ „ретроградомъ, москалемъ, кацапомъ“, кто не употреблялъ нiякого словаря и произвольно ковалъ слова, былъ „самостойнымъ“. Составители словаря нѣмецкое Erfolg (успѣхъ) назвали: наслѣдокъ, успѣвъ — Richtung (направленiе): стромъ, коворотъ, сковоротъ, порядкованє — Richter (судья): судатель, судецъ — Bestrebung (стремленiе): старанє, намаганє — Jury: судъ боженничiй — Gelegenheit: нагода, приключай — widmen присвятити и т. д.

Молодыи языковѣды были до того убѣждены въ непогрѣшимости своихъ взглядовъ, що всѣ ново укованныи слова считали „народными святощами“, противъ которыхъ возставати — было въ ихъ очахъ измѣною народу. Того рода словарь съ предисловiемъ, въ которомъ до-

169

называлась самостоятельность малорусского языка, былъ изданъ Омеляномъ Партыцкимъ нодъ заглавiемъ: Deutch-Ruthenisches Handworterbuch von Emil Partycky, Lehrer der ruthenischen Spache und Literatur, Lemberg 1867. Но онъ розминулся съ своимъ предназначенiемъ, ибо вскорѣ въ галицкiи среднiи учебныи заведенiя введенъ былъ польскiй пркподавательный языкъ; новое поколѣнiе привыкло мысли свои выражати по-польски и лишь поверхностно усвоивало себѣ знанiе нѣмецкого языка; староруссы не признавали оному словарю нiякого достоинства, молодоруссы же свыклись съ обычаемъ „самостойности“ и писали, не оглядаясь на нiякiй словарь. Послѣдствiемъ изданiя „Словаря“ было лишь то, що Партыцкiй именованъ былъ членомъ-кореспондентомъ вскорѣ затѣмъ основанной краковской академiи наукъ. Членъ молодорусской партiи Иванъ Верхратскiй, занимавшiйся изученiемъ австро-русскихъ нарѣчiй, выразился о ономъ словарѣ неприклонно.{И. Верхратскiй: Кiлька слiв о словарi О. Партицкого, Львiв 1875.} Такъ якъ словарь Шмидта собственно далъ причину коверканью словъ, то редакцiя „Слова“ издала его въ 1867 г. въ новомъ видѣ подъ заглавiемъ „Подручный“ нѣмецко-русскiй Словарь. Deutch-russisches Handworterbuch, пропуская изъ словаря Шмидта всѣ чисто великорусскiи слова и при-

170

норовливая прочую его часть къ мало-русской фонетицѣ. Тѣмъ дѣломъ думала она задобрити противниковъ велико-русской рѣчи. Но и сей словарь былъ вслѣдствiе нового направленiя въ жизни галицкой Руси мало употребляемый. Вмѣсто нѣмецко-русскихъ словарей явилась нужда въ такихъ словаряхъ, которыи бы объясняли областныи простонародныи и новоукозанныи слова, находившiися у закордонныхъ и галицкихъ украинофильскихъ писателей. Языковое замѣшательство у галицкихъ писателей дошло съ временемъ до того, що поодинокiи ихъ слова и обороты можно было поняти лишь при помощи другого, польского или нѣмецкого языка. Той потребности удовлетворилъ Евгенiй Желеховскiй, издавшiй въ 1882—1886 гг. „Мало-руско-нiмецкий словар“, въ которомъ помѣствлъ слова, находящiися у украинскихъ и австро-русскихъ писателей — простонародныи, укованныи и исковерканныи. Трудъ его былъ совѣстный, ибо оиъ избѣгалъ всякого личного словокованiя. Тѣмъ однако не кончилась еще словаревая исторiя галицкой Руси, такъ якъ въ послѣднихъ лѣтахъ появились опять два словари, одинъ юридическiй д-ра К. Левицкого и одинъ россiйско увраинскiй неизвѣстного автора.

Новыи галицко-русскiи писатели, ставшiи на почву „самостойности“, старались розвивати самую неусыпную литературную дѣятельнооть. Они безпре-

171

танно порнцали другъ друга въ бездѣятельности и наклоняли всякого, хотя бы онъ и не имѣлъ отвѣтныхъ способностей, къ литературнымъ произведенiямъ. На науку они мало обращали вниманiя, но требовали поэзiи и розсказовъ, предлагая брати сюжеты изъ народвыхъ пѣсенъ и изъ другихъ литературъ. Вся ихъ дѣятельность была направлена къ тому, дабы выказати самое большое часло литературныхъ произведевiй и тѣмъ путемъ доказати мнимое процвѣтанiе галицко-русской словесности. Научная подготовка и житейскiй опытъ, необходвмыи для каждого успѣшного творчества, были для нихъ маловажнымъ дѣломъ. Они полагали, що науку и опытъ заступятъ дарованiя („талановитость“) автора, которымъ они ориписывали чрезвычайно великое значенiе. Такъ они внушали одному и другому молодому человѣку „владити и выстачити“ якую нибудь поэзiйку, цовѣсть или статейку, увѣряя, що она будетъ „надрукована“. Послѣдствiемъ того была блѣдность и безсодержательность большой половины того рода литературныхъ произведенiй 1860-ти годовъ, которыи мало кто читалъ. Вообще можно сказати, що писателей было больше нежели читателей. Любимымъ чтенiемъ галицко-русской публики все-таки остались украинскiи писатели первой половины 19 вѣка.

Самоувѣренность въ своемъ талантѣ многихъ тогдашнихъ молодыхъ лю-

172

дей происходила отъ того, що съ поры, якъ польскiи патрiоты, мечтавшiи о независимой Польщѣ, старались сблизитись съ галицкимъ унiатскимъ духовенствомъ и возбудити въ немъ сочувствiе для польского дѣла — польско-нацiональная агитацiя ударяла въ самую щекотливую сторону галицко-унiатскихъ молодыхъ людей — въ самолюбiе. Дочь унiатского священника, въ обществѣ съ того рода агитаторомъ, слышала много о своей красотѣ и другихъ достоинствахъ, сынъ священника — о своихъ дарованiяхъ. Среди галицко-унiатского духовенства привылось не совсѣмъ оправданное мнѣнiе о дарованiяхъ поодвнокихъ лицъ, нашедшее выраженiе даже въ просьбѣ галицкихъ унiатскихъ епископовъ къ императору отъ 25 мая 1850 г., въ которомъ находимъ слова: Bei dem Manne, dessen Talente man bewundert hatte, bleiben oft nur einige Spuren seiner ehemeligen Bildung{Malinowski, Kirchen-und Staatssatzungen стр. 756.}. (У человѣва, которого дарованiя прежде подивлялись, остаются часто лишь слѣды его прежняго образованiя). Такое превозношенiе талантовъ молодыхъ поповичей не одному изъ нихъ не вышло въ пользу, ибо онъ розсчитывалъ за надто много на свои дарованiя и залишался. Также можно было среди галицко-русской молодежи въ 1860-ти годахъ слышати, що сей и тотъ есть „талановитый“,

173

хотя ничего не читаетъ но все знаетъ и можетъ о всемъ розсуждати.

Тогдашняя нѣмецкая школа внушала, напротивъ, молодымъ людямъ смиркнiе и скромность, превращавшуюся иногда въ малодушiе. Въ школьныхъ свидѣтельствахъ писали классы: mit Nachhilfe kaum zur Noth ausreichend — mittelmässig — minder genügend въ знакъ успѣха въ наукахъ. Класы: genügend, befriedigend — получали отличныи ученики. Школьной молодежи првпоминали изреченiе Сократа, що чѣмъ больше познанiй прiобрѣтаетъ человѣкъ, тѣмъ больше убѣждается въ своемъ невѣжествѣ. Вслѣдствiе того среди тогдашней молодежи, въ цротивоположность къ „талановитымъ“ юношамъ, существовало преизрядное число лицъ, недовѣрявшихъ себѣ, несмѣлыхъ и неспособныхъ къ самостоятельному умственному труду.

„Талановитыи“ объявляли больше энергiи и рвались къ дѣятельности въ пользу народа. Ови имѣли притязанiя, щобы старшiи предводители галицко-русского народа, дѣятели 1848—49 гг., допускали ихъ къ голосу въ общенародныхъ дѣлахъ и рѣшенiю всѣхъ литературныхъ, общественныхъ и политическихъ вопросовъ. Но „старыи“ не могли съ тѣмъ примиритись, не довѣряя дарованiямъ и опыту юношей, и вслѣдствiе того произошолъ розладъ между старшимъ и молодшимъ поколѣнiемъ — между Alt- и Jungruthen-ами. Владимiръ Навроцкiй

174

пишетъ въ своемъ дневнику въ 1870 г.{Житє и Слово I. 6. стр. 144}: „Що за причина, що нынѣ етаршiи такъ якъ бы заприсягли, щобы роздерти силою русскую интелигенцiю на два непримиримыи таборы? Що тому за причина? Автократизмъ! Автократизмъ, выгнанный изъ Вѣдня, пошолъ на провинцiю, между польскую шляхту и такъ зовимую русскую интелигенцiю, а состоитъ онъ въ томъ, що тѣ гг. старой, абсолютистичной школы, не могутъ терпѣти у низшихъ отъ себе иного мнѣнiя кромѣ своего; они хотятъ, щобы всѣ молодшiи отъ нихъ признавали ихъ своими непогрѣшимыми вождями, которымъ должны молодшiи слѣпо повиноватись. Автократы зяаютъ противъ низшого только свою волю, только свой розумъ; всякая свобода мысли и слова есть у нихъ смертнымъ грѣхомъ, ибо подкопуетъ ихъ авторитетъ. Но за то, щобы вы ихъ видѣли, якъ они себе уничтожаютъ передъ высшими и топчутъ свою и нашего народа честь!“

Хотя сѣтованiе Навроцкого на автократизмъ старыхъ было неумѣстное и не основывалось на нiякихъ положительныхъ данныхъ, обнаруживая лишь притязанiя тогдашней Молодой Руси на верховодство въ народныхъ дѣлахъ, однако и старыи не были безъ вины во враждѣ, возникшей между обѣими партiями. Они не старались привлечи молодшее поко-

175

лѣнiе къ себѣ, повлiяти на его образъ мыслей и придати направленiе его жаждѣ дѣятельности, отвѣтствующее молодому возросту. Старыи не открыли для молодежи нiякой читальни, не снабжали ю ни книгами, ни газетами, не постарались о роспространенiи среди нея свѣдѣнiй изъ русской исторiи и литературы и вообще сторонили отъ общенiя съ молодшимъ поколѣнiемъ. Когда во Львовѣ завязалась „Русская Бесѣда“, университетская молодежь стала посѣщати ея комнаты въ той цѣли, щобы читати лежавшiи на столѣ газеты. Вскорѣ однако былъ ей запрещенъ входъ въ „Русскую Бесѣду“. Нѣкоторыи увиверситетскiи студенты хотѣли вписатись въ члены „Бесѣды“, но ихъ не приняли. Такъ должны были молодыи люди попасти подъ влiянiе посторонней агитацiи, которая придала направленiе ихъ мыслямъ и стремленiямъ. Единственное учрежденiе, имѣющее сосредоточати и оживотворяти духовную жизнь галицкой Руси — „Народный Домъ“ управляемый старыми, представлялся ей мѣстомъ, въ которомъ лишь играютъ въ карты, устроиваютъ увеселенiя и танцуютъ коломыйку. Молодежь съ той причины негодовала на старыхъ и искала для себе нового пути.

Къ якому розъяренiю приходило иногда между обѣими партiями, доказуетъ письмо Ю. Федьковича, приставшого къ молодой Руси, писанное въ 1867 г. къ ученикамъ станиславовской громады,

176

въ которомъ находится слѣдующее мѣсто{Житє и Слово I. 1 стр. 117.}: „Тѣ львовскiи москали! Мнѣ жаль, чему Львовъ не Неаполь. Тамъ нашлась бы сотка лазароновъ, которая бы васъ за два скуды отъ всѣхъ москаликовъ спасла. Чи жь вы думаете, що такое дѣло не хорошее, не для насъ? А якъ человѣкъ гадюку встрѣтитъ, що съ нею дѣлаетъ?“

Къ такой невависти пришло съ причины мнимыхъ „святощей народнои мовы“ и обиженного оамолюбiя поодинокихъ личноотей. Оныи же слова Федьковича доказуютъ, що иногда и боговдохвовенвому поэту можетъ недоставати благоразумiя.

Обѣ партiи столкнулись въ первый разъ публично, когда послѣ утвержденiя правительствомъ статутовъ „Матицы“ (23 августа 1861 г.) состоялось (7—9 iюля 1864 г.) первое собранiе сего Общества. Тотчасъ возникъ споръ о языкъ и правопись. Учитель гимназiи Эмилiй Городскiй и Ксенофонтъ Климковичъ требовали, щобы „Матица“ употребляла кулитовку. Городскiй предлагалъ, соблюдати литературное единство съ Украиною посредствомъ употребленiя одного нарѣчiя, именно чигиринско-переяславского. На второмъ собранiи „Матицы“ (6—8 iюля 1865 г.) держалъ свящ. Стефанъ Качала рѣчь, въ которой совѣтовалъ, возвратитись къ простонародному слову и не за-

177

имствовати для литературы словъ изъ церковного и „московского“ языковъ. „Народный (т. е. простонародный) языкъ есть самымъ дорожшимъ наслѣдiемъ, полученнымъ отъ предковъ, есть кровью въ нашемъ тѣлѣ. Тогда будетъ между нами согласiе и не будетъ роздора въ литературѣ“ — сказалъ онъ въ своей рѣчи, за которую получилъ благодарственный адресъ отъ молодежи.

Кромѣ реформы литературного языка и правописанiя, занималась галицкая молодая Русь также вопросомъ перевода св. писанiя на простонародный языкъ. Якъ извѣстно, епископъ Литвиновичъ еще въ 1859 г. въ своемъ посланiи къ духовенству усмотривалъ въ церковно-славянскомъ языцѣ источникъ, опасный для вацiональной самостоятельности малороссовъ и для католицизма. Не удивительно затѣмъ, если тѣ, которыи хотѣли противодѣйствовати духовному сближенiю австрiйской Руси съ Россiею, задались мыслью, въ церковной области заступити старославянскiй языкъ простонароднымъ. То же стремленiе одновременно обнаружплось среди россiйскихъ украинофиловъ, которыи въ 1862—1863 гг. стали собирати фондъ для печатанiя перевода св. писапiя на простонародномъ украинскомъ нарѣчiи{М. Драгомановъ: Матерiалы и замiтки до iсторiи житя и слова на Украiнi (Житє и Слово III. стр. 338.)} и популярныхъ

178

книжокъ для народа. Сборъ складали въ руки Костомарова и онъ достигъ высоты 4000 рублей. Парижскiй кружокъ Янского, Мицкевича и Семененка старался, якъ извѣстно, нацiональное движенiе поляковъ и малороссовъ низвести на религiйную почву и вѣроятно подъ его влiянiемъ писалъ Шевченко свои стихотворенiя религiйного содержанiя, которымъ придавалъ полатическую окраску — хотя не въ дусѣ католическомъ, столь вожделѣнномъ поляками. Въ Галичинѣ появились въ 1868 г. въ газетцѣ „Правда“{Правда. 868 ч. 42.} двѣ „Мусiевi“ (Мойсеевы) пѣсни и въ 1869 г. издала редакцiя оной газетки сочиненiе подъ заглавiемъ: „Йовъ переспiв Павла Ратая“. Но въ Галичинѣ — лишь говорили о необходимости изданiя св. писанiя и молитвослова на простонародномъ языцѣ, за таковый же трудъ никто не принимался. Усердно задался сею мыслью П. Кулишъ и въ пору своего пребыванiя въ Галвчинѣ, Вѣднѣ и Празѣ въ 1869 г. говорилъ, що занимается переводомъ. Въ 1871 г. издалъ онъ въ Вѣднѣ съ д-ромъ Иваномъ Пулюемъ „Евангелiя по св. Iоановi, Луцi, Марковi и Матѳеевѣ, Перекладъ украiнський“. Пулюй составилъ украинскiй „Молитовник“, которого однако львовская митрополичая консисторiя (на внесенiе крылошанина Малиновского) не о-

179

добрила{Пулюй Иванъ: Лист без коверти яко вiдповiдь Впр. крилошанину Малиновському на реферат молитовника. Вiдень 1871.}. Въ Россiи украинского перевода св. писанiя нельзя было издавати, ибо. св. Синодъ воспретилъ издаванiе всякихъ религiйныхъ украинскихъ книжокъ и проповѣдей на простонародныхъ нарѣчiяхъ. Кулишъ хотѣлъ затѣмъ прочiи части св. писанiя издати за границею, но на то не хватало у него средствъ. Онъ поручилъ то дѣло Драгоманову, который обратился въ 1875 г. къ Костомарову съ просьбою, опредѣлити выше упомянутый фондъ (4000 рублей) на цѣли преднамѣренного издательства. Но Костомаровъ отказалъ. Въ письмѣ къ Драгоманову (1877 г.) онъ выражается между прочимъ: „Что Вы скажете, если со мной встрѣчается на желѣзной дорогѣ человѣкъ. который этихъ денегъ (т. е. изъ оныхъ 4000 рубл.) привезъ. мнѣ до тысячи рублей, не своихъ, а сборныхъ и въ 1863 г. распинался за малорусскiй языкъ, а теперь совершенно оправдываетъ legem Jnsephoviciam и говоритъ, что если мнѣ этихъ денегъ не нужно, то отдастъ ихъ на какое угодно общественное дѣдо. Mutantur tempora et mores“.{Драгомановъ я в. стр. 336.} Костомаровъ совсѣмъ отступилъ отъ мысли изданiя св. писанiя на украинскомъ нарѣчiи и фондъ 4000-рублевый отдалъ въ руки петроградской Академiи наукъ съ

180

тѣмъ, щобы она объявила его яко премiю на найлучшiй „малорусско-русскiй словарь“, писанный этимологическою (!) правописыо Максимовича. Въ Галичинѣ появился въ 1871 г. „Молитовникъ для руського народу“, изданный въ Вѣднѣ Пулюемъ и не одобренный церковною властью. Только въ новѣйшее время, т.е. съ назначенiемъ Сильв. Сембратовича епископомъ, стала церковная власть подтверждати молитвословы на народномъ языцѣ.

Украинофильское движенiе создало въ Галичинѣ учрежденiе, принесшее не мало пользы галицко-русской нацiональности, именно русско-народный театръ. Творцомъ его былъ вождь украйнофиловъ, совѣтникъ суда Юлiанъ Лавровскiй, поднесшiй въ 1861 г. въ статьяхъ, напечатанныхъ въ „Словѣ“, необходимость основанiя во Львовѣ для нтелигенцiи русского клуба (Русская Бесѣда) и народного театра{Слово 1861, н-ръ 51—53, 78, 88}. Въ 1863 г. обратился онъ къ своимъ землякамъ съ воззванiемъ о сборѣ пожертвованiй на театръ и имѣющую завестись при немъ драматичную школу. Въ слѣдующемъ 1864 г. удалось ему получити отъ правительства позволевiе на учрежденiе театра съ правомъ давати 40 представленiй въ годъ. Позволенiе должно было возобновлятись ежегодно. Онъ собралъ комитетъ, въ составъ которого, кромѣ

181

него, вошли: Климковичъ, учитель Полянскiй и купецъ Товарницкiй. Послѣдiй былъ избранъ предсѣдателемъ. Комитетъ бъявилъ конкурсъ на написанiе пьесъ на простонародномъ языцѣ и пригласйлъ изъ Россiи малорумскую театральную трупу Бачинского. Первое представленiе („Маруся“) состоялось 17 марта 1864 г. въ салѣ „Народного Дома“, предъ которымъ артистъ Лонгинъ Бучацкiй произнесъ соотвѣтствующiй торжественному дню прологъ стихами, написанный Омеляномъ Огоновскимъ. Задолго до начатiя представленiя коридоры были полны публики, собравшейся изъ Львова и самыхъ дальшихъ сторонъ Галичины. Многiи священники привезли селянъ. Публика нетсрпеливо ожидала открытiя дверей въ салю и галерiю и поминутно возникала такая свалка, що полицейскiи и театральная прислуга едва могли удержати порядокъ. Полицейскiя взывали на польскомъ языцѣ къ порядку. „3дѣсь нельзя говорити по-польски, здѣсь Русь“ — кричала публика, и между одною и другою стороною завяйывались споры, кончившiися побѣдою русскихъ, ибо полицейскiи принуждены были ломатись по-русски. Когда двери отворились, саля и галерiя набились биткомъ, но всѣхъ помѣстити не могли и многiя были принуждены вернутись. То событiе опредѣлило назначенiе театра: онъ стался розсадникомъ русской рѣчи среди галицкой интелигенцiи, ибо русскiи гали-

182

чане, стыдавшiися „хлопской“ рѣчи и употреблявшiи польскiй розговорный языкъ, слыша родное слово на сценѣ въ формѣ искуства, стали частѣйше говорити по-русски и отвыкали отъ польской рѣчи. Во время представленiя рукоплесканiямъ и воскликамъ „славно“ не было конца, такъ що артисты едва могли приходити къ слову.

Съ начала театръ былъ въ управленiт мододой Руси и его объявленiя печатались кулишовкою. Но когда въ управляющiй комвтетъ вмѣсто Климковича постуавлъ учитель гимназiи Клим. Меруновичъ, театръ попалъ въ зависимость отъ старой партiи и употреблялъ этимологическую правопись. Тогда старался Лавровскiй прягласвти изъ Россiи трупу Карпнка, дававшую представленiя въ Минску, но переговоры съ нею розбились. Между тѣмъ въ „Бесѣдѣ“ взяли опять верхъ молодоруссы и театръ попалъ подъ ихъ руководство. Бачинскiй, дававшiй представленiя во Львовѣ и въ провинцiальныхъ городахъ, попалъ въ недорозумѣнiя съ управленiемъ и переселился въ вачалѣ 1868 г. въ Россiю. Артистъ его трупы Моленцкiй составилъ весною 1868 г. по порученiю „Бесѣды“ новую трупу, но ей велось плохо до того, що въ 1873 г. евреи за долги забрали въ залогъ все имущество Моленцкого. Новую трупу составила Ѳеофила Романовичъ и давала представленiя въ восточной Галичинѣ и Буковинѣ въ 1873 —

183

1879 г., пока и та трупа не роспалась.

1880—1881 г. во главѣ русского театра опять станулъ Бачинскiй, но уже съ 1881 г. отдала „Бесѣда“ дирекцiю его Гриневецкому и Биберовичу, которыи нимъ управляли въ 1881—1889 гг. Бачинскiй составилъ себѣ новую трупу и въ теченiи нѣсколькихъ лѣтъ давалъ съ нею польскiи и русскiи представленiя въ восточной и западной Галичинѣ. Положенiе театра „Бесѣды“ упрочилось съ тѣхъ поръ, когда львовскiй соймъ сталъ для него ежегодно опредѣляти субвенцiю, составляющую сегодня (1896 г.) 7,250 зр. Съ половины 1889 г. управлялъ театромъ Биберовичъ — сегодня все управленiе почиваетъ въ рукахъ „Бесѣды“, назначающей для театра лишь артистического настоятеля. Приклонность русскому театру объявилъ въ новѣйшее время гр. Станиславъ Бадени (сегодня краевый маршалъ) и по его заступничеству соймъ отпускаетъ ежегодно небольшую суму на премiи за мало-русскiи драматическiи произведенiя.

Такiи культурныи послѣдствiя (о полвтвческихъ поговоримъ ниже) имѣло переведенiе украинофильства на галицкую почву. Стоитъ теперь лишь розсмотрѣти, якъ относились къ нему поляки и вѣденьское правительство. Къ роспространенiю украинофильства въ Галичинѣ, якъ мы выше узнали, въ немалой части причинились, украинскiи поляки ибо по крайней мѣрѣ часть галицко-польского

184

общества они настровли приклонно для мало-русской „хлопской“ рѣчи. Но они понимали украинофильство въ такомъ смыслѣ, въ якомъ оно было розвиваемо въ польско-малорусскихъ школахъ Подолiи и Украины, заведенныхъ польскою шляхтою предъ 1863 г., т. е. требовали, щобы галичане писали польскимъ абецадломъ. Галицкiи политическiи власти, съ времени введенiя конституцiи, отвѣчали на русскiи письма польскимъ абецадломъ и польскiи журналы, якъ: Dziennik literacki (1861—1864), Przyjaciel domowy (1862—1864) помѣщали поэзiи на малорусскомъ и бѣлорусскомъ нарѣчiяхъ польскимъ абецадломъ. Польскiй эмигрантъ Свенцицкiй издавалъ въ 1866—1867 гг. журналъ Siolo, pismo zbiorowe poświecone rzeczom ukrainsko-ruskim, печатанный такимъ же образомъ. Книжный магазинъ Вильда во Львовѣ издалъ въ 1867 г. Abecadnyk dla ditej ruskich. Особенно много было изданныхъ набожныхъ пѣсенъ польскими буквами.{И. Е. Левицкiй: Галицко-русская Библiографiя II. н-ръ 382—385, 498, 679.}

Даже Gazeta Narodowa издавала въ 1867 г. приложенiе для русского просто-народiя п. з. Tygodnik ciedzielny — по русски, польскимъ письмомъ. Однако русскiи галичане не отнеслись сочувственно къ польскому абецадлу. Изъ нихъ лишь другъ Федьковича, Антонiй Кобылянскiй въ Черновцахъ, приходскiй священ-

185

никъ Софронъ Витвицкiй и редакторъ „Газ. Нар.“ Нлатонъ Костецкiй печатали свои литературныи произведенiя польскимъ письмомъ. Также большинство польскихъ политиковъ, влiявшвхъ на судьбу Галичины съ времени объявленiя Конституцiи, не совсѣмъ благоволило попыткамъ своихъ украинофильствующихъ собратьевъ, видя въ каждой уступцѣ для русской стихiи ослабленiе польской нацiональной идеи.

Больше приклонности прiобрѣло украинофильство у поляковъ тогда, когда въ Россiи предприняты были стѣснительныи мѣры противъ малорусского сепаратизма. Русское правительство, видя, що малорусская словесность употребляется яко политическое орудiе для розслабленiя Россiи, отняло свое покровительство украинизму и съ времени польского мятежа стало издавати роспоряженiя, ставившiи преграды малорусскому движенiю. Въ 1863 г. министръ внутреннихъ дѣлъ приказалъ цензурѣ, не розрѣшати для печатанiя нiякихъ украинскихъ книжокъ, кромѣ белетристичныхъ. Всѣ украинскiи школы, въ которыхъ обучанiе ишло на простонародномъ нарѣчiи, были закрыты, и вмѣсто нихъ открыты правительственныи школы при соучастiи духовенства и земствъ, въ которыхъ учили на общерусскомъ языцѣ. Неприклонность русского правительства къ украинофильству подняла значенiе сего послѣдняго въ очахъ поляковъ, ибо они привыкли

186

были, все, що „москаль“ одобрялъ, считати для себе вреднымъ, все що онъ порицалъ — полезнымъ. Хотя правительственныи, особенно политическiи власти, продолжали отвѣчати на русскiи письма польскимъ абецадломъ, однако пробы, образовати на немъ малорусскую словесность, были залишены и поляки стали покровительствовати кулишевцѣ и малорусской словесности вообще, лишь съ условiемъ, дабы она приняла такое направленiе, которое бы не обнаружало нiякой связи съ общерусскою словесностью.

Въ 1867 г. графъ Голуховскiй, тогдашнiй намѣстникъ Галичины, задался мыслью образовати изъ галицкихъ украинофиловъ новую политическую партiю, имѣвшую ити рука объ руку съ поляками. То дѣло началъ онъ съ основанiя политической газеты „Русь“ на издержки правительства. Для редакцiи той газеты дались прiобрѣсти: Ѳед. Заревичъ, Кость Горбаль, Влад. Шашкеввчъ, Остапъ Левицкiй, Александръ Могильницкiй, Ловгинъ Лукашевичъ. Первый нумеръ „Руси“ появился 28 марта 1867 г. подъ редакцiею Ѳедора Заревича — но она не просуществовала полный годъ, ибо впослѣдствiи стала писати противъ поляковъ. Правительство, изросходовавши на ея издательство 15.000 зр., отказало въ дальшей поддержцѣ. Она писала: „Самыми лютыми врами малорусского народа были и есть ляхи и москали — Польша на Ру-

187

си уже иропала — Польша на Руси быти не можетъ — Полыпа есть для насъ такою силою, которой мы не боимся.“

Не задолго до появленiя „Руси“ прекратила свое существованiе русско-правительственная газета „Вѣстникъ“, выходившая въ Вѣднѣ, которой послѣднiй нумеръ появился въ концѣ 1866 г. Тотъ фактъ ознаменовалъ конецъ ав стрiйского рутенизма, созданного въ 1848 г., хотя обломки его еще отъ поры до времени, вслѣдствiе связей своихъ съ вѣденьскими централистами, приходили къ значенiю даже до начала эры Тафе въ 1879 г. И среди староруссовъ, вождей 1848 г., сталъ падати рутенизмъ. Имъ въ свѣжей памяти былъ 1859 г., когда правительство въ ихъ языкъ хотѣло ввести латинское письмо, що они считали не чѣмъ другимъ, якъ лишь пробою къ вынародовленiю. Они видѣли, якъ ихъ языкъ и буква попали подъ полицейскiй досмотръ, тормозившiй всякое свободное движенiе литературы и просвѣщенiе народа. Дошло до того, що полицiйская власть предписывала и словообразованiе и словесныи обороты и правописанiе. Даже такiй искреннiй рутенецъ и приверженецъ австрiйского правительства, якъ Митрополитъ Яхимовичъ, былъ огорченъ мѣрами, предпринятыми противъ галицко-русской словесности и внесъ, послѣ объявленiя конституцiи, жалобу къ императору. Вслѣдствiе требованiя русскихъ, министерство принуждено было (роспоря-

188

женiемъ отъ 13 марта 1861 г.) отмѣнити свое постановленiе отъ 25 iюня 1859 г., выкидавшее гражданку и навязывавшее австрiйскимъ руссквмъ новое правописанiе. Вообще рутены 1848 г. стали со вступленiемъ на митрополичiй престолъ Григорiя Яхимовича (1860 г.) возобновляти себе и организоватись. Щобы почтити нового митрополита, который долженъ былъ станути во главѣ политической и нацiональной жизни гал. Руси, былъ ему посвященъ альбумъ („Зоря Галицкая“), на который сложились всѣ писатели и ученыи австрiйской Руси, составивши для него поэзiи, розсказы и научныи розсужденiя. „Альбумъ“ — довольно толстая книга — розошолся въ 900 экземплярахъ. Совѣтникъ суда въ Самборѣ, Михаилъ Качковскiй, поднялъ мысль издаванiя новой независимой политнческой газеты, которой задачею имѣла быти защита нацiональныхъ правъ австрiйской Руси, и объявилъ готовность доставити на то матерiяльныи средства.

Мвхаилъ Качковскiй представляетъ первый типъ самоотверженного австро-русского патрiота, розвившiйся подъ влiянiемъ нацiональной идеи. Видя, що для якого-нибудь труда въ вмя общого блага необходимы матерiальныи средства, онъ скоплялъ ихъ, отказывая себѣ въ самыхъ необходимыхъ удобствахъ жизни, лишь щобы сбереженное принести въ жертву народу. Онъ самъ ѣлъ картофель, чорный хлѣбъ, не зналъ дру-

189

гого напитка кромѣ воды, жилъ въ самой скромной квартирѣ — жалованiе же свое сберегалъ, щобы помогати учащейся молодежи, пособляти литературу и рродныи учрежденiя. Въ Самборѣ наклонялъ онъ учениковъ гимназiи говорити по-русски, читати русскiи книжки и у кого было дарованiе, пробовати своихъ силъ въ поэзiи. Видя такое патрiотическое влеченiе у Качковского, ученики гимназiи приносили ему иногда поэзiи безъ ладу и складу въ знакъ, що они занимаются русскою литературою — и онъ награждалъ ихъ, кидая, конечно, произведенiя ихъ музы въ огонь. Такимъ образомъ толчекъ къ упражненiю въ поэзiи получилъ отъ него между иными Владимiръ Стебельскiй, трудившiйся впослѣдствiи на поприщѣ галицко-русской литературы и поступившiй въ концѣ, съ причины недостатка средствъ къ жизни, въ польскiи писатели, ибо польская словесность могла ему скорше обезпечити существованiе.

Тотъ Михаилъ Качковскiй, подбирая для вознамѣренной газеты редактора, обратилъ вниманiе на двохъ литераторовъ: Платона Костецкого и Богдана Дѣдицкого. Послѣднiй казался ему больше подходящимъ къ преднамѣренной цѣли и его назначилъ онъ редакторомъ газеты „Слово“, для которой внесъ требуемый закономъ залогъ 3000 зр., опредѣляя при томъ изъ своихъ средствъ редактору постоянное жалованiе по 300 зр.

190

въ годъ. Первый нумеръ „Слова“, выходившого два раза въ недѣлю, появился 25 января 1861 г. „Слово“ прiобрѣло столько сочувствiя у васеленiя, що уже въ первомъ году число подписчиковъ возросло до 1500. Его существованiе было обезпечено такъ, що редакторъ не нуждался въ дальшей поддержцѣ Качковского. Въ первой половвнѣ 1861 г., кромѣ Качковского, давалъ пособiя „Слову“ также митрополитъ Яхимовичъ. Головными сотрудниками „Слова“ были: нынѣшнiй членъ петроградского синода епископъ Маркилъ О. Попель, Ѳеодоръ Заревичъ и Михаилъ Клемертовичъ.

„Слово“ имѣло громадное влiянiе на розвитiе австрiйской Руси въ продолженiе своего 27-лѣтняго существованiя (1861—1887). Его редакторы: Богданъ Дѣдицкiй (1861—1871) и Венедиктъ Площанскiй (1871—1887) старались оживити политическую, литературную, экономическую и обществевную жизнь всей австрiйской Руси. Они старались имѣти кореспондентовъ во всѣхъ уголкахъ австрiйской Руси, дабы доставити своимъ читателямъ вѣрный и подробный образъ состоянiя Прикарпатской Руси. Они поощряли интелигенцiю: священниковъ, чиновниковъ, учителей и розночинцевъ писати въ свою газету, и на столбцахъ ея начало упражнятись не одно перо, которое впослѣдствiи принесло пользу изящной литературѣ и науцѣ. Въ фейлетонахъ они помѣщали розсказы, стихотво-

191

ренiя, научныи розсужденiя, юмористику, такъ що чтенiе ихъ газеты было всесторонно образовательнымъ. Дѣдицкiй издавалъ еще отдѣльныи книжки (на пр. поэзiи Устiановича, Гушалевича, Федьковича и прч.) и прибавленiе п. з. „Галичанинъ“ науково-белетристичная прилога „Слова“ (1867—1870), „Додатокъ Слова“ для громадъ (1867), — Площанскiй те „Прикарпатскую Русь“ (1885). Вообще, особенно во время редакцiи Дѣдецкого, „Слово“ исполняло ту задачу, которая дѣ куда припадаетъ на долю просвѣтительныхъ Обществъ, росполагающихъ большими духовными и матерiальными средствами.

Розложенiе рутенизма обнаружилось въ „Словѣ“ уже въ первыхъ годахъ его существованiя. Хотя его редакцiя, сотрудники и дописыватели сочувственно относились къ украинской словесности, но таковую они понимали въ значенiи составной части обще-русской литературы и постепенно клонились на сторону русского нацiонального единства.

Въ 1866 г. взглядъ редакцiи и сотрудниковъ „Слова“ на австро-русскую нацiональность и ея задачи былъ уже уформованъ и нашолъ выраженiе въ статьѣ той же газеты п. з. „Отъ Львова. Поглядъ въ будучность“ (н-ръ 59). „Политика наша — писалось въ той статьѣ — была и есть не ясная и не откровенная, и въ насъ не розвился еще истинный духъ народный, независимый отъ личности ми-

192

нистровъ, канцлеровъ, намѣстниковъ. Объявили же мы мiру, чѣмъ мы? Якое наша прошлое? Якiи наши историческiи права? Мы бавилися и бявимся еще въ такъ зовимую Opportunitätspolitik и нынѣ приходитъ намъ вкушати ея горькихъ овощей. Въ 1848 г. вопрошали насъ: кто мы?, мы сказали, що мы всесмиреннѣйшiи рутены. Господи! если бы праотцы наши узнали, що мы сами прозвали себе тѣмъ именемъ, якимъ окрестили насъ во время гоненiя наши найлютѣйшiи враги, они въ могилахъ зашевелились бы. И якое изъ того вышло послѣдствiе? Такое, що вѣденьскiй еврей-юмористъ Сафиръ выписалъ намъ: Seit der Erfindung der Ruthenen zwei Jahre — и що затѣмъ поляки ругали рутенцевъ. А можетъ быти вы русскiи? — допрошалъ насъ Стадiонъ. Мы клялись душею-тѣломъ, що мы не русскiи, не Russen, но що мы, такъ себѣ, рутены, що граница наша при Збручѣ, що мы сторонимся отъ Russen, якъ отъ окаянныхъ шизматиковъ, съ которыми ничего общого имѣти не хочемъ. Якое ваше пнсьмо? — допрошали насъ дальше. Мы сказали, що письмо наше такое, якъ въ церк. книгахъ, и опять душею-тѣломъ отрекались гражданки, будто она serbisch-russische Civilschrift и чуждая намъ. Такъ никого удивляти не можетъ, если намъ, рутенамъ, нѣкоторое время послѣ того, не позволили употребляти ни русскiя выраженiя, ни русскую гражданку, ни русскую скоропись, а допустили

193

лишь, щобы намъ, яко рутенамъ, свободно было просьбы въ вѣдомства и суды писати и книги печатати церковною кирилицею и такимъ языкомъ, на якомъ говорятъ въ окрестности вѣдомства и суда по торгамъ и корчмамъ. И для чего же мы не сказали въ 1848 г., що мы русскiи, що границею нашею не Збручъ, но що она идетъ дальше Днѣпра? Мы не свазали того, дабы правительство не опасалось, щобы мы, связанныи тысячелѣтнею исторiею, церковнымъ обрядомъ, языкомъ и литературою съ великимъ русскимъ народомъ, не пожелали отъ Австрiи оторватись. Мы опасались въ 1848 г., що насъ, яко русскихъ, не допустятъ къ конституцiйнымъ свободамъ и яко слабонькихъ придусятъ такъ, що ни дыхнемъ русскимъ дыханьемъ. Такую причняу можетъ исторiя приняти во вниманiе и нашу лесть отъ части оправдати — хотя все оно выдается смѣшнымъ, ровно якъ оный русскiй человѣкъ, который на упрекъ: почему русскiи въ прибочномъ совѣтѣ гр. Стадiона не сказали отъ разу всю правду, що они не рутены, а русскiи, наивно возразилъ: А що на то сказалъ бы польскiй арцибискупъ?!... Намъ кажется, що австрiйскiй императоръ, давшiй конституцiю всѣмъ своимъ нацiональностямъ, не былъ бы дѣлалъ изъятiя для русского народа, если бы мы ему представились были по правдѣ и существу дѣла, и пустымъ было и есть опасенiе, щобы нацiональная связь вела

194

необходимо къ политической связи. Намъ русскимъ никогда не приходила мысль, оторватись отъ Австрiи, съ которою связала насъ судьба и вяжетъ постоянно надежда лучшей будущности. Едва стала Русь въ Австрiи возрождатись, оказалось, що ей литература безъ словаря Шмидта не подвинется ни на шагъ — що тотъ словарь вполнѣ русскiй такъ для Львова, якъ и Петербурга, що въ немъ есть сокровища языка истинно литературного, письменного русского. Галицкiи русскiи, розглянувшись въ исторiи, пришли къ тому убѣжденiю, що не только ихъ языкъ испортила Польща, а и обрядъ церковный палъ подъ гнетомъ латинства. Гр. Голуховскiй писалъ о насъ настоящую правду, що лвтература наша стремитъ въ соединенiю съ общерусскою литературою, а обрядъ нашъ церковный къ православiю — собственно къ очищенiю отъ латинства. Мы лишь обвиняемъ себе за непослѣдовательность, ибо кто призналъ себе въ 1848 г. рутенцемъ, не имѣющимъ ничего общого съ цѣлою Русью, кто отказался отъ своего гражданского письма и обмежилъ свою литературу на 12 округовъ Галичины, тому нельзя было по закону, даже конституцiйному, выступати по-за оныя предѣлы, а можно было розвиватись лишь въ оныхъ предѣлахъ. Не можно обвиняти Голуховского, що онъ, яко полякъ, воспользовался нашимъ промахомъ и хотѣлъ насъ, въ пользу Польщи, побѣдити

195

нашимъ собствсннымъ оружiемъ. По такихъ печальныхъ опытахъ Русь и послѣ объявленiя конституцiи въ 1860 г. не опомнилась, хотя конституцiя дозволила всѣмъ австрiйскимъ народамъ розвиватись на основанiи историческихъ преданiй. Мы и тогда остались рутенами. На соймѣ львовскомъ была найлучшая случайность, высказати ясно и полякамъ и Европѣ, що всѣ усилiя дипломатiи и поляковъ, сотворити изъ насъ особный народъ рутеновъ-унiатовъ, оказались напрасными и що Русь галицкая, угорская, кiевская, московская, тобольская и прч. въ отношенiяхъ этнографическомъ, историческомъ, лексикальномъ, литературномъ, обрядовомъ есть одна и та же самая Русь, не смотря на то, що въ Галичинѣ она вѣрно предана своему возлюбленному монарху и его свѣтлой династiи, а тамъ за границею она также предана своему монарху и его династiи. На соймѣ львовскомъ былъ хорошiй случай, высказати ясно и откровенно, що нашимъ историческимъ преданiемъ есть исконный церковный русскiй обрядъ нашихъ отцовъ — обрядъ чистый и совершенпый, и що никто розумный дивоватись не можетъ, если Русь нынѣ пламенно желаетъ на поприщѣ своей религiи и церковного обряда освободитись отъ узовъ iезуитизма. Время уже переступити намъ Рубиконъ и сказати откровенно во всеуслышанiе: Не можемъ отдѣлятись китайскою стѣною отъ нашихъ братей и

196

отдалятись отъ языковой, литературной, церковной и народной связи со всѣмъ русскимъ мiромъ! Мы не рутены отъ 1848 г., мы настоящiи русскiи. Но якъ всегда прежде было, такъ и въ будущемъ мы останемъ непоколебимо вѣрны нашему августѣйшему австрiйскому монарху и свѣтлѣйшей династiи Габсбурговъ!“

Та статья въ газетѣ „Слово“, якъ видимъ, указывала на необходимость заявленiя въ соймѣ, що галичане съ великороссами составляютъ одинъ народъ. Тому требованiю удовлетворилъ Иванъ Наумовичъ, произнесшiй въ львовскомъ соймѣ 27 декабря 1866 г., во время пренiй о установленiи рады школьной краевой, рѣчь, въ которой онъ между иными сказалъ: „Що языкъ нашъ сходный есть съ языкомъ, употребляемымъ нынѣ въ Москвѣ, въ томъ мы не винны; сходство нашего языка съ россiйскимъ есть очевидное, ибо оба они основываются на тѣхъ же началахъ, на тѣхъ же правилахъ“...

Тавъ роздѣлъ галицкой Руси на двѣ партiи: общерусскую и малорусскую былъ совершенъ. Первая количествомъ своихъ приверженцевъ и нравственною силою превосходила послѣднюю, ибо къ оной принадлежало майже все духовенство, проникнутое народнымъ духомъ, большая половина мiрской иптелигенцiи и майже всѣ дѣятели 1848—1849 гг. Она имѣла въ своемъ составѣ людей, роботавшихъ на поприщѣ науки и роспола-

197

гавшихъ житейскимъ опытомъ, когда напротивъ новая малорусская партiя находилась едва въ начаткахъ слаганiя и кромѣ Лавровского и крылошанина Шашкевича числила самыхъ молодыхъ людей, только-що кончившихъ науки или посѣщавшихъ еще университетъ.

Якъ можно было предполагати, провозглашенiе нацiонального единства австрiйскихъ русскихъ съ великороссами поразило польскихъ политиковъ, для которыхъ украинское направленiе казалось быти выгоднѣйшимъ. Они тотчасъ возстали противъ галвикихъ „москалей“ и начали противъ нихъ завзятую борьбу. О много важнѣйшимъ для Руси былъ однако вопросъ, якое становище займетъ въ виду обѣихъ партiй вѣденьское центральное правительство?

Мы видѣли, що съ 1815 г. австрiйское правительство недовѣрчиво относилось къ австро-русской народности и старалось о томъ, щобы не допустити своихъ русскихъ подданныхъ къ духовному единству съ Россiею, руководясь соображенiями на внѣшнюю политику государства. То опасенiе усилилось еще послѣ подавленiя польского мятежа 1863 г.

Пока управленiе въ Ковгресовцѣ имѣло польскiй характеръ и поляки въ Юго-западномъ краѣ составляли экономическую и духовную силу, Австрiя видѣла въ нихъ сильный оплотъ, заграждавшiй роспространенiе русского влiянiя къ юго-западу, именно на австрiйскихъ

198

славянъ. Но послѣ усмиренiя польского мятежа Россiя ввела въ Конгресовцѣ русскую администрацiю и начала ослабляти въ Литвѣ, Волыни, Украинѣ и Подолiи польскую стихiю, скрѣпляя вмѣсто нея русскую. Россiя могла въ бѣлороссахъ губернiй: Вильненской, Минской, Гродненской — въ малороссахъ Волыни, Подолiи, Холмщины и Подляшья возбудити нацiональное русское сознанiе, просвѣтити посредствомъ народной школы русскихъ крестьянъ (православныхъ и католиковъ) оныхъ земель, облегчити крестьянскимъ сынамъ доступъ въ высшiи учебныи заведенiя и сотворити численную русскую интелигенцiю въ своихъ юго-западныхъ окраинахъ, обзнакомленную съ мѣстными условiями и могущую успѣшно вести дальшую борьбу съ полонизмомъ и католичествомъ. Просвѣщенныи и нацiональнымъ духомъ проникнутыи крестьяне юго-западныхъ губернѣй, разомъ со своею мѣстною интелигенцiею, могли бы произвести изъ себе новое сословiе ремесленниковъ, промышленниковъ, купцовъ и отвоевати у поляковъ и евреевъ городы. Все то моглобы совершитись въ продолженiи 20 — -30 лѣтъ. Такимъ образомъ польская стихiя была бы отодвинута къ Вислѣ и русско-православный народъ оперся бы несокрушимою силою о границы Австрiи, воздѣйствуя на ея славянъ.

Хотя съ австрiйско-государственной точки зрѣнiя такая перемѣна въ отношенiяхъ на сѣверо-восточной границѣ не

199

могла быти опасною для Австрiи, ибо Россiя не вознамѣряла ни отторгнути якую-нибудь провинцiю отъ нея, ни розорити ю — но въ движенiи русской стихiи къ юго-западу видѣли нѣмцы-нацiоналы опасность для своей народности, которая въ Австрiи могла потеряти верховодство надъ славянами. Изъ нѣмецко-нацiональной точки зрѣнiя было пожеланнымъ крѣпкое экономическое и культурное становище поляковъ въ юго-западныхъ губернiяхъ Россiи, ибо въ случаѣ столкновенiя Германiи съ Роесiею поляки могли стати союзниками Германовъ. Гёрингъ{Goehring — Szweykowski Hist. nar. pol. IV. стр. 122.}, описывая польскiй мятежъ 1863 г., говоритъ: „Единственный моментъ для освожденiя Польщи наступитъ тогда, когда вооруженная Россiя выступитъ противъ Германiи. Когда русскiи войска станутъ противъ нѣмецкихъ, тогда поляки возстанутъ за плечами первыхъ и отыщутъ свою отчизну. Не сомнѣваемся, що такое время настанетъ. Оно уже на нашихъ очахъ. Долженъ-ли я быти вашимъ пророкомъ?“ Въ Пруссiи, послѣ польского мятежа 1863 г., все чаще стали проявлятись голосы, щобы въ самомъ скоромъ времени германизовати польскiи земли, входящiи въ составъ Германiи и направляти стремленiя поляковъ къ востоку.

И австрiйскiи нѣмцы были того же мнѣнiя. Но такъ якъ для нихъ польская

200

стихiя въ Россiи послѣ мятежа 1863 г. не представляла уже сильного политического фактора, ибо польскiи крестьяне станули на сторону русского правительства — то они обратили внимавiе на Малую Русь, которая, проникнувшись мыслью нацiонально-политического сепаратизма и дѣйствуя заодно съ поляками, могла возстановити преграду, отчасти розрушенную послѣдствiями мятежа 1863 г.

Примѣнительно къ такимъ политическимъ взглядамъ, вѣденьскiи нѣмцы-политики должны были сочуветвенно отнестись къ галицкимъ украннофиламъ и старатись, во що бы ни стало, составити изъ нихъ политическую партiю, имѣвшую заступити рутеновъ 1848 года. Послѣднiи были вѣденьскимъ политикамъ не на руку. Рутены 1848 г. не повиновались правительству въ языковомъ и правописномъ дѣлахъ; они не объявляли, нiякого антагонизма къ Россiи, напротивъ относились сочувственно къ ея внутреннимъ порядкамъ, провозгласили нацiонально-литературное едвнство всея Руси и противны были стремленiямъ поляковъ, що въ виду нового усложненiя международной политики не было пожеланнымъ. Въ 1848 г. были иныи отношенiя. Тогда рутены нужны были нѣмецкимъ бюрократамъ яко союзники противъ поляковъ. Но теперь иностранная политика требовала, щобы рутены были союзниками поляковъ.

Тѣ политическiи виды уже въ на-

201

чалѣ опредѣляли, що „Молодая Русь“ въ Галичинѣ должна была затерти антагонизмъ между польскою и русскою народностями, защищати нацiонально-литературный малорусскiй сепаратизмъ и поборивати старо-русскую партiю. Съ образованiемъ новой партiи и исполненiемъ ея задачи дѣло шло упорно, якъ увидимъ впослѣдствiи.

Формованiе „Молодой Руси“ яко политической партiи началъ Голуховскiй въ 1867 г. Такъ якъ виновникомъ обрусѣнiя рутеновъ считался професоръ русского языка и литературы на львовскомъ увиверситетѣ Яковъ Ѳ. Головацкiй, то въ началѣ 1867 г. приказалъ Голубовскiй сдѣлати въ его квартирѣ полицейскую ревизiю подъ предлогомъ, що онъ переписуется съ россiйскими панславистами и конфискованныи письма передати универсвтетскому сенату, щобы съ Головацкимъ перевелъ слѣдство. Одновременно былъ Головацкiй (рѣшенiемъ министра внутреннихъ дѣлъ гр. Селькреди, отъ 29 января 1867 г.) отрѣченъ отъ должности универсвтетского професора по причинѣ: Verdacht eines seiner lehrämtlichen Stellung unverträgchen, unlauteren Benehmens. (Подозрѣнiе несгласного съ его должностью и неистого поведенiя). Головацкiй посѣтилъ въ маѣ 1867 года этнографическую вытавку въ Москвѣ, былъ на славянскомъ съѣздѣ, представлялся съ другими славянскими дѣятелями 17 (29) мая импе-

202

ратору Александру II въ Царскомъ Селѣ и возвратился въ Галичину. Судъ, отъ которого Голуховсксiй требовалъ слѣдствiя по дѣлу Головацкого, не нашолъ въ его дѣйствiяхъ ничего предосудительного; также университетскiй сенатъ оправдалъ его поведенiе и требовалъ возвращенiя ему професуры. Но Головацкiй, получивши въ Россiи мѣсто „предсѣдателя археографической комисiи для разбора древнихъ актовъ“ въ Вильнѣ съ жалованiомъ 3430 рубл., переселился въ Вильну. Въ молодорусскихъ кружкахъ утверждали, що на воззрѣнiя Головацкого больше всѣхъ повлiялъ Д. Зубрицкiй. Но и безъ того, занимаясь наукою, Головацкiй должень былъ прiйти къ тѣмъ же результатамъ. Денисъ Зубрицкiй умеръ 4 января 1862 г.

Далмшая исторiя старо- и молодорусской партiй стоитъ въ связи съ конституцiйною жизнью Австрiи, о которой розскажемъ въ слѣдующихъ главахъ.

XII. Конституцiйное пероустройство Австрiи въ 1860—1868 гг. — Введенiе польской автономiи въ Галичинѣ и борьба гал. Руси за ея народныи права

Абсолютнзмъ Шварценберга и Баха, не смотря ка всѣ усилiя правительства, не прiобрѣлъ сочувствiя населенiя.

203

Правительственныи кружки полагали, що католическая церковь будетъ его подспорьемъ, но та надежда обманула. Въ Венгрiи станулъ во главѣ опозицiи противъ нравительственной системы Сцитовскiй, архiепископъ остригомскiй. Императоръ старался во время своихъ поѣздокъ въ Венгрiю, въ 1852 и 1857 гг, сблизитись съ мадьярскою знатью и примирити ю съ новыхъ устройствомъ государства, объявляя амнистiю многимъ лицамъ, засужденнымъ за участiе въ мятежѣ 1849 г., но мадьяры, подстрекаемыи агентами Кошута, поселившгося въ 1853 г. въ Лондонѣ и станувшого съ Ролленомъ и Маццини во главѣ европейской червоной демократiи, негодовали на австрiйское управленiе. Въ Чехiи феодалы съ своимъ вождемъ Кламъ-Мартиницомъ и высшее духовенство не могли позабыти своихъ прежнихъ политическихъ преамуществъ; возлѣ нихъ стала образоватись, подъ влiянiемъ европейской демократiи, партiя молодочеховъ, имѣвшая приверженцевъ среди мѣщанъ, крестьянъ, чиновниковъ, учителей и розночинцевъ и проникнувшаяся еще большою неприклонностью къ австрiйскому абсолютизму. Нѣмцы тосковали за конституцiею 1848 г., протестанты и православныи чувствовали себе обиженными конкордатомъ, въ силу которого католическiи епископы воспретили имъ хоронити мертвецовъ на кладбищахъ, на которыхъ находились

204

могилы католиковъ. Вообще, мало кто въ Австрiи былъ доволенъ существовавшими порядками. Нѣмецкiи нацiональности, якъ славяне, мадьяры, румуны и итальянцы сѣтовали на германизацiю.

Министръ Финансовъ, Брукъ, пробовалъ подняти экономическое благосостоянiе и создалъ ипотечный банкъ, кредитное заведенiе для торговли и промысла — но своими мѣрами не предотвратилъ онъ ежегодно повторявшогося дефицита гогударственной касы и лишь далъ начало биржевымъ обманствамъ, ставшимся хроническою болѣзнью Австрiи.

Среди такого положенiя дѣлъ всякая неудача на поприщѣ иностранной политики должна была обрушити возненавидѣнный государственный строй. Въ 1859 г. получила Австрiя тяжелый ударъ отъ Наполеона III, постановившого послѣ крымской войны выперти Австрiю изъ Италiи и такимъ образомъ упрочити французское влiянiе въ юго-западной Европѣ. По его внушенiю появилась въ 1858 г. брошура: „Наполеонъ III и румунская нацiя“, въ которой Австрiя представлялась самымъ ретрограднымъ государствомъ Европы и врагомъ всѣхъ нацiональностей. „Европа должна устроитись“ — такъ утверждала названная брошура — по принципу нацiональному; итальянцы, мадьяры, румуны имѣютъ право, составляти независимыи нацiональныи государства.“ Въ то время порозумѣвался Наполеонъ III съ сардин-

205

скимъ министромъ Кавуромъ касательно войны Францiи и Сардинiи противъ Австрiи. Одновременно вспыхнули безпорядки въ Ломбардiи и Венецiи и Кошутъ, переселившiйся въ началѣ 1859 г. изъ Лондона въ Туринъ, писалъ подстрекательныи письма къ мадьярамъ. Напрасно предлагала Россiя 18 марта 1859 г. конгресъ для рѣшенiя итальянского вопроса; также посредничество Пруссiи и Англiи (17 апрѣля) осталось безъ успѣха. Война сталась неизбѣжною.

Щобы нредупредити соединенiе сардинцевъ съ французами, Австрiя не ждала на заключенiе союза съ Пруссiею, о которомъ хлопоталъ архикнязь Албрехтъ, но объявила 28 апрѣля войну Сардинiи и 180.000 австрiйского войска переступило рѣку Тессинъ. Однако австрiйскiи вожди не успѣли предъ пришествiемъ французской вспомогательной армiи сдавити сардпицевъ, не предпринявши ничего рѣшительного. Когда французская армiя подъ Наполеономъ III явилась на театрѣ войны, были австрiйцы побиты 4 iюня нодъ Маджентою и та же участь постигла ихъ 24 iюня въ битвѣ подъ Солферино, въ которой своими войсками командовалъ самъ императоръ Францъ-Iосифъ. (Въ томъ послѣднемъ сраженiи русскiй полкъ стрыйского округа потерялъ 488 чел. рядовыхъ воиновъ, которыи были убиты). Во время военныхъ дѣйствiй уступилъ австрiйскiй министръ иностранныхъ дѣлъ гр. Буолъ-Шауен-

206

штайнъ и его мѣсто занялъ гр. Рехбергъ.

Хотя Пруееiя въ продолженiи и въ началѣ iюня 1859 года мобилизовала всѣ свои воонныи силы и повидимому готовилась къ войнѣ съ францiею, однако Австрiя недовѣряя прусской политицѣ и опасаясь, щобы прусская помощь не повлекла за собою зависимости Австрiи отъ Пруссiи, рѣшилась прекратити военныи дѣйствiи. Сверхъ оного соображенiя, побудили Австрiю къ такому рѣшенiю опасенiя предъ Россiею и мадьярами, которыхъ своими проклямацiями возмущахъ Кошутъ. 11 iюля 1859 г. было заключено перемирiе въ Вилла-франка; 22 ноября 1859 г. заключенъ былъ въ Цюрисѣ миръ, которымъ Австрiя отказалась отъ Ломбардiи.

Вскорѣ по заключенiи перемирiя въ Вилла-Франка былъ Бахъ отрѣшенъ отъ должности министра внутреннихъ дѣлъ (28 августа) и назначенъ посланникомъ при папскомъ престолѣ въ Римѣ. Императоръ рѣшился внутреннiи отношенiя своего государства повернути на другiй путь. Такъ якъ для императора дѣло было прежде всего въ томъ, щобы примирити съ династiею враждующихъ мадьяръ, то его взоры обратились къ консервативнымъ магнатамъ Венгрiи и онъ искалъ между ними человѣка, способного приняти на себе трудную задачу преобразовянiя Австрiи. Однако изъ мадьяръ никто не хотѣлъ приняти на себе тяж-

207

кое бремя. Императоръ обратился тогда къ намѣстнику Галичины, гр. Агенору Голуховскому, извѣстному изъ своихъ католическо-консервативныхъ убѣжденiй, надѣясь посредствомъ него соеднити магнатовъ Венгрiи и Австрiи, католическую iерархiю и другiи консервативныи элементы для солидарного труда въ пользу государства. Такимъ образомъ Голуховскiй станулъ во главѣ министерства, въ составъ которого входили: Брукъ, министръ Финансовъ, Левъ Тунъ, министръ вѣроисновѣданiй и просвѣщенiя, Гибнеръ, министръ нолицiи и Падажди, министръ правосудiя. Генералъ-адъютанть императора гр. Гринне, влiятельный на императорскомъ дворѣ и считавшiйся головнымъ столбомъ абсолютизма, уступилъ 23 октября.

Голуховскiй поставилъ первою цѣлью своего правленiя крайнюю бережливость въ финансовой администрацiи, щобы привести государственный буджетъ къ ровновѣсу. Такъ якъ евреи соотавляли финансовую силу и могли вредити кредиту государства, то Голуховскiй издалъ въ январѣ и февралѣ 1860 г. законныи постановленiя въ ихъ пользу, признававшiи за ними право, всякого рода недвижимыи имущества, съ нѣкоторыми ограниченiями, прiобрѣтати въ цѣломъ государствѣ на собственность. Именно патентомъ отъ 18 февраля 1860 г. могъ еврей, кончившiй низшую гимназiю, низшую реальную школу, торговельную или

208

земледѣльческую школу, или получившiй степень офицсра въ армiи, покупати всякое помѣстье. Евреи, не имѣвшiи тѣхъ условiй, могли покупати всѣ другiи недвижимости, якъ селянскiи хозяйства и домы въ мѣстечкахъ и городахъ, безъ всякого ограниченiя. Также протеставты получили патентомъ отъ 10 сентября 1860 г. льготы, ибо конкордатъ съ его стѣснительными для протестантовъ послѣдствiями подорвалъ австрiйскiи симпатiи въ сѣверной Германiи и немало причинился къ неблагополучному исходу войны 1859 г. Австрiя, задобряя протестантовъ, хотѣла возстановити свое прежнее обаянiе въ Германiи.

Изъ патентовъ Голуховского самое большое значенiе имѣлъ патентъ о евреяхъ отъ 18 февраля 1860 г., ибо онъ далъ начало еврейскому помѣщичьему сословiю въ Галичинѣ. Зажиточнѣйшiи галицкiи евреи, щобы своимъ сыновьямъ открыти доступъ въ помѣщичье сословiе, стали ихъ посылати въ среднiи учебныи заведенiя, или оиредѣляти въ военную службу.

Вниманiе министерства Голуховского было, кромѣ оныхъ дѣлъ, поглощено злоупотребленiями въ интендантурѣ, открытыми вскорѣ послѣ заключенiя перемирiя, и вопросомъ о новомъ устройствѣ государства. Обманства, совершенныи во время войны на счетъ государственной казны — которыхъ послѣдствiемъ было даже самоубiйство министра Брука —

209

заставили новое министерство поскорити съ государственною реформою. Императорскимъ постановленiемъ отъ 5 марта 1860 г. былъ установленъ „скрѣпленный государственный совѣтъ“ (Verstärkter Reichsrath). Онъ былъ собственно продолженiемъ учрежденного въ 1851 г. государственного совѣта, который во время абсолютизма давалъ мало признаковъ жизни. Голуховскiй преобразовалъ его такимъ способомъ, що кромѣ архикнязей, военныхъ и гражданскихъ высшихъ чиновниковъ вошли въ составъ его 38 императоромъ назначенныхъ новыхъ членовъ. Современно Голуховскiй намѣрялъ возобновити прежнiи краевыи соймы съ нѣкогорыми перемѣнами, якихъ требовали новыи обстоятельства. Въ случаѣ введенiя соймовъ, они имѣли выбирати оныхъ 38 членовъ на шесть лѣтъ.

Скрѣпленный государственный совѣтъ имѣлъ указати правительству такiй способъ переустройства государства, который бы успѣлъ удовлетворити всѣ нацiональности и сословiя. Когда онъ 31 мая началъ свои совѣщанiя, обнаружилось въ немъ двоякое стремленiе: большинство, къ которому нринадлежали мадьярскiи и чешскiи магнаты съ Сечени и Кламъ-Мартиницомъ во главѣ, стояло за устройство государства, основанное на историческихъ основанiяхъ, т. е. за признанiе правъ венгерской и чешской коронъ и вслѣдствiе того за полное самоуправленiе Венгрiи и Чехiи; меньшин-

210

ство стояло за единствомъ государства. Такимъ образомъ государственный совѣтъ далъ начало стремленiямъ, извѣстнымъ впослѣдствiи подъ названiемъ федерализма и централизма и произведшимъ конституцiйную борьбу въ позднѣйшемъ вѣденьскомъ парламентѣ и нѣкоторыхъ краевыхъ соймахъ. Розбитiе Австрiи на поодинокiи автономныи части казалось императору и его правительству быти опаснымъ для могущества государства, и съ той причины скрѣпленный государственный совѣтъ, за которымъ было признано право содѣйствiя въ законодательствѣ и финансовомъ управленiи державы, былъ 29 сентября 1860 г, розвязанъ.

Съ согласiя императора издалъ Голуховскiй 20 октября 1860 г. дипломъ, сопровождаемый императорскимъ манифестомъ. Въ манифестѣ объявилъ императоръ, що сосредоточенiе правительственной власти есть необходимостью для внѣшняго могущества и внутренней силы государства. Въ дипломѣ же было сказано, що лишь такiи учрежденiя и законныи отношенiя могутъ запоручити государству внѣшнее могущество и внутреннюю силу, которыи съ одной стороны соображаются съ историческими правами и отмѣнными отношенiями поодинокихъ королевствъ и краевъ, съ другой же стороны оберегаютъ нерозрывную связь цѣлого государства. Голуховскiй хотѣлъ затѣмъ своимъ октябрскимъ ди-

211

пломомъ задобрити и федералистовъ и централистовъ.

Въ томъ дипломѣ находился неотъемленный основный державный законъ съ слѣдующими опредѣленiями: 1) Право, издавати, перемѣняти и отмѣняти законы, можетъ императоръ съ своимъ правительствомъ исполняти лишь при содѣйствiи всѣхъ законно (т. е. съ препорученiя императора) собравшихся краевыхъ соймовъ или государственного совѣта (Reichsrath), въ который краевыи соймы имѣютъ высылати извѣстное число членовъ. 2) Всѣ дѣла законодательства, относящiися къ всѣмъ королевствамъ и краямъ, должны быти въ государственномъ совѣтѣ обсуждаемы и при его содѣйствiи рѣшаемы; новыи налоги, займы и прочее могутъ постановлятись лишь съ его согласiя, ему принадлежитъ также право содѣйствовати провѣрцѣ предосчета и заключенiя счетовъ государственныхъ доходовъ и росходовъ, 3) Всѣ иныи дѣла законодательства должны рѣшатись въ краевыхъ соймахъ или въ порозумѣнiи съ ними, именно въ краяхъ венгерской короны примѣнительно къ ихъ прежнимъ конституцiямъ, въ другихъ провинцiяхъ примѣнительно къ имѣющимъ для нихъ издатись краевымъ статутамъ. Отдѣльный императорскiй декретъ опредѣлилъ число членовъ государственного совѣта, имѣвшее выбиратись краевыми соймами, на 100 Министерства внутреннихъ дѣлъ,

212

правосудiя, вѣроисповѣданiй и просвѣщенiя были устранены и ихъ дѣла принялъ въ управленiе Голуховскiй въ званiи штатского министра. Голуховскiй сдѣлалъ также уступку мадьярамъ и положилъ начало дуализму государства, выдѣляя изъ своего вѣдомства и другихъ министерствъ всѣ дѣла, касавшiися венгерскихъ областей и возобновляя венгерскую и семиградскую придворныи канцелярiи, чинъ придворного венгерского судьи, прежнее устройство венгерскихъ комитатовъ съ ихъ давными границами и вводя мадьярскiй языкъ въ судѣ и администрацiи. Венгерскимъ придворнымъ канцлеромъ былъ назначенъ гр. Никлашъ Вай, участвовавшiй въ мятежѣ 1849 г., придворнымъ судьею гр. Чаки, послѣ него Auпонiй. (Въ одно время членомъ венгерской придворной канцелярiи, т. е. своего рода венгерскимъ министромъ, былъ нашъ патрiотъ Ад. Ив. Добрянскiй). Мадьяры, получивши отдѣльную администрацiю съ венгерскимъ языкомъ во всѣхъ вѣдомствахъ и въ судѣ, тотчасъ устранили нѣмецкихъ и славянскихъ чиновниковъ изъ по-за предѣловъ Венгрiи и ирiобрѣвши такимъ образомъ нравственную силу, стали добиватись дальшихъ преимуществъ. Они составили самую сильную стихiю въ государствѣ, съ которою каждое послѣдующее правительство принуждено было считатись. Чехи, къ которымъ гр. Голуховскiй не былъ благоросположенъ, не

213

получили нiякихъ уступокъ на счетъ своего державного права, но такъ якъ октябрскiй дипломъ лишь финансы цѣлого государства ясно и опредѣленно отдавалъ во власть государственного совѣта и касательно прочихъ дѣлъ выражался вообще, преподнося историческiи права поодинокихъ королевствъ и краевъ, то на его основанiи весьма легко могъ водворитись федерализмъ въ государствѣ и чехи могли добитись своихъправъ.

Однако Голуховскiй своими преобразованiями не водворилъ спокойствiя въ государствѣ. Мадьяры, которыхъ онъ отличилъ передъ другими нацiональностями, не довольствовались прiобрѣтенiями и даже не хотѣли повиноватись новому придворному канцлеру. Комитатскiи собранiя объявили, що для нихъ законы 1847 и 1848 гг. имѣютъ обязательную силу. Населенiе не хотѣло платити нодатей, давати рекрута, не соблюдало табачную монополiю, въ городахъ же уличныи безпорядки съ неминуемыми воскликами въ честь Кошута и поврежденiемъ австрiйскихъ орловъ не сходиди съ дневной очереди. Краевыи статуты для Штирiи, Каринтiи, Сольнограда и Тироля, обнародованныи въ октябрѣ, огорчили либераловъ, ибо половина соймовыхъ представителей выпала на долю помѣщиковъ и высшого духовенства. Голуховскiй долженъ былъ уступити прежде, чѣмъ уложенная нимъ конституцiя

214

вошла въ жизнь и его мѣсто занялъ министръ правосудiя 1849—1850 гг., Шмерлингъ, щобы намѣченную конституцiю повернути на путь либерального централизма (13 декабря 1860 г.)

Галицкiи поляки возлагали большiи надежды на своего земляка Голуховского, и когда онъ уступилъ, составили они 31 декабря 1860 г. адресу къ Шмерлингу, съ которою въ началѣ 1861 г. отправилась депутацiя въ Вѣдень. „Жители нашего края, поляки и русины, добровольною унiею соединены“ — говорилось въ той адресѣ — „не отступятъ никогда отъ своихъ историческихъ правъ. То объявляемъ мы министру католического монарха, съ свѣтлою династiею которого девять породнившихся королей сидѣло на престолѣ Пястовъ. Мы составляемъ исторически-политическую индивидуальность, которой европейскiи трактаты запоручили нацiональную жизнь во всѣхъ трехъ захватахъ. Мы требуемъ самоуиравленiя и противимся роздѣлу Галичины на двѣ адм министративныи части. Намъ нужный соймъ рѣшающiй въ нравственныхъ и матерiальныхъ дѣлахъ провинцiи. Одинъ центральный парламентъ съ нѣмецкимъ характеромъ встрѣтитъ сопротивленiе въ нашемъ краѣ. Въ судѣ, администрацiи, законодательствѣ и школѣ долженъ быти польскiй языкъ. Русскому языку мы готовы признати права, соотвѣтствующiи его степени розвитiя (uzdolnieniu).

215

Поляки хотѣли, щобы въ ихъ депутацiи принялъ участiе также матрополитъ Яхимовичъ съ виднѣйшими представителями галицкой Руси. Однако Яхимовичъ явился въ Вѣднѣ во главѣ отдѣльной русской депутацiи, которая, изъявляя свои вѣрно подданическiи чувства, домогалась запорученiя правъ для своей нацiональности. Гал. Русь была обезпокоена, ибо императорскимъ рѣшенiемъ отъ 22 апрѣля 1860 г. оба администрацiиныи округи, львовскiй и краковскiй разомъ съ Буковиною были соединены въ одну неподѣльную провинцiю. Голуховскiй, предлагая императору такую мѣру, въ доказательство необходимости ея выставлялъ на видъ бережливость въ государствепныхъ росходахъ. Однако русское населенiе считало ту мѣру началомъ полонизацiи Галичины и Буковины.Въ Краковѣ былъ составленъ лишь высшiй краевый судъ, краевая финансовая дирекцiя съ прокуратурою и вѣдомство западно-галицкихъ державныхъ имѣнiй и фондовъ.

Шмерлингъ издалъ 26 февраля 1861 г. новыи конституцiйныи опредѣленiя, яко дальшее розвитiе принциповъ, изложенныхъ въ октябрскомъ дипломѣ 1860. Австрiя получила новое представительство для всѣхъ ея областей, включая и Венгрiю, названное также Reichsrath, для которого русины избрали названiе „Дума державная“, поляки — Rada państwa. Дума державная имѣла состояти изъ па-

216

латы пановъ, въ составъ которой имѣли войти архикнязи и члены назначаемыи императоромъ, и палаты пословъ (числомъ 343), избираемыхъ на шесть лѣтъ краевыми соймами. Та дума державная имѣла совѣщатись и рѣшати въ двоякомъ видѣ: разомъ съ венгерскими представителями (85 венгерскими послами для палаты пословъ) яко репрезентацiя цѣлого государетва въ дѣлахъ касавшихся и Австрiи и Венгрiи — безъ венгерскихъ пословъ въ дѣлахъ касавшихся лишь Австрiи, исключая Венгрiю, Семиградъ и Хорватiю. Въ послѣднемъ случаѣ она имѣла называтись „тѣснѣйшою думою державною“. Одновременно были изданы статуты для краевыхъ соймовъ. Въ случаѣ, если бы соймы отказались отъ выбора пословъ въ державную думу, правительство могло приказати непосредственныи выборы.

Для избранiя соймовыхъ, пословъ правительство приняло принципъ курiй (сословiй). Соймъ Галичины, обнимавшей 1.364 кв. миль съ 4,377.400 жителей, имѣлъ состояти изъ 150 пословъ, 7 римоармяно и грекокатолическихъ архiепископовъ, епископовъ, двохъ ректоровъ университетовъ, 44 пословъ изъ большихъ посѣлостей, 20 пословъ отъ городовъ, 3 пословъ торговельно-промышленныхъ палатъ (во Львовѣ, Бродахъ и Краковѣ), заведенныхъ въ 1850 г., 74 пословъ отъ сельскихъ громадъ и мѣстечокъ. Соймъ Буковины, обнимавшей 182

217

кв. миль съ 456.900 жителями, имѣлъ состояти изъ 30 пословъ: черновецкого православного епископа, 10 пословъ изъ большихъ послѣлостей, 7 пословъ отъ городовъ, 12 пословъ отъ сельскихъ громадъ и мѣстечокъ. Февральскимъ патентомъ 1861 года Буковина была выдѣлена изъ Галичины и устроена яко самостоятельная провинцiя.

Въ Галичинѣ и въ другихъ провинцiяхъ Австрiи начались вскорѣ выборы въ соймы. На пространствѣ всѣхъ польскихъ земель дѣлались тогда приготовленiя къ мятежу и заводилась революцiонная организацiя. Въ Галичинѣ, якъ мы выше сказали, возникли во Львовѣ и Краковѣ народно-революцiйныи управленiя. Они дѣлились на департаменты администрацiи, войны, финансовъ, полицiи и печати. Подъ ними были окружныи рады, подъ послѣдными — мѣстныи рады, подъ предводительствомъ помѣщиковъ, Цѣлое польско-революцiйное управленiе Галичины числило въ 1863 г. 1.500 членовъ, принесшихъ присягу на соблюденiе тайны и исполненiе данныхъ имъ порученiй{Augsburger Allg. Zeitung 1863 Hp. 321}. Львовъ и Краковъ имѣли своихъ тайныхъ градоначальниковъ. На услугахъ революцiйного правительства стояла, начавшая уже раньше образоватись, тайная жандармерiя. IIри такой тайной организацiи полякамъ приходилось легко переводити выборы.

218

У русского населенiя не было нiякой организацiи. Управленiе выборовъ приняли три лица, производившiи громадное влiянiе на галицко-русское движенiе 1860—1870 гг. То были: М. Куземскiй, М. Малиновскiй и Жуковскiй — два первыи — члены львовского митрополитального капитула. Во главѣ выборового движенiя станулъ Куземскiй.

Михаилъ Куземскiй (рожд. 1809) сначала сельскiй священникъ, но смерти жены канцлеръ львовской консисторiи (1837 г.), съ 1842 г. прелатъ-схолiархъ, съ 1856 г. прелатъ-кустосъ — былъ уже въ 1848 г. однимъ изъ виднѣйшихъ галицко-русскихъ дѣятелей. Онъ старался о заведенiи народныхъ школъ, подъемѣ науки и просвѣщенiя въ русской части Галичины, воспротивлялся введенiю латинской азбуки въ галицко-русскую словесность и твердо стоялъ за славяно-восточный обрядъ и малорусскую нацiональность.

Михаилъ Малиновскiй (рожд. 1812 г.) рукоположенъ въ безженствѣ, съ 1842 г. викарiй архикаѳедральный во Львовѣ, съ 1849 г. законоучитель при львовской академической гимназiи, съ 1858 г. крылошанинъ, приходникъ и совѣтникъ львовской митрополичой консисторiи — занимался изслѣдованiями по исторiи унiатской церкви и стоялъ въ сношенiяхъ съ съ Тейнеромъ и Копитаромъ. Онъ написалъ много цѣнныхъ розсужденiй и вслѣдствiе его старанiй была издана въ

219

1863 г. такъ зов. конкордiя и были въ 1864 г. подтверждены унiатскiи капитулы во Львовѣ и Перемышлѣ. Онъ сдѣлалъ также много для роспространенiя тверезости среди сельского населенiя.

Iоаннъ Жуковскiй (рожд. 1810 г.), воспитанникъ вѣденьского Барбареумъ, съ 1839 г. настоятель ирихода св. IIетра и Павла во Львовѣ, причинился много въ 1848—1849 гг. къ пробужденiю русского духа среди львовской интелигенцiи и мѣщанъ, и по той причинѣ въ началѣ Баховской системы удаленъ былъ Голуховскимъ изъ Львова на сельскiй приходъ, однако не переставалъ изъ своего нового мѣстопребыванiя (въ Подберезцахъ коло Львова) принимати дѣятельное участiе во всѣхъ русско-народныхъ дѣлахъ. Въ 1805 г. поступилъ онъ въ составъ львовского капитула.

Тѣ три мужи представляли собою типъ рутеновъ 1848 г. съ этнографическими взглядами, якихъ требовалъ Стадiонъ. Малиновскiй говоритъ въ одномъ изъ своихъ розсужденiй: „Намъ русинамъ остается жаловатись на правительство россiйское и на давное правительство польское, що оба тѣ правительства, стремлячи къ безусловной централизацiи, съ часомъ уживали на то своей власти, дабы нашу руску народность выгубити, дабы насъ русиновъ вынародовити, дабы насъ то змосковщити, то спольщити... Мы русины стараемся быти русинами греческо-славянского обряда, а при томъ

220

католиками, также о захованiе и росширенiе нашой церковной унiи, дабы такъ примиритися съ Западомъ посредствомъ католицизма, съ Востокомъ посредствомъ греко-славянского обряда, и дабы поднесенiемъ руской народпости и руского языка отняти полякамъ и россiянамъ охоту и возможность, насъ русиновъ то полыцити, то россiйщити... Съ того взгляда мы похваляемъ правительство россiйское за снесенiе крѣпацтва и за заведенiе русскихъ школъ, но требуемъ въ нихъ руского языка съ рускимъ (малорусскимъ,) а не россiйскимъ выго-воромъ“{О историчномъ правѣ якъ славянско-русского народа, такъ его языка и кирильского письма въ восточной Галицiи (Kirchen-und Staats-Satzungen стр. 847, 868).}.

Такiи взгляды — не входимъ въ то, были ли они искреннiи, или нѣтъ — не могли наполняти вѣденьское правительство нiякимъ опасенiемъ на счетъ галицкой Руси, и оно, нуждаясь въ ея помощи нротивъ поляковъ, воспротивлявшихся вознамѣренной централизацiи опять объявило благосклонность русской народности. Императорскимъ письмомъ отъ 10 апрѣля 1861 г. было приказано всѣмъ правительственнымъ властямъ и вѣдомствамъ прежняго львовского администрацiйного округа и Буковины принимати всѣ прошенiя и доклады, посанныи русскимъ письмомъ и языкомъ, роз-

221

смотрѣвати ихъ и рѣшати. Всѣмъ правительственнымъ властямъ, магистратамъ и урядамъ сельскихъ громадъ и мѣстечекъ оставлена была свобода, при списыванiи русскихъ протоколовъ и издаванiи русскихъ рѣшенiй, употребляти русское письмо. Шмерлингъ же, въ роспоряженiи своемъ отъ 24 марта 1861 г., заявялъ: „Безпосредетвенное влiянiе на образованiе и литературное розвитiе языка не принадлежитъ къ задачамъ государственного правительства. По той причинѣ русскому (ruthenisch) народу оставляется свобода, самостоятельно розвивати свой языкъ и его литературу соотвѣтствующимъ образомъ, принимая однако въ особенное вниманiе обще-роспространенную простонародную рѣчь. Школьныи книжки должны печататись прежнимъ (граматическимъ) правописанiемъ.“ Якъ видимъ, все-таки и Шмерлингъ о пасался общерусского литературного языка. Въ слѣдующемъ 1862 г., императорскимъ постаповленiемъ отъ 23 марта, были заведены на львовскомъ университетѣ двѣ юридическiи каѳедры съ русскимъ преподавательнымъ языкомъ, именво для законовъ гражданского, карного, торговельного и вексельного, также для судопроизводства гражданского и карного, подъ условiемъ, дабы занимающiи тѣ каѳедры въ научномъ отношенiи удовлетворяли условiямъ, требуемымъ отъ университетскихъ црофесоровъ. Министерскимъ письмомъ отъ 17

222

апрѣля 1863 г. допущенъ былъ русскiй языкъ въ цреподаванiи нѣкоторыхъ предметовъ въ академической гимназiи во Львовѣ, подъ условiемъ, если будутъ русскiя учебники и способныи для такого преподаванiя учители.

Льготы, признанныи Шмерлингомъ галицко-русской нацiональности, доказуютъ, що онъ нуждался въ ея поддержцѣ. По той причинѣ во время соймовыхъ выборовъ правительственныи власти вели себе безсторонно. Не такъ поступала въ виду русского народа польская господствующая партiя, во главѣ которой станулъ кн. Левъ Сапѣга, переселившiйся послѣ 1831 г. въ Галичину и подвизавшiйся до конституцiйного времени преимущественно на экономическомъ поприщѣ. Польская партiя нустила въ ходъ всѣ пружины, щобы не допустити къ выбору въ соймовыи послы русскихъ образованныхъ людей. Если въ выборовомъ окрузѣ не можно было обезпечити выбора поляка, тогда она старалась о выборъ крестьянина. Особенно воспротивлялась она выбору образованныхъ русскихъ мiрянъ, росполагавшихъ юридическими знанiями. Гдѣ такое лицо имѣло виды на выборъ, тамъ выдвигала она противъ него священника; крестьянскiи выбиратели были предметомъ ласканiй. Офицiалисты, лѣсничiи и прочая служба помѣщиковъ цѣловала ихъ, угощала водкою и яствiями, давала гроши и дрова изъ лѣса и подстрекала противъ рус-

223

скихъ священниковъ, ругая ихъ „попами-дерунами.“ Гдѣ были якiи-нибудь несогласiя между священникомъ и прихожанами, тамъ они принимали острый характеръ. Оказалось, що въ многихъ мѣстностяхъ священники, вслѣдствiе своего нерадѣнiя и ополяченiя, отчужились были отъ своихъ прихожанъ и не производили на нихъ нiякого влiянiя. Кромѣ крестьянъ, предметомъ заискиванiя были также жены и дочери священниковъ. Въ домахъ священниковъ стали являтись помѣщицы, жены офицiалистовъ и розличныхъ чиновниковъ, льстити старому и молодому женскому полу и уговоривати, щобы „ксендзъ добродзѣй“ не мѣшался въ политику, ибо оно повредитъ его цѣлой семьѣ. Были случаи, що, когда священникъ хотѣлъ отправлятись на выборы, жена его спрятала кони, и онъ принужденъ былъ на выборы идти пѣшкомъ или присѣсти къ крестьянскимъ выбирателямъ. Вообще выборы имѣли одно дурное послѣдствiе — деморализацiю крестьянъ и священническихъ семьей.

Не смотря на сильную агитацiю со стороны польскихъ помѣщиковъ, русскiй комитетъ Куземского перевелъ выборъ сверхъ 40 соймовыхъ пословъ, такъ що въ соймѣ, собравшемся 3 (15) апрѣля 1861 г., русскiи послы роспоряжали 49 голосами. Они составляли мало не третью часть общого числа голосовъ (150) и, конечно, не могли влiяти на рѣшенiя,

224

ибо противъ нихъ стояло большинство польскихъ голосовъ. Крестьяне радо приступали къ выбору своихъ представителей, лишь въ жмигородскомъ повѣтѣ 24 села не хотѣли и слышати о конституцiи, вслѣдствiе чего начальникъ повѣта приказалъ гром. начальникамъ голосовати на посла. Мазуры выбрали нѣсколькихъ крестьянъ. Между русскими послами были крылошане: Куземскiй, Малиновскiй, Петрушевичъ, Гинилевичъ, Юзычинскiй, Ант. Добрянскiй, Павликовъ и Шведицкiй, директоръ полицiи въ отставцѣ Iоахимъ Хоминскiй, гимн. директоръ Бѣлоусъ, совѣтники суда Качковскiй и Юлiянъ Лавровскiй, священники: Наумовичъ, Iос. Лозинскiй, Гушалевичъ, Могильницкiй, Качала, Н. Устiановичъ и много другихъ священниковъ, краев. школьныи инспекторы Яновскiй и Кульчицкiй и нѣскольконадцать селянъ.

Засѣданiя сойма открылъ ницепрезидентъ намѣстничества (съ времени уступленiя Голуховского, назначенного министромъ, новый намѣстникъ Галичины не былъ еще назначенъ) Кароль Мошъ, объявляя, що императоръ именовалъ маршаломъ сойма кн. Льва Сапѣгу, вицемаршаломъ же епископа-суфрагана Спиридiона Литвиновича. На первомъ засѣданiи воззвалъ гр. Адамъ Потоцкiй присутствующихъ пословъ-помѣщиковъ торжественно заявити, що подаренная панами панщина никогда не возвратится, и обратившись къ крестьянамъ-посламъ,

225

уговоривалъ ихъ, влiяти на народъ, дябы онъ не далъ нодстрекатись и жилъ въ мирѣ и согласiи съ панами. На то возразилъ русскiй крестьянинъ-посолъ отъ Буска, Загоройко: „Що споры существуютъ, въ томъ виноваты паны. Они говорятъ, що панщину даровали. Но то не все. Гдѣ лѣсы? гдѣ пасовиска?“{Sprawozdanie stenogr. z posiedzeń sojmu kraj. Lwów 1861 (1 posiedz).} Лѣсы и пастбища составляли ось, около которой обращались рѣчи пословъ крестьянъ.

На второмъ засѣданiи сойма требовалъ крыл. Гинилевичъ, дабы протоколъ былъ читанъ не только на польскомъ, но и на русскомъ языцѣ, и дабы маршалъ свои рѣчи произносилъ по-польски и по-русски. Во время пренiй над тимъ предложенiемъ гр. Лешекъ Борклавскiй назвалъ галицко-русбкiй языкъ дiалектомъ, недостойнымъ офицiального значенiя въ соймѣ; также Земалковскiй поспротивился чтенiю протоколовъ на „русинскомъ“ языцѣ, а кн. Адамъ Санѣга (сынъ маршала) утверждалъ, що большинство сойма должно рѣшади въ семъ дѣлѣ а меньшинство должно съ тѣмъ согласитись, ибо такъ есть всюда въ мiрѣ{Тамъ же стр. 46.}. Польское большинство не допустило русского языка къ употребленiю въ протоколахъ, велѣдствiе чего въ нячалѣ каждого засѣданiя, послѣ прочтенiя протокола по-польски, посолъ-крестьянинъ

226

Ковбасюкъ кричалъ: Не нонимаю, сижу якъ туманъ...

Первымъ дѣломъ сойма было, провѣрити выборы пословъ — и тутъ то опять русскiи столкнулись съ поляками. Противъ выбора большей половины русскихъ пословъ внесены были протесты, не имѣвшiи основанiя, но, не смотря на то, серiозно обсуждавшiися, особенно при такихъ личностяхъ русскихъ пословъ, которыи были несимпатичны большинсгву сойма. Къ нимъ принадлежали: Iоахимъ Хоминскiй, бывшiй директоръ полицiи, крыл. Малиновскiй, свящ. Шведицкiй и др. Противъ выбора Малиновского внесло протестъ 15 лицъ на томъ основанiи, що священникъ Бучацкiй изъ Яргорова уговоривалъ двохъ выбирателей голосовати за Малиновскимъ, що тоть же Бучацкiй хмурился, если кто голосовалъ на другого кандидата и объявлялъ радость, если голосъ палъ на Малиновского. Противъ Шведицкого поднесенъ былъ замѣтъ, що за нимъ агитовалъ свящ. Жуковскiй, указывавшiй во время проповѣди въ церкви на Шведицкого яко такого, которого желаетъ митрополитъ имѣти посломъ, и що самъ Шведицкiй обѣщалъ селянамъ лѣсы и пасовиска. По тому случаю Земялковскiй произнесъ пламенную рѣчь противъ злоупотребленiя храма Божiя и амвона для политическихъ цѣлей, противъ провозглашенiя комунизма и подстрекательствъ къ враждѣ и сословной ненависти и требовалъ

227

строгого укаранiя виновныхъ властями. Но другiи польскiи послы были того мнѣнiя, що агитацiя въ извѣстныхъ предѣлахъ неизбѣжна при выборахъ. Помѣщики также оспоривали выборъ нѣкоторыхъ мазурскихъ крестьянъ, особенно польского крестьянина Сивца, о которомъ одинъ нѣмецкiй чиновникъ въ своемъ докладѣ выразился, що онъ хорошiй австрiецъ и врагъ der Umsturzpartei (т. е. шляхетско-польской партiи).

Самыи горячiи споры возникли при вопросѣ о сервитутахъ. Якъ извѣстно, въ 1848 г. была устранена панщина и спецiальныи комисiи имѣли опредѣлити высокость вознагражденiя помѣщикамъ за убытокъ дарового селянского труда. Въ силу австрiйскихъ законовъ, именно патента отъ 10 фсвраля 1789 г., сдѣлались крестьяне собственниками занимаемыхъ ними земель, которыхъ помѣщики у нихъ отнимати не могли. На крестьянскихъ земляхъ тяготѣлъ лишь правительствомъ опредѣленный сервитутъ труда въ пользу помѣщика. Въ замѣну за то имѣли крестьяне сервитутъ на помѣщичьемъ имѣнiи, ибо номѣщикъ обязанъ былъ доставляти крестьянину изъ своихъ лѣсовъ извѣстное количество топлива и строительного матерiала и, сверхъ того, позволити, пасти крестьянскiй скотъ на своихъ пастбищахъ. Задачею комисiй было затѣмъ, опредѣлити лишь цѣну крестьянского труда въ пользу помѣщика и цѣну крестьянского сорвитутового

228

права на помѣщичьихъ лѣсахъ и пастбищахъ, и путемъ отвѣтного вознагражденiя освободити имѣнiя крестьянь и помѣщиковъ отъ взаимныхъ повинностей.

Цѣна крестьянского труда{Sprawozdanie sten. z posiedz sejm. 1865 стр. 419. Такъ утверждалъ въ 1865 г. Земялковскiй. Зыбликевичъ же въ своей рѣчи, произнесенной въ соймѣ 12 октября 1868 г. (Spraw sejm. 1868 стр. 882), подаетъ розмѣръ розсчетной индемнизацiи въ 75,370.000 зр. Однако тотъ же Зыбликевичъ утверждаетъ, що въ 1868 г. индемнизацiи уплачено было 30,600.000 зр., а оставалось къ уплатѣ еще 85,000.000 зр. Хотя Зыбликевичъ объясняетъ столь громадную рестанцiю тѣмъ обстоятельствомъ, що къ уплатѣ приступили только въ 1855 г. и помѣщикамъ почислили проценты отъ 1848 г. и проценты отъ процентовъ, однако и въ такомъ случаѣ рсотанцiя 85 милiоновъ дастся объяснити лишь въ такомъ случаѣ, если мы повѣримъ Земялковскому и индемнизацiйную суму примемъ на 93 милiоны.} въ лъвовскомъ администрацiйномъ окрузѣ была опредѣлена на суму 56,033.037 зр., въ краковскомъ окрузѣ — на 37,762.240 зр. — затѣмъ въ цѣлой Галичинѣ на 93,795.277 гульденовъ. На ту суму получили помѣщики роцентныи цѣнныи бумагм (индемнизацiйныи облигацiи), имѣвшiи ежегодно подвсргатись лосованiю. На помѣстьяхъ Галичины тяготѣло въ 1858 г. 300 милiоновъ злот. польск., или 67 милiоновъ австр. гульд. (злот.

229

польскiй = 22 1/2 кр.) шипотечныхъ долговъ, що составляло ноловину ихъ цѣны{Encyklopedja Orgclbranda art. Galieya.}. Принявши такимъ образомъ цѣну всѣхъ галицкихъ помѣстьевъ въ 134 мил. гульд., то инделинизацiйная цѣна панщины составляла около 70 % оной сумы, т. е. посѣдатель помѣстья въ цѣнѣ 100.000 зр. получилъ 70.000 зр. индемнизацiи. Всѣмъ ясно было, що устраненiе панщины соединялось съ большимъ взыскомъ для помѣщиковъ, и не удивительно, що они ему не воспротивлялись.

Иначе вознаграждаемы были крестьяне за свои сервитутовыи права, тяготѣвшiи на помѣщичьихъ лѣсахъ и пастбищахъ. Топливо для поодинокихъ домохозяевъ обчислялось на пр. въ 8 1/2 крейцара и меньше въ годъ, количество имѣвшихъ право пользоватись лѣснымъ сервитутомъ подавалось невѣрно. На пр. въ селѣ Каменка волошская, вмѣсто 1050 домовладѣльцамъ признали лишь 319 возпагражденiе за три возы тоилива по 22 1/2 кр. Всюда крестьяне жаловались на укороченiе своихъ правъ{Malinowski: Kirchen-und Staatssatzungen cтp. 601 и слѣдующiи.}. Патентомъ отъ 5 iюля 1853 г. и росноряженiемъ отъ 19 ноября 1857 г., помѣщику предоставлена была свобода вознаграждати крестьянъ наличными, или землею. Свсрхъ того законъ постановлялъ, дабы въ случаѣ, если отягощенная сервитутомъ зе-

230

мля помѣщика не давала столько дохода, дабы изъ нея можно, безъ ущерба для культуры помѣстья, удовлетворити притязанiя крестьянъ, послѣднiи довольствовались и меньшимъ вознагражденiемъ. Такого преимущества не признавалъ законъ за крестьянскими землями. Помѣщики дѣлали изъ него широкое употребленiе и всегда отговоривались малою доходностью своихъ земель. Крестьяне требовали за свои сервитутовыи права земли, помѣщики же давали имъ ничтожныи сумы наличными. Цѣна помѣщичьихъ сервитутскихъ правъ обчислялась по современной цѣнѣ труда и плодовъ (цѣна труда, хлѣба и всѣхъ плодовъ земли во время крымской войны и послѣ нея была высока) — цѣна крестьянскихъ сервитутскихъ правъ обчислялась послѣ цѣны 1835—1845 гг., когда хлѣбъ, топливо и лѣсь были весьма дешевы. Въ правительственномъ роспоряженiи было даже сказано, що сервитутовое право помѣщика можно оцѣнити по выгодамъ, которыи оно ему могло бы принести въ будущности!... Послѣ патента отъ 1853 г. сервитутъ церковныхъ приходствъ и школъ не могъ быти отмѣненъ. Однако въ Галичинѣ областная администрацiя, по порученiю Голуховского, исключила изъ оного постановленiя гр. катол. русскiи приходства, и помѣщики могли за лѣсъ и пастбище русскимъ священникамъ опредѣляти якое имъ было угодно вознагражденiе. Многiи

231

помѣщики, видя несправедливость такого постановленiя, не пользовались нимъ.

Сверхъ того помѣщвки, видя новое управильненiе поземельныхъ отношенiй и надѣясь повышенiя цѣны земли, опять стали захвативати креетьянскiи участки. Такiи захваты совершались и прсжде, съ поры Iосифа II., и для того рода тяжбъ былъ сначала установленъ нормальный (т. е. доказывающiй право собственности) годъ 1786, потомъ годъ 1820. Послѣ устраненiя панщины тѣ захваты усилились, ибо у не одного помѣщика имѣнiе было уже до половины цѣны обременено долгомъ и онъ принужденъ былъ, желая получити новый заемъ, выказати убольшенiе своего имѣнiя. Особенно отнимали у крестьянъ ихъ участки, положенныи среди лѣсовъ. Если вблизи панского лѣса крестьянскiи луги поросли корчами, панъ считалъ ихъ принадлежащими къ лѣсу.

Отмѣна сервитутовъ произвела коренный переворотъ въ экономическихъ отношенiяхъ Галичины. Прежде, во время панщины, крестьянинъ пасъ свой скотъ въ панскомъ лѣсѣ и на панскомъ пастбищѣ. Тѣмъ образомъ онъ могъ не только свою семью лучше прокормляти, но также его продавати и вырученною сумою оплачивати налоги. Вдругъ ему или совершенно отказали въ пастбищѣ, или требовали высокой платы за каждую штуку. Въ 1851 г., послѣ неточного статистичеекого изслѣдованiя, чи-

232

слили въ Галичинѣ 487.693 воловъ — 1857 г., при точнѣншемъ изслѣдованiи, было ихъ лишь 473.516, хотя населенiе убольшилось и скотоводство должно бы поступити впередъ. Въ 1869 г. воловъ было еще меньше, ибо 345.305, въ 1880 г. 312.786, въ 1890—337.459. Въ 1851 г. начислено коровъ (неточно) 947.133, въ 1857 г. уже 1,026,083. По то увеличенiе числа коровъ едва ли припало на долю крестьянскихъ хозяйствъ, ибо точно тогда помѣщики стали молочное хозяйство розвивати и держати большiи стада рогатого скота. Въ 1851 г. было овецъ 955.908 — въ 1857 г. лишь 810.831, въ 1880 г. 609.253{Rосznik statystyki Galicyi IV. Lwów 1893 стр. 241.}. Живущiи еще священники и крестьяне могутъ подтвердити, що въ многихъ окрестностяхъ послѣ отмѣны сервитутовъ у поодинокихъ домохозяевъ число рогатого скота уменьшилось. Въ новѣйшее время дошло до того, що у поодинокихъ крестьянъ, особенно въ Подолiи, нѣтъ даже одной коровы, такъ що малыи дѣти не знаютъ молока и ростутъ слабосильныи.

Владѣльцы большихъ имѣнiй, получивши индемнизацiю, улучшили свое хозяйство, завели у себе оборы рогатого скота лучшей породы, покупали земледѣльческiи машины и стали вести рацiональнѣйше сельское хозяйство. Но крестьянинъ принужденъ былъ уменьшити

233

количество своего домашняго скота и тѣмъ самымъ умалилъ количество навоза и ослабилъ производительную силу почвы.

Крестьянъ огорчило то, що, когда помѣщикъ требовалъ отъ нихъ за возъ дровъ 2—3 гульдены, тотъ же возъ дровъ былъ почисленъ крестьянину при отмѣнѣ сервитутовъ лишь на 8 1|2 кр. и меньше. Онъ сталъ жаловатись на несправедливость. Сверхъ того его способъ хозяйства былъ прежде натуральный. Онъ наличными платилъ лишь державный податокъ, номѣщику же за лѣсъ и пастбище роботалъ, даже священнику за похороны и свадьбу платилъ телятами и коровами. Вдругъ у него на всѣ стороны затребовали грошей: государству пати удвоенный, и вскорѣ затѣмъ утроенный податокъ; помѣщвку плати за дрова, лѣсъ и пастбище; учителю плати также наличными. Галичина почувствовала крайнiй недостатокъ капиталовъ и еврейская лихва розвилась въ ней до необыкновенныхъ розмѣровъ. Вслѣдствiе недостатка путей сообщенiя вывозъ сырыхъ плодовъ былъ затрудненъ и крестьяне, потребуючи грошей, продавали хлѣбъ и скотъ за ничтожную цѣну. Тогда то стали одни жаловатись, що отмѣна панщины не принесла имъ добра, другiи стали домогатись права дальшого пользованiя помѣщичьими лѣсами и пастбищами. Отнятiе настбищъ повергло въ убожество жителей карпатскихъ горъ, особенно гуцуловъ, о чемъ

234

во львовскомъ соймѣ говорилъ также другъ польского болыыинства, о. Софронъ Витвицкiй.

Желая спасти ссбе отъ матерiальной руины, крестьяне начали процеси съ помѣщиками, и такихъ процесовъ возникло около 32.000. Крестьяне поодиноко и громадами отправлялись пѣшкомъ въ Вѣдень съ жалобами къ императору, и возвращались, не добившись авдiенцiи. Намножилось громадное количество писарей, которыи, пользуясь неонытностью крестьянъ, навязывались имъ въ совѣтники и руководители и жили припѣваючи на ихъ счетъ. Многiи изъ нихъ нажили изъ ссрвитутскихъ процесовъ хорошее состоянiе. Были громады, которыи безъ малѣйшого успѣха на того рода процесы издержаки 2—3000 гульд. Закопныи почтановленiя для того рода процесовъ были неясны и попутаны. Сначала, послѣ 1848 г., они принадлежали гражданскому суду, затѣмъ политической власти, наконецъ гражданскому суду, имѣвшему въ томъ дѣлѣ порозумѣватись съ полптическою властью. Каждый процесъ стоилъ дорого. Полагается, що крестьяне и помѣщики изросходовали на нихъ около 30 милiоновъ гульц., изъ чего большая половина выпадаетъ на крестьянъ. Такъ креегьяне, лишенныи лѣса и пастбищъ кромѣ индемнизацiйного долга за панщину (93 милiоны), обрсменились еще долгомъ а процесы приблизительно на 15 до 22 милiоновъ.

235

Тѣ обстоятельства мы были должны привести, щобы изъяснити воскликъ: „Лѣсы и пасовиска“! роздавшiйся на первомъ засѣданiи львовского сойма. 24 апрѣля поставилъ мазурскiй крестьянинъ Сивецъ внесенiе{Sprawozdanie z posiedz. sejmu kraj. 1861 стp. 298.}, дабы для рѣшенiя споровъ о сервитуты уртановлялись отдѣльныи суды присяжныхъ изъ трехъ избранныхъ сельскими громадами лицъ, и трехъ избранныхъ помѣщиками. Тѣ шесть судей имѣли взяти себѣ старшого судью, который рѣшалъ бы въ случаѣ ровенства голосовъ. Такiй судъ присяжныхъ имѣлъ быти апелацiею для всѣхъ процесовъ и его рѣшенiя должны имѣти характеръ не отмѣняемости. Тому внесенiю воспротивились помѣщики, и посолъ Кшечуновичъ сказалъ между иными: „Человѣческая справедливость, происходитъ-ли она отъ правительственной власти, или отъ мирового суда, или отъ суда присяжныхъ, не можетъ быти совершенна. Одинъ Богъ есть справедливый.“ Юлiянъ Лавровскiй предложилъ, дабы всѣ комисiи въ сервитутскихъ дѣлахъ и спорахъ о землевладѣнiя прiостановили свои дѣйствiя и отступили краевому выдѣлу всѣ процесы для дальшихъ мѣропрiятiй. То внесенiе дополнилъ Земялковскiй проектомъ, дабы выдѣлъ краевый изготовилъ новыи законныи постановленiя для рѣшенiя оного

236

рода процесовъ и предложилъ ихъ сойму къ утвержденiю. Внесенiе Земялковского было принято, но не исполнено.

Засѣданiя первого галицкого сойма продолжались коротко. Онъ могъ лишь въ общихъ чертахъ опредѣлити организацiю краевого выдѣла, яко своего исполнительного органа, избрати членовъ того же и рѣшити нѣсколько. дѣлъ, касавшихся самоуправленiя провинцiи. Изъ русскихъ пословъ были въ члены краевого выдѣла выбраны: Юлiянъ Лавровскiй и Михаилъ Куземскiй (послѣднiй изъ курiи и мѣщиковъ). Соймъ былъ закрытъ 26 апрѣля. Прежде онъ выбралъ депутатовъ въ державную думу — общимъ числомъ 36 — именно 18 изъ селянской курiи, 7 изъ курiи городовъ и торговельныхъ палатъ и 11 изъ курiи помѣщиковъ. Нѣкоторыи изъ крсстьянскихъ пословъ отговоривались отъ той чести и не хотѣли выбора приняти. Мазуръ Виталисъ говорилъ: „У мене слабыи силы, я старъ и не могу пойти въ Вѣдснь; сверхъ того я къ такому дѣлу неспособный и у мене нѣтъ на то розума“. Русскiй крестьянинъ Карпинецъ говорилъ: „У мене есть хозяйство, моего сына призываютъ на военную службу, прошу мене увольнити отъ той обязанности.“ Также крестьянинъ Тарчачовскiй ссылался на свое слабое здоровье. Соймъ не внималъ ихъ просьбамъ и приказалъ имъ быти послами. Русскихъ депутатовъ было избранныхъ 12 — между ними епи-

237

скопъ Спиридiонъ Литвиновичъ изъ курiи помѣщиковъ), и священники: Куземскiй, Антонiй Юзычинскiй, Антонiй Могильницкiй, Iоаннъ Погребецкiй и Полевый — прочiи крестьяне, между ними Николай Ковбасюкъ, надоѣвшiй въ соймѣ шляхтѣ своими безпрестанными требованiями о лѣсахъ, и пасовнiцахъ. Выбирая Куземского въ краевый выдѣлъ и Литвиновича въ державную думу, шляхта хотѣла росположити ихъ приклонно для польского дѣла.

Дума державная была императоромъ торжественно открыта 1 мая тронною рѣчью, въ которой императоръ назвалъ новую коштитуцiто неприкосновеннымъ основанiемъ государственного строя. Угорскiи, хорватскiи и венецiанскiи послы не прибыли — и вслѣдствiе того собранная 5 iюня держ. дума объявлсна быда тѣснѣйшею, т. е. ея рѣшенiя имѣли обязывати лишь тѣ краи, которыи выслали своихъ пословъ. Составъ ея былъ того рода, що нѣмцы-неитралисты имѣли въ ней рѣшительный перевѣсъ. Чехи и поляки образовали федералистическую партiю и возстали противъ февральской констнтуцiи и министерства Шмерлинга. Русскiя послы, подъ предводительствомъ Литвиновича, примкнули къ правительственной партiи нѣмецкихъ централистовъ, опасаясь, въ случаѣ осуществленiя фсдсрализма, полонизацiи Галичины. Централисты были довольны отсутствiемъ венгсрскихъ, хорватскичъ

238

и венецiанскихъ пословъ, ибо лишь такимъ образомъ они могли имѣти перевѣсъ надъ федералистами въ парламентѣ. Федерализмъ былъ бы непремѣнно осуществился въ Австрiи, если бы въ парламентѣ явились мадьяры, хорваты и итальянцы. Съ той причины нѣмецкiи централисты, дабы сохранити нѣмецкiй централизмъ по крайней мѣрѣ въ одной половинѣ государства, стали все съ большимъ сочувствiемъ относитись къ требованiямъ мадьяръ и къ водворенiю дуалистического строя государства, съ верховодствомъ нѣмцевъ въ одной, мадьяръ же въ другой половинѣ.

Гозсчитывая на приклонность министерства Шмерлинга для гал. Руси, русскiи послы, поддерживаемыи петицiями русского населенiя, въ рѣчахъ своихъ и въ пропамятныхъ письмахъ подносили два дѣла, составлявшiи жизненныи вопросы для галицкой Руси, именно управильненiе сервитутовъ и роздѣлъ Галичины на польскую и русскую половину съ отдѣльными соймами и областными управленiями. Видя матерiальное розоренiе крсстьянъ, они въ прошенiяхъ къ императору отъ 4 мая и 1 августа 1861 г, указывали на замѣшательство въ законныхъ постановленiяхъ по ссрвитутовымъ дѣламъ, на несправедливость многихъ постановленiй, и просили (по мысли внесенiя Лавровского «ъ соймѣ) о прiостановленiе дѣйствiя существующихъ сервятутовыхъ ко-

239

мисiй и изданiе новыхъ, больше соотвѣтственныхъ постановленiй. Они указывали на высокое вознагражденiе за панщину, признанное помѣщикамъ, на оставленiе за помѣщиками исключительного права, выробляти и продавати напитки (пропинацiю) и на исключительное ихъ право, сооружати млыны, вслѣдствiе чего помѣщики прiобрѣли много матерiальныхъ выгодъ, когда, напротивъ, крестьяне, лишенныи лѣсовъ, пастбищъ и въ многихъ случаяхъ даже части своей земли, попали въ нужду и находятся въ опасности, опять попасти въ панщиняную зависимость за топливо и выгоны{Malinowski: Kirchen-und Slaatssatzungen стр. 693—637.}. Ихъ представленiя были безъ успѣха. Львовское намѣстничество роспорядило лишь, на основанiи существуюшихъ постановленiй, приспѣшити рѣшенiе всѣхъ споровъ изъ-за сервитутовъ и захватовъ крестьянскихъ земель.

Во время засѣданiй первого сойма убѣдились русскiи послы, що на основанiи краевого статута отъ 26 февраля 1861 г. ихъ народъ ни матерiально, ни духовно розвитись не можетъ. Хотя они роспоряжали въ соймѣ одною третьею частью голосовъ, однако все-таки составляли меньшинство, надъ которого предложенiями шляхетское большинство переходило къ дневной очереди. Ядро польского большинства составляли по-

240

мѣщики, избранныи изъ курiи большихъ посѣлостей и отъ мазурскихъ крестьянъ, и съ ними заодно постунали польскiи священники и послы изъ городовъ, въ большей части адвокаты, ведшiи процесы помѣщиковъ о сервитуты и связанныи съ интерссами шляхты. Въ соймѣ обнаружилаеь противоположность шляхетского большинства и русского меньшинстна въ нацiональныхъ и соцiально-экономическихъ дѣлахъ. Русскiи послы убѣдились, що при статутѣ отъ 26 февраля 1861 г. вся конституцiя будетъ для нихъ илюзоричною. Они будутъ могли выбирати пословъ, тѣ послы будутъ держати короткiи или долгiи рѣчи, будутъ ставити внесенiя — но успѣха изъ ихъ рѣчей и проектовъ не будетъ нiякого. Большинство будетъ рѣшати о языцѣ, о обязанностяхъ русского народа, будетъ произвольно налагати додатки до податковъ и опредѣляти экономическую жизнь русского народа. Русскiй народъ нс будетъ хозяиномъ въ своемъ участку и не будетъ доходы изъ него употребляти въ свою польэу. Шляхехское большинство во время первыхъ засѣданiй сойма не дало доказательствъ, що печалится о блазѣ сельского населенiя, изъ которого въ большей части состоитъ русскiй народъ.

Тѣ мысли сейчасъ послѣ закрытiя сойма проявились среди галицко-русского народа. У всѣхъ его слоевъ: духоведства, крестьянъ и мiрской инте-

241

лигенцiи принялась мысль: роздѣла Галичины на двѣ половины съ отдѣльными соймами. Сверхъ того требовала гал. Русь отмѣны выборовой ординацiи, именно уменьшенiя числа пословъ изъ городовъ, ссылаясь на то обстоятельство, що Галичина — земледѣльческiй край и ея городы не суть, якъ въ западныхъ провинцiяхъ, центрами промышленности и торговли, а лишь политическими средоточiями поодинокихъ окрестностей и часто имѣютъ даже земледѣльческiй характеръ. Представители Руси указывали на необходимость иной выборовой ординацiи для предполагаемого нового восточно-галицкого сойма, основанной на справедливомъ принцинѣ, примѣнительно къ взносу податка грошей и крови въ пользу государства. Даже, если становитись на почву исторического права — говорили они — то Галичина занята была яко русское королевство, къ которому Венгрiя имѣла притязанiя, и слѣдовательно русскiй характеръ долженъ быти за восточною ея частью сохравенъ. Отнимати Галичинѣ русскiй характеръ, значитъ, противорѣчити словамъ императора, выраженнымъ въ дипломахъ, вводящихъ конституцiю, по которымъ новое устройство государства должно принимати въ соображенiе историческiи, нацiонально-политическiи индивидуальности. Безъ роздѣла Галичины и отдѣльного русского сойма всѣ конституцiйныи права останутся для русскихъ

242

галичанъ мертвою буквою. Живущiи въ восточной Галичинѣ поляки, нѣмцы, армяне и евреи, въ случаѣ признанiя ея русскою провинцiею, не потеряютъ своей нацiональности, ибо въ вѣроисповѣдномъ, языковомъ и школьномъ отношенiяхъ они будутъ ровноуправнены съ русскимъ населенiемъ{Botrachtungen über die Theilung Galiziens (Malinowski: Kirchen-u. Staats-Satzungen стр. 807.)}.

Можетъ быти, що при министерствѣ Шмерлинга гал. Русь добилась бы столь вожделѣнного роздѣла Галичины, но упомянутое министерство не могло преодолѣти накопившихся затрудненiй и устунило 27 iюля 1865 г. Мадьяры стали все больше волноватись, ихъ соймъ 1861 г. нужно было розвязати; чехи и поляки также были недовольны Шмерлингомъ. Австрiя занята была тогда дѣлами нѣмецкого союза, въ которомъ Пруссiя стремилаеь къ верховодству. Щобы имѣти свободную руку на внѣ, верховодящiи кружки Вѣдня старались примирити мадьяровъ, чеховъ и поляковъ, и по той причинѣ правленiе было отдано графу Белькреди, который оставилъ мысль централизацiи государства и повернулъ на путь федерализма, стараясь прежде всего прiобрѣсти приклонность чеховъ и мадьяръ. Прежде еще, (27 октября 1864 г.) уступилъ министръ иностранныхъ дѣлъ гр. Рехбергъ и его мѣ-

243

сто занялъ намѣстникъ Галичины, ген. гр. Менсдорфъ-Пуйли. Сей генералъ стоялъ во главѣ военного и гражданского управленiя Галичины съ 1861 г. Приготовленiя къ мятежу въ Конгресовцѣ и тайная революцiйная органиэацiя въ Галичинѣ требовали сосредоюченiя военвой и гражданской власти въ одной особѣ. Польскiй мятежъ былъ также причиною розвязанiя львовского сойма, собравшогося въ началѣ 1863 г. По назначенiи Менедорфа министромъ, его мѣсто въ Галичинѣ, съ такими же полномочiями, занялъ ген. Паумгартенъ, оставшiйся въ своей должности до 1866 г.

Белькреди, обнявшiй свой портфель 16 августа 1865 г., задумалъ недовольныи стихiи примирити съ государствомъ посредствомъ децентрализацiи, ибо точно централизмъ Шмерлинга возмущалъ тѣ стихiи, которыи въ Австрiи считались могущественными: мадьяръ, чешскихъ феодаловъ и польскую шляхту. Щобы имъ угодити, императоръ (по совѣту графа Велькреди) издалъ 20 сентября 1865 г. патентъ, прiостановлявшiй февральскую конституцiю и дѣйствiя центрального парламента. Австрiя имѣла получити федеративное устройство, основывающееся на „историческихъ правахъ“ каждой провинцiи. Съ той причины державная дума не была созываема и конституцiйная жизнь неренеслась въ краевыи соймы.

Галицкiй соймъ собрался 23 ноя-

244

бря 1865 г. и его совѣщанiя продолжались до 28 апрѣля 1866 г. Была то его третья сесiя. которая имѣла для Галичины великую важность, ибо на ней были рѣшены всѣ дѣла, касавшiися самоуправленiя Галичины. Та сесiя, якъ и слѣдующая четвертая (съ 19 ноября 1866 до 31 декабря 1866 г.) опредѣлили будущую судьбу галицкой Руси.

Едва началась третья сесiя сойма, тотчасъ вышли на верхъ погубныи послѣдетпiя неотвѣтного устройства сервитутовыхъ дѣлъ. Соймъ началъ свои совѣщанiя подъ впечатлѣиiемъ всеобщей нужды. Правительство видѣло себе вынужденнымъ изъ своихъ средствъ для голодающихъ опредѣлити половину милiона — но, щобы помочи всеобщей нуждѣ, необходимы были по крайней мѣрѣ три милiоны. Соймъ долженъ былъ заключити заемъ въ 2,500.000 зр. на 7%. Не смотря на то, що помѣщики получили мало не 100 милiоновъ индемнизацiи, не было въ краѣ наличныхъ, и нужно было прибѣгнути къ помоiци иностранныхъ капиталистовъ. Отчасти произошло такъ для того, що мятежъ 1863 г. стоилъ галицкую шляхту дорого и поглотилъ много милiоновъ.

Вообще обнаружался недостатокъ корма для скота, который вслѣдствiе того падалъ отъ розличныхъ болѣзней. Правительственный комисаръ довелъ къ свѣдѣнiю сойма (18 февр. 1866), що въ 1861—1866 гг. пало 21.800 штукъ скота.

245

Посолъ Голеевскiй объявилъ (11 января), що въ Коломыйщинѣ свирѣпствуетъ голодовый тифъ. Русскiи послы чертали потрясающiи картины крестьянской нужды: въ восточныхъ округахъ можно корову купити за 10 зр., моргъ самой лучшей земли за 12 зр. на торгахъ въ Золотомъ Потоцѣ и Бучачѣ продаютъ лошади по 80 крейцаровъ!... Робочого цѣлодневного можно получити за 5 кр.{Зясѣданiя сойма 23 ноября 1865, 20 января 1866, 18 февраля 1866.}.

Среди такой еужды розрослась жидовская лихва; многiи жиды нажили лихвою столько капиталовъ, що впослѣдствiи могли покупати помѣстья. Они брали отъ одного гульдена лихвы по 5—10 кр. въ недѣлю, т. е. 250% — 520%. Крестьянинъ, взявшiй отъ жида весною корецъ жита, отдавалъ осенью два корцы. Гуцуламъ, по словамъ посла Ковбасюка, отступали жиды корецъ кукурузы, стоившiй 5 зр., за 18 зр. и сверхъ того числили себѣ лихву. Жиды брали съ крестьянъ вексли, сами произвольно вписывали должную суму и вмѣсто уплаты долга, устроивали дѣло такъ, щобы крестьянинъ не могъ явитись для своей защиты въ судѣ. На пр. на векслѣ крестьянина изъ окрестности гор. Львова, они вписывали яко мѣсто уплаты Черновцы и посредствомъ черновецкого суда требовали уплаты. Для львовского крестьянина путешествiе въ Черновцы, куда не

246

было желѣзной дороги, было просто невозможнымъ. Такимъ образомъ не одинъ должникъ, занявшiй 5 зр., долженъ былъ уплатити 200—300 зр.{Spraw. sejm 1865—1866 II стр. 940.}. Вь 1865 г. было внесено въ суды въ Галичинѣ 45.000 вексельныхъ жалобъ, изъ которыхъ 11.000 выпадало на крестьянъ. Прочiи 34.000 должники — были чиновники, ремесленники и промышленники, ибо вслѣдствiе обѣднѣнiя крестьянъ, паденiя скотоводства и земледѣлiя вздорожали всѣ продовольственныи артикулы, якъ хлѣбъ, мясо, и нужда розгостилась также среди городского населенiя. Мазурскiй посолъ Цихоржъ предложилъ петицiи отъ крестьянъ западной Галичины, дабы вексельныи жалобы были прiостановлены и правительство издало новый вексельный законъ. 12 марта 1866 г. рѣшилъ соймъ, просити правительство, дабы оно обмежило право выставляти вексли лишь на купцевъ, торговцевъ и промышленниковъ и приказало судамъ и нотарамъ не подтверждати подписи неграмотныхъ векследателей.

Одинъ изъ польскихъ пословъ сказалъ: „Край нашъ плылъ молокомъ и медомъ, теперь же люди при незначительномъ неурожаѣ, мрутъ отъ голода. Прежде нашъ край кормилъ другiи земли, теперь же мы принуждены просити иностранцевъ о 2 1/2 мил. гульд., щобы спасти народъ отъ смерти...“{Spraw. sejm. 1865 I стр. 460.}. Лешекъ

247

Борковскiй выразился о экономическомъ положенiи Галичины cлѣдующимъ образомъ :Современно съ отмѣною панщины у насъ увеличили налоги и завели розличныи новыи податки, на пр. отъ купна, продажи и наслѣдiя. Смерть собственника есть одновременно розоренiемъ его имѣнiя, ибо наслѣдникъ долженъ дорого оплатити свое наслѣдiе. Помѣщикамъ осталась лишь тѣнь ихъ собственности, крестьянамъ лишь тѣнь освобожденiя и бездонная пропасть Данаидъ поглощаетъ доходы великихъ и малыхъ имѣнiй и плоды будто свободного труда“{Тамъ же стр 177.}.

Собственная причина крестьянской нужды лежала въ нерозумномъ способѣ отмѣны сервитутовъ. Львовское намѣстничество своимъ объявленiемъ отъ 18 ноября 1862 г. препоручило подвѣдомственнымъ властямъ внимати на то обстоятельство, дабы отмѣною сервитутовъ и способомъ ея переведенiя хозяйства помѣщиковъ и крестьянъ не понесли невозвратимого убытка (den Unterbehörden wird nachdrücklich emphfohlen, den Umstand zu prüfen, ob durch die Ablösung und die Art derselben der übliche Hauptwirtschaftsbetrieb der berechtigten oder verpflichteten Güter nicht auf eine unersetzliche Weise gefährdet wird). Правительство затѣмъ приняло въ соображенiе благо большого и меньшого землевладѣнiя, но не видчо, дабы исполнительныи органы пе-

248

чалились о томъ, падетъ-ли хозяйство крестьянъ, или нѣтъ. Крестьянское право сервитутовъ находилось въ нерозрывной связи съ скотоводетвомъ, составлявшимъ, возлѣ земледѣлiя, головный источникъ пропитанiя крестьянъ. Въ гористой части Галичины скотоводство было единственнымъ занятiемъ населенiя. Когда крестьянамъ отняли пастбища, потеряли они самый важный источникъ своихъ доходовъ, не подвергавшiйся такой неопредѣленности, якъ земледѣлiе, которое часто можетъ страдати отъ непостоянства климата. Когда доходъ селянъ уменьшился, удвоили и даже утроили налоги на ихъ землю, велѣли имъ учреждати школы и содерживати учителей и завели другiи прежде имъ неизвѣстныи платы. Когда послѣ 1860 г. требовали отъ нихъ строити новыи церкви, крестьяне въ нѣкоторыхъ приходахъ грозили переходомъ въ латинскiй обрядъ, щобы лишь освободитись отъ непосильного бремени.

Тогда то и плата священнику за церковныи требы сталась крестьянину тягостною. Посолъ Ковбасюкъ съ другими послами-крестьянами поставилъ 29 января 1866 г. предложенiе, дабы соймъ воззвалъ правительство къ возстановленiю таксъ за церковныи требы, опредѣленныхъ патентомъ Iосифа II отъ 1785 г. Та мысль понравилась особенно послу Голеевскому, возобновлявшему ю нѣсколькократно въ соймѣ, щобы уколо-

249

ти русскихъ священниковъ. Но другiй польскiй посолъ, гр. Влад. Бадени (отецъ Казимiра и Станислава), указалъ на непримѣняемость iосифинского патента къ современной цѣнѣ грошей; вѣдь iосифинскiй патентъ опредѣлилъ носильщику факли 2 кр, носильщику креста 4 кр. — а за такое вознагражденiе никто на селѣ, не говоря уже о Львовѣ, службы при похоронномъ обрядѣ исполняти не будетъ.

Крыл. Гинилевичъ отъ имени русскихъ пословъ обратилъ, на засѣданiи 30 декабря 1865 г., вниманiе правительства на безпрерывныи споры крестьянъ съ помѣщиками о поодинокiи участки земли. Съ той причины въ многихъ селахъ и мѣстечкахъ пришло къ кровавымъ столкновенiямъ. Того рода споры стоили крестьянъ весьма дорого. Такъ на пр. мѣстечко Нараевъ заплатило чиновнику, явившемуся двукратно на слѣдствiе, за одни комисiйныи росходы 148 зр. Правительственный комисаръ отвѣтилъ на то, що въ силу императорского постановленiя отъ 20 октября 1860, съ начала 1861 г. всѣ споры о землю рѣшаютъ гражданскiи суды сокращеннымъ порядкомъ (сумарично) и того отмѣнити не можно.

Якiи же мѣры приняли соймъ и правительство, щобы помочи всеобщей нуждѣ? Правительство убѣдилось, що населенiе Галичины не было въ состоянiи вынести всѣхъ налоговъ, возложен-

250

ныхъ на край. Императорскимъ письмомъ отъ 13 октября 1857 г. приказано было державной касѣ отпускати ежегодно Галичинѣ на сплату индемнизацiйного долга 2,500.000 въ видѣ пособiя. Въ 1866 г. того рода государственное пособiе составило уже 28 мил. гульд. Однако здѣсь представился юридическiй вопросъ: считати-ли то пособiе возвратнымъ, или невозвратнымъ? Въ патентѣ отъ 17 апрѣля 1848 г. было сказано, що вознагражденiе помѣщикамъ за панщину должна платити державная каса, въ патентѣ же отъ 7 сентября 1848 г. — що та обязанность лежитъ на каждой провинцiи отдѣльно и державная каса должна лишь посредничати въ сплатѣ. На томъ основанiи требовала державная дума въ 1862 г. отъ Галичины возвращенiя пособiя въ высотѣ 22 мил. Но императоръ не подтвердилъ того рѣшенiя, и дума державная была принуждена въ 1865 г. признати Галичинѣ право до пособiй изъ державной касы для сплаты индемнизацiйного долга.

Для рѣшенiя споровъ о землю между помѣщиками и крестьянами намѣряло правительство въ 1862 г. ввести мировыи суды, составленныи изъ представителей помѣщиковъ и крестьянъ, но оставило тотъ проектъ вслѣдствiе постановленiя императора отъ 4 ноября 1864. Просьбы русскихъ пословъ, щобы осуществити первоначальное намѣренiе правительства, остались безъ успѣха.

251

Щобы облегчити кредитъ для креетьянъ, мазурскiи послы предложили въ 1865 г. завести ипотечныи книги для крестьянского землевладѣнiя. Крыл. Павликовъ предлагалъ заводити въ селахъ пожичковыи касы. Среди лихвы, розвившейся въ тогдашнее время, страннымъ представляется внесенiе Смольки, дабы отмѣнити законъ о лихвѣ отъ 22 декабря 1803 г. и устранити всякое ограниченiе указанного процента! Знаменемъ времени и доказательствомъ подъема значенiя евреевъ было внесенiе Голуховского (28 декабря 1865 г.), дабы за евреями признати право неограниченного владѣнiя помѣстьями. Гушалевичъ сдѣлалъ противоположное внесенiе, дабы ограничити для евреевъ права землевладѣнiя.

Русскiи послы обратили вниманiе на соль, имѣющую такъ великую важность для пропитанiя и скотоводства. Лавровскiй иредложилъ заводити краевыи склады соли подъ управленiемъ краевого выдѣла, щобы населенiе освободити отъ выкорыстанiя. Тотъ проектъ осуществился только въ новѣйшее время. Крестьянскiи послы требовали, дабы вольно было воду солончаковъ употребляти для скота, ибо вслѣдствiе недостатка соли скотъ подвергается болѣзнямъ. То прошенiе осталось безъ уепѣха и до сихъ поръ финансовыи власти каждый появляющiйся солончакъ въ Карпатахъ забиваютъ или прикрываютъ землею, если онъ непригодный для устрой-

252

ства солеварни и весьма рѣдко случается, щобы правительство позволило солончаки употребляти для скота.

Тягостною для населенiя была также мельничная монополiя помѣщиковъ. Помѣщики толковали обязовавшiй тогда промышленный законъ такимъ образомъ, що право заводити водныи, вѣтряныи и конныи млыны есть ихъ монополью. Мало того, они требовали отъ селянъ своего помѣстья, дабы мололи лишь въ ихъ мельницахъ. Русскiй посолъ Борисикевичъ представилъ вредныи для краевого хозяйства послѣдствiя мельничной монополiи: цѣна за млыно установляется помѣщиками произвольно высока, крестяне, не имѣя чѣмъ платити, мелятъ на своихъ домашнихъ жорнахъ и ѣдятъ плохiй хлѣбъ, крестьянамъ отнимается единственный промыслъ, къ которому они способны.

То были внесенiя, стоявшiи въ якой нибудь связи съ экономическимъ состоянiемъ крестьянъ. Всѣ они имѣли характеръ проектовъ и были переданы краевому выдѣлу для розсмотрѣнiя. Но и шляхта не позабыла о своемъ благосостоянiи. Для нея, послѣ отмѣны панщины, самый жизненный вопросъ составляла пропинацiя, признанная за помѣщиками патентами отъ 19 августа 1775, §. 8 патента отъ 16 iюня 1786, патентами отъ 21 марта 1788 г. и 28 января 1832. Большое количество относительныхъ патентовъ доказуетъ, що право

253

пропинацiи было оспориваемо. Законъ отъ 21 марта 1789 г. приказалъ уменьшити количество шинковъ. По закону отъ 22 ноября 1798 г. въ вольныхъ городахъ право пропинацiи принадлежало мѣщанской громадѣ.

Въ законѣ отъ 4 октября 1850 г. въ §. 1 ст. 3 былъ намекъ о имѣвшемъ впослѣдствiи появитись опредѣленiи касательно выроба и продажи горячихъ напитковъ. Сверхъ того промышленный законъ отъ 20 ноября 1859 г. предоставилъ гражданской правительственной власти, давати позволенiе на выдѣлку солодкихъ питей. На основанiи давнѣйшого закона вольно было корѣннымъ торговлямъ продавати напитки всякого роды въ полуквартовыхъ бутылкахъ. Тѣ постановленiя считали помѣщики выломомъ въ ихъ пропинацiйномъ преимуществѣ, и по той причинѣ шляхетскiи послы сойма на внесенiе Жука-Скаржевского затребовали отъ правительства защиты ихъ пропинацiйныхъ преимуществъ и устраненiя всѣхъ законныхъ постановленiй, ограничающихъ въ чемъ нибудь ихъ пропинацiйное право. Правительственный комисаръ далъ 23 февраля 1866 г. въ соймѣ торжественное обѣщанiе, що правительство прiйметъ въ защиту пропинацiю. Правительство сдержало данное обѣщанiе, ибо 1 января 1867 г. былъ доведенъ къ свѣдѣнiю сойма того рода фактъ, сбывшiйся въ селѣ Чагаровцѣ, що крестьянинъ того села,

254

купившiй бутылку водки въ другомъ селѣ, былъ начальникомъ повѣта укаранъ карою 7 зр. 80 кр, въ пользу мѣстного арендатора- еврея. Помѣщики понимали свое пропинацiйное право такимъ образомъ, що крестьянину ихъ помѣстья нельзя было покупати горячiи напитки въ другомъ мѣстѣ.

Но все-таки помѣщики опасались устраненiя своей привилегiи. Тягостными были также налоги на водку, убольшившiися постепенно въ 1836—1862 гг. о 75 %. Сверхъ того послѣ мятежа 1863 г., обнаружился у помѣщиковъ недостатокъ капиталовъ. Изъ индемнизацiи за панщину у нихъ не осталось ни слѣда. Щобы помѣщикамъ доставити новыи капиталы, поставилъ посолъ Голеевскiй 10 февраля 1866 г. предложенiе, дабы край выкупилъ право пропинацiи и объявилъ выдѣлку и продажу питей свободнымъ промысломъ. Весь доходъ изъ пропинацiи составлялъ тогда 3,991.637 зр., изъ чего отпадало на долю городовъ 688.860 зр. Затѣмъ оставалось за помѣщиками 3,302.777 зр., що соотвѣтствовало капиталу (принимая по 5%) въ 66,055.540 зр. Столько нового капитала имѣло прiйти въ обращенiе. Но такъ якъ въ Галичинѣ было совершенное безденежiе и даже два съ половиною милiоны для голодающихъ надобно было занимати за границею, то пос. Кароль Губицкiй предложилъ, щобы съ выкупомъ пропинацiи основати краевый банкъ, который при-

255

влекъ бы заграничныи капиталы и занялся бы переденiемъ финансовой операцiи, соединенной съ выкупомъ. Внесенiе было передано выдѣлу краевому для обсужденiя. Большинство шляхты склонялось на сторону выкупа пропинацiи, ибо послѣ нового громадского закона полицiйный надзоръ надъ корчмами имѣлъ принадлежати къ сельской громадѣ. „Прежде“ — говорила шляхта — мы сами стерегли нашего пропинацiйного права, теперь будетъ его стеречи сельская громада, конечно, не всегда въ нашу пользу.“

Польскiй посолъ Смаржевскiй — двукратно, въ 1865 и 1866 (26 ноября) — предлагалъ въ соймѣ проектъ отмѣны закона о недѣлимости селянскихъ земельныхъ участковъ. Та недѣлимость была введена закономъ отъ 1785 г. и возобновлена въ 1850 г. Послѣднiй законъ приказалъ даже роздѣленныи крестьянскiи грунты снова соединити. Смаржевскiй, въ оправданiе своего проекга, завелъ (26 ноября 1866 г.) слѣдующiи причины: крестьянинъ не можетъ сплатити своимъ роднымъ; законъ есть неисполнимый, ибо крестьяне все-таки дѣлятъ грунты; примѣръ на Францiи доказываетъ, що неограниченное право дѣленiя земельной собственности поднимаетъ экономическое благосостоянiе. Проектъ былъ принятъ польскимъ большинствомъ сойма и относительиый законъ впослѣдствiи (1868 г.) получилъ подтвержденiе правительства.

256

Отмѣна недѣлимости крестьянскихъ земель вредно воздѣйствовала на соцiальныи отношенiя. Прежде крестьянинъ, опредѣляя одного сына яко наслѣдника въ хозяйствѣ, старался другихъ пристроити якимъ нибудь образомъ, отдавая ихъ въ науку ремесла, въ школу и т. д. Теперь всѣ сыны оставались дома и крестьянскiй участокъ дѣлился въ нескончаемость, вслѣдствiе чего жители селъ должны были сойти на нищихъ. Прежде мѣстечка и городы отсвѣжались все свѣжимъ приливомъ русского населенiя изъ селъ, и хотя значительная часть его полячилась и латинизовалась, то все-таки русскiи ремесленники и купцы находились въ нихъ. Теперь русское населенiе или оставалось на селѣ, или приходило въ городы въ характерѣ пролетарiата, исполнявшого службу поденщиковъ, дворниковъ и водовозовъ. Въ городахъ русскiи ремесленники и купцы, такъ сказати, исчезли и ихъ мѣсто заняли пришельцы изъ западной Галичины, нѣмцы и евреи. Единственную выгоду отъ нового свободомысленного закона получили помѣщики, ибо вслѣдствiе убольшенiя населенiя въ селахъ цѣна роботника подешевѣла.

Столько сдѣлалъ соймъ 1865—1866 г. на экопомическомъ поприщѣ. Больше важною была его дѣятельность въ политической области, ибо правительство предложило ему проекты законовъ: о устройствѣ громады, о обшарахъ дв-

257

скихъ (помѣстьяхъ), о репрезентацiи повѣтовой, о постройцѣ и содерживанiи дорогъ, о ностройцѣ церквей и школъ, о введенiи ипотечныхъ книгъ для малого землевладѣнiя, о политическомъ подѣлѣ провинцiи. Вообще, соймъ имѣлъ положити основанiе автономiи Галичины.

Въ томъ отношенiи долженъ былъ соймъ начати съ устройствоiмъ громады, примѣнительно къ державному эакону отъ 5 марта 1862 г. Среди соймовыхъ пословъ обнаружились три взгляды на вопросъ нового устройства. Одни были за тѣмъ, дабы крестьянамъ и помѣшику оставити свободу, соединитись въ одну громаду или образовати двѣ громады; другiи требовали, щобы крестьяне и помѣщикъ съ своею прислугою составляли одну громаду; третьи предлагали, дабы нѣсколько меньшихъ громадъ и помѣстiй соединяти въ одну большую административную общину (gmina zbiorowa). Первый взглядъ, за который стояли также русскiи послы, побѣдилъ и новое громадское положенiе, утвержденное императоромъ 12 августа 1866 г., розличило: сельекую громаду и помѣстье (obszar dworski), яко двѣ отдѣльныи административныи единицы. Къ помѣстью законъ причислилъ всѣ лица, осѣдлыи на помѣщичьей землѣ (семью помѣщика, службу и еврея въ корчмѣ, мельника и т. д.) Начальникомъ помѣстья сталъ самъ помѣщикъ или лице, назначенное нимъ, въ главѣ же сельской громады станула ра-

258

да громадская, состоящая изъ извѣстного числа членовъ, избранныхъ членами громады. Новый громадскiй законъ обязывалъ не только сельскiи громады, но также мѣстечка и городы, съ изъятiемъ Львова и Кракова, для которыхъ были изданы отдѣльныи статуты. Вслѣдъ за Львовомъ и Краковомъ пошли другiи большiи городы, якъ Тарновъ, Броды, и домогались также для себе отдѣльныхъ статутовъ.

Въ громадѣ. устроенной по закону отъ 12 августа 1860 г., рада громадская сдѣлалась рѣшающимъ и надзирающимъ органомъ. Прежде въ селахъ то право принадлежало собранiю всѣхъ громадянъ. Такимъ образомъ законъ сосредоточилъ законодательную и контрольную власть громады въ гром. радѣ, т. е. централизовалъ громаду. Исполнительную власть законъ возложилъ въ руки громадского управленiя, состоящого изъ начальника (войта, бурмистра) и по крайней мѣрѣ двохъ присяжныхъ (асесоровъ). Кругъ дѣйствiя управленiя есть двоякiй: собственный, на сколько онъ проистекаетъ изъ автономiи громады — и порученный, на сколько громадское управленiе исполняетъ приказы другихъ урядовъ, на пр. суда, политической власти и высшихъ автономныхъ вѣдомствъ. Собственный кругъ дѣйствiя обнимаетъ управленiе громадского имѣнiя, общую безопасность, огневую и санитарную полицiю, надзоръ надъ корчмою, полевую полицiю и т. д.

259

Громада подчинена была двоякому надзору: правительственному, производимому черезъ государственную гражданскую власть, и автономную, производимому черезъ выдѣлъ краевый яко органъ сойма. Правительство предложило ввести между выдѣломъ и громадою посредствующiй автономный органъ, такъ зовимыи повѣтовыи рады. Хотя русскiи послы устами Павликова воспротивлялись учрежденiю повѣтовыхъ радъ (въ мартѣ 1866 г.), указывая на непосильность населенiя оплачивати столько урядовъ, законъ о радахъ повѣтовыхъ былъ 16 марта 1866 г. 75 голосами, противъ 50 русскихъ, рѣшенъ и подтвержденъ императоромъ 12 августа 1866 г. Роспредѣленiе пов. радъ примѣнено было къ политическому подѣлу провинцiи, которую роздѣлили на 74 повѣты, такъ що каждый повѣтъ получилъ свою пов. раду. Въ составъ ея вошли представители помѣщиковъ, дальше промышленниковъ и купцовъ, платящихъ высшiи податки, затѣмъ городовъ и мѣстечокъ и наконецъ сельскихъ громадъ.

Въ повѣтовыхъ радахъ курiя помѣщиковъ, къ которой всюда примыкали представители промышленности и городовъ, прiобрѣла рѣшительный перевѣсъ и сельскiи представвтели превратились въ пасивныхъ сочленовъ, не производящихъ нiякого влiянiя на автомныи дѣла повѣта. Повѣт. рады обняли непосредственный надзоръ надъ грома-

260

дами и исполняли его разомъ еъ державною политическою властью. Гром. начальникъ съ присяжными попали въ совершенную зависимость отъ повѣтовой рады, которой исполнительнымъ органомъ сталъ выдѣлъ повѣтовый, и отъ правительственного начальника повѣта, т. е. старосты, контроля же громадской рады сталась для нихъ илюзоричною. Въ случаѣ выборовъ и каждой политической акцiи стались гром. начальники орудiями въ рукахъ могущественныхъ стихiй, руководящихъ выдѣломъ повѣтовымъ и политическою державною властью. Вслѣдствiе сосредоточенiя всей автономной власти въ рукахъ громадской рады и гром. начальника, пострадала автономiя сельской громады и жалобы на произволъ гром. гачальниковъ не сходили и не сходятъ до сего времени изъ дневного порядка. Гром. начальникъ чувствуетъ лишь свою зависимость отъ старосты и выдѣла повѣтового и соображается съ такимъ состоянiемъ дѣлъ.

Во главѣ автономного управленiя провинцiи станулъ выдѣлъ краевый, яко высшая надзирательная власть надъ выдѣлами повѣтовыми, гром. начальниками и бурмистрами. Выдѣлъ краевый состоитъ изъ членовъ, избранныхъ соймомъ и управляетъ подъ предсѣдательетвомъ краевого маршала.

Кромѣ автономныхъ властей, имѣли дальше дѣйствовати державныи власти финансового управленiя, державной по-

261

лицiи, рекрутского набора и другихъ дѣлъ, имѣющихъ общедержавный характеръ. Когда автономныи чины имѣли происходити изъ выбора населенiя, державныи политическiи чины были назначаемы императоромъ, или его органами. Галичина еще при императорѣ Францѣ I была въ 1803 г. подѣлена на двѣ админастративныи части: львовскую и краковскую область. Тотъ подѣлъ былъ устраненъ самымъ же Францомъ I. Въ пору Шварценбергъ-Баховской системы Галичина опять была подѣлена на двѣ части, но тотъ подѣлъ отмѣнилъ Голуховскiй, сосредоточившiй управленiе во Львовѣ. Шмерлингъ задумалъ въ 1863 г. опять подѣлити Галичину на двѣ части съ двома намѣстниками: во Львовѣ и Краковѣ. Львовскiй намѣстникъ имѣлъ шучити титулъ генералъ-губернатора и быти непосредственнымъ настоятелемъ намѣстника въ Краковѣ. Когда правительственный проектъ о политической организацiи Галичины въ апрѣлѣ 1866 г. пришолъ на дневный порядокъ соймовыхъ засѣданiй, завязался горячiй споръ между русскими и поляками. Грохольскiй выразилъ опасенiе, що правительство хочетъ подъ титуломъ генералъ-губернатора водворити военное управленiе въ Галичинѣ. Вообще поляки возстали противъ подѣла Галичины на двѣ провинцiи, такъ якъ боялись, щобы восточная Галичина не получила русского характера.

262

Иначе смотрѣли на дѣло русскiи, надѣявшiися, що на основанiи политического роздѣла Галичины удастся имъ съ временемъ прiобрѣсти отдѣльный соймъ во Львовѣ, въ которомъ поляки не такъ легко могли бы прiобрѣсти большинство. Необходимость отдѣльного сойма для русской части Галичины подносили Лозинскiй, IIавликовъ и крестьянинъ Дволинскiй. Павликовъ указалъ на то обстоятельство, що Австрiя заняла Галичину — яко часть Венгрiи и ссылаясь на историческiи права Венгрiи къ русскому галицко-владимiрскому княжеству. Такъ якъ императоръ объявилъ, що историческiи права будутъ основанiемъ нового устройства государства, то восточная часть Галичины должна имѣти русскiй характеръ. То будетъ возможнымъ лишь въ такомъ случаѣ, если въ Галичинѣ будутъ два соймы и два краевыи выдѣлы. При одномъ соймѣ и одномъ краевомъ выдѣлѣ автономiя будетъ для русского народа пустословiемъ — онъ будетъ могъ лишь спорити съ поляками, но ничего не добьется и спокойствiе въ Галичинѣ никогда не водворится. Русскихъ чиновниковъ будутъ переводитеи въ мазурскую часть Галичины и русскiи фонды, русскiи институцiи возьметъ польское большинство въ свое управлевiе{Spraw. sejm. 1865—1866 II стр. 1618.}. Дволинскiй утверждалъ, що краковскiи паны мѣшаютъ мирному сожитiю помѣщиковъ и русскихъ крестьянъ; если Га-

263

личина будетъ роздѣлена, водворится въ восточной ея части согласiе между крестьянами и помѣщиками. Не смотря на сопротивленiе русскихъ пословъ, соймъ объявился противъ роздѣла Галичины.

Галичина для политической администрацiи была до 1866 г. подѣлена на 74 повѣты; прежнiи меньшiи повѣты политическо-судебного характера были устранены и политическое управленiе было совсѣмъ отдѣлено отъ судопроизводства. Въ прежнихъ повѣтахъ остались лишь повѣтовыи суды, новыи же 74 повѣты получили чисто политическо-административный характеръ. Прежнiй политическо-судебный повѣтъ имѣлъ свой податковый урядъ. Теперь остались податковыи уряды лишь въ 74 новыхъ политическихъ повѣтахъ — слѣдствiе чего много податковыхъ чиновниковъ, преимущественно нѣмцевъ и чеховъ, пошло въ отставку. Поборъ нодатковъ возложено на гром. начальниковъ въ порученномъ крузѣ дѣйствiя.

Когда Голуховскiй осеныо 1866 г. назначенъ былъ намѣстникомъ Галичины, началось удаленiе отъ правительственной службы всѣхъ нѣмецкихъ и вообще такихъ чиновниковъ, которыи не сочувствовали новому порядку вещей. Когда императорскимъ письмомъ отъ 5 iюня 1869 г. языкъ польскiй введенъ былъ въ суды, школы и администрацiю, кончилось въ Галичинѣ господство нѣмецкой бюрократiи, продолжавшееся, можно ска-

264

зати, съ 1772 до 1866 г. Ея мѣсто заняла польская бюрократiя, воспитанная Голуховскимъ въ дусѣ Меттерниховской и Шварценбергъ-Баховской системы, съ примѣсью шляхетско-польскихъ воззрѣнiй. Самъ Голуховскiй старалея, дабы въ политическую службу вступали по возможности особы шляхетского происхожденiя и принималъ въ полит. службу лица изъ нешляхты лишь въ крайней нуждѣ. Русскихъ, по происхожденiю и убѣжденiю, не принимали въ намѣстничество и повѣтовыи староства. Они впрочемъ и прежде были устраняемы нѣмцами отъ политичеекихъ вѣдомствъ.

Автономное и державно-политическое устройство Галичины было такимъ образомъ въ третьей сесiи сойма рѣшено. Оно имѣло цѣлью обезпечити за польскою стихiею верховодство въ провинцiи и приготовити постепенную ея полонизацiю. Шляхетеко-польскiи послы рѣшили еще увѣнчати дѣло установленiемъ канцлера для Галичины, который, находясь въ Вѣднѣ при боцѣ императора, защищалъ бы интересы шляхетско-польского большинства сойма, доводилъ къ высочайшему свѣдѣнiю желанiя шляхты и служилъ посредникомъ между центральнымъ правительствомъ и соймомъ. Относительное внесенiе поставили въ соймѣ 26 марта 1866 г. послы: Людвикъ Скшинскiй, Кшечуновичъ, Грохольскiй и Бадени (отецъ нынѣшняго министръ-президента). Пренiя надъ тѣмъ дѣломъ происходили 27 марта.

265

Русскiи послы, конечно, возстали противъ того внесенiя.

Головный витiя отъ имени русскихъ пословъ, Куземскiй, держалъ долшую рѣчь, въ которой сказалъ: „Краевый статутъ сопрягъ русиновъ съ поляками въ недобранное супружество и октроевалъ полякамъ большинство въ соймѣ. Отъ того русиновъ охватило огорченiе. Надъ петицiями громадъ о лѣсахъ и пастбищахъ переходитъ соймъ къ дневной очереди. Въ комисiю для политической организацiи Галичины не выбралъ соймъ ни одного русина. Въ соймѣ не дозволяютъ протоколъ по русски читати, не дозволяютъ чтенiя законовъ по-русски. Не дозволяютъ, дабы русскiй языкъ былъ обязательнымъ въ школахъ, и дабы половина чиповниковъ въ Галичинѣ была изъ русскихъ. Вы хочете даже русскiи фонды взяти въ свои руки, щобы они исчезли, якъ имѣнiя перемышльского епископства. Вы устранили при надаванiи приходствъ терно, дабы священникъ былъ зависимымъ отъ васъ и служилъ вашимъ политическимъ цѣлямъ. Радою повѣтовою вы связали руки сельской громадѣ и тепсрь думаете еще больше стѣснити ю своимъ проектомъ соборной громады. Хотя народъ мретъ отъ голода, вы избѣгаете вопроса о лѣсахъ и пастбищахъ. Если мы защищаемъ народъ отъ несправедливости и хочемъ его спасти отъ голодовой смерти, то вы называете насъ комунистами —

266

если мы боронимъ нашъ языкъ и нашу церковь, то называете насъ москалями, шизматиками, и фотiанами. Чорная будущность стоитъ предъ нами. Теперь вы хочете канцлера... Я скажу, що вы хочете. Вы хочете, щобы онъ въ законодательствѣ и экзекутивѣ пособлялъ васъ и осуществлялъ ваши стремленiя. Вы хочете между монархомъ и русскимъ народомъ поставити преграду, дабы вопли русского населенiя не были слышны монарху. Чѣмъ есть для насъ вашъ „родакъ“ въ правительствѣ, имѣемъ еще въ свѣжей памяти (время Голуховского 1849—1859). Родакъ-канцлеръ обсадится въ Вѣднѣ придворными родаками-совѣтниками, поставитъ намъ родака-намѣстника, дастъ родака-старосту, назначитъ родака въ повѣтовую раду, родака-войта. родака-присяжного. Русскому человѣку придется отъ самыхъ родаковъ уступитись изъ своей хижины{Spraw. sejm. 1865—1866 II стр. 4.}“.

Соймъ рѣшилъ просити императора о установленiн канцлера для Галичины и избралъ депутацiю (Агенора Голуховского, Чайковского, еп. Монастырского, Маера и селянина Цихоржа), которая предложила прошенiе императору. Императоръ сказалъ въ отвѣтѣ, що просьбу сойма подвергнетъ зрѣлому обсужденiю; въ рѣшенiи сего вопроса будетъ онъ руководитись взглядами на гармонiйную связь поодинокихъ частей импе-

267

рiи въ одно цѣлое. Просьба галицкихъ поляковъ пока осталась безъ успѣха — только впослѣдствiи былъ назначенъ министръ для Галичины.

Отмѣна терна при надаванiи приходствъ, о которой упомиулъ Куземскiй въ своей рѣчи, послѣдовала вслѣдетвiе внесенiя Октава Петруского, сдѣланного въ соймѣ 11 января 1866 г. Терно, т. е. право помѣщвка, избирати настоятеля прихода изъ трехъ кандидатовъ, предложенныхъ ему духовною властью — было введено императоромъ Iосифомъ II законами отъ 12 и 25 февраля 1788 г. Императоръ Леопольдъ II отмѣнилъ его въ 1790 г., роспоряжая, дабы помѣщикъ избиралъ настоятеля прихода изъ среди всѣхъ кандидатовъ, соубѣгающихся о приходъ. Императоръ Фердинандъ I по причинѣ, що помѣщики злоупотребляли своимъ нравомъ, возобновилъ терно рѣшенiемъ отъ 9 марта 1847 г. Рузскiи консисторiи во Львовѣ и Перемышлѣ, щобы ввести справедливость въ производствѣ настоятелей приходовъ по старшинству и заслугамъ, устроивали дѣло такъ, що въ терно принимали кромѣ священника, которому по справедливости слѣдовало дати приходъ, еще двохъ, подавшихся для вида и отказывавшихся затѣмъ отъ прихода. Патронъ принужденъ былъ приняти третьяго. Въ противномъ случаѣ, если бы консисторiи такъ не дѣлали, священникъ, ненавистный шляхтѣ изъ нацiональныхъ и политическихъ причинъ,

268

никогда не былъ бы получилъ прихода и весь вѣкъ провелъ бы въ качествѣ вѣкарiя съ 150 зр. жалованiя.

Соймъ рѣшилъ просити императора о отмѣнѣ терна — и высочайшимъ постановленiемъ отъ 22 iюля 1866 г. право надаванiя приходовъ (презенты) было отмѣнено такимъ образомъ, що консисторiи должны были патрону, кромѣ терна, предлагати всѣхъ соубѣгателей; если патронъ изберетъ одного изъ соубѣгателей внѣ терна, тогда должна политическая власть подтвердити, що противъ избранного не оказывается нiякихъ затрудненiй.

Поспѣшность, съ якою соймъ уладилъ дѣло терна и постарался о утвержденiи своего рѣшенiя, доказываетъ, якое значенiе приписывало польское большинство новой мѣрѣ. Русско-унiатское духовенство Галичины попало въ совершенную зависимость отъ польскихъ помѣщиковъ въ пору, когда нацiонально-польская агитацiя избрала Галичину своимъ головнымъ поприщемъ и вражда между поляками и русинами розгорѣлась яснымъ пламенемъ. Священникъ, стоявшiй за русскую нацiональность и за греко-восточный обрядъ, едва могъ получити ириходъ, достаточный для прокормленiя семьи, и многiя изъ такихъ людей погибли въ борьбѣ съ нуждою. Нѣкоторыи съ той причины переселились въ Холмщину. Если же, не смотря на то, галицко-русское духовенство Галичины

269

впослѣдствiи издало столько твердыхъ, самоотверженныхъ характеровъ и дѣятелей въ пользу народа, то доказываетъ то лишь нравственную силу, оживлявшую молодшее поколѣнiе его.

Сверхъ приведенныхъ экономическихъ и политическнхъ дѣлъ, уладилъ соймъ въ третьей своей сесiи дорожный законъ, подтвержденный императоромъ 18 августа 1866 г. По сему закону сельская и городская общины и помѣщикъ должны совокупно содерживати публичныи дороги; община даетъ по 6 дней въ годъ съ нумера (въ мѣстечку отъ семьи), помѣщикъ даетъ строевый лѣсъ и прочiй матерiалъ изъ своего лѣса. Община и помѣщикъ могутъ также порозумѣтись и наложити на себе добровольную подать до высоты 3% отъ непосредственныхъ податей. Крестьяне и жители мѣстечокъ жаловались на несправедливость дорожного закона, ибо мало гдѣ пришло къ порозумѣнiю помѣщика съ крестьянами касательно общей подати. Для дорогъ мало требовалось лѣса, ибо ихъ содержанiе зависимо было майже всегда отъ роботы, доставляемой поселянами. Оказалось впослѣдетвiи, що соймъ всю дорожную обязанность взвалилъ на крестьянъ и посадскихъ людей. Жаловались также, що всѣ поселяне безъ розбора, есть-ли у нихъ лишь одна хижина, или большiй каменный домъ, или 20—30 морговъ земли, всѣ одинаково обязаны были къ 6-дневной роботѣ.

270

Старанiя русскихъ пословъ, щобы въ соймѣ обезпечити права своему языку, были напрасны. Скшинскiй ссылался на статью II вѣденьского трактата отъ 1815 г., которая обезпечила за польскимъ народомъ нацiональныи учрежденiя{Spraw. sejm. 1865 I стp 54.}. Изъ того выводилъ онъ заключенiе, що львовскiй соймъ долженъ имѣти характеръ польскiй. На то возразилъ ему крыл. Павликовъ, що львовскiй соймъ не называется польскимъ, лишь галицкимъ. Лешекъ Борковскiй сказалъ:{Тамъ же стр. 60.} „Польща и Русь въ древнихъ временахъ не обозначали нацiональныхъ розновидностей, а лишь розницу двохъ способовъ поселенiя и гражданственности, двохъ полюсовъ одного и того же народа.“ Русины ссылались на австрiйскiи конституцiйныи дипломы и законы, запоручающiи каждой нацiональности, значитъ и русинамъ, народныи права. На то возразилъ Борковскiй, имѣя на мысли рутеновъ Стадiона: „О, якъ могущественны были бы государства, если бы министерскими декретами можно было высѣдати народы, якъ курка высѣдаетъ курята. Тогда можно бы указомъ сотворити нацiональность перемышльскую, тернопольскую, бережанскую и т. д... Всемогущество правительства никому не можегъ дати диплома на нацiональность.

Петрушевичъ поставилъ 16 января 1866 г. внесенiе, дабы въ дѣловодствѣ

271

сойма употреблялись оба краевыи языки, всѣ внесенiя и предложенiя правительства, краевого выдѣла и соймовыхъ комисiй читались въ обоихъ языкахъ и при второмъ и третьимъ чтенiи уставовъ употрсблялись два тексты: польскiй и русскiй. Соймъ призналъ лишь польскiй языкъ обязательнымъ для дѣловодства, позволяя однако русскимъ промовляти и ставити внесенiя въ своемъ языцѣ и читати уставы въ третьемъ чтенiи по русски. Крестьянинъ Демковъ требовалъ также субвенцiи для русского театра въ высотѣ 3500 зр. Соймъ отказалъ. Голеевскiй утверждалъ, що во Львовѣ есть лишь 4.169 душъ греческого обряда и тѣ могутъ ходити въ польскiй театръ, Зыбликевичъ же въ вспыльчивости кричалъ: „Для Руси — все; но для тѣхъ, которыи себе называютъ представителями Руси и сѣютъ ненависть, не дадимъ ничего...“ Напрасно указывалъ Качала на то, що между русинами есть двѣ партiи, изъ которыхъ одна не заслугуетъ на столь строгое осужденiе, и що поляки нерозумно дѣлаютъ, убивая партiю „Меты“. „Мы не стремимся къ Москвѣ — сказалъ Качала — и мы вѣрны монарху.“ Его слова не убѣдили противниковъ русского театра.

Дня 28 апрѣля 1866 г. была третья сесiя первого сойма закрыта. Она уладила еще отмѣну мешного и сконщины (подаянiй въ натурѣ для священника) и рѣшила донустити въ соймъ также

272

краковского епископа, такъ що съ тѣхъ поръ галицкiй соймъ числилъ 151 пословъ.

Розъѣжавшiися соймовыи послы не предчувствовали, що вскорѣ совершатся событiя всемiрного значенiя, которыи опредѣлятъ дальше розвитiе Австрiи, а съ нею также Галичины. Лѣтомъ 1866 г. произошла австрiйско-прусско-итальянская война, исходъ которой, неблагополучный для Австрiи, рѣшительно повлiялъ на внутреннiи ея отношенiя.

Причиною сей войны было давное соперничество Австрiи и Пруссiи о верховодство въ германскомъ союзѣ, возобновленномъ въ 1851 г. Въ нору правленiя министерства Белькреди, стали въ Австрiи думати о возобновленiи германской имперiи подъ Габсбургско-лотарингскою династiею, а такъ якъ Пруссiя тому воспротивлялась, то долголѣтнее соперничество обѣихъ могущественнѣйшихъ нѣмецкихъ династiй должно было рѣшити оружiе. Къ войнѣ пришло по причинѣ Шлезвика и Гольштина, которыи краи въ 1864 г. отвоеваны были отъ Данiи и между Австрiею и Пруссiею роздѣлены такимъ образомъ, що Австрiя заняла Гольштинъ, Пруссiя Шлезвикъ, на основанiи конвенцiи въ Гаштайнъ 1865 г. Когда австрiйскiй намѣстникъ Гольштина, ген. Габленцъ, созвалъ тамошнiи чины для обсужденiя будущого устройства края, усмотрѣла Пруссiя въ такомъ мѣропрiятiи нарушенiе Гаштайнской кон-

273

венцiи и приказала своимъ войскамъ устранити австрiйцевъ изъ Гольштина. То было началомъ войны.

Когда Австрiя, удовлетворяя нацiональнымъ стремленiямъ нѣмцевъ, ставила имъ на видъ нолитическое соединенiе подъ властью австрiйского императора, то Пруссiя, которой политикою управлялъ гр. Бисмаркъ, польстила нацiональному чувству нѣмцевъ, предлагая созванiе народного нѣмецкого парламента и прiобрѣла часть нѣмцевъ на свою сторону.

Пруссiя заключила союзъ съ Италiею, и хотя итальянскiи войска архикняземъ Альбрехтомъ были побиты подъ Кустоццою (24 iюня 1866 г.) и итальянскiй флотъ потерпѣлъ пораженiе отъ вице-адмирала Тегетгофа подъ Лиссою, Австрiя испытала на сѣверѣ одни неудачи. Ея 271.000-ная армiя подъ предводительствомъ Бенедека была розбита подъ Кралевымъ Градомъ (3 iюля 1866 г.) и попала въ такое розстройство, що о дальшемъ сопротивленiи пруссакамъ не можно было думати. Также союзныи войска нѣмецкихъ князей, сочувствовавшихъ Австрiи, потерпѣли неудачу. Австрiя заключила съ Пруссiею миръ въ Дразѣ (23 августа 1866 г.) и съ Италiею въ Вѣднѣ (3 октября 1866 г.) Въ силу пражского мира Австрiя выступила изъ германского союза и уплатила 20 мил. таляровъ военной контрибуцiи. Въ виду вѣденьского мира Австрiя потеряла

274

Венецiю. Австрiя была выперта изъ Германiи и Италiи. Верховодство надъ Германiею обняли Гогенцоллерны, включившiи въ составъ Пруссiи Гановеръ, Нассау, Гессенъ-Кассель, Гессенъ-Гомбургъ, Шлезвикъ, Гольштинъ и городъ Франкфуртъ. Подъ предводительствомъ Пруссiи былъ основанъ сѣверно-нѣмецкiй союзъ и сверхъ того южно-нѣмецкiи государства заключили съ нею наступательно-отпорный союзъ. Имѣя Шлезвикъ и Гольштинъ, Пруссiя прiобрѣла сильную военную позицiю при Сѣверномъ и Балтiйскомъ моряхъ и сейчасъ приступила къ обезпеченiю ея, убольшая военный флотъ и начиная сооружати Айдеро-Кильскiй каналъ.

Послѣ той несчастной войны правительственныи круги Австрiи были сломаны духомъ. На внѣ — пораженiе, внутрь — крайняя распря, ибо въ Угорщинѣ продолжалось броженiе умовъ. Во время войны пруссаки составляли даже изъ угорскихъ перебѣжчиковъ армiю, которая изъ Силезiи имѣла вторгнутись въ Угорщину. Въ такомъ затруднительномъ положенiи рѣшился императоръ поручити устроенiе внутренихъ дѣлъ государства прежнему саксонскому министру, Фердинанду Бейсту. Неизвѣстно, якiи соображенiя повлiяли на тотъ выборъ, ибо кромѣ того, що Бейстъ имѣлъ за собою славу горячого сторонника Австрiи, онъ впрочемъ ничѣмъ не отличился на политическомъ поприщѣ.

275

Бейстъ былъ назначепъ 30 октября 1866 г. министромъ иностранныхъ дѣлъ, 12 ноября министромъ императорского двора.

Правительство созвало краевыи соймы, щобы узнати о желанiяхъ населенiя, на министерскомъ совѣтѣ же, 17 ноября 1866 г., было рѣшено, на внесенiе Белькреди и Майлата, отправити къ уграмъ императорское письмо, въ которомъ находилось обѣщанiе, приняти прежнiи предложенiя пештского сойма и признати Угорщинѣ самыи обширныи права, лишь щобы внѣшняя политика, пошлины и государственный кредитъ остались и на будущность обще-державнымъ дѣломъ. Предстояло новое устройство Австрiи{Aus drei Viertel-Jahrhunderten. Erinnerungen u. Aufzeichnungen von Fr. Ferdinand Graf Beust. Stattgart 1887.}.

Галицкiй соймъ собрался на четвертую сесiю 19 ноября 1866 г, Всѣ послы оставались подъ впечатлѣнiемъ только-що кончившейся войны и были полны ожиданiй на счетъ будущого. Соймъ засталъ также нового намѣстника, гр. Агенора Голуховского, замѣнившого, вскорѣ послѣ окончанiя войны, генералъ-губернатора Паумгартена. Голуховскiй началъ свое правленiе съ удаленiя русскихъ и иѣмецкихъ чиновниковъ изъ гражданской службы. Собравшiися русскiи послы узнали, що инспекторъ народныхъ школъ Кульчицкiй (русскiй)

276

былъ отрѣшенъ отъ должности и що вообще хотятъ русиновъ удаляти изъ правительственной службы. Крестьянинъ Загоройко внесъ 7 декабря по той причинѣ интерпеляцiю, на которую правительственный комисаръ отвѣтилъ, що правительство своихъ чиновниковъ опредѣляетъ къ такимъ должностямъ, къ которымъ они способнѣйшiи и предоставляетъ себѣ свободу въ выборѣ лицъ{Sprawozd. sejm. 1866 III стр. 114.}. Съ того времени всѣ жалобщики на несправедливость въ производствѣ и назначенiи чиновниковъ получали въ отвѣтъ, що предпочтенное лицо есть способнѣйшимъ (zdolny). Слово zdolny перевели молодорусины на „талановитый“.

Переворотъ, совершившiйся въ внѣшнихъ отношенiяхъ государства, требовалъ уложенiя адреса къ императору съ изложенiемъ желанiй населенiя. Посолъ Родаковскiй сдѣлалъ предложенiе{Тамъ же стр. 122.}, дабы въ адресѣ выразити слѣдующую мысль: „Австрiя, выпертая изъ Германiи, не должна думати о возстановленiи своего прежняго влiянiя въ Германiи, но должна, вынося изъ вѣковой связи съ нѣмецкими землями весь запасъ силъ и цивилизизацiйную стихiю, ити къ Востоку. Въ томъ трудѣ она должна опертися на славянскую стихiю. Наполеонъ Великiй предсказалъ борьбу републиканской Европы съ козачествомъ. Въ той борьбѣ

277

Австрiя отыграетъ великую роль. Поляки съ долгого времени борются съ азiатскимъ деспотизмомъ. Ними должна Австрiя воспользоватись и прiуготовитись для предстоящей борьбы. То должно быти отмѣчено въ адресѣ“.. Затѣмъ Родаковскiй требовалъ, дабы Австрiя вмѣстѣ съ поляками несла нѣмецкую культуру къ Востоку.

Та мысль дѣйствительно нашла выраженiе въ адресѣ, на которого составленiе найбольше повлiялъ гр. Адамъ Потоцкiй. Содержанiе его было слѣдующее: „Найвысшимъ письмомъ отъ 13 октября 1866 г. изволили Ваше Величество признати вѣрность и жертволюбiе Вашихъ народовъ во время войны. И нашъ край участвовалъ въ приношенiи жертвъ на общемъ олтарѣ. Едва утихъ звонъ оружiя, изволили Ваше Величество вновь открыти дорогу, указанную манифестомъ отъ 20 сентября 1865 г., дабы положити основанiе подъ постройку новой конституцiи. Въ центранизмѣ лежитъ причина всѣхъ бѣдствiй. Австрiя будетъ сильна, если ея поодинокiи краи будутъ розвиватись на основанiи автономiи и историческихъ и нацiональныхъ преданiй. Ваше Величество дали доказательство искренняго благоволенiя, назначая нашего земляка намѣстникомъ. Австрiя должна состояти па внѣ щитомъ цивилизацiи Запада, нацiональныхъ правъ, человѣколюбiя и справедливости. Сознанiе собственного блага и совѣсть другихъ народовъ,

278

проникнутыхъ христiански-цивилизацiйною мыслыо, не дозволятъ, щобы Австрiя въ исполненiи своего предназначенiя была отособлена. То призванiе было прежде причастнымъ Польщѣ. Безъ опасенiя, отступити отъ нашей нацiональной мысли, уповая на рѣшительность перемѣнъ, которую обявили императорскiи слова, увѣряемъ. „що при Тобѣ, Всепресвѣтлѣйшiй Государь, стоимъ и стояти хочемъ.“ Слова: Австрiя въ исполненiи своего предназначенiя не будетъ отособлена — относились къ Францiи, ибо поляки не отказались отъ мысли: при помощи Наполеона отыскати свою независимость.

Адресъ далъ предлогъ русскимъ посламъ, высказати свои взгляды на политику и желанiя русского народа. Добрянскiй сказалъ: „Русины требуютъ отъ нового устройства Австрiи справедливости. Они тогда получатъ ровныи права, когда Галичина иначе устроится. Въ соймѣ нацiональныи дѣла должны рѣшатись отдѣлышми курiями и завѣдыватись отдѣльными выдѣлами{Тамъ же стр. 126.}.“

Наумовичъ говорилъ: „Намъ грозитъ уничтоженiе нашей нацiональности. Намъ не свободно имѣти книжный языкъ, намъ велятъ довольствоватись простонароднымъ нарѣчiемъ. Намъ нельзя рѣшати о своемъ языцѣ и его граматицѣ. Нашъ языкъ идетъ на

279

польское решето; здоровое зерно отдѣляется яко московщина, а высѣвки оставляется намъ по милости. Русскихъ чиновниковъ предаютъ опалѣ. Не остается намъ ничего, якъ лишь изъ родной земли эмигровати!“ (Крики съ польской стороны: Въ Холмъ!) Качала замѣтилъ: „Слова: „Австрiя должна быти щитомъ западной цивилизацiи, она будетъ имѣти помощь отъ католической Европы“ — могутъ толкнути Австрiю къ борьбѣ не на жизнь, а на смерть. Австрiя не вынесетъ такой борьбы. Польща въ такой борьбѣ погибла. Хочете-ли Австрiи прiуготовити судьбу Польщи? Вы говорите о вредности централизма, но вы заводите гегемонiю одного народа надъ другимъ.“ Лозинскiй усмотривалъ въ словахъ: „Безъ опасенiя, отступити отъ нашей нацiональной мысли“ — намекъ на возстановленiе Польши въ предѣлахъ 1772 г.

Адресъ былъ рѣшенъ и особая соймомъ избранная депутацiя вручила его въ половинѣ декабря императору, который въ отвѣтѣ сказалъ: „Я убѣжденъ, що адресъ есть выраженiемъ истинного способа мышленiя народа, усмотривавшого съ давныхъ временъ въ прочной связи съ моимъ домомъ и моимъ государствомъ обезпеченiе своихъ истинныхъ матерiальныхъ и нравственныхъ интересовъ.“

Кромѣ адреса, на четвертой сесiи сойма улажены были школьныи дѣла. Касательно народныхъ школъ, законъ о

280

принудительной науцѣ для дѣтей съ 6—12 лѣтъ роспространенъ былъ въ 1856 г. также на Галичину. Вслѣдствiе того вскорѣ однихъ русскихъ школъ возникло выше 1700. Всѣ они были подъ управлеиiемъ обѣихъ русско-унiатскихъ консисторiй и непосредственными ихъ надзирятелями были деканы. По правилу, каждая русская народная школа принадлежала къ русской консисторiи, польская къ латинской. Для опредѣленiя характера школы въ нацiональномъ отношенiи, мѣродательнымъ было не большинство учениковъ школы, а большинство населенiя громады. Вслѣдствiе того много городскихъ школъ восточной Галичины, въ которыхъ большинство учениковъ состояло изъ поляковъ, зачислялось къ розряду русскихъ школъ и находилось въ управленiи русской консисторiи, ибо участокъ города былъ русскiй. Такихъ школъ было 15, именно въ Городку, Жолквѣ, Бережанахъ, Долинѣ, Стрыѣ, Бучачѣ, Галичѣ, Коломыѣ, Снятинѣ, Збаражѣ, Залѣщикахъ, Перемышлѣ, Дрогобычѣ, Львовѣ, Тернополѣ. По закону, наука въ нихъ должна была преподаватись по-русски. Но тутъ-то вылѣзло якъ шило изъ мѣшка рутенство 1848 г. Рутенамъ сказали, що ихъ языкъ еще нерозвитый и на немъ не можетъ происходити преподаванiе въ городскихъ школахъ. Сверхъ того населенiе городовъ возразило: „Наши сыны и дочери должны приготовитись къ ремесленному, про-

281

мышленному и купеческому званiямъ. Есть-ли въ рутенскомъ языцѣ якая литература по онымъ отраслямъ познанiй? Изъ якой рутенской книжки будетъ купецъ и промышленникъ въ своей части дальше образоватись? Если наши дѣти научатся лишь по-русски читати, писати и пѣти народныи пѣсни, то они позднѣйше погибнутъ отъ голода!“... Вслѣдствiе того въ названныхъ школахъ преподаванiе происходило на нѣмецкомъ языцѣ (отчасти и польскомъ) и русскiй языкъ остался лишь обязательнымъ предметомъ. Но и тѣ тѣсныи границы, предоставленныи мѣстному русскому нарѣчiю въ городскихъ школахъ, кололи въ очи противниковъ русской рѣчи. Въ соймъ вплывали петицiи отъ городскихъ жителей о устраненiе русского языка изъ ихъ школъ. Вообще фразы того рода: языкъ русскiй еще нерозвитый; у русиновъ есть едва начатки культуры, ибо они спали 500 лѣтъ; ихъ литература начинается съ Котляревского, Основяненка и Шевченка — повредили русскому дѣлу въ Галичинѣ и ослабили русскую стихiю въ городахъ. Точно послѣ 1860 г. среди мѣщанъ начало пробуждатись стремленiе къ просвѣщенiю и упрочатись мнѣнiе, що хорошимъ сапожникомъ, столяремъ, каменщикомъ и купцомъ можетъ быти лишь тотъ, кто читаетъ фаховыи книжки, газеты и освѣдомляется въ поступѣ техники. Вдругъ сказали русскимъ ремесленникамъ и торговцамъ, що ихъ я-

282

зыкъ еще нерозвитый и онн долго еще должны ждати, пова тавiи книжки и часописи появятся. Польскiи и нѣмецкiи мѣщане говорили своимъ русскимъ товарищамъ: „Если вашъ языкъ нерозвитый, то якъ вы можете на немъ просвѣщатись? Якъ можетъ человѣвъ непросвѣщенный просвѣщати другого? Якъ можетъ кто учити другого шевству, если самъ шевства не знаетъ?“... Когда послѣ мятежа 1863 г. поляки принялись за такъ зовимый органическiй трудъ и стали умственно поднимати мѣщанство, устроивати для него лекцiи изъ общеполезныхъ знанiй и составляти Общества экономического характера, русское мѣщанство быстро полонизовалось, ибо ему недоставало соотвѣтственной литературы, за роспространенiе же книгъ и журналовъ экономического содержанiя, которыи появлялись въ Россiи, не принялись галичане по причинѣ своей узкоглядности и опасенiя предъ „московщиною“. Имъ казалось, що Котляревскiй, Основяненко и Шевченко научатъ и зодчеству, и бухгальтерiи, и горнозаводству и всѣмъ ремесламъ. Полячившееся послѣ 1863 г. мѣщанство состояло преимущественно изъ потомковъ тѣхъ крестьянъ, которыи, вслѣдствiе недѣлимости селянскихъ грунтовъ, принуждены были наполняти городы.

Неудивительно прото, если во время, когда соймъ принялся за устройство школьныхъ дѣлъ, легко ему пришлось

283

русскiй языкъ устранити изъ городскихъ школъ. Школьная комисiя сойма, въ своемъ законопроектѣ о народныхъ и середнихъ учебныхъ заведенiяхъ, старалась повидимому станути на становищѣ австрiйского правительства, руководясь взглядами на нерозвитость галицко-русского языка. Она предлагала задержати русскiй преподавательный языкъ лишь въ такихъ школахъ селъ и мѣстечокъ, въ которыхъ будетъ большинство русскихъ дѣтей, и лишь въ такомъ случаѣ, если того затребуютъ содерживающiи школу. Касательно середнихъ учебныхъ заведенiй, соймовая комисiя предлагала ввести въ нихъ польскiй преподавательный языкъ въ цѣлой Галичинѣ. „Що касается русского языка — говорила комисiя{Spraw. sejm. 1866 III All. ХХIII.} — то она не знаетъ, есть ли тотъ языкъ „образованный“ (wyksztalcony) и есть-ли на немъ учебники. Не смотря на то, комисiя стоитъ за сохраненiемъ существующого порядва школьныхъ дѣлъ касательно русского языка, уложившогося впослѣднее время (т. е. за сохраненiе русского преподавательного языка въ львовской академичеекой гимназiи въ четырехъ низшихъ класахъ), полагая, що дальнѣйшiй ходъ дѣла упрочитъ все хорошее и здоровое, и исправитъ то, що не отвѣчало бы требованiямъ науки и публичного воспитанiя. Языки розвились не въ школѣ, а на поприщѣ точныхъ

284

наукъ. Русскiй языкъ можетъ образоватись лишь посредствомъ университетскихъ преподаванiй и литературы, независимой отъ школы. Языкъ русскiй (т. е. галицко-русскiй) есть пока що простонароднымъ, нерозвитымъ, и онъ долженъ ити тою же дорогою. Но школа должна имѣти оброботанный литературный языкъ, учителей и учебники. Однако на желанiе родителей, по крайней мѣрѣ 25 учениковъ одной класы, можно возлѣ польскихъ преподаванiй устроити русскiи преподаванiя.“

Соймъ рѣшилъ просити правительство о установленiе верховного вѣдомства для школъ народныхъ и середнихъ подъ названiемъ рады школьной краевой. Она имѣла состояти изъ двохъ школьныхъ инспекторовъ, двохъ представителей обоихъ католическихъ обрядовъ, одного представителя выдѣла краевого, двохъ представителей городовъ Львова и Кракова, двохъ лицъ, отличившихся на научномъ поприщѣ и представленныхъ императору выдѣломъ краевымъ. Рада школьная должна управляти подъ предсѣдательствомъ намѣстника, или отдѣльного директора и быти составною частью намѣстничества.

Русскiи послы сознавали важность такого учрежденiя, имѣвшого придати направленiе духовной жизни населенiя. Послы Лозинскiй, Павликовъ и Наумовичъ откровенно заявили, що предлагаемый комисiею составъ рады школь-

285

ной краевой не даетъ ручательства, що она будетъ заботитись о духовныхъ благахъ русской нацiональности и що, напротивъ, можно надѣятись, що она будетъ полячити русское населенiе. Лозонскiй требовалъ, дабы рада школьная пополамъ состояла изъ поляковъ и русскихъ{Тамъ же стр. 372.}. Завязались горячiи пренiя.

Земялковскiй сказалъ: „Я русинъ, ибо я родился на русской землѣ и русская няня мене вынянчила. Люблю русскiй языкъ, якъ польскiй, понимаю его, говорю на немъ. Но языкъ, который употребляютъ нѣкоторыи такъ зовимыи представители русского народа, не есть русскимъ языкомъ, а языкомъ указовъ, въ силу которыхъ русиновъ(!) влекутъ въ Сибирь; есть то языкъ Сѣмашка, который запродалъ шизмѣ ввѣренную ему паству, есть то языкъ найбольшого врага Руси, есть то языкъ Москвы. Того языка не понимаетъ русскiй (т. е. малорусскiй) народъ{Тамъ же стр. 375.}.

Дитль говорилъ: „Упрекъ въ пренебреженiи русской нацiональности смѣшный, ибо тамъ, гдѣ рѣчь идетъ о устройствѣ рады школьной, не можно говорити о нацiональности(!), можно говорити лишь о способностяхъ ея членовъ. Кто будетъ способнѣйшимъ (zdolniejszym), тотъ будетъ членомъ“{Тамъ же стр. 388.}.

286

Тѣ рѣчи не могли розубѣдити русскихъ пословъ. Имъ страннымъ казалось, що польскiи послы русскiй языкъ считали нерозвитымъ и розвитiе его хотѣли предоставити польской радѣ школьной краевой, не смотря на то, що польское правленiе прежде въ продолженiи 432 лѣтъ, во время которыхъ Червоная Русь принадлежала къ Польщѣ, не розвило его. Съ той причины они должны были недовѣрчиво относитись къ ручательству польского большинства и домогатись, щобы розвитiе родного языка было предоставлено имъ самымъ. Увѣренiе, що въ радѣ школьной будутъ засѣдати одни „талановитыи“ люди, не могло ихъ успокоити. Ихъ обезпоковивало, що точно тогда въ цѣлой восточной Галичинѣ велась борьба противъ русского языка. Изъ Коломыйщины, по наущенiю агитаторовъ, пришли на руки посла Лепкалюка петицiи отъ 22 громадъ, дабы имъ правительственныи и краевыи законы и уставы доставляти въ польскомъ языцѣ. Посолъ Демковъ получилъ отъ своихъ выбирателей вѣсть, що въ Жолковщинѣ идетъ молва между народомъ, будто употребленiе русского языка воспрещено и дозволено употребляти публично лишь польскiй языкъ. Зыбликевичъ утверждалъ, що простонародiе русскiй текстъ законовъ можетъ понимати лишь при помощи польского, „который есть языкомъ цивилизованнымъ и книжнымъ“{Тамъ же стр. 222.}.

287

То вѣчное поношенiе галицко-русского языка будто необразованного, нецивилизованного, непригодного для школы и законовъ, и непонятного для простонародiя, надоѣло русскимъ посламъ. Они стали сожалѣти надъ своимъ промахомъ въ 1848 г., когда себе объявили рутенами. „Вся бѣда въ томъ — говорили они — що мы тогда другихъ хотѣли обманути, а обманули себе. Съ нашимъ языкомъ не можемъ поступити ни въ задъ, не впередъ. Если употребляемъ природныи русскiи слова — намъ говорятъ, що то московщина. Если хочемъ нашъ языкъ ввести въ школы и уряды, намъ говорятъ, що онъ нерозвитый. Особую литературу и науку розвивати намъ не по силамъ.“

Тогда помѣстило „Слово“ статью, о которой мы упоминали въ предыдущей главѣ, и Наумовичъ произнесъ 27 декабря 1866 г. рѣчь слѣдующого содержанiя: „Г. Земялковскiй сказалъ, що есть такимъ русиномъ, якъ его няня. Рѣчь его няни должна послужити намъ образцемъ для научной книжной рѣчи. На ней имѣетъ розвиватись наша наука и изящная словесность. То такъ выглядаетъ, якъ если бы панамъ отъ Кракова позволили говорити лишь рѣчью ихъ няней. Но нашъ языкъ имѣетъ тысячелѣтнюю исторiю. Утверждаютъ, що нашъ языкъ московскiй. Мы не знаемъ московского языка, ровно якъ не знаемъ московского народа. Що есть сходство

288

между языками всѣхъ славянъ и що нашъ языкъ есть сходный съ языкомъ, употребляемымъ въ Москвѣ, вѣдь въ томъ мы неповинны. Въ нашемъ катехизисѣ стоитъ: „Кто то все сотворилъ? Богъ сотворилъ видимое и невидимое! Такъ само стоитъ въ катехизисѣ Кiева и Москвы. Книжный великорусскiй языкъ есть собственно малорусскiй, сззданный малороссами. Принимая книжный великорусскiй языкъ, мы беремъ возвратно лишь свое питомое. Сходства нашего языка съ языкомъ всей Руси не уничтожитъ никто въ свѣтѣ, ни законы, ни соймы, ни министры“{Тамъ же стр. 384.}.

Предложенiе о радѣ школьной было принято и соймъ былъ закрытъ 31 декабря 1866 г. Изъ другихъ рѣчей русскихъ пословъ замѣчательною была рѣчь Павликова, произнесенная 20 декабря. Въ ней доказывалъ онъ несправедливость выборовой ординацiи, установленной для галицкого сойма. Помѣщики платятъ реальныхъ податей 1,254.695 зр. 40 кр. — крестьяне и посадскiи люди 3,290.431 зр. 98 кр. Если статутъ признаетъ помѣщикамъ 44 пословъ, то села и мѣстечка должны ихъ имѣти 99. Городы должны имѣти лишь 16 пословъ, а не 20, ибо ихъ заробково-доходовый податокъ составляетъ лишь 339.000 зр... Противная партiя успѣла исправити лишь статистическiи данныи касательно городовъ, ци-

289

фры же по отношенiю къ большему и меньшему землевладѣнiю были вѣрны и жалобы Павликова на покривженье правъ крестьянъ были справедливы.

Послѣ закрытiя сойма взоры населенiя обратились на Вѣдень, гдѣ имѣла рѣшитись дальшая судьба поодинокихъ краевъ государства. За уляженiе заапутанныхъ внутреннихъ отношенiй принялся Бейстъ и онъ предложилъ императору, стремитись прежде всего къ задобренiю самого сильного опозицiйного элемента — мадьяръ. Еще въ половинѣ декабря 1866 г. отправился онъ разомъ съ начальникомъ угорско-семиградско-хорватской придворной канцелярiи, Майлатомъ, въ Пештъ для переговоровъ съ вождями мадьяръ, прежде всего Деакомъ, который стоялъ во главѣ сильной партiи. Условiя согласiя были уложены и мадьярскiи вожди обязались, довести его до конца въ угорскомъ соймѣ, лишь щобы тоже сдѣлала вѣдсньская державная дума. Однако послѣдняя была систована на необмеженное время. Гр. Белькреди склонилъ австрiйскiй министерскiй совѣтъ 2 января 1867 г. созвати надобыкновенную державную думу съ характеромъ конституанты, которая, не смотря на октябрьскiй и февральскiй дипломы, составила бы новую конституцiю для государства. Того требовали чехи. Однако нѣмцы, Бонетъ и военный министръ Iонъ воспротивились мѣропрiятиiю Белькреди, требуя, дябы арожнiи кон-

290

ституцiйныи дипломы остались въ силѣ и новая державная дума была обыкновенною, т. е. продолженiемъ нервой. На ихъ сторону склонился императоръ и патентомъ отъ 4 февраля 1807 г. имѣющей созватись державной думѣ призналъ характеръ прежней думы. Вслѣдствiе того Белькреди уступилъ того же дня (4 февраля) и его мѣсто занялъ яко министръ-президентъ Бейстъ (7 февраля). Въ рукахъ Бейста было управленiе внѣшнихъ и внутреннихъ дѣлъ государства Хотя 21 февраля для внутреннихъ дѣлъ 6ылъ назначенъ особый министръ въ лицѣ гр. Тааффе, но онъ былъ лише исполнителемъ воли Бейста.

Поставленiе во главѣ государства министра иностранныхъ дѣлъ указывало на подчиненiе внутреннихъ дѣлъ иностранной политицѣ. Въ мѣродательныхъ кружкахъ господствовало мнѣнiе, що лишь успѣхъ на поприщѣ иностранной политики и подъемъ внѣшняго могущества имперiи могутъ водворити спокойствiе внутри ея. Ровно якъ прежнiи пораженiя на поляхъ сраженiя произвели розстройство внутреннихъ отношенiй, такъ новыи успѣхи на поприщѣ иностранной политики могутъ привернути прежнiй ладъ. По той причинѣ Бейстъ былъ весьма дѣятельный на поприщѣ международныхъ отношенiй. Онъ писалъ на всѣ стороны дипломатическiи ноты, увѣряя о миролюбiн Австрiи и принималъ участiе въ рѣшенiи всѣхъ международныхъ у-

291

сложненiй{Ebeling: Gr. Baust. Leipzig 1870.}. Взглядъ на внѣшнее могущество имперiи былъ причиною, що Австрiя сейчасъ послѣ прусско-итальянской войны цринялась за организацiю своей вооруженной силы и при концѣ декабря 1866 г. была введена общая воинская повинность.

Бейстъ былъ человѣкомъ утонченныхъ товарищескихъ прiемовъ и старался влiяти на политику посредствомъ печати и женщинъ. Когда Метернихъ и Бахъ питались опредѣляти теченiе народной жизни посредствомъ бюрократiи и полицейскихъ мѣръ, при Бейстѣ печатное бюро, отданное въ управлеиiе шефа президiального бюра внутреннихъ дѣлъ, выдвинулось на первенствующее становище. Въ буджетѣ статья диспозицiйного фонда заняла важное мѣсто. Бейстъ полагалъ восстановити прежнее могущество имперiи въ соединеиiи съ Францiею, и по той причинѣ тѣ нацiональности, которыи соглашались съ такою политикою, удостоились его особенного вниманiя. То были мадьяры и поляки и они получили такiи уступства, якихъ желали. Вслѣдствiе того политика Бейста была направлена противъ Пруссiи и Россiи.

Державная дума, имѣвшая вновь устроити государство, созвана была на 18 марта 1867 г. Такъ якъ шестилѣтнiй перiодъ кончился, то были назначены но-

292

выи выборы, и галицкiй соймъ въ новомъ своемъ составѣ собрался 18 февраля, щобы избрати денутатовъ въ державную думу. Перемѣна, совершившаяся въ галицкой бюрократiи, которая вмѣсто прежняго нѣмецкого характера приняла польокiй, отразилась на составѣ сойма. Русины перевели выборъ лишь выше 30 своихъ пословъ, изъ которыхъ Наумовичъ, Шашксвичъ, Загоройко и Кузыкъ не были приняты польскимъ большинствомъ, по причянѣ будто незаконности ихъ выбора. За то попали въ соймъ два такiи русины, которыи подъ влiянiемъ польского направленiя въ австрiйской политицѣ перешли на полькую сторону, именно священники-преподаватели гимназiй Полянскiй и Ѳома Бяревичъ. Ихъ избрали также въ депутаты державной думы.

Во время дискусiи надъ выборомъ депутатовъ въ Вѣдень, нѣкоторыи польскiи послы совѣтовали, не высылати делегатовъ въ Вѣдень, лишь требовати полной автономiи для Галичины. Но Земялковскiй сказалъ:{Spraw. sejm. 1867 стр. 163.} „Не участвуя въ державной думѣ, мы можемъ опасатись соединенiя Аветрiи съ Россiею; находясь въ Вѣднѣ, мы можемъ давати предостережевiя, удалити того рода опасность и соединити Австрiю съ занадными государствами, которыи стоятъ во главѣ цивилизацiи.“ Между собою пошептыва-

293

ли польскiи послы, що поляки въ Галичинѣ надто слабыи, щобы сопротивлятись центральному правительству. Русины внесли 2 марта проектъ адреса, въ которомъ выражали желанiе, дабы при новомъ устройствѣ государства ровноуправненiе обѣихъ народностей Галичины осуществилось, щобы обѣ народности въ краевомъ и державномъ предетавительствахъ были заступлены и щобы въ томъ смыслѣ былъ исправленъ патентъ отъ 26 февраля 1862 г. Розумѣется, то предложенiе было отклонено. Въ члены выдѣла попалъ лишь Лавровскiй яко заступникъ. Соймъ избралъ 38 делегатовъ въ Вѣдень, въ томъ числѣ изъ русскихъ лишь Гушалевича и Боднара и закрылъ свои засѣданiя 2 марта.

Державная дума была открыта 22 мая 1867 тронною рѣчью, въ которой императоръ яко цѣль ея собранiя указалъ „возстановленiе соотвѣтствiя между октябрскимъ и февральскимъ патентами и прежними коиституцiйными правами Угорщины“. Ея засѣданiя продолжались съ перерывами до 1869 и на нихъ совершилось, при содѣйствiи одновременно въ Пештѣ совѣщавшогося угорского сойма политическое переустройство Австрiи. Чехи не прибыли на засѣданiя державной думы, требуя для себе возстановленiя правъ чешской короны и такихъ же преимуществъ, якiи имѣли быти данны мадьярамъ.

Бейстъ опасался, щобы польскiи

294

послы не вступили въ слѣды чеховъ и не требовали федеративного устройства государства. Щобы польстити полякамъ, либеральное большинство державной думы избрало вицепрезидентомъ ея Флорiана Земялковского (президентомъ былъ Гискра), Бейстъ же, во время пренiй надъ адресомъ къ императору, пригласилъ въ Вѣдень своего друга, намѣстника Голуховского, щобы сей влiялъ на своихъ сопломенниковъ въ приклонномъ для плановъ Бейста дусѣ. Кромѣ Голуховского, имѣли значенiе между поляками гр. Адамъ Потоцкiй, Земялковскiй и Зыбликевичъ. Тѣхъ прiобрѣлъ Бейстъ также{Aus drei Viertel-Jahrhunderten. Erinnerungen u. Aufzeichnungen von Fr. Beust. Stuttgart 1887.}. Въ замѣнъ за поддержку правительственвыхъ предложенiй, польское „коло“ поставило слѣдующiи требованiя: 1) особого министра для Галичины съ совѣтующимъ голосомъ въ дѣлахъ той провинцiи; 2) введенiя польского языка въ школы, судъ и администрацiю; 3) учрежденiя областного верховного управленiя школъ (рады школьной краевой) по проекту; рѣшенному соймомъ. Бейстъ обѣщалъ, що всѣ тѣ требованiя будутъ исполнены, и поляки подали свои голосы за адресомъ и примиренiемъ съ Угорщиною.

Вѣденьская державная дума, въ которой верховодили нѣмецкiи либералы, и пештскiй соймъ, примѣнительно къ

295

проекту Вейста, Деака и гр. Авдраши, придали государству слѣдующее устройство: Австрiя была объявлена конституцiонною двойною державою, названною Австро-Угорщина, съ характеромъ нѣмецко-мадьярскимъ. Въ одной половинѣ, названной Цислитавiею или Австрiею, должны были верховодити нѣмцы, въ другой, названной Транслитавiею или краями угорской короны — мадьяры. Основными государственными законами Австрiи были признаны: прагматическая санкцiя Кароля VI отъ 6 декабря 1724 г. (престолонаслѣдiе по праву первородства, неподѣльность имперiи и католическое вѣроисповѣданiе императора), дипломъ императора Францъ-IосиФа I отъ 20 октября 1860 г. (введенiе конституцiйного правленiя), дипломъ отъ 26 февраля 1861 г. (краевыи статуты) и шесть основныхъ законовъ отъ 21 декабря 1867 г. о устройствѣ державного представительства, общихъ правахъ гражданъ, установленiи державного трибунала, судейской власти, исполнительной и правительственной власти и общихъ дѣлахъ цѣлого государства.

Для Угорщины признаны были основными законами: Золотая булла Андрея II отъ 1222 г., касавшаяся праворыхъ отношенiй короля къ сословiямъ, угорскiи артукулы законовъ I, II, III отъ 1723 г. (признанiе прагматической санкцiи и утвержденiе законадательной и администрацiйной самостоятельности

296

Угорщины), арт. X зак. отъ 1790/1 гг. (политическая независимость Угорщины), арт. XII зак. отъ 1790/1 гг. (о исполненiи законодательной и исполнительной власти), арт. III зак. отъ 1847/8 гг. (отвѣтственное предъ соймомъ министерство), арт. IV зак. отъ 1847|8 (о засѣданiяхъ сойма), арт. V зак. отъ 1847|8 гг. (способъ избиранiя депутатовъ), арт. VII зак, отъ 1847/8 гг. (унiя Семиграда съ Угорщиною), арт. IX зак. отъ 1847/8 гг. (отмѣна панщины и десятинъ), арт. XII зак. отъ 1867 г. (о дѣлахъ общихъ съ Австрiею), арт. XXX зак. отъ 1868 г. (правово-державный договоръ Угорщины съ Хорватiею и Славонiею, пересмотрѣнный и дополненный арт. XXXIV зак. отъ 1873 г.), арт. ХLIII зак. отъ 1868 г. (подробныи предписанiя касательно присоединенiя Семиграда къ Угорщинѣ), XXVII арт. зак. отъ 1873 г. (переустройство банатского военного пограничiя въ провинцiю Угорщины), арт. II и III хорватско-славянскго зак. отъ 1870 г. (о избиранiи депутатовъ въ хорватскiй соймъ), хорватско-славонскiй законъ отъ 10 января 1874 г. (отвѣтственность бана предъ хорватскимъ соймомъ.)

Общими дѣлами обѣихъ половинъ державы были признаны: Внѣшнiи дѣла съ включенiемъ дипломатического и промышленно-торговельного представительства за границею; подтвержденiе договоровъ торговельно-пошлинныхъ и международныхъ, послѣднихъ въ такомъ

297

случаѣ, если они имѣютъ послѣдствiемъ финансовое обремененiе государства или перемѣну его границъ, въ чемъ также представительства обѣихъ половинъ имперiи дѣйствовати должны; военныи дѣла, съ изъятiемъ позволенiя рекрутского набора и законодательства о воинской повинности, входящихъ въ кругъ власти вѣденьской державной думы и пештского сойма; покрытiе издержекъ на армiю, флотъ и внѣшнiи дѣла. Сверхъ того обѣ половины державы должны до поры до времени порозумѣватись касательно однообрязiя въ пошлинномъ законодательствѣ, въ законодательствѣ касательно посредственныхъ податковъ (отъ спирта, нафты, цѣны соли и т. д.), находящихся въ связи съ промышленною продукцiею, въ установленiи монетной пробы и грошей, въ опредѣленiи устройства вооружнныхъ силъ и въ управленiи тѣхъ желѣзныхъ дорогъ, которыи затрогиваютъ интересы обѣихъ половинъ. Законодательная и контрольная власть въ названныхъ дѣлахъ принадлежитъ общимъ делегацiямъ, избираемымъ вѣденьскою Державною думою и пештскимъ соймомъ и собирающимся по перемѣнно, разъ въ Вѣднѣ, другiй рязъ въ Пештѣ.

Обѣ половины державы получили особыи министерства, отвѣтственныя предъ народнымъ представительствомъ и отдѣльную законодательную и исполнительную власть, съ тѣмъ лишь розличiемъ, що въ Австрiи имѣла

298

ю исполняти державная дума съ краевыми соймами, въ Угорщинѣ пештскiй соймъ съ хорватскимъ. За императоромъ признаны были: верховное начальство надъ вооруженною силою, право назначати министровъ, чиновнпковъ политическихъ, финансовыхъ, судебныхъ и школьныхъ вѣдомствъ, настоятелей и професоровъ середнихъ и высшихъ учебныхъ заведенiй, содержуемыхъ на издержки государства, утверждати высшихъ автономическихъ чиновниковъ, подтверждати или отклоняти рѣшенiя всѣхъ народныхъ представительствъ, рѣшати о войнѣ и мѣрѣ и право помилованiя приговоренного къ смертной казни или тюремному заключенiю. Его особа неприкосновенна и судъ дѣйствуетъ отъ его имени. Такъ якъ каждое ррспоряженiе императора должно быти подписано по крайней мѣрѣ однымъ министромъ, министры же отвѣтственны предъ державными представительствами, то исполнительная власть императора подверглась ограниченiю. Вообще законодательная и исполнительная власть были подѣлены между императоромъ и народиыми представительствами.

По опредѣленiямъ новой конституцiи, въ кругъ дѣйствiя вѣденьской думы державной вошли слѣдующiи дѣла: 1) обсужденiо и одобренiе торговельныхъ договоровъ и такихъ международныхъ трактатовъ, которыи государство или его части обременяютъ или влекутъ за

299

собою територiальное измѣненiе; 2) родъ, способъ, порядокъ и срокъ воинской повинности, въ частности же опредѣленiе числа рекрутовъ и общiи постановленiя касательно доставливанiя подводъ, продовольствованiя войска и военный постой, также соизволенiе на употребленiе краевой обороны (ландверы) въ случаѣ войны внѣ предѣловъ австро-угорского государства; 3) назначенiе финансовой смѣты государства въ частности ежсгодное соизволенiе на сборъ податей, уплатъ и всякихъ налоговъ; провѣрка финансового управленiя; государственныи займы; продажа, перемѣн и обремненiе государственного недвижимого имущества; законодательство въ дѣлахъ монополiи и регалiй; 4) монетныи дѣла, пошлины, торговельное законодательство, телеграфы, почты, желѣзныи дороги, навигацiя и государственныи пути сообщенiя; 5) законодательство въ дѣлахъ кредита, банковъ, привилегiй, промысла, вѣсовъ и мѣръ, охраны торговельно-промышленныхъ знаконъ; 6) медицинское законодательство; 7) законодательство о правѣ гражданства и принадлежности къ общинѣ, полицiя иностранцевъ, паспортныи дѣла и народная перепись; 8) законодательство о вѣроисповѣдянiяхъ, обществахъ, товариществахъ и компанiяхъ, о общихъ собранiяхъ, печати и охранѣ собственности духовныхъ произведенiй; 9) постановленiе по устройству и учебному плану гимназiй, реальныхъ учи-

300

лищъ и университетовъ; установленiе принциповъ устройства народныхъ училищъ; 10) судебное законодательство и организацiя судебныхъ и административныхъ властей; 11) законодательство въ дѣлахъ, относящихся къ обязанностямъ и взаимному отношенiю поодинокихъ провинцiй.

Къ кругу дѣйствiя австрiйскихъ краевыхъ соймовъ принадлежатъ слѣдующiи дѣла: законодательство въ дѣлахъ областной культуры, якъ на пр. о охранѣ полей, лѣсовъ, употребленiи водъ, подъемѣ сельского хозяйства и т. п.; устройство общины и автономныхъ вѣдомствъ; краевыи пути сообщенiя съ изъятiемъ желѣзныхъ дорогъ и навигацiи; устройство народныхъ и всякого рода професiональныхъ училищъ въ предѣлахъ принциповъ, установлепыхъ вѣденьскою думою державною; постановленiе о преподавательномъ языцѣ середнихъ учебныхъ заведенiй (гимназiй и реальныхъ училищъ); больницы и всякiи благотворительныи заведенiя; составленiе краевого финансового буджета (доходовъ и росходовъ на краевыи дороги, народныи и професiональныи школы, больницы, благотворительныи учрежденiя, краевую культуру, содержанiе сойма и краевого выдѣла).

Якъ видимъ, автономiя поодинокихъ австрiйскихъ краевъ получила узкiи розмѣры, ибо всѣ важнѣйшiи государственныи дѣла были предоставлены

301

вѣденьской державной думѣ. Больше правъполучилъ сойм хорватско-славонскiй законами отъ 1868 и 1873 гг., ибо ему предоставлены были: закондательство въ дѣлахъ судопроизводства, организацiя судебныхъ и административныхъ властей, законодательство въ дѣлахъ университета и всѣхъ учебныхъ заведенiй и право привлекати бана къ отвѣтственности за его дѣйствiя на поприщѣ краевого управленiя. Утвержденiемъ дуализма была коронацiя императора угорскимъ королемъ, отбывшаяся въ Будапештѣ 7 iюня 1867 г.

Такъ якъ съ новою конституцiею Австрiя получила нѣмецкiй характеръ, то нею недовольны были чехи, словонцы и поляки, и она не могла упрочити внутренняго мира и согласiя. Удовлетворенiю требованiй чеховъ препятствовала политика Пруссiи, не допускавшая усиленiя славянской стихiи въ краѣ, якъ бы клиномъ вбившемся въ Германiю; также мадьяры мѣшали автономному устройству чешского королеветва, онасаясь, дабы оно не воздѣйствовало на словаковъ и не задерживало мадьяризацiю послѣднихъ. Касательно же поляковъ, то едва удалось Бейсту, Голуховскому и Адаму Потоцкому удержати ихъ въ вѣденьской думѣ и сдѣлати соучастниками переустройства государства, которое могло выйти лишь въ пользу пангерманской политики, ибо верховодящими стихiями въ Австрiи состояли нѣмцы и сторонники прусской политики — мадьяры.

302

Но полякамъ, не смотря на ихъ участiе въ составленiи конституцiи, было больно, що они не получили для Галичины даже тѣхъ правъ, якiи мадьяры признали за хорватами. Хотя Бейстъ имъ обѣщалъ дати особого министра и ввести польскiй языкъ въ судѣ, администрацiи и школахъ и императорскимъ рѣшенiемъ отъ 24 января 1868 г. установлена была рада школьная краевая съ польскимъ характеромъ, закономъ же отъ 22 iюня 1867 г. въ середнiи учебныи заведенiя Галичины былъ введенъ польскiй преподавательный языкъ — однако умнѣйшiи изъ поляковъ сознавали, що всякая уступка, признанная путемъ административного роспоряженiя, можетъ быти впослѣдствiи отнята тѣмъ же путемъ и Галичина легко можетъ подвергнутись опять германизацiи.

Когда 22 августа 1868 г. собрался галицкiй соймъ, выступилъ на первомъ его засѣданiи Смолька съ заявленiемъ, що новая конституцiя не представляетъ нiякихъ выгодъ для Галичины и вслѣдствiе того долженъ соймъ отмѣнити свое рѣшенiе отъ 2 марта 1867 г. касательно высылки своихъ отпоручниковъ въ державную думу. Зыбликевичъ сдѣлалъ предложенiе, примѣнителыю къ 19 § краевого статута, дозволяющему обсуждати вопросы общедержавного характера изъ взгляда на соотношенiе ихъ къ благу провинцiи, избрати комисiю, которая должна оцѣнити декабрскую конститу-

303

цiю касательно воздѣйствiя ея на благо Галичины{Sten. spraw. gal. sejmu 1868 стр. 341.}. Смолька предлагалъ, дабы соймъ требовалъ федеративного устройства Австро-Угорщины, основанного на исторически-политическихъ индивидуальностяхъ и роздѣла государства на слѣдующiи автономныи части: 1) нѣмецкiи наслѣдственныи провинцiи; 2) краи короны св. Стефана; 3) краи чешской короны; 4) королевство Галичины и Владимирiи съ Буковиною. Галичина должна получити такое самоуправленiе, якимъ пользуется Угорщина. Большинство сойма не приняло предложенiя Смольки. Зыбликевичъ сказалъ: „Внесенiе Смольки составляетъ опасность для Австрiи и поляковъ, ибо въ случаѣ розложенiя Австрiи могутъ поляки погибнути. Если соймъ не вышлетъ своихъ депутатовъ въ думу державную, то правительство можетъ приказати населенiю, избрати ихъ непосредетвенно, и крестьяне и евреи въ городахъ несомнѣнно повинуются“{Тамъ же стр. 369.}. Шуйскiй выразилъ опасенiе, що галицкимъ полякамъ недостаетъ силы, опиратися центральному правительству{Тамъ же стр. 405.}. Адамъ Потоцкiй утверждалъ, що борьба съ правительствомъ ослабитъ становище поляковъ; поляки, вмѣсто опозицiи центральному правительству, должны избрати своимъ га-

304

сломъ сближенiе съ простонародiемъ, щобы втянути его на поприще политической дѣятельности и тѣмъ путемъ скрѣпити свои силы{Тамъ же стр, 411.}. Адамъ Сапѣга совѣтовалъ, стремитись къ такому автономному устройству Галичины, дабы она состояла точкою опоры для прочихъ частей Польщи{Тамъ же стр. 463.}. Соймъ отклонилъ требонанiе Смольки, щобы сорвати съ думою державною и не высылати въ Вѣденъ делегатовъ, но вмѣсто того рѣшилъ подъ видомъ резолюцiи рядъ постулатовъ и поручилъ своимъ делегатамъ требовати отъ правительства и думы державной ихъ осуществленiя.

Содержанiе резолюцiи, окончательно принятой 24 сентября 1868 г., было слѣдующее: Такъ якъ устройство государства, опредѣленное закономъ отъ 21 декабря 1867 г., не даетъ краю столько закодательной и административной самостоятельности, сколько ему належится въ сравненiи съ его исторически-политическимъ прошлымъ, то галицкiй соймъ, имѣя въ виду благо края и государства, требуетъ для краевого представительства якъ найширшихъ законодательныхъ и административныхъ правъ:

1) Единственно галицкiй соймъ рѣшаетъ о способѣ избранiя депутатовъ въ державную думу; 2) соймъ имѣетъ законодательную власть въ слѣдующихъ

305

дѣлахъ: а) по устройству торговельныхъ палатъ и другихъ торговельныхъ вѣдомствъ; б) по кредитнымъ и страховымъ заведенiямъ, банкамъ, сберегательнымъ касамъ, съ изъятiемъ банковъ, выпускающихъ билеты; в) по принадлежности къ громадѣ; г) о всѣхъ учебныхъ заведенiяхъ и университетахъ; д) по карному, полицейскому, гражданскому и горнозаводскому закодательствамъ: е) по устройству судебныхъ и административныхъ властей; ж) по общимъ правамъ гражданъ, по судейской, правительственной и исполнительной властямъ; з) по дѣламъ, касающимся обязанностей и взавмныхъ отношенiй поодинокихъ краевъ; и) по устройству громады; 3) на покрытiе издержекъ администрацiи, судопроизводства, вѣроисповѣданiй, просвѣщенiя, публичной безопасности и краевой культуры отпускается ежегодно изъ державныхъ фондовъ извѣстная сума, исключенная изъ-подъ круга дѣйствiя державной думы; 4) державныи имѣнiя въ Галичинѣ считаются принадлежащими къ краевому фонду; 5) соловаренъ не можетъ правительство, безъ соизволенiя сойма, ни продавати, ни обременяти; 6) всѣ правительственныи власти и вѣдомства Галичины отвѣтственны передъ соймомъ.

Предложенiе Смольки и дебаты въ галицкомъ соймѣ надъ новою конституцiею встревожили Бейста, который началъ опасатись, щобы дѣло его не рух-

306

нуло отъ напора чеховъ и поляковъ. Щобы польстити полякамъ и примирити ихъ съ конституцiею, составилъ онъ въ Пештѣ, въ порозумѣнiи съ угорскими заправилами, проектъ путешествiя императора въ Галичину. Въ томъ дѣлѣ были ему помощными намѣстникъ гр. Агеноръ Голуховскiй и кн. Чарторыйскiй, нарядившiйся въ Пештѣ по мадьярски. Гр. Адамъ Потоцкiй былъ назначенъ маршаломъ путешествiя. Когда происходили дебаты надъ резолюцiею, грозилъ Бейстъ, що въ случаѣ принятiя ея, путешествiе не состоится. Но резолюцiя съ сопровождавшимъ ю адресомъ къ императору была принята, и тогда объявилъ намѣстникъ 25 сентября, що предвѣщенное прибытiе императора въ Галичину отсрочается. Проектъ того путешествiя сдѣлалъ плохое впечатлѣнiе въ Петроградѣ, ибо точно тогда ходили слухи, що Австрiя порозумѣвается съ Францiею касательно польского вопроса. Александръ II сказалъ въ Варшавѣ австрiйскому посланнику кн. Турнъ-Таксису: „То путешествiе я бы не принялъ равнодушно; хорошо, что оно не состоялось.“ На то возразилъ арх. Альбрехтъ: „То чисто внутреннiй вопросъ Австрiи“{По воспоминанiямъ Бейста я. в.}.

Якъ ясе вели себе въ виду резолюцiи русскiи послы львовского сойма? Они роспоряжали лишь около 30 голосами и на исходъ соймовыхъ рѣшенiй

307

влiяти не могли. Они также не были совсѣмъ довольны новою конституцiею. Одна часть ея, носившая названiе: „Основныи законы“ (Allgemeine Grundrechte), запоручила безопасность личности и имѣнiя, свободу поселенiя, свободу труда, шнѣнiя, совѣсти, вѣроисповѣданiя, печати, науки, обучанiя, право владѣти всякимъ имѣнiемъ и заниматись всякимъ промысломъ, не смотря на вѣроисповѣданiе, сословiе и нацiональность и въ §. 19 свободное розвитiе каждой нацiональности.

Русскiи замѣтили тотчасъ противорѣчiе между основными законами и конституцiйнымъ устройствомъ — между мыслiю и формою. Основными законами было имъ запоручено свободное розвитiе нацiональности, но могло-ли то розвитiе происходити правильнымъ путемъ, если всѣ учрежденiя, имѣющiи нацiональный характеръ, якъ на пр. школьное вѣдомство, попали въ исключительное управленiе другой нацiональности, которая на русскiй языкъ, его литературу и русскую церковь смотрѣла изъ точки зрѣнiя своихъ исключительныхъ политическихъ стремленiй? Основныи законы говорили, що каждая нацiональность должна безпрепятственно розвивати свой языкъ, свою литературу и культуру и слѣдовательно завѣдывати своими школьными и вѣроисповѣдными дѣлами, но изъ конституцiйного устройства государства выходило иначе, ибо въ провинцiи съ

308

двома нацiональностями большинство сойма приняло управленiе духовныхъ дѣлъ слабшей нацiональности въ свои руки.

Тотъ недостатокъ конституцiйного устройства сознавали русскiи послы сойма и они предложили 13 сентября проектъ адреса къ императору слѣдующого содержанiя: Въ достопамятной тронной рѣчи отъ 22 мая 1867 г. изволили Ваше Воличество преподнести позстановленiе конституцiйного устройства государства и по Вашему почину изданы были основныи законы отъ 21 декабря 1867 г. Галицкiй соймъ, представляющiй двѣ народности, долженъ приступити къ выполненiю задачь, возложенныхъ на него конституцiею. Но онъ не успѣетъ исполнити тѣхъ задачъ, по причинѣ недостатковъ соймового избирательного порядка, который за частью населенiя, платящею найбольшiй податокъ наличными и кровью, признаетъ малое число представителей. Вслѣдствiе того возникло въ соймѣ искуственное большинство, которое выдѣлъ краевый отдало въ управленiе лишь одной нацiональности и назначенiе денутатовъ въ державную думу сдѣлало отъ себе совсѣмъ зависимымъ. Въ Галичинѣ нѣтъ автономiи громады, ибо рады повѣтовыи ю стѣснили. Въ середнихъ школахъ той части Галичины, въ которой преобладаетъ русское населенiе, русскiй языкъ сталъ лишь сверхобязательнымъ предметомъ обучанiя, въ на-

309

родныхъ же школахъ принуждаютъ русскихъ дѣтей учитись польскому языку. Краевыи фонды, состоящiи въ половинѣ изъ взносовъ русского населенiя, употребляются въ пользу одной польской нацiональноети. Суды и административныи вѣдомства навязываютъ русскому населенiю польское письмо и польскiй языкъ. Въ Галичинѣ образовалось такое состоянiе, що два племена спорятъ съ собою: одно домогается гегемонiи, другое ровноуправненiя. Ваше Величество! Мы не желаемъ ни особого министра, ни канцлера, а лишь свободного розвитiя обѣихъ нацiональностей на основанiи совершенного ровенства, обезпеченiя автономiи громады, и такого конституцiйного порядка, дабы обѣ нацiональности могли быти заступлены въ думѣ державной черезъ депутатовъ своего выбора. Также считаемъ необходимымъ, дабы всѣ дѣла, имѣющiи нацiональный характеръ (т. е. языкъ, литература, школы, церковь) рѣшались въ отдѣльныхъ курiяхъ краевого сойма и завѣдывались отдѣльными бюрами краевого выдѣла{Spraw. sejm. 1868 (Засѣд, 13 сент.)}.

Конечно, тѣ скромныи требованiя русскихъ не были одобрены польскимъ большинствомъ, но они выражали взгляды тогдашнихъ русскихъ депутатовъ на способъ соглашенiя основныхъ законовъ съ конституцiйною формою и водворенiя внутренняго мира въ провинцiи. Они от-

310

ступили отъ проекта роздѣла Галичины на двѣ провинцiи и требовали лишь, щобы чисто нацiональныи дѣла русскихъ рѣшались самыми же русскими въ особой соймовой курiи и ихъ школьныи дѣла завѣдывались особымъ школьнымъ вѣдомствомъ. Русскiи могли требовати особого сойма для русской части Галичины, который въ такомъ случаѣ числилъ бы 92 депутаты. Такъ якъ изъ сего числа, даже при существующемъ избирательномъ порядку, приходило на сельскую курiю, которая могла доставити лишь русскихъ депутатовъ, 47 пословъ, то тѣ послѣднiи, разомъ съ трема владыками, могли составити большинство сойма. Но въ такомъ случаѣ можно было опасатись выступленiя изъ сойма польского меньшинства и бездѣйствiя сойма, ибо навѣрно правительство не согласилось бы, дабы половина сойма вела дальше совѣщанiя и издавала рѣшенiя. То обстоятельство имѣли русскiи послы въ виду и не требовали роздѣла Галичины, а лишь своей русской курiи въ соймѣ для русско-нацiональныхъ дѣлъ. Русскiй соймъ могъ бы лишь въ такомъ случаѣ состоятись, если бы избирательный порядокъ былъ совершенно отмѣненъ и сельскiи громады вмѣсто 47 избирали на пр. 94 депутаты. Тогда даже, если бы 42 польскiи депутаты отъ помѣщиковъ и городовъ оставили соймъ, все-таки оставалась двѣ третьи сойма, рѣшенiя которыхъ могли

311

считатись правосильными. Но тогда не было надежды, щобы правительство согласилось съ такою перемѣною избирательного порядка.

Намѣстникъ гр. Агеноръ Голуховскiй, открывая засѣданiя сойма 1868 г., сказалъ: „По мѣрѣ исчезновенiя враждебныхъ намъ влiянiй, воскресаетъ опять потребность нерозрывной связи, которая соединила бы узами братской взаимности двѣ отрасли, слившiися издревле въ одинъ народъ.“ Русскiи послы не поняли тѣхъ словъ и усмотривали въ нихъ отрицанiе нацiональной самостоятельности галицко-русского народа. Они поставили 25 августа интерпеляцiю къ правительственному комисару касательно значенiя тѣхъ словъ. Представитель правительства отвѣтилъ, що намѣстникъ тѣми словами намекнулъ на нѣмецкихъ чиноввиковъ, ссорившихъ поляковъ съ русинами{Тамъ же стр. 31, 333.}. Собственный смыслъ словъ намѣстника былъ такiй, що прежде старо-рутеновъ употребляли яко орудiе противъ поляковъ, теперь молодо-рутены должны, по волѣ центрального правивительства, поступати согласно съ поляками и поддатись ихъ верховодству. Въ началѣ 1867 г. предложили русскiи послы императору жалобу на поведенiе польского большинства львовского сой-

312

ма{Donk-u. Beschwerdeechrift der gal. ruttien. Landtagsabgeordneten über dio Beschlüsse u. Vorgänge im galiz. Landtage der Periode 1861—1866, Lemberg 1867.}. Она осталась безъ успѣха и гр. Бейстъ, при личномъ свиданiи съ нѣкоторыми предводителями старорусиновъ, объявилъ имъ свое неудовольствiе словами: Umkehren, meine Herren, wenu Ihnen das Wohl ihrer Nation am Herzen legt (поверните, господа, въ иную сторону, если вамъ лежитъ на сердцѣ благо вашего народа). Бейстъ поручалъ имъ повернути въ ту сторону, которая указывалась образовавшейся тогда партiи молодорусиновъ. При такомъ направленiи въ внутренней политицѣ центрального правительства, о роздѣлѣ Галичины и рѣчи быти не могло.

Послѣдствiемъ принятiя резолюцiи польскимъ большинствомъ львовского сойма было уступленiе гр. Голуховского изъ становища намѣстника. Гражданское управленiе Галичины обнялъ вицепрезидентъ намѣстничества Поссингеръ-Хоборскiй, открывшiй въ 1869 г. 15 сентября слѣдующую сесiю сойма, ва которой Смолька возобновилъ свое предложенiе, не высылати депутатовъ въ державную думу. То предложенiе было отклонено 57 голосами противъ 54. Русскiй посолъ Ковальскiй предложилъ 4 ноября 1869 г. иный проектъ: правительство должно цѣлую конституцiю

313

подвергнути ревизiи посредствомъ конституанты, имѣющей составитись изъ пословъ всѣхъ краевъ и нацiональностей и довести до такого устройства государства, которое удовлетворяло бы всѣ нацiональности{Spraw. sejm 1869, засѣд 18 сентября и 4 ноября.}. Замѣчательны были слова польского крестьянина Ляскоржа, сказанныи въ соймѣ: „Мы польскiи крестьяне не хочемъ самоуправленiя, ибо мы его опасаемся; вы, паны, хочете дѣлати съ нами, що вамъ угодно будетъ{Тямъ же стр. 909}.

Между-тѣмъ резолюцiя пошла въ Вѣдень и была правительствомъ предложена державной думѣ, которая отослала ю въ конституцiйную комисiю. Комисiя, послѣ долшихъ совѣщанiй, предложила въ мартѣ 1870 г. палатѣ пословъ свое рѣшенiе, щобы отклонити требовавiя поляковъ. То рѣшенiе одобрило большинство палаты. Вслѣдствiе того, 31 марта 1870 г. въ началѣ засѣданiя палаты поднялся изъ своего кресла Грохольскiй, прочиталъ объявленiе польской делегацiи, що она непремѣнно стояти будетъ за резолюцiи — и затѣмъ польскiи послы оставили салю совѣщанiй. Въ ихъ слѣды вступили словенцы, румуны и тирольцы.

Министерство было въ отчаянiи. Сейчасъ отправился Гаснеръ въ Пештъ къ императору, щобы исходатайствовати

314

позволенiе, розвязати галицкiй соймъ. Но за поляковъ заступились мадьяры и гр. Андраши отсовѣтовалъ императору согласитись на иредложенiе министерства. Централисты утверждали, що Андраши дѣйствовалъ съ согласiя Бейста, попавшого въ розладъ съ вѣденьскимъ министерствомъ и желавшого довести къ паденiю министерства.

Министерство Фр. Карла Ауэрсперга, названное мѣщанскимъ, принуждено было уступити и во главѣ нового министерства станулъ гр. Альфредъ Потоцкiй, шуринъ гр. Дитрихштейна, считавшiйся у нѣмецкой аристократiи австрiйскимъ вигомъ.

Въ пору его правленiя совпало событiе громадного значенiя, сдѣлавшого переворотъ въ международныхъ отношенiяхъ Европы. То была французско-германская война 1870 г., имѣвшая послѣдствiемъ низверженiе изъ престола Наполеона III, установленiе французсчой республики и воздвигненiе германской имперiи подъ владычествомъ Гогенцоллерновъ.

Наполеонъ III, объявляя войну Пруссiи (19 iюля 1870 г.), розсчитывалъ на неутральность южно-германскихъ государствъ и на помощь Австрiи. Въ Австрiи на дѣлѣ начались приготовленiя къ войнѣ. Министръ Альфредъ Потоцкiй сказалъ на министерской конференцiи, обсуждавшей дѣло 20-милiонного кредита на военныи цѣли: „Если французы

315

побѣдятъ, то возстанiе въ Польщѣ есть неизбѣжимымъ, и тогда Россiя можетъ заняти Галичину. По той причинѣ приготовленiя военныи являются для насъ необходимыми“{По воопоминанiямъ Бейста.}.

Но тѣ приготовленiя шли медленно, ибо среди мадьяръ была сильная пруссофильская партiя, которая не хотѣла допустити къ войнѣ съ Пруссiею. Только въ половинѣ августа начали созывати резервистовъ и мобилизовати фургоны. Между-тѣмъ французы потерпѣли пораженiе за пораженiемъ и самъ Наполеонъ подъ Седаномъ съ 110.000-ною армiею попалъ въ плѣнъ. Военная партiя въ Австрiи пала духомъ.

Еще до Седанского сраженiя 20 августа 1870 г., собрался галицкiй соймъ подъ предсѣдательствомъ Льва Сапѣги. Вицемаршаломъ по смерти митрополита Спиридiона Литвиновича (1869 г.) назначенъ былъ Юлiанъ Лавровскiй, совѣтникъ высшого краевого суда. Въ императорскомъ рескриптѣ, созывавшемъ соймъ, было сказано: „Грозный оборотъ европейскихъ дѣлъ по причинѣ войны Францiи съ Пруссiею заставилъ Насъ обрятитись къ законнымъ представителямъ королевствъ и краевъ. Надѣюсь на патрiотическое поведенiе галицкого сойма и взываю пословъ галицкого сойма къ избранiю своихъ иредставителей въ

316

думу державную, собранiе которой сдѣлалось необходимостью.“

Краевый маршалъ въ своей рѣчи, указалъ на необходимость, дабы соймъ въ своихъ совѣщанiяхъ принялъ въ соображенiе событiя, совершавшiися тогда на военномъ театрѣ и примѣннтельно къ такому требованiю Смолька предложилъ адресъ къ императору слѣдующого содержанiя: Хотя ререзолюцiя галицкого сойма отъ 24 сентября и 4 ноября 1869 г. не была принята вѣденьскою державною думою и вслѣдствiе того галицкiи попы уклонились отъ дальшого содѣйствiя въ совѣщанiяхъ, однако, внимая на событiя, касающiися внѣшнихъ отношенiй государства и проистекающую отъ того необходимость, защищати интересы государства, галицкiй соймъ на сей разъ избираетъ делегатовъ въ державную думу, застерегая однако себѣ право, домогатись дальше преимуществъ, заключенныхъ въ резолюцiи.

При пренiяхъ надъ адресомъ къ императору выступили наружу политическiи стремленiя поляковъ и розбитiе русиновъ на двѣ партiи. Ковальскiй, отъ имени старорусиновъ, предложилъ слѣдующiй проектъ адреса: Готовы всегда въ жертву принести все для государства, приступаемъ къ выбору пословъ въ державную думу. Однако тѣ выборы, що касается русиновъ, суть мертвою формою. Русины при существующемъ порядку не могутъ избрати такихъ пословъ,

317

которыи могли бы выразити ихъ политическiи взгляды и патрiотическiи чувства. Лавровскiй станулъ въ защитѣ польского адреса, предлагая лишь, щобы въ адресѣ отмѣтити „отдѣльность 15 милiонного русского (т. е. малорусского) народа“, Когда русины — говорилъ Лавровскiй — въ 1848 г. пробудились „изъ вѣкового сна“, „Русская Рада“ признала 50 августа 1848 г. существованiе 15-милiонного „руского“ народа. Въ адресѣ слѣдуетъ выразыти посланничество Австрiи, которая внутрь должна розвивати свободу и хоронити населенiе отъ насилiя, а на внѣ стремитись къ тому, дабы сила подверглась владѣнiю права. Клячко, членъ парижского бюра, секретарь Бейста, избранный въ львовскiй соймъ, требовалъ, щобы въ адресѣ выразительно отмѣтити, що галицкiй соймъ объявляетъ свое сочувствiе Францiи.

Однако пораженiя французского оружiя охолодили уже французскiи симпатiи поляковъ. Поляки начали боятись побѣдоносныхъ пруссаковъ. Адамъ Сарѣга совѣтовалъ самую большую осторожность относительно Францiи. „Не можно пхати Австрiю на дорогу рисковной политики“. И соймъ отклонилъ предложенiе Клячка. Впрочемъ самъ Клячко подъ давленiемъ большинства взялъ его обратно. Соймъ выразилъ вмѣсто того желанiе, щобы Австрiя выступила въ защитѣ угнетенныхъ народовъ. Кто тѣ угнетенныи народы? — спраши-

318

вали русскiи. Смаржевскiй отвѣтилъ, що то поляки и русины, стонущiи подъ игомъ Москвы.

Ни одна сесiя сойма не обошлась безъ розсужденiй о отношенiяхъ поляковъ къ русинамъ. Русины поднесли по случаю адреса мысль примиренiя обѣихъ народностей. Качала указалъ на опасность, грозящую полякамъ отъ нѣмцевъ и совѣтовалъ членамъ сойма водворити миръ и согласiе въ Галичинѣ, щобы поляки могли спасати своихъ соплеменниковъ въ Пруссiи. Заклинскiй сказалъ: Причина нашего несогласiя лежитъ въ томъ, що поляки хотятъ созидати независимую Польшу, русины же тому воспротивляются. Земялковскiй говорилъ: „Русскiй (т. е. малорусскiй) вопрось будетъ лишь тогда рѣшенъ, если мы всѣ (т. е. поляки и русины) освободимся. Если тогда русины не восхотятъ составляти часть польского народа, то можетъ быти, що мазуры пожелаютъ составляти часть русского народа (т. е. малорусского). Я знаю лишь то, що Русь можетъ статись свободною лишь во имя польского дѣла“{Spraw. sejm 1870 стр. 179}. Смаржевскiй обратился къ русскимъ посламъ съ запросомъ, къ якой нацiональности они принадлежатъ: къ 2 1/2-милiонной, кончащейся при Збручѣ, или къ 15-милiонной? Лишь тогда, когда поляки будутъ знати, съ кѣмъ имѣютъ дѣло, могутъ они съ ру-

319

синами порозумѣтись. „Вы утверждаете — говорилъ Смаржевскiй — що ваша исторiя начинается съ занятiя Галичины Австрiею, и що исторiя Австрiи есть вашею исторiею. Но вы говорите также о Несторовой Руси. Которая же Русь ваша, Несторова, или австрiйская? Плохо дѣлаете, срывая съ исторiею Польши.“ Русскiй посолъ Левицкiй, въ отвѣтъ Смаржевскому, божился, що русины — часть малороссовъ и нiякъ не хотятъ принадлежати къ москалямъ.

Послѣ принятiя адреса и того рода политически этнографическихъ пренiй, были избраны депутаты въ вѣденьскую думу державную. Изъ русскихъ попали въ составъ ихъ три крестьяне (Цалковскiй, Демковъ, Боднаръ) и директоръ гимназiи Яновскiй.

Затѣмъ былъ сонмъ 2 сентября отсроченъ.

Не подлежитъ сомнѣнiю, що въ Австрiи думали о несенiи помощи Францiи. Старшiи нынѣ люди помнятъ, якъ въ половинѣ (н. ст.) августа стали созывати запасныхъ воиновъ отъ кавалерiи и мобилизовати тренъ. Однако когда 2 сентября Наполеонъ съ 111.000 армiею попадъ подъ Седаномъ въ плѣнъ нѣмцевъ и 4 сентября нала Французская имперiя, воинственно настроснная партiя въ Австрiи утратила отвагу, опасаясь при томъ вмѣшательства Россiи. Вопросъ о несенiи помощи Францiи не сходилъ съ дневной очереди до конца 1870 г. На запросъ,

320

возможна ли война съ Пруссiею, отвѣтилъ Бейстъ въ меморiалѣ отъ 25 декабря 1870 г., предложенномъ императору: За изъятiемъ галичанъ и тирольцевъ никто не будетъ за войною; мы къ войнѣ не приготованы, Россiя на насъ возстанетъ.

Пораженiе Францiи и воздвигненiе нѣмецкой имперiи (21 января 1871 г.) опредѣлили дальшее внутреннее розвитiе Австро-Венгрiи. Побѣды нѣмецкого оружiя подняли нѣмецкiй духъ въ Австрiи, въ которой федерализмъ надолго потерялъ надежду осуществленiя. Господство нѣмцевъ въ одной, мадьяръ въ другой половинѣ упрочилось. Гр. Алфредъ Потоцкiй, президентъ австрiйского министерства, переговоривавшiй въ Празѣ съ чехами, уступилъ въ февралѣ 1871 г.; также существованiе министерства Гогенвартъ Шефле, пробовавшого примирити федералистовъ, продолжалось лишь до 31 октября 1871 г. Ниспровергнули его Бейстъ и мадьяры подъ предводительствомъ графа Андраши. Во главѣ внутренняго управленiя Австрiи стануло министеретво Адолфа Ауэрсперга (министерство докторовъ) яко олицетворенiе нѣмецкого централвзма. Между Бейстомъ и графомъ Андраши обнаружилось вскорѣ соревнованiе. Мадьяры стремились къ тому, щобы управленiе иностранныхъ дѣлъ государства было въ ихъ рукахъ. Послѣдствiемъ ихъ усилiй было уступленiе гр. Бейста (7 ноября 1871) изъ

321

министерства иностранвыхъ дѣлъ и замѣщенiе его графомъ Андраши. Одинъ изъ бiографовъ Бейста говоритъ о немъ, „що онъ больше любилъ мудрость, нежели мудрость его“{Supplement zu Meyers Conversations-Lexicon 1873 стр. 78.}. Гр. Андраши, видя отособленность Австро-Венгрiи на поирищѣ международной политики, искалъ сближснiя съ Германiею, а посредствомъ ней съ Россiею. Въ Берлинѣ состоялось 5—10 сентября 1872 г. свиданiе императоровъ: германского, россiйского и австрiйского, давшее начало трехимператорскому союзу, продолжавшемуся до 1886 г.

Внутреннее устройство Австрiи, подъ влiянiемъ новой констнтуцiи, приняло либеральный характеръ. Такъ якъ въ пору абсолютизма Щварценбергъ-Баха католическая церковь считалась главною его опорою, то противъ нея выступили авторы и сторонники новой конституцiи. Въ 1868 г., въ вѣденьскомъ парламентѣ, рѣшены были либеральныи законы: супружескiй, школьный и конфесiйный, обрушившiи конкордатъ съ папою. Напрасно возставалъ противъ нихъ папа въ своихъ аллокуцiяхъ и въ буллѣ Aeterni patris (отъ 29 iюня 1868 г.). Также провозглашенный на ватиканскомъ соборѣ (13 iюня 1870 г.) догматъ о непогрѣшимости папы не измѣнилъ существа дѣла и не возстановилъ преж-

322

няго значенiя католической церкви въ Австрiи. Государство поддало церковь своей власти.

Галицкiи поляки, видя пораженiе Францiи, охладѣли въ своей жаждѣ автономiи по образцу Венгрiи; партiя „резолюцiонистовъ“, во главѣ которой стоялъ Смолька, все больше теряла подъ ногами почву, когда напротивъ партiя „мамелюковъ“, съ Земялковскимъ и Зибликевичемъ во главѣ, прiобрѣла преобладающее влiянiе на галицко-польскую политику. Печатнымъ органомъ послѣдней партiи сдѣлался начавшiй съ 1866 г. въ Краковѣ выходити белетристически-научно-политическiй ежемѣсячникъ Przeglad polski, предисловiе къ первой книжцѣ которого написалъ Земялковскiй. Въ составъ редакцiи того журнала вошли члены краковского революцiйного комитета 1863 г. Они, видя безнадежность нового возстанiя и некорыстное для польского дѣла усложненiе международной европейской политики послѣ 1870 г., стали порицати возстанiе 1863 г. и всякiи дальшiи пробы въ поднятiю нового мятежа, совѣтуя своимъ соплеменнивамъ подъ „трема захватами“ держати себе смирно и крѣпитись матерiально и духовно. Появившаяся въ 1868 г. Teka Sańczyka сатирическимъ образомъ осмѣвала тѣхъ, которыи крикливыми манифестацiями думали возстановити Польшу. Съ оной поры партiю, съ группировавшуюся вокругъ Przeglad-а polsk-ого,

323

стали называти „станчиками“. Станчики, опасаясь могущеcтвенной Германiи, относились къ ней съ всевозможною осторожностью, избѣгая всего, що могло бы ю дразнити. Побѣды нѣмцевъ вообще внушили галицкимъ полякамъ уваженiе къ германскому племени, такъ що галицкiй выдѣлъ краевый откомандировалъ двохъ преподавателей въ Пруссiю для обзнакомленiя съ прусскимъ учебнымъ порядкомъ, ибо въ Австрiи заслугу побѣдъ нѣмцевъ надъ французами приписывали также нѣмецкому учительству.

Среди станчиковъ самою выдающеюся личностью былъ историкъ Iосифъ Шуйскiй, совѣтовавшiй своимъ одномышленникамъ судьбу Польши связати съ судьбою Австрiи. Мысль та принялась у станчиковской или краковской партiи и вслѣдствiе того опозицiя галицкого сойма противъ центрального правительства стала ослабѣвати. Съ той причины могъ въ Австрiи, не смотря на сопротивленiе чеховъ, упрочитись нѣмецкiй централизмъ, сдѣлавшiй лишь малыи уступства на счетъ польской стихiи въ Галичинѣ, Императорскимъ роспоряженiемъ отъ 4 iюня 1869 г. польскiй языкъ введенъ былъ въ внутреннее употребленiе всѣхъ ц. к. гражданскихъ властей и судовъ Галичины. Лишь съ мѣстными военными властями и съ центральнымъ правительствомъ галицкiи правительственныи власти должны были перепесыватись по нѣмецки.

324

То роспоряженiе, хотя не изданное законодательнымъ путемъ и по той причинѣ могущее легко подвергнутись отмѣнѣ, помогло полонизацiи Галичины, ибо чиновннки, не владѣвшiи польскимъ языкомъ, должны были его въ самомъ короткомъ времени себѣ усвоивати или пойти въ отставку. Сверхъ того, съ причины невозможности переводити всѣ акты судебныхъ и административныхъ дѣлъ на нѣмецкiй языкъ, всѣ вѣденьскiи министерства принуждены были приглашати изъ Галичины польскихъ чиновниковъ въ характерѣ дѣлопроизводителей, вслѣдствiе чего польская стихiя прiобрѣла своихъ предетавителей во всѣхъ частяхъ верховного управленiя Австрiи.

Вмѣсто канцлера, получили поляки при министерствѣ Гогенварта въ 1871 г. въ лицѣ Казимiра Грохольского отдѣльного министра для Галичины, принимавшого участiе въ министерскихъ совѣщанiяхъ съ голосомъ рѣшающимъ и доставлявшого другимъ министрамъ и императору свѣдѣнiя касательно Галачины. По его настоянiю введенъ былъ языкъ польскiй въ преподаванiе и дѣловодство львовского университета, въ Краковѣ учрсждена была польская академiя наукъ, львовская техническая школа переобразована была въ политехнику съ польскимъ характеромъ и заведенiе гр. Скарбка освободилось отъ обязанности содерживати нѣмецкiй театръ во Львовѣ. Нѣмецкiй львовскiй театръ, причи-

325

нившiйся немало къ роспространенiю нѣмецкого языка въ галицкомъ обществѣ, пересталъ существовати. Когда однако правленiе въ Австрiи обняло министерство Ауэрсперга-Лясера, Грохольскiй не хотѣлъ въ немъ засѣдати и поддерживати его централистическiи стремленiя. Отказавшись отъ министерства, онъ станулъ во главѣ польскихъ членовъ вѣденьской державной думы, въ опозицiю противъ министерства. То министерство, посредствомъ преданного ему большинства думы державной установило (закономъ отъ 2 апрѣля 1873 г.) непосредственныи выборы пословъ въ думу державную и лишило краевыи соймы права назначати представителей въ парламентъ. Тѣхъ представителей съ оной поры населенiе выбираетъ непосредственно. Дальшiи поползновенiя централистовъ относительно Галичины повздерживалъ гр. Агеноръ Голуховскiй, призванный въ 1871 г. опять на должность намѣстника Галичины. Когда онъ въ 1875 г. умеръ, краевая рада школьная, польаовавшаяся полною независимостью, поддана была власти министра просвѣщенiя и поляки потеряли самоуправство въ учебно-воспитательной части.

Дѣла уложились такъ, що за Галичиною осталась лишь тѣнь автономiи, ибо всѣ важнѣйшiи дѣла рѣшали центральныи министерства и вѣденьскiй парламентъ. Сознавали то поляки и съ той причины они стали дорожити своимъ вы-

326

дѣломъ краевымъ и радами повѣтовыми, видя въ нихъ основанiя, изъ которыхъ должна была розвитись полная автономiя Галичины. Сверхъ того они дорожили польскимъ языкомъ въ судѣ и администрацiи — единственною запорою противъ наплыва нѣмецкихъ чиновниковъ въ Галичину. Касательно полонизацiи державныхъ властей, суда, университетовъ и середнихъ учебныхъ заведенiй, къ слову будь здѣсь сказано, що та полонизацiя стоитъ на шаткомъ основанiи, ибо она не обезпечена нiякимъ основнымъ закономъ и введена лишь роспоряженiями, которыи легко можно отмѣнити. Быти-ли Галичинѣ польскою или нѣмецкою? — зависитъ собственно отъ министерства и вѣденьского парламента.

Що же дѣлала гал. Русь въ виду упрочивавшейся польской гегемонiи въ Галичинѣ? Мы видѣли, що они оставили мысль подѣла Галичины и старались лишь о роздѣлъ краевой рады школьной и выдѣла краевого на двѣ части: польскую и русскую для отдѣльного завѣдыванiя нацiональными дѣлами. Съ другой стороны поляки все-таки опасались русской опозицiи, препятствовавшей имъ въ достиженiи полной автономiи. Но Русь сама себе ослабила, роздѣлившись на двѣ политическiи партiи. Изъ тѣхъ партiй одна (старорусская) хотѣла дальше домогатись роздѣла Галичины или установленiя такихъ учрежденiй, которыи стояли бы на стражѣ русско-нацiо-

327

нальныхъ интересовъ, другая (молодо-русская) стремилась къ подчиненiю галицкой Руси польской гегемонiи, довольствуясь малыми уступствами въ пользу русской стихiи{Чѣмъ больше приближаемся къ новѣйшему времени, тѣмъ труднѣйшею становится задача историка, ибо онъ видитъ лишь явленiя, тайныи же причины произведшiи ихъ, съ причнны недостатка документовъ и вѣрныхъ свидѣтельствъ, остаются для него закрытыми. Съ той причины исторiя новѣйшого времени можетъ имѣти характеръ лишь личныхъ воспоминанiй и соображенiй, покоящихся на личномъ наблюденiи историка. Такiй характеръ будетъ имѣти нынѣшiпй розсказъ о партiйныхъ отношенiяхъ галицкой Руси.}.

Якъ мы выше сказали, первый Голуховскiй пробовалъ въ 1867 г. создати изъ украинофиловъ политическую партiю, начиная дѣло съ основанiя новой политической газеты „Русь“. Проба не удалась, ибо украинофилы не хотѣли служити слѣпымъ его орудiемъ. Голуховскiй уступилъ, но мысль образованiя украинской политической партiи занимала дальше правительственныи кружки, особенно гр. Бейста, съ которымъ сталъ сноситись Юлiянъ Лавровскiй и наконецъ она вѣнчалась полнымъ успѣхомъ. Во главѣ украинофиловъ, возлѣ Юлiяна Лавровского, яко политического вождя, станулъ свящ. Василiй Ильницкiй, яко руководитель по научно-учеб-

328

ному дѣлу. Послѣднiй былъ дикректоромъ гимназiи въ Тернополѣ и не игралъ виднѣйшей роли ни на политическомъ, ни на учебно-воспитательномъ поприщахъ. Правительство назначило его 21 января 1868 г. членомъ краевой рады школьной и перевело въ характерѣ директора изъ Тернополя въ академическую гимназiю во Львовѣ. Между молодшими членами украинофильской (молодорусской) партiи самымъ дѣятельнымъ былъ Анатолiй Вахнянинъ, основавшiй въ Вѣднѣ въ 1867 г. студентское общество „Сѣчъ“ и руководившiй научно-политическимъ журналомъ „Правда“ въ 1869—1870 гг. Вообще видимъ въ то время подъемъ молодорусской партiи, нашедшей однако приверженцевъ только среди студентовъ, чиновниковъ и немногихъ учителей. Съ 1867 г. стала выходити трижды въ мѣсяцъ „Правда“, научно-литературный журналъ подъ редакцiею Лонгина Лукашевича. Тотъ журналъ впервый разъ сблизилъ съ собою галицкихъ и россiйскихъ украинофиловъ. Представитель россiйского украинофильства, П. Кулишъ писалъ Головацкому въ 1867 г.{Слово 1867 Н-ръ 44.}. „Я придумалъ упрощенное правописанiе съ цѣлью облегчить науку грамоты для людей, которымъ никогда долго учиться. Но изъ него теперь дѣлаютъ политическое знамя. Полякамъ прiятно, что не всѣ рус-

329

скiе пишутъ одинаково по-русски; они въ послѣднее время особенно принялись хвалить мою выдумку и основывать на ней свои вздорные планы. Еще до своего мятежа они подъѣзжали къ мнѣ, хотя еъ другой стороны я имъ объявилъ, что мы, представители малорусской интеллигенцiи, никогда не войдемъ съ поляками ни въ какiя политическiя сдѣлки“... Весною 1869 г., въ проѣздѣ въ Вѣденъ и Прагу, гостилъ Кулишъ въ Шляхтинцахъ у свящ. Григорiя Барвинского, отца Владимiра Барвинского, кончившаго тогда гимназiю и Александра Барвинского нынѣшняго вождя ново-эристовъ, кончившаго тогда университетъ. Послѣ первыхъ сношенiй Кулиша съ Галичиною и Вѣднемъ, произошолъ въ его воззрѣiяхъ переворотъ. Въ „Исторiи возсоединенiя Малороссiи“ (1874) назвалъ онъ музу Шевченка полупьяною и роспущенною, въ „Русскомъ Архивѣ“ (1877) — козаковъ розбойниками безъ нравственной стоимости.

Въ пору образованiя молодорусской партiи въ 1867—1870 гг., было время когда галицкая Русь оставалась подъ впечатлѣнiемъ полонизацiи, быстро охвативавшей всю администрацiю, суды и школы Галичины. Русскiй народъ видѣлъ якъ возненавидѣнныхъ поляками нѣмецкихъ чиновниковъ устраняли, русскихъ же чиновниковъ и учителей стали переводити на мазуры. Русины попали въ малодушiе, близкое отчаянiю. Они видѣли,

330

що центральное правительство отдало ихъ всецѣло подъ власть поляковъ. Воспитанники духовной семинарiи и студенты, возвратившись во время вакацiй на родину послѣ полонизацiи властей, тотчасъ почувствовали перемѣну въ обстановцѣ. Прежде нѣмецкiи чиновники имъ благоволили и смотрѣли на нихъ яко на благонадежныхъ юношей, теперь органы мѣстныхъ властей смотрѣли на нихъ косо и недовѣрчиво. Русскiи говорили себѣ на ухо, що, кромѣ государственныхъ и автономичныхъ властей, существуютъ въ Галичинѣ два тайныи польскiи правительства яко продолженiе революцiйныхъ комитетовъ 1863 г. Вся повстанчая организацiя съ ея тайными органами — говорили тогда — осталась безъ смѣны и розличiе между порою возстанiя и нынѣшнимъ временемъ состоитъ лишь въ томъ, що прежде тайное польское правительство было не въ ладахъ съ нѣмецкими чиновниками, теперь же оно поступаетъ въ согласiи съ австрiйскими правительственными и областными польскими властями.

„Борьба противъ австрiйской государственной власти — говорили многiи изъ молодорусиновъ — и противъ тайного польсвого правительства есть для насъ непосильною. Мы, австрiйскiи русскiи, состоимъ изъ однихъ хлоповъ и сельского духовенства. Лишь одна часть унiатского духовенства сознаетъ себе русскою; наши крестьяне, едва скинув-

331

шiи иго подданства, не просвѣщены, не понимаютъ ни нацiональныхъ, ни политическихъ, ни своихъ собственныхъ экономическихъ интересовъ. Якъ легко они даютъ себе обманути и подстрекнути противъ тѣхъ, которыи печалятся о ихъ благо, доказуютъ выборы въ соймъ и вѣденьскiй парламентъ. Наша нечисленная мiрская интелигенцiя безхарактерна и деморализована. Наша борьба противъ правительства и поляковъ не имѣетъ видовъ на успѣхъ.“ Молодорусины вообще чорно смотрѣли на духовенство и мiрскую интелигенцiю своего народа.

„Изъ того слѣдуетъ“ — заключали дальше вожди молодорусиновъ — що для спасевiя нашей нацiональности намъ необходимо войти въ соглашенiе съ поляками и вѣденьскимъ правительствомъ. И поляки и вѣденьское правительство требуютъ однако, щобы мы станули на становищѣ племенной и литературной отдѣльности малорусского народа. Не исполнивши того требованiя, о якомъ нибудь сближенiи съ ними и говорити нельзя. Впрочемъ, якая намъ польза отъ провозглашенiя литературного и нацiовального единства всей Руси? Яковъ Головацкiй, считаемый у насъ „москалемъ“, не былъ принятъ въ характерѣ преподавателя на университетѣ въ Россiи, не смотря ва его ученость, ибо его укоряли въ незнанiи литературного русского языка, нашедши въ его письмѣ нѣсколько ошибокъ. Вѣдь языкъ, на ко-

332

торомъ пишетъ старорусская партiя, называютъ въ Россiи тарабарщиною, а мы не знаемъ столько по-русскв, сколько Головацкiй. Насъ еще хуже станутъ порицати за нашъ языкъ. Если отъ насъ требуютъ перемѣнити нашъ литературный языкъ, щобы его отдалити отъ великорусского, и немного исправити нашу правопись, то безъ опасенiя для нашего народного существованiя можемъ удовлетворити тому требованiю, ибо, окрѣпнувши политически и матерiально, мы можемъ возстановити чистоту языка и правильность правописанiя. Немножко извращенный языкъ не повредитъ въ мышленiи, ибо математикъ мыслитъ на основанiи графическихъ знаковъ, глухонѣмый на основанiи мимики. Отступленiе отъ историческихъ началъ на поприщѣ языка и правописаиiя не задержитъ у насъ прогреса, напротивъ освободитъ насъ отъ подозрѣнiй въ тяготѣнiи къ Россiи и облегчитъ намъ политическую акцiю. Наше дѣло, прiобрѣсти льготы для нашей нацiональности и прежде всего принятись за просвѣщенiе народа. Россiя намъ не поможетъ, мы можемъ розсчитивати лишь на собственныи силы.“

Съ тѣми взлядами не совсѣмъ соглашалась старорусская партiя „Мы не розсчитываемъ на помощь Россiи — возражали они — и полагаемся единственно на собственныи силы. Мы признаемъ также необходимость просвѣщенiя народа, но думаемъ що то просвѣщенiе такъ долго не

333

пойдетъ правильнымъ путемъ и не будетъ имѣти успѣха, якъ долго галицкая Русь не добьется ровности съ поляками и сама не станетъ управляти своими литературно-научными и экономическими дѣлами. То послѣднее осуществится лишь тогда, если Галичина будетъ роздѣлена на двѣ провинцiи, или по крайней мѣрѣ русская народность будетъ имѣти свою раду школьную краевую и свой выдѣлъ краевый. Проектъ молодорусской партiи заключаетъ въ себѣ такъ сказати совершенную подчиненность гал. Руси полякамъ, послѣдетвiемъ чего можетъ быти лишь постепенное розслабленiе русской стихiи, ибо для поддерживанiя каждой нацiональности необходимы политическiи учрежденiя, поддерживающiи такового. Допустивши разъ вмѣшательство политики въ языкъ и правописанiе, можемъ навѣрно быти приготовленны на то, що отъ нась будутъ домагатись языковыхъ и прявописныхъ перемѣнъ до тѣхъ поръ, пока нашъ языкъ не исчезнетъ. Мышленiе у молодого поколѣнiя можетъ розвиватись лишь на основанiи языка, отвѣчающого этимолгическимъ правиламъ; при исковерканномъ языцѣ наша мододежь оглупѣетъ. Не смотря на розличiя нашихъ взглядовъ, мы будемъ васъ, поддерживати въ старанiяхъ, добытись отъ поляковъ и правительства уступокъ для русской нацiи.“

Такiи розговоры велись довѣрочно между представителями обѣихъ партiй.

334

Одни и другiи были вообще въ своихъ сообщенiяхъ осторожны и ту осторожность соблюдали даже въ приватныхъ письмахъ, будучи того увѣренiя, що ихъ письма пересмотриваются на почтѣ.

Между галицкими поляками, въ отношенiи къ галицко-русскому вопросу, обнаружилось двоякое мнѣнiе: одни утверждали, що всякая уступка для Руси выйдетъ въ пользу Россiи, другiи же совѣтовали смягчити Русь и съдружити съ поляками. Къ посдѣднимъ принадлежали кн. Левъ Сапѣга и Адамъ Потоцкiй, вожди друхъ главныхъ польскихъ партiй{Przoglad Polski 1885 III (бiографiя Бернарда Колицкого).}. Всѣ безъ изъятiя поляки требовали, дабы гал. Русь признавала свою нацiональную отдѣльность отъ великороссовъ.

Желая добитись уступокъ для Руси, Лавровскiй обращался къ вѣденьскому правительству, къ Льву Санѣзѣ и Адаму Потоцкому. Наши люди думали, що оба послѣднiи стоятъ во главѣ двохъ тайныхъ польскихъ правительствъ. Левъ Сапѣга и Адамъ Потоцкiй, въ сношевiяхъ съ Лавровскимъ, повидимому, руководились осторожностiю, ибо не сообщались съ нимъ прямо, а употребляли яко посредника историка Бернарда Калицкого{Тамъ же стр. 560 и сл.}. Бiографъ Калицкого передаетъ, що посредствомъ Калицкого переходили къ

335

влiятельнымъ польскимъ личностямъ прошенiя кандидатовъ на русскiи епископскiи достоинства и съ другой стороны Калицкiй доставлялъ русинамъ указанiя и „предостереженiя“, даваемыи польскими влiятельными личностями{Тамъ же стр. 561. Ходатайство о русскiи епископства могло относитись лишь къ времени, когда умерли митрополитъ Литвиновичъ и перемышльскiй епископъ Ѳома Полянскiй (1869 г.)}.

Полагая, що путь къ примиренiю обѣихъ народностей уже проложенъ, Лавровскiй поставилъ 27 октября 1869 г. въ львовскомъ соймѣ относительный проектъ. Въ основанiе его были приняты принципы примиренiя поляковъ съ русскими, рѣшенныи еще въ 1848 г. на славянскомъ конгресѣ въ Празѣ. Пражскiй договоръ поляковъ и русиновъ состоялъ изъ слѣдующихъ точекъ: 1) Уряды сельскихъ и городскихъ громадъ употребляютъ въ дѣловодствѣ языкъ большинства населенiя; однако каждому свободно писати въ урядъ на своемъ языцѣ и требовати отвѣта на немъ; 2) при замѣщенiи должностей неизбирательныхъ поступати пропорцiонально къ обѣимъ народностямъ; 3) въ мѣшанныхъ округахъ чиновники должны владѣти обоими краевымн языками; 4) въ школѣ преподавательнымъ языкомъ есть языкъ большинства населенiя мѣстности, но меньшинство можетъ имѣти свою школу;

336

5) народныхъ школахъ съ польскимъ преподавательнымъ языкомъ есть русскiй языкъ, съ русскимъ преподавательнымъ яаыкомъ польскiй обязательнымъ предметомъ науки; 6) для поляковъ и русиновъ будутъ отдѣльныи гимназiи; 7) въ лицеяхъ и университетахъ будутъ читатись лекцiи на обоихъ языкахъ; 8) русины, ровно якъ и поляки, будутъ ямѣти свою гвардiю; 9) соймъ будетъ употребляти въ совѣщанiяхъ своихъ и въ дѣловодствѣ оба языки; центральное краевое управленiе будетъ къ русскимъ сторонамъ относитись по русски; 10) соймъ рѣшитъ, необходимымъ ли есть роздѣлъ Галичины на двѣ провинцiи.

Къ тѣмъ точкамъ прибавилъ Лавровскiй еще требованiе, дабы патронатъ польскихъ помѣщиковъ надъ русскими церквами былъ устраненъ и въ концѣ своей рѣчи объявилъ желанiе, дабы польское большинство сойма не полонизовало и не деморализовало русиновъ.

Предложенiе Лавровского нашло съ начала одобренiе также у старорусской партiи и такимъ образомъ удалось ему всѣхъ русскихъ въ Галичинѣ соединити для общей политической акцiи. Было то время, когда Бейстъ думалъ о союзѣ съ Францiею, направленномъ противъ Германiи и Россiи и наставалъ съ той причины на удовлетворенiи требованiямъ Руси, Вслѣдствiе того соймъ воззвалъ выдѣлъ краевый, установити отдѣльную

337

комисiю, составленную изъ поляковъ и русиновъ, которая имѣла уложити точки примиренiя между обѣими народностями. Краевый выдѣлъ исполнилъ данное ему порученiе, назначая 19 ноября 1869 международную комисiю изъ 16 членовъ, въ составъ которой вошли слѣдующiи русины: Юлiянъ Лавровскiй, Василiй Ильницкiй, Антонiй Петрушевичъ, Ѳеофилъ Павликовъ, Исидоръ Шараневичъ, Корнилiй Сушкевичъ и Анатоль Вахнянинъ{Международная комисiя („Правда“ Львовъ 1870 стр. 147—150) — Анкета до кодификованя внесеня 30 пословъ русскихъ съ 22 вересня 1869 и ея дѣланье („Основа“ Львовъ 1871 чч. 33—38).}. Робота комисiи шла медленно, ибо поляки не хотѣли дѣлати уступокъ въ пользу Руси, не смотря на то, що русскiи члены комисiи признали галицко-русскiй народъ принадлежащимъ къ 15-милiонному самостоятельному малорусскому народу. Когда Францiя потерпѣла поражеиiе и Бейстъ уступилъ изъ министерства иностранныхъ дѣлъ, комисiя прекратила свою дѣятельность и результаты ея совѣщанiа сданы были въ архивъ выдѣла краевого. Юлiянъ Лавровскiй умеръ въ 1873 г. и въ немъ палъ столбъ опортунистической политики молодорусской партiи, стремившейся къ обласканью поляковъ и прiобрѣтепiю такимъ путемъ выгодъ для галицкой Руси на нацiональномъ поприщѣ. Между

338

молодорусинами не было человѣка, который успѣлъ бы дѣло примиренiя продолжати.

Политическiи дѣла Галичины, послѣ упроченiя конституцiйного образа правленiя, уложились слѣдующимъ образомъ:

Вслѣдствiе выборовой ординацiи, признавшей за курiею большого землевладѣнiя сорозмѣрно великое количество пословъ, галицкiй соймъ въ большинствѣ своемъ сдѣлался польскимъ. Вслѣдствiе призванiя польского языка офицiальнымъ для Галичины и введенiя его въ середнiи и высшiи учебныи заведенiя, Галичина получила характеръ польской провинцiи. На стражѣ той польскости Галичины имѣлъ стояти министръ для Галичнны въ Вѣднѣ. Такъ якъ того рода преимущества польского народа не были обезпечены нiякимъ основнымъ закономъ, т. е. правно-политическимъ актомъ, и лишь основывались на простыхъ роспоряженiяхъ императора и министерства и по той причинѣ легко могли быти отмѣнены — то старанiемъ верховодящихъ польскихъ сферъ съ той поры было, при выборахъ въ вѣденьскiй парламентъ, употребляя всѣ усилiя, переводити своихъ пословъ и въ ономъ парламентѣ заняти самое сильное становище, съ которымъ бы каждое министерство принуждено было числитися. Ослабленiе становища поляковъ въ вѣденьскомъ парламентѣ повлекло бы за собою ослабленiе польской

339

гегемонiи въ Галичинѣ. Съ той причины польскiи выборовыи комитеты скорше допускали русскихъ пословъ въ соймъ, чѣмъ въ вѣденьскую державную думу.

Русскiй народъ напрасно ссылался на арт. 19 основного закона отъ 21 декабря 1867 г., запоручающiй свободное розвитiе каждой нацiональности. Предписанiя того артикула лишь тогда могли бы осуществитись въ отношенiи къ русской народности, если бы заведены были учрежденiя въ видѣ отдѣльного русского краевого выдѣла и отдѣльной рады школьной краевой русской. Такъ якъ всюда въ мiрѣ одна нацiональность старается роспространятись и усилитись на счетъ другой, особенно тогда, если ей не ставится нiякихъ преградъ, то въ Галичинѣ весьма естественно поляки должны были воспользоватись своими преимуществами въ ущербъ русского населенiя, не защищаемого нiякими преградами отъ притязанiй другого народа.

Поляки отпраздновали свою побѣду торжественною годовщиною люблинской унiи въ 1869 г.

Существованiе русского народа въ Галичинѣ не дало отрицатись. Въ пользу его нацiональности существовали нѣкоторыи императорскiи и министерскiи роспоряженiя. Министерское роспоряженiе отъ 5 iюня 1869, вводящее польскiй офицiальный языкъ въ Галичинѣ, въ §. 5 опредѣлило, що давнѣйшiи предписанiя каса-

340

тельно кореспонденцiи государетвенныхъ властей и судовъ съ автономическими властями, корпорацiями и громадами не нарушаются. Къ тѣмъ давнѣйшимъ предписанiямъ въ пользу русской нацiональности можно причислити:

1) Роспоряженiе министерства отъ 20 декабря 1859 г., въ силу которого гром. начальнику вольно употребляти въ дѣловодствѣ польскiй, русскiй или нѣмецкiй языкъ и на одномъ изъ нихъ переписыватись съ властями.

2) Роспоряженiе министерства правосудiя отъ 9 iюля 1860 г., въ силу которого должны суды первой инстанцiи прошенiя и донесенiя приватныхъ лицъ принимати также на русскомъ языцѣ, писати на немъ протоколы, вести слѣдствiя и издавати рѣшенiя. Громады могутъ съ судами переписыватись по русски. Такiй же приказъ издало министерство 12 декабря 1850 г. и 23 ноября 1861 г. для высшого краевого суда во Львовѣ.

3) Императорскимъ рѣшенiемъ отъ 10 апрѣля 1861 г. дозволено было въ письмахъ къ правительственнымъ властямъ и судамъ употребляти русскiи буквы; правительственныи власти и суды въ своихъ русскихъ отвѣтахъ и рѣшенiяхъ могутъ однако употребляти русское, или латинское письмо.

Пользуясь послѣднею точкою названного императорского роспоряженiя, политическiи власти и суды Галичины

341

въ отвѣтахъ на русскiи письма употребляти латинское письмо. Намѣстникъ Голуховскiй отдѣльнымъ роспоряженiемъ даже воспретилъ подвѣдомственнымъ себе властямъ въ отвѣтахъ на русскiи просьбы и жалобы употребляти русское письмо.

4) Роспоряженiе министерства правосудiя отъ 11 августа 1869 г., въ силу которого надписи на судебныхъ зданiяхъ въ восточной Галичинѣ должны быти на польскомъ и русскомъ языкахъ; судебныи розбирательства для русскихъ сторонъ должны происходити на ихъ родномъ языцѣ; рѣшенiя судовъ должны издаватись на томъ же языцѣ, на которомъ внесена жалоба или просьба; табулярныи выписки и воззванiя русскимъ сторонамъ должны доставлятись на ихъ родномъ языцѣ.

Въ школьной области имѣла гал. Русь причины къ безпрестаннымъ жалобамъ. Артикуломъ III краевого школьного закона отъ 22 iюня 1867 г. было постановлено, дабы въ каждой народной школѣ, въ которой часть учащейся молодежи употребляетъ русскiй, часть же польскiй языкъ, тотъ языкъ, который не есть преподавательнымъ, былъ обязательнымъ предметомъ науки. На основанiи того артикула были русскiи школы полонизованы, ибо въ многихъ селахъ восточной Галичины нашлось нѣсколько исповѣдниковъ латинского обряда, призванныхъ поляками и имѣвшихъ дѣтей въ школѣ. Школьная власть настаивала

342

на то, дабы въ такой школѣ вся молодежь владѣла польскимъ языкомъ, и съ той причины учители были принуждены опредѣляти большое количество времени для польского языка, съ ущербомъ для общого образованiя молодежи. Въ 1876 г. было 1340 народныхъ сельскихъ школъ съ русскимъ преподавательнымъ языкомъ, но между ними лишь 85 чисто русскихъ. Въ прочихъ учители обязаны были молодежи привыти совершенное знанiе польского языка. Такъ якъ оный артикулъ оказался вреднымъ для общого народного образованiя, то представители гал. Руси безпрестанно требовали его отмѣны, но напрасно. Такимъ образомъ русскiи народныи школы остались лишь на паперѣ русскими, въ дѣйствительности же были они польскими. Послѣдствiя такого школьного порядка стались сегодея уже осязательными. Грамотныи крестьяне и крестьянки русской части Галичины пишутъ письма на исковерканномъ польскомъ языцѣ, ибо по русски мало знаютъ; молодыи парни, служащiи въ войску, весьма часто переписываются съ родителями по польски, такъ якъ по русски писати знаютъ слабо.

На основанiи закона отъ 18 мая 1871 г. учительскiи семинарiи восточной части Галичины должны быти утраквистичны, т. е. школьныи предметы должвы тамъ преподаватись на обоихъ краевыхъ языкахъ. Рада школьная краевая, видя затрудненiя въ исполненiи такого пред-

343

писанiя, роспорядила, дабы учители въ мужескихъ семинарiяхъ при физицѣ, естествовѣдѣнiи, математицѣ и методицѣ подавали лишь русскую терминологiю и позволяли русскимъ ученикамъ отъ поры до времени при повторенiи пройденныхъ преподаванiй употребляти русскiй языкъ. Въ женскiи семинарiи русскiй языкъ не былъ допущенъ даже въ такихъ розмѣрахъ. На интерпеляцiю русскихъ пословъ по тому поводу отвѣтилъ правительственный комисаръ въ засѣданiи сойма отъ 5 октября 1871 г., що въ львойской женской семинарiи на 99 ученицъ есть лишь 6 греч. обряда, но и тѣ не знаютъ по-русски.

Народныи учители въ служебныхъ своихъ отношенiяхъ попали въ совершенную зависимость отъ краевой рады школьной и отъ радъ школьныхъ окружныхъ, получившихъ польскiй характеръ. Хотя мѣстныи школьныи рады сохранили за собою право назаачати учителей для своихъ школъ, но краевая школьная рада могла ихъ не подтвердити и въ каждое время перевести въ другое мѣсто или удалити.

Русскiй народъ получилъ лишь одну гимвазiю съ русскимъ преподавательнымъ языкомъ (русскую академическую во Львовѣ), преобразованную закономъ отъ 31 марта 1873 г. изъ четырекласной въ восьмикласную. На основанiи закона, рѣшенного соймомъ могли при другихъ польскихъ гимназiяхъ от-

344

крыватись русскiи паралельныи класы если того требовали родители по крайней мѣрѣ 25 учениковъ, Но родвтели русскихъ учениковъ не могли тѣмъ постановленiемъ пользоватись, ибо въ случаѣ умаленiя числа учениковъ русская паралельная класа закрывалась и ученики должны бы были изъ русского преподаваиiя перейти къ польскому. Въ Перемышлѣ былъ одинъ случай, що дѣйствительно родители 25 учениковъ требовали русской паралельки, но она не была открыта, такъ якъ краев. школьная рада не дала на то своего розрѣшенiя.

Въ силу императорского декрета отъ 23 марта 1862 были въ 1864 г. на львовскомъ университетѣ поставлены два преподаватели на юридическомъ факультетѣ въ характерѣ суплентовъ, одинъ для гражданско-судебной процедуры, другiй для австрiйского карного закона. На богословскомъ факультетѣ была лишь русская катедра для пастырского богословiя. Послѣ уступленiя Як. Головацкого получилъ катедру малорусского языка на философскомъ факультетѣ О. Огоновскiй (1868), который желая избѣгнути судьбы Головацкого, боязливо избѣгалъ всего, що могло бы его поставити въ подозрѣнiе руссофильства. Въ своихъ, съ большою прилѣжностью составленныхъ сочиненiяхъ подносилъ онъ безпрестанно „окремѣшность“ (отдѣльность) малорусского народа, попадая при томъ въ столкновенiе съ исторiею и логикою.

345

Чиновниковъ и учителей, которыи на родинѣ могли дѣйствовати въ пользу русского народа, стали переводити въ западную мазурскую часть Галичины, гдѣ они, находясь подъ строжайшимъ надзоромъ, поставлены были въ такiи условiя, що сношенiя ихъ съ восточною Галичнною встрѣчали всякого рода препятствiя.

Если къ тому прибавити, що краевыи фонды попали въ полную роспорядимость польского соймового большинства и унiатское духовенство попало всецѣло въ зависимость отъ польскихъ помѣщиковъ, то видимъ, що поляки (собствевво польская шляхта и латинское духовенство) опредѣляли экономическое, соцiальное и умственное состоянiе галицко-русского народа. Новая конституцiя поставила гал. Русь въ худшее положенiе, нежели оно было при Шварценбергъ-Баховской системѣ. Неудивительно для того, если впослѣдствiи львовскiй соймъ и вѣденьская державная дума сдѣлались поприщами безпрерывныхъ борьбъ между поляками и русскими.

Вслѣдствiе конституцiи поднялось значенiе еврейства такъ въ Галичинѣ, якъ и въ прочей Австрiи. До сихъ поръ существовали для жидовъ въ Галичинѣ ограниченiя въ гражданскихъ правахъ. На основанiи основныхъ законовъ отъ 1867 г. они получили въ Австрiи (въ Венгрiи еще въ 1862 г.) полную ровноправность съ христiанами, т. е. право владѣ-

346

ти всякимъ движимымъ и недвижимымъ имѣнiемъ и занимати всякiи военныи, гражданскiи и судебныи должности. Тому государственному закону противорѣчили однако статуты галицкихъ городовъ и громадскiй законъ отъ 1866 г. Такъ на пр. на основанiи статута города Львова отъ 1850 г. евреи въ городской думѣ могутъ составляти лишь одну шестую часть радныхъ. Громадскiй законъ отъ 1866 г. опредѣлялъ, що начальникомъ громады долженъ быти христiанинъ и двѣ трети членовъ гром. рады должны быти христiанами. На требованiе правительства, предписанiя ограничавшiи граждинскiи права евреевъ, были соймомъ отмѣнены и евреи могли быти, членами гром. радъ безъ ограничевiя и также быти начальниками громадъ.

Головнымъ занятiемъ евреевъ, кромѣ купечества, были также грошевыи сдѣлки. Въ томъ отношенiи большую выгоду доставилъ евреямъ державный законъ отъ 14 iюня 1868., устранившiй прежнiи постановленiя карного закона о лихвѣ и давшiй неограннченную свободу денежному движенiю. Пожичающiй могъ произвольно означати розмѣръ процента и конвенцiйныхъ каръ въ случаѣ несдержанiя срока уплаты. Вслѣдствiе безденежiя, господствовавшого тогда въ въ Галичинѣ, и также недостатка кредитныхъ учрежденiй, неграмотности и легкомыслiя народа, лихва розрослась здѣсь до ужасающихъ розмѣровъ. Такъ

347

на пр., лихвярь, даючи крестьявину 20 зр. пожички, условливалъ себѣ кромѣ 100—120% еще конвенцiйную кару 10 зр. за каждый мѣсяцъ начавши отъ дня неуплаты долга. Высокiи проценты и конвенцiйныи кары розоряли особенно галицкихъ крестьянъ и съ той причины посолъ мазурскiй, лат. свящ. Стемпекъ въ соймѣ въ 1874—1876 гг. домогался возстановленiя постоянного процента отъ пожичокъ.

Въ угорской Руси конституцiйная жизнь сначала оживила русско-нацiональную жизнь. Въ Ужгородской (унгварской) духовной семинарiи еще съ 1857 г. господствовалъ русскiй духъ. Съ 1860 г. русская молодежь стала выписывати изъ Липска русскiи книги (Гоголя, Пушкина, Грибоѣдова, Хомякова) и читала „Братское привѣтствiе русскаго слѣпца Григорiя Ширяева близкимъ сердцу единоплеменнымъ славянамъ“ (Спб. 1864). На русскихъ писателяхъ молодежь убѣдилась, що великорусскiй языкъ есть ея языкомъ. Тогдашнее мукачевское епархiальное начальство запретило окружнымъ письмомъ чтенiе „Слѣпца“. По настоянiю пряшевского каноника Александра Духновича епископъ пряшевскiй Iосифъ Гаганецъ обратился къ мукачевскому епископу Василiю Поповичу, щобы основати литературное общество св. Василiя. Оно основалось дѣйствительно въ 1866 г. по смерти Духновича (1865). Его цѣлью было, издавати учебники для на-

348

родныхъ школъ и роспространяти полезныи книги для чтенiя. На первомъ общемъ собранiи были избраны въ предсѣдатели его: А. И. Добрянскiй и Iоаннъ Раковскiй. Въ Ужгородѣ образовалась также „Русская Бесѣда“ (Русскiй клубъ).

Послѣ водворенiя дуализма изданы были венгерскимъ соймомъ основныи законы, обезпечающiи личность, имѣнiе, ровноуправняющiи всѣ нацiональности, вѣроисповѣданiя и сословiя, совсѣмъ сходныи съ австрiйскими основными законами. Венгерское правительство роспорядило, щобы въ ужгородской восьмикласной гимназiи по русски преподавались: законъ Божiй, русская граматика и всемiрная исторiя, въ пегатскомъ же университетѣ учреждена была каѳедра для русского языка и словесности. Венгерскiи русскiи старались о сотворенiи мiрской интелигенцiи, недостатокъ которой они сильно чувствовали, и съ той причины въ мукачевской епархiи съ 1861 г. роздавали стипендiи слушателямъ юридического и медицинского факультетовъ.

Мадьяры такъ долго не выступали открыто противъ угро-русской народности, якъ долго видѣли среди ней согласiе и единство стремленiй. Розбитiе того единства было головнымъ стремленiемъ мадьярскихъ правителей и для той цѣли они избрали себѣ орудiемъ — епископа Стефана Панковича.

Стефанъ Панковичъ, сынъ священ-

349

ника изъ села Велятина, земалинского Комитата, по оконченiи ужгородской духовной семинарiи, сталъ доадашнимъ воспитателемъ сыновъ гр. Накова. Онъ путешествовалъ много, и потомъ былъ рукоположенъ въ пресвитеры епископомъ Василiемъ Поповичемъ. Не добившись, якъ желалъ, мѣста при консисторiи, возвратился опять къ гр. Накову въ характерѣ домашняго учителя. Мадьярскiи правители, познавши слабую сторону Панковича, назначили его по смерти Василiя Поповича мукачевскимъ епископомъ.

Занявши новую должность, Панковичъ тотчасъ принялся за дѣло, порученное ему мадьярскимъ министерствомъ. Уже его инсталацiя была великолѣпнымъ праздникомъ; послѣ ней почетныи обѣды шли безостановочно. На нихъ приглашалъ онъ сельскихъ священниковъ, давалъ вкусныи кушанья и отличныи вива. Рѣчи на тему мадьярского патрiотизма и тосты: да здравствуетъ мадьярское отечество... подносились на каждомъ такомъ обѣдѣ. Сверхъ того ударилъ онъ въ одну сторону, свойственную католическому духовенству — въ честолюбiе. Онъ сталъ роздавати розличного рода отличiя, такъ обыкновенныи въ католической церкви, якъ и придуманныи нимъ. Одному далъ фiолетовый нашейникъ (collare), другому червоный поясъ: третьему — капральскiй шнурокъ на шапцѣ. Титулы крылошанъ, совѣтниковъ

350

и т. д. сыпались на всѣ стороны. Кто держалъ его сторону, тотъ получалъ лучшiй приходъ. Покровительствуемыи епископомъ священники влекли за собою долгiй рядъ сродниковъ, и Панковичъ вскорѣ добился того, що имѣлъ за собою сильную партiю среди духовенства.

Мукачевская епархiя роспалась на три партiи: сторонниковъ владыки, народолюбцевъ и неутральныхъ (благихъ Никодимовъ). Сторонники владыки стали кричати на Москву, схизму, называли народолюбцевъ московскими шпiонами, побирающими рубли и т. д. Противъ вождей народного движенiя, якъ Адоль-фа Ив. Добрянского и его сторонниковъ начались интриги; о нихъ роспространялись самыи нелѣпыи слухи, щобы ихъ обезчестити въ очахъ населенiя.

Видя успѣхъ начатого дѣла, Панковичъ приступилъ къ сдавленiю нацiонального духа на угорской Руси и прежде всего старался уничтожити Общество св. Василiя, центръ угро-русской духовной жизни{Приводимыи событiя живо пригадуютъ намъ новѣйшiи эпизоды изъ нашей салицко-русской народной и церковной жизни. — Ред.}. Его приверженцы пустили въ ходъ обвиненiе Общества въ панславизмѣ. Самъ Панковичъ сдѣлалъ 18 сентября 1869 г. депутацiи Общества выговоръ, що оно вмѣшивается въ политику, що не проникнуто духомъ католической церкви, що мало издало книгъ для на-

351

рода, що не издало нiякихъ мадьярскихъ книгъ, употребляетъ „московскiй“ языкъ и прч. Мадьярское минвстерство просвѣщенiя и вѣроисповѣданiй сдѣлало Обществу выговоръ, що между нимъ (Обществомъ) и епископомъ существуетъ несогласiе. Министерство требовало, щобы Общество поступало по волѣ епископа. Въ кружку своихъ довѣренныхъ Панковичъ возставалъ противъ обрядовъ восточной церкви, ея постовъ и т. д.

Точно тогда возникъ въ Венгрiи вопросъ о церковной автономiи. Въ Пештѣ подъ предсѣдательствомъ угорского примаса Iоанна Симора собрался церковный конгресъ, состоявшiй изъ посланниковъ всѣхъ епархiй, якъ духовного, такъ и мiрского сословiй. Тому конгресу предстояло, опредѣлити способъ самоуправленiя римо-католической церкви и Соединенныхъ съ нею унiатовъ. На конгресѣ явились также представители двохъ угро-русскихъ епархiй, числомъ 13. Изъ нихъ семь принадлежало къ народной, шесть же къ епископской латинизующей партiи. Народную партiю составляли: Адольфъ Добрянскiй, Антонъ Рубiй, Юлiй Фаркашъ, мiряне изъ пряшевской епархiи, Евгенiй Поповичъ, Емануилъ Грабарь, Павелъ Грабарь, мiряне мукачевской епархiи и также Михаилъ Молчанъ, священникъ мукачевекой епархiи.

Между епископомъ и семью народными представителями возникла отчаянная борьба. Народныи послы защищали

352

условiя унiи отъ 25 апрѣля 1649 г. (неприксосновенность восточного обряда, избранiе епископовъ исповѣдниками епархiи и утвержденiе его папою, сровнанiе унiатской церкви въ правахъ съ латинскою) и затребовали созванiя угро-русского церковного конгреса, составленного изъ мiрянъ и духовиыхъ лицъ, который опрсдѣлилъ бы интерессы русско-унiатской церкви въ Венгрiи.

Панковичъ воспротивился тому требованiю. Онъ созвалъ 9 января 1871 г. въ своей резиденцiи своихъ приверженцевъ (96 человѣкъ, духовныхъ и мiрскихъ) и ту сходку назвалъ „народною конференцiею.“ Вообще Панковичъ клялся, що дѣйствуетъ для блага народа и всю свою дѣятельность называлъ „народною“. На конференцiи первый поднялъ голосъ Юрiй Маркошъ, урравттель державныхъ имѣнiй. Онъ порицалъ и осуждалъ поведенiе семи автономическихъ русскихъ представителей на пештскомъ конгресѣ и вконцѣ сказалъ: „Вѣрники мукачевской епархiи не желаютъ автономiи и противятся всякому русскому панславизму.“ Не смотря на рѣчь Юрiя Негребецкого, защищавшого автономическихъ представителей, конференцiя рѣшила, отказатись отъ автономiи угро-русской церкви. Отъ того возникъ между угро-россами открытый роздоръ: въ адресахъ къ церковному конгресу одни объявлялись за рѣшенiемъ конференцiи, другiи за принципомъ автономнческихъ представителей.

353

Католическiй конгресъ въ Пештѣ, въ которомъ дальше не принимала участiя автономическiи послы, требовавшiи отдѣльного угро-русского церковного конгреса, рѣшилъ 17 марта 1871 отказати угро-россамъ въ церковной автономiи.

Угро русскiи патрiоты хотѣли основати въ Ужгородѣ Народный Домъ по образцу львовского Народного Дома и собрали на ту цѣль 5492 гульд., изъ которыхъ купили домикъ за 3700 зр. Панковичъ объявилъ притязанiя на домикъ подъ предлогомъ, будто онъ находится на мѣстѣ, принадлежащемъ ему и продалъ его. Вообще Панковичъ давилъ всякое русское движенiе. Въ 1871 г. запретилъ онъ духовенству предплачивати газету „Свѣтъ“ и довелъ до того, що Общество св. Василiя не объявляло нiякой дѣятельности. Дѣятельнѣйшiи члены Общества были отъ управленiя удалены и ихъ мѣсто заняли такiи, которыи даже не знали читати по-русски (Юрiй Маркошъ). Особенному гоненiю подвергнулся Адольфъ Добрянскiи, считавшiйся вождемъ угро-россовъ; его сынъ былъ побитъ гонведами, думавшими, що бьютъ отца.

Видя успѣхъ дѣятельности Панковича, мадьярское манистерство предложило епископамъ замѣнити русскiи буквы мадьярскими. Но они отсовѣтовали ту мѣру. Тогда правательство вступило въ слѣды галицкихъ поляковъ и постановило употребити украинофильство для

354

дальшого розслабленiя угро-россовъ. Оно поручило професору славянскихъ языковъ на пештскомъ университетѣ Ференцу (по происхожденiю хорнату), издавати для народныхъ учителсй газету на украинскомъ нарѣчiи. „Газета для народпыхъ учителiв“ розсылалась безплатно, но народныи учители отсылали ю обратно, ибо не потримали языка, на которомъ она печаталась. Просуществовавши нѣкоторое время, газета была прекращена.

Мадьярское правительство не отступало отъ своего намѣренiя, искоренити у угро-россовъ „россiйскiй“ языкъ. Оно употребило къ тому впослѣдствiи Владислава Чопея, поручая ему издавати учебники для народныхъ школъ на мѣстныхъ угро-русскихъ нарѣчiяхъ. Языкъ тѣхъ учебниковъ испещренъ многими мадьяризмами, неизвѣстными въ другихъ частяхъ венгерской Руси. Въ другихъ своихъ сочиненiяхъ Чопсй проводилъ мысль полнѣйшого подчиненiя угро-россовъ мадьярамъ, т. е. мадьяризацiю ихъ, и при томъ высказывалъ свое сочувствiе къ украинофильству.

Такъ съ 1870 г. началась мадьяризацiя угро-россовъ. Студенты, получавшiя русскiи стипендiи вступивши въ практическуiо жизнь, отказалась отъ своей нацiональности; семинаристы и священники стали употребляти мадьярскiй языкъ; въ народныхъ школахъ стали учити по-мадьярски; въ церквахъ

355

держались проповѣди на томъ языцѣ. Въ 1866 г. было въ четырехъ сѣверо-венгерскихъ гимназiяхъ (Пряшевъ, Левоча, Ужгородъ, Подолинъ) 286 русскихъ учениковъ и 2,270 мадьярскихъ, въ 1871 г. же лишь 131 русскихъ и 4055 мадьярскихъ. Внослѣдствiи русскiи ученики среднихъ учебныхъ завевденiй стали себе, съ малыми изъятiями, признавати мадьярами{См.: „О современномъ положенiи Русскiхъ въ Угрiи“ (Славянскiй Сборникъ Спб. 1) и „Нацiональное двяженiе въ Угорской Руси“ (Галицко-русскiй Вѣстникъ Спб. 1894. Нръ 1).}.

Отраднѣйшiи явленiя произвела конституцiйная эра Буковинѣ, пробуждая тамошнихъ русскихъ къ новой жизни. На политическомъ поприщѣ сохранилъ въ той провинцiи свои прожнiй перевѣсъ нѣмецкiй элементъ. Офицiальнымъ языкомъ державныхъ и автономическихъ властей и также учебныхъ заведенiй осталчя нѣмецкiй. Но русскiй языкъ, возлѣ нѣмецкого и румынского, признанъ былъ краевымъ, и на томъ основанiи русскiи буковинцы могли его ввести по крайней мѣрѣ въ народныи школы и домагатись дальнихъ уступокъ для него. Въ Буковинѣ явились два, народныи поэты: Осипъ Федьковичъ и Исидоръ Воробкевичъ (Данило Млака). Душею буковинско-русского движенiя былъ Василiй Проданъ, основавшiй въ Черновцахъ (въ 1868 г.) литературное

356

Общество „Русская Бесѣда“. Когда въ 1875 г. правительство въ Черновцахъ основало нѣмецкiй университетъ, духовная жизнь буковинскихъ русскихъ получила новый толчекъ. Но и здѣсь произошолъ такiй же якъ въ Галячинѣ роздоръ между русскою интелигенцiею. Въ 1877 г. назначенъ былъ свящ. Игнатiй Онишкевичъ професоромъ малорусского языка и его литературы на черновецкомъ университетѣ. Передъ полученiемъ каѳедры онъ сталъ быти украинофиломъ, такъ якъ яко сторонникъ общерусского языка не былъ бы получилъ каѳедры. Съ его пришествiемъ малорусское сепаратистическое направленiе стало роспространятись и на Буковинѣ. Къ нему присоединилось нѣсколько чиновниковъ и учителей, которыи пособляли оное направленiе, поддерживаемое позднѣйше также буковинскими поляками и ихъ органомъ Gazet-ою polsk-ою.

На основанiи статута отъ 26 февраля 1861 г. соймъ княжества Буковины состоитъ изъ 30 депутатовъ: православного епископа, 10 пословъ изъ курiи помѣщиковъ, 7 пословъ отъ городовъ и торговельно-промышленной палаты и 12 пословъ сельскихъ громадъ. Русскiи въ найлучшемъ случаѣ могли перевеети выборъ 6 пословъ изъ сельскихъ громадъ, которыи на рѣшенiя сойма нiякъ влiяти не могли.

Православное епископство было въ 1870 г. (23 января) возведено до степени

357

митрополiи, которой подчинено право славныхъ Далматiи. Такимъ образомъ православныи въ Австрiи были освобождены отъ зависимости отъ карловицкого патрiарха. Введенiе дуализма повлiяло также, якъ видимъ. на организацiю православной церкви въ Австро-Венгрiи.

XIII. Славянофильство въ Роосiи и русско-турецкая война 1877/8 г. — Воздѣйствiе ихъ на отношенiя Австро-Венгрiи вообще и австрiйской Руси въ частности.

Въ 1877 г. произошло громадного значенiя событiе, опредѣлившее дальшее розвитiе политического состоянiя Европы и воздѣйствовавшее также на судьбу австрiйской Руси. То была русско-турецкая война, освободившая славянъ Балкансного полуострооа, подорвавшая господство турокъ въ Европѣ и давшая начало новой групировцѣ европейскихъ державъ.

Хотя много обстоятельствъ сложилось на ея вызванiе, однако головнѣйшую роль въ ней отыграло движенiе, извѣстное подъ названiемъ панславизма или славянофильства. Панславизмъ — въ значенiи сознанiя племенного сродства всѣхъ славянъ и проистекающого изъ оного сознанiя культурныхъ и политическихъ стремленiй — возникъ собствен-

358

но, якъ мы видѣли въ одной изъ предшествующихъ главъ, среди австрiйскихъ славянъ. Начало дали ему ученыи, изслѣдовавшiи старославянскiй языкъ и славянскiи древности; скрѣпилъ его напоръ нѣмцевъ и мадьяръ, провикнувшихся нацiональною идеею и задумавшихъ присоединити къ своимъ нацiональностямъ инородческiи племена. Желая защищати свое существовянiе, австрiйскiи славяне принуждены были, для спасенiя своего, думати о литературномъ и политическомъ единенiи. Политическое единенiе они понимали не яко созданiе одного славянского государства, а яко солидарность въ европейсквхъ международныхъ вопросахъ.

Изъ Австрiи славянское движенiе перенеслось въ Россiю и здѣсь обнаружилось оно сперва, ровно якъ и въ Австрiи, въ характерѣ ученыхъ трудовъ по славяновѣдѣнiю. Броневскiй, въ своихъ запискахъ (1804—1810) о Далматiи, Гяличинѣ и Польщѣ, подробно описалъ, якъ торжественно принимали тамъ русскихъ и розумѣли ихъ языкъ. Кайсаровъ и А. И. Тургеневъ предприняли первую ученую поѣздку по славянскимъ землямъ. Карамзинъ, въ своей исторiи россiйского государства, станулъ на славянской почвѣ и славянскiи языки и народы роздѣлялъ на основанiи граматики Добровского. Подъ влiянiемъ славянской науки стали русскiи усерднѣйше заниматись своимъ прошлымъ. Воз-

359

никли труды гр. Румянцева, Калайдовича, Востокова, Погодина и др. Въ 1814 г. въ Москвѣ основалось Общество исторiи и древностей, и по ходатайству Каченовского открыта была каѳедра славянской словесности. Путешествовавшiй по западной Европѣ Погодинъ вступилъ въ сношенiя съ славянскими учеными и поэтами.

Россiйское правительство убѣдилось въ значенiи славяновѣдѣнiя для культурного розвитiя Россiи и въ 1830-хъ годахъ стало посылати молодыхъ людей въ славянскiи земли, щобы они изучили славянскiи языки и ихъ литературы и впослѣдствiи заняли каѳедры славянского языка въ русскихъ университетахъ. Вообще въ 1830-хъ годахъ въ русскомъ обществѣ было замѣтно сильное стремленiе къ сближенiю съ славянствомъ. Славянофильство обнаружвлось также у поляковъ. Русскiи ученыи славняофильского направленiя обращали также вниманiе на простонародную поэзiю и Срезневскiй прямо казалъ, що „литература имѣетъ достоинство только тогда, когда сближается съ народною.“

Въ то время, когда русская историко-филологическая наука оперлась на славянскую почву, въ Москвѣ образовался кружокъ славянофиловъ, въ которомъ головными дѣятелями были братья Иванъ и Петръ Кирѣевскiи, Константинъ и Иванъ Аксаковы и Хомяковъ. Они занимались философiею Шеллинга и въ

360

своихъ розсужденiяхъ пришли къ тому заключенiю, що Россiя должна станути во главѣ славянства, щобы разомъ съ нимъ осуществити въ мiрѣ ту идею, которую ей предназначило Проввдѣвiе. Тою идсею они считали человѣколюбiе вообще, будучи того убѣжденiя, що Европа христiанской идеи не осуществила и осуществити не будетъ въ состоянiи. Хомяковъ говорилъ, що жизнь Западной Европы розлагается, государства сложились механически, господствомъ силы; христiанство ссть тамъ государственная религiя. Западныи народы поняли христiанство въ дусѣ римской государственности. Церковь тамъ сперва зависѣла отъ государства, потомъ, прiобрѣвши силу и власть, сдѣлалась сама государствомъ. Россiя, напротивъ, приняла христiанство изъ Византiи. и сохранила независимость. Вселенскiи соборы дали восточной церкви единство. Воля отдѣльной личности не стѣснена, такъ якъ государство не считаетъ себе святымъ. К. Аксаковъ говорилъ, що русское государство образовалось призванiемъ, нравственнымъ убѣжденiемъ, а не насилiемъ. Народъ обработывалъ землю, а государь его защищалъ. Основанiемъ русского государственного порядка была община; аристократiи не быiо, такъ якъ бояре не были наслѣдственны; они служили и за то получали помѣстья и вотчины. Общины не уничтожали оидѣльной личности, но и она, съ своей стороны, отказы-

361

валась отъ своихъ ивтересовъ для общей пользы. Каждый могъ высказати свое мнѣнiе, но предоставлялъ рѣшенiе государю. Реформа Петра вел. вовсе не была нужна. Перестроявши все на свой ладъ, онъ нарушилъ союзъ земли съ государствомъ. Считая русскiй народъ богоизбраянымъ, предназначеннымъ возродити Европу, славянофилы ту богоизбранность призяавали результатомъ нравствевныхъ свойствъ, присущихъ русскому народу — миролюбiя, пристрастiя къ земледѣлiю, отвращенiя къ воинственнымъ набѣгамъ. Во своемъ народѣ они видѣли смиренiе, стремленiе къ простотѣ и къ правдѣ въ жазни, отсутствiе гордости и печаливости о внѣшнемъ блеску. Признавая союзъ народа съ государствомъ, славянофилы требовали свободы устного и печатного слова. Они горячо и искренно сочувствовали освобожденiю крестьянъ.

Первыи русскiи славянофилы были чисто по православному религiозны и дорожили преданiями старины; они изучали богословiе и бесѣдовали съ схимниками. Они любили семейную жизнь и строго держались старины даже въ образѣ жизни и въ одеждѣ; носили мурмолку, хотя всѣ надъ ними за то смѣялись. Яко люди матерьяльно обезпеченныи, основательно образованныи, независимыи по службѣ — первыи русскiи славянофилы обнаруживали замѣчательную самостоятельность. Лица офицiаль-

362

ныи смотрѣли на нихъ подозрительно. Отъ того ихъ литературная дѣятельность розвивалась медленно, съ постоянными задержками и розличными случайными препятствiями.

Славянофильство усилилось въ Россiи послѣ крымской войны, подорвавшей, вслѣдствiе неблагополучного для Россiи исхода ея, значенiе западничества, т. е. того направленiя въ науцѣ, искуствѣ и жизни, которое стремилось къ подражанiю западной Европѣ. Оказалось, що Россiя съ прежними своими порядками и мiросозерцанiемъ образованныхъ класовъ, заимствованнымъ отъ западной Европы, не была въ состоянiи исполнити предназначенной ей роли въ мiрѣ. Императоръ Александръ II рѣшился на коренныи преобразованiя въ своемъ государствѣ въ дусѣ, отвѣчающемъ стремленiямъ славянофиловъ, одинъ же изъ славянофиловъ, Н. Я. Данилевскiй, подъ впечатлѣнiемъ оной войны, принялся за трудъ, щобы славянофильскiи воззрѣнiя собрати въ одно цѣлое и доказати ихъ основательность научнымъ образомъ. Плодомъ его труда была объемистая книга подъ заглавiемъ „Россiя и Европа“ (5-ое изданiе Спб. 1895).

Данилевскiй основываетъ въ своемъ сочиненiи всемiрную исторiю на культурно-историческихъ типахъ, которыи были, по его мнѣнiю, слѣдующiи: 1) египетскiй; 2) китайскiй; 3) древне-семитическiй (ассирiйско-вавилоно-финикiйскiй);

363

4) индiйскiй; 5) иранскiй; 6) еврейскiй; 7) греческiй; 8) римскiй; 9) новосемитическiй или аравiйскiй; 10) германо-романскiй или европейскiй; 11) мексиканскiй и перуанскiй, погибшiй преждевременно насильственною смертью и неуспѣвiй совершити своего розвитiя. Изъ прочихъ названныхъ типовъ одни погибли, переживши свой вѣкъ, другiи продолжаютъ свое существованiе.

Славяне составляютъ зародышъ нового, свѣжого культурно-исторического типа. Отъ нихъ самыхъ зависитъ, исполнити свою историческую задачу. Если бы славянство, по внѣшнимъ или внутреннимъ причинамъ не было въ состоянiи выработати самобытной цивилизацiи, т. е. стати на степень розвитого культурно-исторического типа, живого и дѣятельного органа человѣчества, то ему ничего другого не останется, якъ роспуститись, ростворвтись и перемѣнитись въ этнографическiй матерiалъ — потеряти свой формацiйный или образовательный принципъ и питати своими трудами и потомъ, своею плотью и кровью чужiй, больше благородный прививокъ. Славяне, если хотятъ выполнити свое предназначенiе въ мiрѣ, дояжны примѣнитись къ законамъ, по которымъ розвиваются культурно-историческiи типы.

Тѣ законы суть: 1) Всякое племя или семейство народовъ, характеризуемое отдѣльнымъ языкомъ или групою языковъ, близкихъ между собою до то-

364

го, щобы родство ихъ чувствовалось непосредственно, безъ глубокихъ филологическихъ изысканiй, составляетъ самобытный культурно-историческiй типъ, если оно вообще по своимъ духовнымъ задаткамъ способно къ историческому розвитiю и вышло уже изъ младенчества.

2) Дабы цивилизацiя, свойственвая самобытному культурно-историческому типу, могла зародитись и розвитись, необходимо, щобы народы, къ нему принадлежащiи, пользовались политическою независимостью.

3) Начала цивилизацiи одного культурно-исторического типа не передаются всецѣло народамъ другого типа. Каждый типъ выроботываетъ ихъ для себе, при большемъ или меньшемъ влiянiи чуждыхъ, ему предшествовавшихъ или современныхъ цивилизацiй.

4) Цивилизацiя, свойственная каждому типу, тогда только достигаетъ полноты, рознообразiя и богатства, когда рознообразныи этнографическiи элементы, его составляющiи, не будучи поглощены однимъ политичсскимъ цѣлымъ, пользуясь независимостью, составляютъ федерацiю, или политическую систему государствъ.

5) Ходъ розвитiя культурно-историческихъ типовъ всего ближе уподобляется тѣмъ многолѣтнимъ, одноплоднымъ ростѣнiямъ, у которыхъ перiодъ роста бываетъ неопредѣленно продолжи-

365

тельнымъ, но перiодъ цвѣтенiя и плодоношенiя — относительно короткимъ и истощаетъ разъ на всегда ихъ жизненную силу.

Остановляясь надъ идеею, которую должно осуществити славяяство, Данилевскiй приходитъ къ тому закчюченiю, що то должна быти идея христiанства — идея любви ближняго. Идеи той не могъ осуществити романо-германскiй мiръ, ибо онъ призналъ насильственности и интересу личности и партiй за надто великое значеиiе. „Борьба и соперничество образовали англiйскiй характеръ — борьбу вознесли германцы до вышины народного идеала (дуэли нѣмецкихъ буршевъ).“

Остановляясь на христiансгвѣ, Даннлевскiй говоритъ, що всѣ христiанскiи общества одинаково признаютъ своимъ основанiемъ Божественное откровенiе, однако росходятся въ пониманiи того откровенiя и во взглядахъ на устройство церкви.

Понятiй о церкви сущеетвуетъ четыре:

1) Понятiе православное, що цервовь есть собранiе всѣхъ вѣрующихъ всѣхъ временъ и всѣхъ народовъ, подъ главенствомъ Iисуса Христа и подъ водительссвомъ св. Духа и приписывающее вселенскимъ соборамъ неногрѣшимость.

2) Понятiе католическое, сосредоточивающее понятiе о церкви въ лицѣ

366

папы и для того ириписывающее ему непогрѣшимость, Католицизмъ пропитался романо-гсрмански и повятiями о значенiи борьбы и назвалъ себе воинствующою церковью.

3) Понятiе протестантское, переносящее право толкованiя Откровенiя на каждого члена церкви и для того переносящее на каждого ту непогрѣшимость, конечно относительно его же сямого.

4) Понятiе мистическое квакеровъ и методистовъ, постапляющее непогрѣшимость въ зависимость отъ непосредственного просвѣтленiя каждого Духомъ св. и отъ собственного сознанiя каждого, считающого себе вдохновсннымъ или просвѣтленнымъ.

Данилевскiй убѣжденъ, що лишь православное понятiе соборной церкви передаетъ неподдѣльное ученiе Христово. Вообще русскiи славянофилы приняли православiе въ основную точку своихъ взглядовъ, но, не смотря на то, они въ отношенiи къ другимъ вѣроисповѣданiямъ руководятся терпимостью. Они порицаютъ всякое насилiе въ дѣлахъ вѣры. „Для славянина — говоритъ Данилевскiй — послѣ Бога и его церкви идея славянская (т. е. идея любви ближняго) должна быти высшою идеею и стояги выше свободы личности, выше науки, выше просвѣщенiя, выше всякого земного блага.“

Касательно государственного строя говоритъ Данилевскiй: Существеннѣйшая

367

цѣль государства есть охрана народности (т. е. державы должны устроиватись по прянципу нацiональности). Сила и крѣпость той народной брони (т. е. государства) должна сообразоватись съ силою опасночтей, противъ когорыхъ ей приходилось или приходится еще боротись. Для того государство должно приняти форму одного централизованного политического цѣлого тамъ, гдѣ опасность великая, но можетъ приняти форму больше или меньше слабо соединенныхъ федеративною связью отдѣльныхъ частсй, гдѣ опасность малая.

Славянофильское движенiе усилилось въ Россiи послѣ 1860 г. Кромѣ патрiарха славянофиловъ, Погодина (ум. 1875) жили тогда еще: Иванъ Аксаковъ (ум. 1887), Ю. Ѳ. Самаринъ (ум. 1876), Д. Валуевъ (ум. 1865), поэтъ Тютчевъ (ум. 1873), критикъ и славистъ О. Ѳ. Миллеръ (ум. 1889), поэтъ Ѳ. Достоевскiй, критикъ А. Григорьевъ (ум. 1864), названный выше Н. Я. Дапилевскiй (ум. 1885). славистъ И. И. Срезневскiй (ум. 1880) и Р. М. Бодянскiй (ум. 1876). Ихъ дѣятельность пособляли и розвивали дальше многiи изъ молодого поколѣнья, между которыми виднѣйшiи бмли: В. И. Ламанскiй (здрайствующiй нынѣ), Гильфердингъ (ум. 1872), А. Котляревскiй (ум. 1881), Н. А. Лавровскiй (ум. 1886), Бильбасовъ, Макушевъ, А. С. Будиловичъ, П. А. Кулаковскiй, и др. Много лицъ, служившихъ въ армiи, дипломатiи,

368

гражданскихъ и духовныхъ вѣдомствахъ, проникнутыхъ было славянофильскими взглядами. Довольно упомянути о Новиковѣ, послѣ въ Турцiи, затѣмъ въ Цареградѣ, обоихъ Игнатьевыхъ, генералахъ: Гурку, Скобелевѣ, Драгомiровѣ, нынѣшнемъ оберпрокурорѣ св. Синода К. И. Побѣдоносцевѣ, и др. Самъ пок. императоръ Александръ III будучи престолонаслѣдникомъ, не скрывалъ своихъ славянофильскихъ убѣжденiй.

Прiобрѣвши такимъ образомъ влiянiе на русское общество, славянофильство перешло въ Россiи на практическое поле. По ходатайству Погодина былъ въ 1861 г. основанъ въ Москвѣ Славянскiй благотворительный Комитетъ съ цѣлью, пособляти литературу доугихъ славянскихъ народовъ, помогати бѣдной учащейся славянской молодежи и вообще пособляти культурныи стремленiя славянъ. Московское Славянское Общество устроило въ 1867 г. этнографическую выставку въ Москвѣ, во время которой (въ маѣ) состоялся съѣздъ всѣхъ виднѣйшихъ ученыхъ и дѣятелей славянства. Между иными изъ Галичины были на томъ съѣздѣ Я. Ѳ. Головацкiй, Iос. И. Ливчакъ и Евг. О. Павлевичъ изъ Чехiи Ригеръ и Палацкiй. Славянскихъ гостей принялъ императоръ Александръ II на спецiальной авдiенцiи словами: „Здравствуйте господа! Я радъ видѣть Васъ, славянскихъ братьевъ, на родной славянской землѣ“... Затѣмъ императоръ

369

удостоилъ каждого изъ присутствующихъ розговора.

Въ 1868 г. было основано въ Петроградѣ Славянское благотворительное Общество, и такiи же Общества впослѣдствiи возникли въ Кiевѣ и Одессѣ. Съ 1871 г. сталъ выходити въ Кiевѣ „Славянскiй Ежегодникъ“ (подъ редакцiею Задерацкого), а затѣмъ въ Петроградѣ органъ русско-славянскихъ Обществъ „Славянскiй Сборникъ“, замѣненный въ 1883 г. „Извѣстiями Слав. благотв. Общества.“ Въ 1884 г. была учреждена въ Петроградѣ постоянная редакцiйная и издательская комисiя по славянскимъ изданiямъ. Она издала между иными капитальвый трудъ Будиловича п. з. „Общеславянскiй языкъ въ ряду другихъ языковъ древней и новой Европы“ 2 томы Спб. 1892.

Петроградское Славянское Общество праздновало въ 1885 г, память апостоловъ славянскихъ, свв. Кирилла и Меѳодiя. Въ семъ торжествѣ принимали участiе также русскiи галичане, однако были за то львовскою полицiею приговорены къ аресту. Славянскiи Общества въ Россiи изросходовали до 1892 г. на церкви, школы, литературныи изданiя въ славянскихъ земляхъ и воспитанiе славянской молодежи 2 1/2 милiона рублей{Истоминъ: Краткiй очеркъ дѣятельности С.-Петербургскаго Слав. благотв. Общества за 25 лѣтъ его существованiя съ 1868—1893 г.}.

370

Одновременно, особенно послѣ 1866 г. славянское движенiе охватило опять Австрiю и Венгрiю. Обнаружилось оно рвенiемъ къ изученiю славянской исторiи и славянскихъ древностей и къ роспространенiю русского литературного языка яко общеславянского. Чехи стали основывати у ссбе кружки для упражненiя въ русскомъ розговорномъ языцѣ, также хорватскiи, сербскiи, словацкiи, словѣнскiи а карпато-русскiи студенты принялись за усвоенiе себѣ велико-русской рѣчи. Б. А. Дѣдицкiй издалъ 1866 г. во Львовѣ маленькое руководство для галичанъ. „Въ одинъ часъ научиться малорусину по велико-русски“ — въ Австро-Венгрiи обнаружился большiй спросъ за нѣмецкими граматиками русского языка. Австрiйскiи славяне, не имѣвшiи случая сообщатись еъ великороссами и не слышавшiи никогда велико-русского произпошенiя, старались изучити его посредствомъ нѣмецко-русскихъ граматикъ.

Въ Вѣднѣ судьбою славянской молодежи занялся М. Ѳ. Раевскiй (ум. 1885), протоiерей и настоятель церкви при русскомъ посольствѣ. Онъ несъ помощь славянскимъ студентамъ и указывалъ русскимъ патрiотамъ въ Россiи способныхъ молодыхъ славянъ, которымъ бѣдность или другiи причины не давали возможности получати воспитанiе на родинѣ, щобы имъ сдѣлати возможнымъ оконченiе наукъ въ Россiи.

Подъ влiянiнмъ славянофильского

371

теченiя, двое галичанъ: О. Н. Ливчакъ, К. Г. Климковичъ, принялись за изданiе въ Вѣднѣ журнала „Славянская Заря“, первый выпускъ которого появился 1 (13) iюля 1867 г. Они приняли въ програму того журнала: всестороннее розсмотрѣнiе и изслѣдованiе славянского вопроса, критическую оцѣнку всѣхъ господствующихъ славянскихъ политическихъ воззрѣнiй и современныхъ стремленiй, защиту славянской народности отъ давленiя другихъ племенъ, возбужденiе общеславянского сознанiя и наконецъ проведенiе собственно „своей“ политической славянской програмы. „Политическое объединенiе нѣмецкого народа — говорятъ издатели — есть лишь вопросомъ времени. Австрiя перестанетъ быти нѣмецкою... Стоитъ только посмотрѣти на этнографическую карту Австрiи и Турцiи, щобы убѣдитись, що единственный элементъ, имѣющiй всѣ задатки образовати плотную государственность на обширномъ пространствѣ южной Европы — то элементъ славянскiй. Тотъ славянскiй элементъ въ настоящемъ своемъ видѣ, при пестротѣ его розличныхъ нарѣчiй, при множествѣ образовавшихся шаткихъ центровъ, несвязанныхъ между собою нiякимъ общимъ интересомъ, не можетъ выполнити той задачи. Щобы приготовити его къ той великой цѣли, необходимо прежде всего объединити его однимъ политическимъ легко доступнымъ языкомъ, яко единственнымъ

372

могущественнымъ орудiемъ всякого политического единства. Такимъ языкомъ можетъ быти только одинъ русскiй, яко неутральный, имѣющiй богатую литературу и для всѣхъ славянъ дѣйствительно ровно понятный и доступиый. Принявши русскiй языкъ, славяне, екрѣпили бы ту духовную связь съ русскимъ народомъ, которая при данныхъ условiяхъ такъ сказати необходима для ихъ народного существованiя. Гарантiею политической самостоятельпости полагаемого нами западно-славянского государства съ одной стороны будутъ: свой собственный характеръ славянскихъ племенъ, другiи начала розвитiя, другая историческая задача западного славянства — неменьше же и географическое положенiе. Съ другой стороны Россiя, если желаетъ имѣти въ единоплеменныхъ ей славянахъ, естественныхъ политическихъ союзниковъ, можетъ, по нашему мнѣнiю, только и желати ихъ самостоятельной и независимой отъ нея политической организацiи, иначе не смотря на географическую трудность, и даже невозможность, присоединити ихъ къ своему и безъ того уже пространному государству, она принявши въ себе масу стиль родныхъ, къ индивидуальному розвитiю стремящихся элементовъ, только ослабила бы самую себе и помѣшала нормальному розвитiю своего собственного народа... И такъ, по нашему мнѣнiю, западное славянство должно образовати свой отдѣльный полити-

373

ческiй центръ, создата свою отдѣльную централизующую государственность, и тогда оно, будучи солидарно въ своихъ интересахъ съ интересами единоплеменной Россiи, необходимо станетъ къ ней въ дружественныи отношенiя. Руководительницею той исторической задачи, можетъ быти, по нашему мнѣнiю, только августѣйшая династiя Габсбурговъ, такь якъ судьба ея тѣсно связана съ подвластными ей славянами... И такь, мы желали бы видѣти въ Европѣ два великiи славянскiи государства съ однимъ русскимъ языкомъ — въ вѣчномъ естественномъ союзѣ между собою, основанномъ на общенародномъ славянскомъ сознанiи и на проистекающей отсюда солидарности славянскихъ интересовъ“{Левицкiй: Гал. русск. Библiографiя стр 94.}.

Програма издателей, стремившаяся къ прiуготовленiю почвы для созданiя славянского государства изъ Австро-Венгрiи и европейской Турцiи, не нашла, по видимому, сочувствiя ни у австрiйского правительства, ни у австро-венгерскихъ славяъ, ибо изданiе „Славянской Зари“ прекратялось въ 1868 г. Тогда управлялъ Австрiею Бейстъ, вообще враждебно относившiйся къ славянамъ.

Замѣчательно, що издатели хотѣли Австрiю толкнути къ юго-востоку.

Если русское славянофильство не

374

осталось безъ воздѣйствiя на австро-венгерскихъ славянъ, то тѣмъ большое влiянiе оно должно было произвести на турецкихъ славянъ, стонавшихъ подъ игомъ магометанства и еще съ временъ Петра великого надѣявшихся освобожденiя отъ русского царя. Надежда турецкихъ славянъ на помощь Россiи, сдержанная на нѣкоторое время послѣ крымской войны, ожила опять послѣ французско-нѣмецкой войны 1870/1 года, особенно послѣ заявленiя Россiи отъ 31 октября 1870, що она считаетъ опредѣленiя парижского трактата отъ 1856 г. касательно неутральности Чорного моря недѣйствующими. Князь черногорскiй Николай назвалъ русского царя „отцомъ и покровителемъ славянской семьи.“

Турецкое правительство, по настоянiю западныхъ государствъ, признало въ 1854—1856 гг. своимъ христiанскимъ подданнымъ нѣкоторыи льготы. Въ 1854 г. (ферманомъ отъ 16 марта) были христiане допущены къ свидѣтельствованiю на судѣ въ карныхъ процесахъ между христiанами и турками. Въ 1855 г. (ферманомъ отъ 10 мая) была поголовная подать на христiанъ отмѣнена и они были допущены къ военной службѣ. Ферманомъ отъ 18 февраля 1856 г. объявилъ султанъ общую свободу вѣроисповѣданiй, соцiальное сровнанiе всѣхъ подданыхъ и т. д.

Не смотря на то, що всѣ султан-

375

скiи ферманы не были исполнены, они взволновали мусулманское населенiе, которое съ мыслью ровноуправненiя христiанъ нiякъ освоитись не могло. 15 iюля 1858 г. напали мусулманы на консулаты французскiй и авглiйскiй въ Джеддѣ и убили обоихъ консуловъ разомъ съ многими христiанами. Въ 1860 г. произошла ужасная рѣзня христiагнъ въ Сирiи, и Францiя должна была отправити тамъ 6000 войска.

Розложенiе турецкой имперiи было очевидное. Въ 1858 г. Куза избранъ былъ въ Яссахъ княземъ Молдавiи, въ 1859 г. же княземъ Валахiи и на тѣхъ достоинствахъ утвержденъ парижскою конференцiею 1859 г., не смотря на соиротивленiе со стороиы Австрiи и Турцiи. Его низвергли въ 1866 г. и избрали княземъ обоихъ княжествъ Кароля изъ дома Гогенцолернъ-Сигмарингенъ. Румыны стремились къ отторженiю отъ Турцiи, шо консчно, обезпокоивало не только Турцiю, но и Австрiю. Въ 1857 и 1858 гг. возникли въ Боснiи и Герцеговинѣ возстанiя крестьянъ противъ беговъ (магометанскихъ помвщиковъ), въ 1858 г. вспыхнула война между Черногорiею и Турцiею, прекращенная только вмѣшательствомъ великихъ державъ. Въ Сербiи былъ въ 1858 г. низверженъ съ престола князь Александръ Карагеоргiевичъ, хотввшiй ограничити права скупщины, и вмѣсто него возведенъ на престолъ Милошъ Обреновичъ съ правомъ

376

наслѣдственности, головно по той причинѣ, що онъ былъ представителемъ велико-сербской идеи, т. е. соединенiя всѣхъ сербовъ въ одно государство Его убили въ 1868 г. (палъ отъ выстрѣла убiйцы изъ за угла). Его мѣсто запялъ сынъ Миланъ. Также греки домогались освобожденiя своихъ земляковъ изъ-подъ турецкого ига и то было причиною низложенiя съ греческого престола Оттона и возведенiя на престолъ датчанского принца Георгiя. Островъ Кандiя волновался безпрестанно. Среди такихъ замѣшательствъ умеръ султанъ Абдулъ-Меджидъ (1861) и его мѣсто занялъ братъ Абдулъ-Азисъ. Также въ Черногорiи послѣдовала смѣна владѣтеля: въ 1860 г. былъ убатъ кяязь Данiилъ и его преемникомъ сталъ дѣятельный племянникъ его Николай.

Турецкое цравительство сознавало грозившую ему опасность и принимало заблаговременно мѣры для отвращенiя ея. Оно приняло въ Болгарiю черкессовъ изъ Кавказа и стало улучшати и убольшати свои военныи силы и флотъ. Съ 1870 г. стало оно къ той цѣли употребляти прусскихъ офицеровь. Тѣ вооруженiя стоили громадныхъ сумъ. Съ 1854—1874 гг. сдѣлала Турцiя одинъ милiардь и 46 мил. таларовъ долга на 9 1/2 %. Самъ папа былъ заимодавцемъ Турцiи и въ томъ обстоятельствѣ усмотриваютъ причину его турецкихъ симпатiй. Турцiя благоволила также католи-

377

ческой и протестантской пропагандѣ среди своихъ православныхъ, надѣясь тѣмъ образомъ ослабити влiянiе Россiи на нихъ.

Въ 1870 г. (31 октября) объявила Россiя, що въ виду нарушенiй парижского трактата отъ 1856 г., именно въ Румынiи, и въ виду перемѣнившихся отношенiй, она не считаетъ уже больше себе связанною постановленiемъ парижского трактата о неутральности Чорного моря. По ходатайству Бисмарка то требованiе Россiи было принято другими государствами на конференцiи въ Лондонѣ (13 февраля 1871). Съ тѣхъ поръ Россiя могла на Чорномъ морѣ имѣти свой флотъ и свои арсеналы. Тотъ успѣхъ Россiи возбудилъ у турецкихъ славянъ новыи надежды на Россiю.

Однако Россiя не желала войны съ Турцiею и стремилась къ тому, щобы жити съ нею въ дружбѣ. Русскiй посланникъ въ Цареградѣ гр. Н. И. Игнатьевъ прiобрѣлъ себѣ довѣрiе у султана Абдулъ-Азиса и у великого визира Мегемеда-Недима-паши. Свое влiянiе употреблялъ онъ для улучшенiя мирнымъ путемъ судьбы христiанъ, совѣiуя турецкому правительству признати христiанскимъ провинцiямъ самоуправство. По его почину, щобы освободити болгаръ отъ греческого духовенства, былъ установленъ болгарскiй эксархать въ Ортакой предъ воротами Цареграда.

Но Турцiя не могла освободитись

378

отъ внутреннихъ затрудненiй. Въ 1875 г. было объявлено финансово-державное банкротство — и въ томъ же году опять возникло возстанiе въ Герцеговинѣ (iюль). Возстанцы вывѣсили австрiйскiй флагъ. Славяне Австрiи объявили сочувствiе возстанцамъ и стали собирати для нихъ подаянiя. Также львовская русская газета „Слово“ занялась собиранiемъ пожертвованiй.

Австро-Венгрiя, Германiя и Россiя взяли дѣло возстанiя въ свои руки. Они съ начала послали своихъ консуловъ яко посредниковъ къ возстанцамъ, и когда та мѣра не могла умиротворити герцеговинцевъ, Австро-Венгрiя приняла верховодство по дѣлу интервенцiи. Гр. Андраши отправилъ дипломатическую ноту въ Цареградъ, требовавшую реформъ для взволнованныхъ земель, прежде всего для Боснiи и Герцеговины (1876). Къ онымъ тремъ государствамъ присоединилась также Англiя. Волненiя роспространились также на Боснiю и Болгарiю. Болгары выслали прошенiе къ султану, требуя позволенiя носитя оружiе, доступа въ турецкое войско, введенiя болгарского языка въ суды и уряды и вскорѣ затѣмъ (мартъ 1876) также возстали. Болгары и боснiйцы возлагали свои надежды па Россiю.

Безпокойства охватили всю европейскую Турцiю. Въ Цареградѣ взволновались софты (турецкiи студенты), въ Солунѣ французскiй и нѣмецкiй консулы

379

были убиты. Среди того замѣшательства уступилъ великiй визиръ и его мѣсто занялъ Мегемедъ-Рушди-паша. Митхадъ-паща составилъ заговоръ противъ султана, державшого сторону Россiи, низложилъ его 30 мая 1876 г. съ престола и посадилъ на немъ Мурада-Эффенди V. Абдулъ-Азиса вскорѣ затѣмъ нашли мертвымъ. Въ 1881 г. было удостовѣрено, що его лишили жизни пять заговорщиковъ. Преданный убитому султану офицеръ Гассанъ помстилъ смерть своего государя, убивши двохъ изъ заговорщиковъ.

Возстанiс было въ Герцеговинѣ, Боснiи и Болгарiи. Въ Болгарiи баши-бузуки и черкесы произвели ужасную рѣзню христiань такъ, що даже въ Англiи, по почину Гладстона, собирались митинги для объявленiя негодованiя по поводу турецкихъ звѣрствъ. Сербы и черногорцы не могли ровнодушно присмотриватись тѣмъ звѣрствамъ и они также хватили за оружiе, хотя между князями Николаемъ черногорскимъ и Миланомъ сербскимъ существовало розногласiе. Въ Россiи охватило всѣ слои населенiя воодушевленiе для славянского дѣла и численныи отряды добровольцевъ стали спѣшити на поле сраженiя. Боснiйцы провозгласили своимъ владѣтелемъ Милана сербского, герцеговинцы же Николая черногорского. Сербiя объявила войну Турцiи 2 iюля, то самое сдѣлала и Черногорiя. Надъ сербскимъ

380

войскомъ, въ которомъ было множество русскихъ добровольцевъ и русскiи сестры милосердiя, обнялъ начальство русскiй генералъ Черняевъ, а шефомъ головного штаба былъ русскiй полковникъ В. В. Комаровъ, нынѣшнiй редакторъ петроградской газеты „Свѣтъ“.

Сербы выставили 66.000 ополченiя, черногорцы 15.000, итого 81.000. Противъ той силы турки роспоряжали 160.000 чел. отборного и отлично вооруженного войска, которое убольшилось впослѣдствiи до 210.000. Противъ такой перемогающей силы не могъ Черняевъ ничего сдѣлати и лишь старался продолжити войну. Когда турки готовились залити цѣлую Сербiю своею армiею, Россiя грозьбою войны принудила Турцiю къ заключенiю перемирiя.

Россiя не была ириготована къ войнѣ. Организацiя ея военныхъ силъ не была еще окончена; черноморскiй флотъ находился едва въ завязцѣ. Не смотря на то, Россiя узрѣла себе принужденною выступити въ защитѣ турецкихъ славянъ и начати войну. Если бы она того не сдѣлала, славянская стихiя на Бачканскомъ полуостровѣ была бы доведена до крайняго упадка, изъ которого она никогда уже не поднялась бы и магометанство могло бы окрѣпнути и составити силу, грозную для южныхъ границъ Россiи. Россiя хотѣла начати войну въ союзѣ съ Австро-Венгрiею, и съ той причины имѣлъ императоръ Александръ II

381

8 iюля 1876 г, свиданiе съ Францъ-Iосифомъ I въ Рейхштадтѣ, въ которомъ участвовали также Горчаковъ и Андраши. Впослѣдствiи императоръ Алексан дръ II отправилъ (въ концѣ сентября 1876 г.) ген. Сумарокова въ Вѣдень съ слѣдующими предложенiями: Австро-Венгрiя займетъ своими войсками Герцеговину, Россiя Болгарiю, Англiя произведетъ своимъ флотомъ демонстрацiю передъ Цареградомъ, и такимъ образомъ тѣ три державы наклонятъ султана къ реформамъ въ пользу христiанъ. Тѣ предложенiя были отклонены. Тогда императоръ Александръ II приказалъ (13 ноября 1876) мобилизовати шесть армейскихъ корпусовъ, назначая брата своего Николая Николаевича главнокомандующимъ. Турцiя въ отвѣтъ на то обнародовила конституцiю для своего населенiя, которое, безъ розличiя вѣроисповѣданiя, назвала „османами“, и заключила мвръ съ Сербiею (28 февраля 1877). Лишь Черногорiя продолжала войну съ Турцiею. Между-тѣмъ уступилъ великiй визиръ Митхадъ-паша, и его мѣсто занялъ Эдхемъ-паша возлагавшiй большiи надежды на Англiю и не хотѣвшiй въ ничемъ уступити Россiи.

Россiя, заключивши 4 (16) апрѣля 1877 военную конвенцiю съ Румунiею, въ которой послѣдаяя условила себѣ цѣлость своихъ границъ, объявила 24 апрѣля войну Турцiи. Нѣсколько дней передъ тѣмъ (16 апрѣля) Англiя въ сво-

382

ей синей книзѣ обнародовала документы, касавшiися унiатовъ въ Привислянскомъ краѣ, щобы тѣмъ уколоти Россiю.

Противъ объявленiя войны Турцiи не поднесло протеста ни одно изъ европейскихъ государствъ, не смотря на то, що въ договорѣ отъ апрѣля 1856 г. между Францiею, Англiею и Австрiею условлена была неприкосновенность Турцiи. Съ объявленiемъ неутральности поспѣшила Францiя (25 апрѣля); въ ея слѣды вступила Италiя (29 апр.), затѣмъ Англiя (30 апр.), Австро-Венгрiя (4 мая). Послѣдняя еще прежде, 15 января 1877 г., заключила съ Россiею спецiальный договоръ касательно турецкихъ дѣлъ.

Якая была причина, що ни одно европейское государство не выступило въ защитѣ Турцiи? Францiя, имѣвшая прежде притязанiя на покровительство католиковъ въ Турцiи, послѣ пораженiя въ 1870 г. искала дружбы съ Россiею. Она была ей обязана спасенiемъ въ 1875 г., когда Бисмаркъ задумалъ поновно напасти на Францiю, щобы ю совсѣмъ безсилити. Тогда Александръ II воспротивился новой нѣмецко-французской войнѣ. Германiя довольна была розверткою восточного вопроса, запрятавшого вниманiе Австро-Венгрiи и отвлекшого ю отъ нѣмецкихъ дѣлъ. Въ Австро-Венгрiи была, якъ утверждаютъ, партiя, съ военнымъ министромъ Купомъ во главѣ, за войною съ Россiею. Но тому воспротивились императоръ и гр. Андраши. Въ

383

пору возстанiя кривошакъ въ 1869 г. убѣдилась Австрiя, що для обезпеченiя за собою Далматiи необходимо присоединенiе Герцеговины. То соображенiе, якъ и взглядъ на славянъ, воспротивлявшихся войнѣ съ Россiею, заставили Австро-Венгрiю во время войны соблюдати неутральность.

Англiя вела себе въ виду розыгравшихся событiй двулично. Тѣхъ причинъ, которыи ю заставили во время крымской войны защищати неприкосновенность Турцiи, теперь у ней не было. Напротивъ, въ интересѣ Англiи лежало теперь, желати себѣ розслабленiя Турцiи — а то по причинѣ Суэского канала.

Суэскiй каналъ — дѣло французского инжинера, гр. Фердинанда Лессенса — сооруженъ былъ въ продолженiе 15 лѣтъ (1854—1669), не смотря на сопротивленiе Англiи. Въ 1869 г. послѣдовало его открытiе въ присутствiи египетского хедива (вицекороля), французской императрицы Евгенiи, австрiйского императора, и министровъ Вейста и Андраши, адмярала Тегетгофа, ген. Игнатьева и многихъ другихъ достойниковъ. Путь изъ Европы въ Восточную Индiю, Китай и Японiю направился черезъ него. Желая обезпечити себѣ торговельныи выгоды, проистекающiи изъ нового пути, и коротшее сообщенiе съ Восточною Индiею, должна была Англiя стремитись къ тому, щобы овладѣти Египтомъ. Но послѣднее было возможно лишь тогда,

384

если Турцiя, считавшая себе владѣтельницею Египта, попала бы въ состоянiе внутренняго розложенiя. Якiй бы ни былъ исходъ войны Россiи съ Турцiею, все-таки она должна была розслабити Турцiю. По той причинѣ Англiя, объявляя неутральность, застерегла себѣ лишь, щобы отъ послѣдствiй войны не пострадало ея сообщенiе съ Восточною Индiею посредствомъ Суэского канала, щобы Цареградъ не попалъ въ русскiи руки и постановленiя о навигацiи на Дунаѣ и въ Дарданеллахъ не подверглись измѣненiямъ. Государства вообще не полагали, щобы Россiя легко могла справитись съ Турцiею. Турцiя роспоряжала численною и хорошо вооруженною армiею и флотомъ, который по количеству пароходовъ былъ третьимъ въ Европѣ (первымъ посль флотовъ Англiи и Францiи). У Россiи военного флота на Чорномъ морѣ не было. Бисмаркъ, вопрошенный однимъ лицемъ на счетъ начавшейся войны, сказалъ: Она будетъ долга, и не принесетъ Россiи нiякой пользы...

Предсказанiя Бисмарка и другихъ государственныхъ людей не осуществились. Россiя обнаружила въ начавшейся войнѣ столько духовной и матерiальной силы, що удивила весь мiръ. Ея армiя оказалась отлично организованною, ея вожди и офицеры людьми свѣдущими въ своемъ дѣлѣ, рядовыи воины — воодушевленными народно-религiознымъ духомъ, ведшимъ ихъ на смѣлыи подвиги.

385

Еще во время сербской воiйны писали кореспонденты газетъ о русскихъ офицерахъ, яко холоднокровно командовавшихъ въ битвѣ ивъ свободное вемя сидѣвшихъ надъ географическими картами и книгами, а не проводившихъ времени праздно при стаканахъ. И теперь, во всю послѣдующую кампанiю, русскiи офицеры давали подчиненнымъ себѣ воинамъ примѣръ холоднокровной храбрости и самопожсртвованiя, находясь всегда впереди своихъ отрядовъ.

Едва русскiи войска двинулись черезъ румынскую границу, ген. Скобелевъ съ своимъ отрядомъ пробѣжалъ въ продолженiи 24 часовъ пространство 100 километровъ, занялъ мостъ подъ Барбаши на рѣцѣ Серетѣ и тотчасъ укрѣпился. Тѣмъ сдѣлалъ онъ возможнымъ всей русской армiи въ стратегическомъ порядку ириблизитись къ Дунаю. Противъ турецкихъ броненосцевъ на Дунаѣ употребили русскiи свои складныи миноноски и ихъ артилерiя оказалась выше турецкой. Но смотря на то, що турецкiи военныи силы при Дунаѣ численностью превышали русскую армiю, послѣдаяя переступила черезъ Дунай въ двохъ мѣстахъ: подъ Браиловымъ (22 iюня) и подъ Свистовомъ (27 iюня), не понесши большихъ убытковъ. Ген. Гурко, во главѣ кавалерiи, стрѣлковь и артилерiи двинулся быстро впередъ, занялъ 7 iюля Тырново, перешолъ черезъ Балканы подъ Гаинкой, шшлъ Казанлыкъ

386

и провалъ Шипку. Турецкая армiя была розрѣзана на двѣ половины.

Дпльшее движеше русскихъ остановилъ Османъ паша, укрѣпившiйся въ Плевнѣ и отражавшiй всѣ атаки русскихъ. Для одолѣнiя его надобно было пригласити на помощь румынъ и свести свѣжiи войска изъ Россiи. Только 10 декабря 1877 г. пала Плевна и Османъ-паша съ своею армiею сдался въ плѣнъ. Передь тѣмъ (ночью изъ 17 на 18 ноября) была штурмомъ добыта крѣпость Карсъ.

Теперь русскiи перешли черезъ Балканы, поражали и брали въ плѣнъ прочiи турецгсiи войска и приблизились къ стѣнамъ Цареграда, въ который они однако не всгупилп, ибо Англiя съ своимъ флотомъ заняла грозное становище. Турцiя, видя себе покоренною, просила о мирѣ. Его заключили въ Санъ-Стефано (8 марта 1878) на слѣдующихъ условiяхъ: Черногорiя и Сербiя были объявлены независимыми государствами и получили територiальное убольшенiе; Румынiя была также признана независимою отъ Турцiи и должна была Россiи уступити свою Бессарабiю, за що получила Добруджу. Сверхъ того было установлено зависимое отъ Турцiи Болгарское княжество на нротяженiи отъ Дуная и Чорного моря къ Средиземному съ 5 милiонами жителей и 3000 кв. миль пространства. Нiякiй членъ владѣющихъ династiй не могъ быти ея княземъ. Рус-

387

скiи войска имѣли остатись въ сей новой Болгарiи лишь два года, до полного ея устройства. Россiя имѣла получити за военныи издержки вознагражденiе въ Арменiи съ пристанею Ватумомъ.

Противъ мира въ Санъ-Стефано запротестовали Австро-Венгрiя и Англiя. Австро-венгерскiй министръ иностранныхъ дѣлъ, гр. Андраши объявилъ, що улаженiе турецкохъ дѣлъ можетъ произойти лишь за согласiемъ другихъ державъ и отказалъ Россiи въ правѣ, по своему усмотрѣнiю устроивати дѣла Балканского полуострова. О войнѣ онъ однако не думалъ, ибо требовялъ въ делегацiяхъ кредита лишь 60 милiоновъ, которыи не могли быти достаточны для военныхъ цѣлей. Грознѣйше вела себе Англiя. „Въ новой Болгарiи“ — говорилъ англiйскiй министръ иностранныхъ дѣлъ Салисбури въ своемъ окружномъ письмѣ отъ 1 апрѣля 1878 г. — „возникаетъ могущественная славянская держава, владѣющая важными пристанями Чорного моря и Архипелага и очкрывающая русскому влiянiю ворота на политическiи и торговельныи отношенiя въ оныхъ моряхъ. Отступленiе Россiи румынской Бессарабiи, прiобрѣтенiе оною Батума, армянскихъ крѣпостей и части Курдистана, отдадутъ Чорное море въ ея руки и подорвутъ европейскую торговлю, идущую черезъ Трапезунтъ въ Персiю.“ Одновременно стала Англiя мобилизовати свои военныи силы. Якъ видимъ, Ан-

388

глiя опасалась скрѣпленiя становища Россiи въ Арменiи и приближенiя Россiи посредетвомъ Болгарiи къ Архипелагу. Съ тѣхъ поръ дѣйствiя Англiи были направлены къ тому, щобы изъ Болгарiи выперти русское влiянiе и найти себѣ въ армянахъ орудiе противъ Россiи.

Въ Россiи опасались войны съ Англiею и дѣлали къ ней приготовленiя, покупая на средства, собранныи путемъ народного сбора, каперныи пароходы. Но Англiя не думала о войнѣ, а лишь о прiобрѣтенiи выгодъ для себе путемъ дипломатическихъ происковъ. А такъ якъ и Россiя не желала себѣ новой войны, то между обѣими державами состоялось въ Лондонѣ 30 мая 1878 г. соглашенiе касательно Болгарiи и Арменiи и прочихъ спорныхъ точекъ, имѣвшее служити для нихъ руководствомъ для окончательного улаженiя турецкихъ дѣлъ на предполагаемомъ конгресѣ европейскихъ державъ. По оному соглашеяiю имѣла Болгарiя отодвинутись подальше отъ Егейского моря и сверхъ того роздѣлитись на двѣ части, въ Арменiи же долина Алашгерду и великiй торговельиый путь въ Персiю должны были остатись за Турцiею. Добывшяеь такимъ образомъ уступствъ отъ Россiи, Англiя вынудила также на Турцiи новыи для себе выгоды. Трактатомъ отъ 4 iюня прiобрѣла она островъ Кипръ, обязуясь въ замѣнъ за то, защищати Турцiю, если бы Россiя, получивши на преднамѣряемомъ

389

конгресѣ Батумъ, Ардаганъ и Карсъ, впослѣдствiи схотѣла отторгнути отъ Турцiи якую нибудь часть Малой Азiи. Въ дополнительномъ актѣ отъ 1 iюля обязалась Англiя, возвратити Турцiи Кипръ, если бы Россiя отказалась отъ Карса и прочихъ завоеванiй въ турецкой Азiи, сдѣланныхъ въ послѣдней войнѣ. Турцiя обѣщаетъ Англiи въ относительныхъ територiяхъ (т. е. Малой Азiи, особенно въ Арменiи) ввести необходимыи реформы. Якъ видимъ, Англiя придала Арменiи самое большое зпаченiе. Въ Европѣ утвердилось мнѣнiе, що Англiя намѣряетъ употребляти армянъ яко орудiе противъ Россiи.

Конгресъ для приведенiя въ порядокъ дѣлъ Балканского полуострова и Малой Азiи собрался 13 iюня 1878 въ Берлинѣ. Участвовали въ немъ: Германiя, Австро-Венгрiя, Францiя, Англiя, Италiя, Россiя и Турцiя. На немъ установлено новое княжество Болгарское со столицею Софiею и автономическую болгарскую провинцiю, названную Восточною Румелiею; признано Черногорiи независимость и убольшенiе територiи (меньшее чѣмъ въ санъ-стефанскомъ договорѣ). Сербiи также была признана независимость и убольшенiе територiи; Румынiи: независимость и Добруджа вмѣсто Бессарабiи, отступленной Россiи; Россiи: румынская Бессарабiя, Карсъ, Ардаганъ и Батумъ въ Арменiи и сверхъ того грошевое вознагражденiе; Австро-

390

Венгрiи: Боснiя и Герцеговина для окупацiи и завѣдыванiя съ правомъ, строити военныи дороги и держати гарнизоны также въ санджаку Новобазарскомъ. Конгресъ окончилъ свои совѣщанiя 13 iюля.

Андраши выразился однажды, що Боснiю и Герцеговину можно заняти однимъ полкомъ съ хоромъ музыки. Та надежда не осущеетвилась. Когда 27 iюля австрiйскiи войска подъ командою Фельдцейгмейстра Филиповича отъ стороны Брода вступили въ Боснiю, встрѣтили сильное сопротивленiе со стороны мѣстного православного и магометанского населенiя. Въ половинѣ августа происходили кровопролитныи стычки въ Поссавинѣ. Хотя австро-венгерскiи войска не имѣли дѣла съ регулярною турецкою армiею, а лишь съ мѣстнымъ населенiемъ, оказалось необходимымъ для подавленiя опора выслати въ Боснiю и Герцеговину 300.000 войска, т. е. больше, нежели Россiя употребила при Дунаѣ для розбитiя Турцiи. Въ октябрѣ была вся Боснiя и Герцеговина въ рукахъ австро-венгерского войска. Въ слѣдующемъ 1879 г. (21 апрѣля) гр. Андраши заключилъ конвенцiю съ Турцiею касательно Боснiи, Герцеговины и Новобазарского санджака. Турцiя согласилась на окупацiю названныхъ провинцiй австро-венгерскими войеками и на введенiе въ Боснiи и Герцеговинѣ австрiйской администрацiи, однако условила для сул-

391

тана права верховного владѣтеля названныхъ земель, вслѣдствiе чего они не могутъ быти включены въ составъ Австро-Венгрiи. Конечно, если бы Турцiя домогалась возвращевiя оныхъ провинцiй, Австро-Венгрiя можетъ требовати столь громадного вознагражденiя за понесенныи издержки, що Турцiя не будетъ въ состоянiи его заплатити. Такимъ образомъ сдѣлалась Азстро-Венгрiя фактическимъ владѣтелемъ двохъ новыхъ провинцiй и прiобрѣла важную на Балканскомъ полуостровѣ позицiю, могучи въ каждое мгновенiе загрозити Сербiи и Черногорiи и изъ санджака Новибазарского съ сухопутною армiею скорше явитись передъ Цареградомъ, нежели русскiи. Берлинскiй трактатъ призналъ Австро-Венгрiи также турецкую Спиццу (35.9 кв. килом.) и морскую полицiю надъ берегомъ черногорскимъ. На чиновниковъ въ окупованныи провинцiи стало правительство посылати хорватовъ, чеховъ, русскихъ галичанъ, поляковъ и нѣмцевъ{Въ 1812 г. было въ Боснiи чиновниковъ по пародностямъ: 621 нѣмцевъ, 319 поляковъ, 60 чеховъ, 106 сдовенцевъ, 157 мадьяръ, 168 сербовъ, 1601 хорватовъ, 1586 туземцевъ, 52 русскiи, 20 итальянцевъ, 20 румынъ и 7 словаковъ.}.

Берлинскiй трактатъ не привелъ въ порядокъ дѣлъ Балканского полуострова. Болгаре, избравшiи себѣ княземъ Александра Баттенберга, не могли

392

перенести своего политического розбитiя на княжество Болгарское и автономическую провицiю Румелiю — и вопреки постановленiю берлинского трактата присоединили въ 1885 г. Румелiю къ княжеству. Сербскiй король Миланъ, попавшiй подъ австрiйское влiянiе, объявилъ изъ зависти за то войну Болгарiи, но былъ побитъ и долженъ былъ съ Александромъ Баттенбергскимъ заключити миръ въ Букарештѣ 1886 г. Также Грецiя хватила за оружiе и вынудила на Турцiи територiальныи уступства. Александръ Баттенбергскiй, подвергнувшiйся влiянiю Англiи и Австрiи, занялъ враждебное становище къ Россiи, но тѣмъ возбудилъ онъ противъ себе болгаръ и долженъ былъ отказатись отъ болгарского престола, на который въ 1887 г. поступилъ кн. Фердинандъ Кобургскiй.

Влiянiе Австрiи въ Сербiи пало съ уступленiемъ Гарашанина въ 1887 г., но въ замѣну за то усилилось оно въ Болгарiи, имѣя въ ея министрѣ Стамбуловѣ головную подпору. Но Стамбуловъ своею наглостью и жестокостями возбудилъ противъ себе болгаръ и даже самого князя Фердинанда — послѣдствiемъ чего было его устраненiе и вслѣдъ затѣмъ и убiенiе. Съ нимъ пало головное препятствiе къ примиренiю Болгарiи съ Россiею. То примиренiе состоялось въ 1895 г. Такимъ образомъ Австрiя пострадала свое влiянiе такъ въ Сербiи, якъ и въ Болгарiи.

393

Самыи большiи выгоды изъ паденiя Турцiи извлекла Англiя. Она заняла Египетъ и обезпечила за еобою сообщенiе съ Восточною Индiею. Египетъ — прежняя провинцiя Турцiи — подъ правленiемъ властелюбивыхъ пашей, уже отъ давна прiобрѣлъ себѣ значительную долю самостоятельности. Намѣстникъ его Измаилъ-паша, получилъ въ 1867 г. отъ султана титулъ хедива (вицекороля), въ 1873 г. же наслѣдственную власть и самостоятельность въ дѣлахъ администрацiи края и судопроизводства. Но росходовавши громадныи сумы на устройство войска и подкупство цареградского двора для полученiя самостоятельности, египетскiй хедивъ попалъ въ столь великiи финансовыи затрудненiя, що принужденъ былъ въ 1875—1876 гг. свои акцiи Суэского канала за 4 милiоны фунтовъ штерлинговъ продати Англiи, и сверхъ того отдати управленiе своихъ финансовъ въ руки международной европейской комисiи. Когда онъ старался освободитись отъ контроля иностранцевъ, вслѣдствiе чего въ Египтѣ вспыхнули безпорядки, воспользовалась тѣмъ Англiя и ввела свои войска въ Египетъ, который до сихъ поръ находится въ ея рукахъ. То новое свое становище на Средиземномъ морѣ укрѣпила Англiя союзомъ, заключеннымъ съ Италiею и прiобрѣтенiемъ симпатiи армянъ, составляющихъ въ Цареградѣ и Малой Азiи немаловажную экономическую силу.

394

Занятiе Егинта англичанами обезпокоило Францiю, ирисвоившую себѣ въ 1881 г. верховвую власть надъ Тунисомъ, не меньше и Россiю. Францiя узрѣла, въ виду англiйского и итальянского флотовъ, свое становище на Средиземномъ морѣ загроженнымъ, Россiя же вмѣсто Турцiи, получила опаснѣйшого сосѣда, могущого внезанпо заняти Дерданеллы и Цареградъ и загрозити черноморскимъ берегамъ и Прикавказскимъ странамъ. Та общая опасность заставила Францiю и Россiю въ новѣйшее время заключити съ собою союзъ.

Упроченiе англiйского господства на Средиземномъ морѣ повредило также австрiйской торговлѣ. Тотчасъ послѣ занятiя Египта Англiею, вывозъ австрiйскихъ промышленныхъ произведенiй на Балканскiй полуостровъ и въ прочiи части Турцiи уменьшился до половины, а въ поодинокихъ статьяхъ до одной трети прежняго вывоза. Не смотря на то, Австрiя не возстаетъ противъ англiйской окупацiи Египта, ибо внѣшняя ея политика руководится нацiональными взглядами мадьяръ, нѣмцевъ и поляковъ.

Тѣ нацiональныи взгляды выступили наружу въ время русско-турецкой войны и послѣ берлинского трактата. На вѣсть о побѣдахъ русскихъ войскъ, всѣхъ австрiйсксхъ славянъ, за изъятiемъ поляковъ, охватило воодушевленiе. Сила русского народа, заявившаяся на поляхъ сраженiя, ободрила славянскiи пле-

395

мена Австро-Венгрiи, влила въ нихъ самовадѣянность, такъ що они съ большимъ мужествомъ стали отстоивати свои нацiональныи права противъ нѣмцевъ и мадьяръ. Жертвы, понесенныи русскимъ народомъ для освобожденiя соплеменныхъ имъ сербовъ и болгаръ, подняли обаянiе Россiи среди австрiйскихъ славянъ. Прежнiи предупреждснiя противъ русского народа исчезли среди чеховъ и хорватовъ и ихъ мѣсто заняла всеобщая симпатiя для Россiи.

Такое настроенiе умовъ у славянъ не могло нравитись нѣмцамъ и мадьярамъ, которыи стали опасатись о свое верховодстве въ Австро-Венгрiи. Также Германiя отнеслась съ недовѣрiемъ къ славянскому движенiю. Когда мадьяры стали своихъ словаковъ и русскихъ съ большею настойчивостыо угнетати, щобы въ самомъ скоромъ времени ихъ передѣлати на мадьяръ и такимъ образомъ освободитись отъ призрака панславизма, то такая же мѣра относительно австрiйсихъ славянъ казалась нѣмцамъ нецѣлесообразною. Въ случаѣ давленiя, могли австрiйскiи славяне, составляющiи большинство населенiя Цислейтанiи, соедпнитись, еще больше проникнутись симпатiею къ Россiи и составити непреодолимую силу. Сверхъ того Германiя, желавшая толкнути Австрiю къ Востоку и проложити путь ея влiянiю па сербовъ и болгаръ, не могла еовѣтовати Австрiи явную германизацiю ея славянъ,

396

ибо въ такомъ случаѣ славянскiи племена Балканского полуоетрова, и даже поляки, могли бы проникнутись недовѣрiемъ къ австрiйской политицѣ. Съ той причины въ верховодящихъ сферахъ Австрiи возникла мысль, оставити пробы германизацiи чеховъ, словѣнцевъ, далматинскихъ хорватовъ и сербовъ, поляковъ и русскихъ галичанъ и вмѣсто того розвивати и скрѣпляти въ нихъ сознанiе нацiональной индивидуальности. Такимъ образомъ австрiйскiи верховодящiи сферы думали положити преграду „панславизму“, въ якомъ б видѣ онъ ни выступалъ — политическомъ или литературномъ. Школы и литература чеховъ, словѣнцевъ и русскихъ галичанъ должны были сдѣлатись предметомъ благосклоннѣйшого вниманiя со стороны центрального правительства. Относительно австрiйскихъ русскихъ — лишь украинская словесность (въ значенiи сепаратистическихъ стремленiй малорусского племени) могла подходити къ намѣченной правительствомъ цѣли. Литература каждого австро-славянского племени, не смотря на усилiя относительного народа, не можетъ достигнути того всесторонного розвитiя, якимъ отличается нѣмецкая словсеность, поддерживаемая многочисленнымъ народомъ — и сдѣлатись средствомъ, удовлетворяющимъ всѣмъ духовнымъ потребностямъ. Съ той причнны нѣмцы не могутъ опасатись надто великого скрѣпленiя духовной

397

жизни австрiйскихъ славянъ и отчужденiя отъ нѣмецкой культуры, ибо каждое австро-славянское племя, не росполагая матерiальными средствами и труженниками на всѣхъ поприщахъ человѣческихъ познанiй, принуждено поневольно прнбѣгати къ помощи нѣмецкихъ сочиненiй. Розрозненныи австро-славянскiи литературы лишь до поры до времени могутъ служити основою духовой жизни относительныхъ племенъ, щобы при перемѣнившейся политической обстановцѣ всецѣло уступити мѣсто нѣмецкой словесности. Нѣмецкiя научныи сочиненiя, изъ которыхъ австрiйскiи славяне почерпаютъ свои свѣдѣнiя, вовлекаетъ ихъ мимовольно въ сферу нацiональныхъ нѣмецкихъ стремленiй.

Кромѣ литературной розрозненности, противники славянского движенiя задумали употребити и католицизмъ яко средство отчужденiя австрiйскихъ славянъ отъ Россiи. Вслѣдствiе того въ Австрiи, послѣ коротковременной либеральной эры, вскорѣ по окончанiи русско-турецкой войны, послѣдовало время католической реакцiи съ славянофильскою закраскою. Въ 1881 г. приказалъ папа Левъ ХIII чествовати память свв. Кирилла и Меѳодiя, причисленныхъ къ лику святыхъ римской церкви.

У многихъ нѣмцевъ привилось мнѣнiе, що Австро-Венгрiя должна служити авангардомъ, стоящимъ на стражѣ нѣмецкихъ интересовъ па Востоцѣ. „Пере-

398

говеры Iосифа II и Екатерины II — говоритъ одинъ нѣмецкiй историкъ{Bamberger: Geschichte der orientalischen Angelegenheiten стр. 388.} — полныи противорѣчiй воззрѣнiя Каувица, Кобонцiя и Тугута, майже неимовѣрная бсзпечность Австрiи въ пору занятiя Крыма Россiею — суть собственною причиною, изъ-за которой монархiя Габсбургопъ не сталась тѣмъ, чѣмъ она должна быти, т. е. восточнымъ государствомъ (Ostreich), поставленнымъ между Епропою и Азiею...“ По мнѣнiю оного историка, Австро-Венгрiя должна заняти мѣсто Россiи при Чорномъ морѣ и статись звеномъ, соединяющимъ Европу съ Азiею... Другiи нѣмецкiи учепыи защищали мнѣнiе, що Австрiя должда стояти на стражѣ Дуная, имѣющого для Германiи громадное значенiе{O. Peschol: Abhandlungen zur Erd-und Völkerkunde Loipzig 1879 стр. 1—26}. Взглядъ на важность Дуная для нѣмцевъ, былъ причиною вступленiя Карла Гогенцолерна на румынскiй престолъ (въ 1866 г.) и одновременного направленiя нѣмецкой колонизацiи на Волынь, въ Бессарабiю, къ нижнему теченiю Бога и Днѣпра и въ Крымъ. Въ продолженiи 30 лѣтъ (съ 1866 г.) прiобрѣли нѣмцы на Волыни 7% всей земли, въ Бессарабiи 11%, въ Екатеринославской губернiи 9%, въ Херсонской 15%, въ Крымѣ 18—19%.

399

До русско-турецкой войны Австрiя не задавалась такими плянами, якiи ей внушали изъ Германiи. Она старалась о первенстве въ германскомъ союзѣ. Попослѣ такихъ событiй якъ 1866 г. и пораженiя Францiи въ 1870 г., особенно же послѣ берлинского трактата — внушенiя прусской политики нашли у Австрiи послушность — и стало быти, Австро-Венгрiя начала стремитись къ Востоку.

То должно было произвести перемѣну во внутреннихъ отношенiяхъ Австрiи. Министерство Ауэрсперга получило въ началѣ 1879 г. димисiю и гр. Тафе станулъ во главѣ нового правительства. Парламентъ, набранный въ 1873 г., былъ розвязанъ и осенью 1879 г. собрался новый въ отмѣнномъ составѣ. Графу Таафе удалось навязати переговоры съ чешскою феодальною шляхчтою и посредетвомъ гр. Кламъ Мартиница, Лобковица, Шенборна, Гарраха, Дейма, Чернина и Шварценберга наклонити чеховъ къ оставленiю пасивной политики и поступленiю въ думу держаную. Президентомъ думы державной былъ избранъ гр. Коровини, первымъ вицепрезидентомъ Смолька. Также въ области иностранной политики произошла перемѣна. 15 сентября 1879 г. заключила Австро-Венгрiя, по совѣту Андраши, союзъ съ Германiею, окончивши такимъ образомъ вѣковое соперничество обѣихъ державъ. Къ тому союзу приступила въ 1883 г.

400

Италiя. Всѣ три державы стали лихорадочно себе вооружати.

Послѣ заключенiя союза съ Германiею, гр. Андраши подалъ въ отставку и его мѣсто занялъ бр. Гаймерле. Первымъ дѣломъ нового министра иностранныхъ дѣлъ было, выслати австро-венгерскимъ представителямъ при иностранныхъ дворахъ окружное письмо, излагавшее новое направленiе австро-венгерской иностранной политики. „Новая иностранная политика имперiи составляетъ — говорилъ онъ{Moyers Historisches Taschenbuch 1880 стр. 117.} — новую эру въ исторiи Авсгро-Венгрiи. Она вяжется съ воспоминанiями славного прошедшого, съ оными временами, когда цѣсарскiи войска истребляли турецкую военную силу въ славныхъ битвахъ и Австрiя мало не покорила себѣ всѣ балканско-придунайскiи области. Карлъ VI своею семейною политикою направилъ политику Австрiи на иный путь. Когда Австрiя поборивала поднимаюшуюся Пруссiю и спорила съ революцiйною Францiею о верховодстве въ Германiи и Италiи, Россiя вела борьбу противъ Турцiи. Также Меттернихъ думалъ лишь о сохраненiи становища Австрiи въ Германiи и Италiи. Но послѣ неблагополучныхъ войнъ 1859 и 1866 гг. должна Австрiя опять обратити свои взоры къ Востоку. Андраши нс хотѣлъ въ союзѣ съ Россiею розбивати Турцiю, также не хотѣлъ онъ для спасенiя Тур-

401

цiи вести войну съ Россiею. Онъ старался, въ согласiи съ Европою и опираясь на Германiю, становище Австрiи скрѣпити посредсгвомъ окупацiи важныхъ провинцiй Балканского полуострова, автопомныи державы бассейна Дуная втянути въ сферу австрiискихъ интерссовъ и, не жертвуя панрасно силы своего государства въ ващитѣ Турцiи, обреченной на неминуемую погибель, поставити преграду панславистическимъ затѣямъ и возможнымъ замысламъ завоевательнымъ Россiи.“

Новая эра въ австрiиской иностранной политицѣ не была по вкусу всего австрiйского населенiя. Даже большая половина австрiйскихъ нѣмцевъ воспротивилась ей, предвѣшая стремленiю Австро-Венгрiи, сдѣлатись мiромъ посредствующимъ между Европою и Азiею — изъ взгляда на неблагополучное состоянiе финансовъ и нацiональныи споры — полное крушенiе. Но новую эру поддерживали два государства: Германiя и Англiя — изъ численныхъ же нацiональностей монархiи Габсбурговъ мадьяры и поляки.

Во время русско-турецкой войны (въ 1877 г.) приготовлялъ львовскiй соймъ адресъ къ императору, въ которомъ находились слова: „Народъ польскiй никогда не отказался отъ своей нацiональной самостоятельности. Для Австро-Венгрiи панславистическая Россiя составляетъ найбольшую опаспость. Лишь

402

тѣ славявскiи племена, которыи не отказуются отъ своей нацiональной самостоятельности, могутъ служити валомъ, защищающимъ Австро-Венгрiю отъ Россiи“... Когда верховодящiи сферы Австро-Венгрiи рѣшились на новую эру, поляки со своими стремлснiями, направленными противъ Россiи должны были статись одною изъ головнѣйшпхъ ея подпоръ.

Между поляками пришла тогда къ самому большому значенiю краковская партiя станчиковъ. Виднѣйшими ея представителями были: намѣстникъ гр. Алфредъ Потоцкiй, маршалъ краевый гр. Людвикъ Водзицкiй, Янъ и Станиславъ Козмяны, Стан. Тарповскiй, министръ для Галичивы Флорiянъ Земялковскiй, Юлiянъ Дунаевскiй, Николай Зыбликевичъ, Казимiръ Бадени, историкъ Шуйскiй. Въ основѣ ея взглядовъ и стремленiй лежали воззрѣнiя парижского кружка Янского-Мицкевича 1840-выхъ годовъ, т. е. що поляки свою духовую жизнь должны оперти на католицизмѣ и консервативныхъ началахъ, старатись о поднесенiе папской власти въ значенiи всемiрного господства, возобновити себе въ нравственномъ отношенiи и просвѣтити простонародiе. Къ тѣмъ началамъ прибавилъ Шуйскiй еще мысль, що возстановленiе независимой Польши можетъ произойти лишь при помощи Австрiи. Съ той причины поляки должны оставити тайныи заговоры, вести себе смирно въ

403

Россiи и Аруссiи, въ Австрiи же добыватись значенiя верховодящого фактора. Гр. Адамъ Потоцкiй первый поддалъ мысль, просвѣщати въ дусѣ Мицкевича польскос простонародiе посредствомъ школы, газетъ, популярныхъ книжокъ, публичныхъ лекцiй и т. д. Та мысль принялась у польского общества и дѣйстввтельно видимъ въ нынѣшнее время, що крестьяне западной Галичины просвѣщенiемъ своимъ превосходятъ русскихъ крестьянъ. До 1880 г. станчики не вмѣли еще преобладающого значенiя въ Галичинѣ. Шляхта восточной Галичины груповалась около Сапѣговъ и Казимiра Грохольского, думавшого больше о автономiи Галичины и преимуществахъ шляхты, нежели о общеевропейской политицѣ, постепенно же упадавшее мѣщанство и интелигенцiя жили въ традицiяхъ демократической эмиграцiи 1830 годовъ. Галицкой демократiи противны были ультрамонтанство и консерватизмъ станчиковъ и она дарила большими почестями повѣстеписателя Iосифа Игнатiя Крашевского, выстуцавшого въ своихъ письмахъ противъ „краковского побожного братсiва“. Демократiя устроила Крашевскому въ 1879 г. великолѣпное торжество въ честь его литературныхъ заслугъ. Также нѣмцы-либералы не сочувствовали станчикамъ съ причины ихъ ультрамонтанства.

Съ обнятiемъ правленiя Австрiи графомъ Тафе, станчики вдругъ сдѣ-

404

лались мѣродательнымъ факторомъ не только въ Галичинѣ, а и въ Австрiи. Одинъ изъ ихъ представителей, Юлiянъ Дунаевскiй, назначенъ былъ въ 1880 г. министромъ финансовъ. Такъ якъ произведенiемъ кружка Янского-Мицкевича былъ орденъ Змартвыхвстанцевъ, то сему послѣднему опредѣлена была также важнѣйшая роль въ духовной и политической жизни Галичины. Мицкевичъ приписывалъ католицизму заслугу роспространенiя польского владычества надъ Южною Русью. — Змартвыхвстанцы должны были теперь опять укрѣпляти католическiй духъ среди русскихъ галичанъ и роспространяти его дальше къ Востоку.

Между змартвыхвстанцами самою выдающеюся личностью былъ о. Валерiанъ Калинка, приближенный Адама Чарторыйского и членъ парижского бюра предъ 1863 г. Шуйскiй и професоръ львовского университета Лиске написали въ 1880 г. къ генералу Змартвыхвстанцевъ Семененку письмо съ прошенiемъ, дабы Калинку опредѣлилъ въ Галичину{St. Tarnowski: X. Waleryau Kalinka (Przegl. Polski 1887 I. II.)}. Генералъ удовлетворилъ той просьбѣ, и Калинка, по порученiю генерала, прибылъ 2 октября 1880 г. во Львовъ. Первымъ его дѣломъ было, основати воспитательное заведенiе для русской моло-

405

дежи, которое онъ открылъ 1 февраля 1881 года.

Цѣль открытiя сего заведенiя, якъ и вообще воззрѣнiя Калинки на малорусскiй вопросъ заключаются въ слѣдующихъ словахъ его{Тамъ же II стр. 63.}: „Между Польшею и Россiею живетъ народъ, ни польскiй, ни россiйскiй. Польща пропустила сдѣлати его польскимъ, вслѣдствiе слабого дѣйствiя ея цивилизацiи. Если полякъ во время своего господства и своей силы не успѣлъ русина притянути къ себѣ и передѣлати его, то тѣмъ меньше можетъ онъ то сдѣлати сегодня, когда онъ самъ слабый, русинъ же сильнѣйшiй, чѣмъ прежде. Русинъ есть сегодня сильнѣйшимъ вслѣдствiе сознанiя своей нацiональности, розслабленiя польского элемента и демократического духа, проникающого его. Сельскiй русскiй народъ не сознаетъ еще своей нацiональности, но не любитъ ляха, яко своего господина, богатшого человѣка и исповѣдника иной религiи. Просвѣщенныи русины ненавидятъ ляха еще больше, нежели простонародiе и въ томъ неросположенiи удерживаютъ его. Всѣ русины разомъ суть матерiально подъ владѣнiемъ, нравственно подъ влiянiемъ Россiи, которая говормтъ подобнымъ языкомъ и исповѣдуетъ ту же религiю... Историческiй процесъ, начавшiйся при Казимiрѣ и подвинутый впередъ Ядвигою, закончен-

406

ный передвиженiемъ католицизма и западной цввилизацiи на 200 миль къ востоку, проигрывается нами поляками на нашихъ очахъ. Якъ себе защищати? Сознанiе и желанiе нацiональной самостоятельности, которыми русины стаютъ проникатись, не довлѣютъ, щобы ихъ предохранити передъ поглощенiемъ Россiею. Отпорная сила поляка хранится въ его душѣ — между душею русина и душею москаля однако основного розличiя нѣтъ... Иную душу влити въ русина — вотъ головная задача насъ поляковъ!... Та душа да будетъ изъ Запада. Нехай русинъ соединяется своею душею съ Западомъ, формою съ Востокомъ. Тогда возвратится Россiя въ свои природныи границы — и при Днѣпрѣ, Донѣ и Чорномъ морѣ будетъ що-то иное Тогда, можетъ быти, возвратится Русь къ братству съ Польшею. А если бы оно и не сбылось, то лучшая Малая Русь самостоятельяая, нежели Русь россiйская. Если Грыць не можетъ быти моимъ, то да не будетъ ни моимъ ни твоимъ. Изъ того проистекаетъ указанiе для поляковъ: не препятствовати нацiональному розвитiю самостеятельной Руси, но скрѣпляти среди малороссовъ унiю. Новооснованный интернатъ поставилъ себѣ цѣлью: воспитывати самостоятельныхъ русиновъ и унiатовъ.“

Якъ видимъ, воззрѣнiя Калинки на малорусскiй вопросъ состояли въ томъ, щобы у австрiйскихъ русскихъ розвити

407

сознанiе нацiональной отдѣльности отъ великороссовъ и привязанность къ католицизму, и посрсдетвомъ нихъ воздѣйствовати на малороссовъ въ Россiи.

Желая привыти у русскихъ галичанъ сознанiе нацiональной отдѣльности отъ великороссовъ, нужно было прежде всего розбити старорусскую партiю, которая признавала единство всего русского народа и стоя на почвѣ берестейской церковной унiи, домагалась очищенiя унiатского обряда отъ латинскихъ примѣсей и вслѣдствiе того въ очахъ латинской iерархiи не считалась католическою. Якъ разъ къ тому послужило происшествiе въ селѣ Гниличкахъ и розыгравшiйся по тому поводу во Львовѣ политическiй процесъ, извѣстный подъ названiемъ процеса Ольги Грабарь и товарищей: Iоанна Наумовича, Ад. Добрянского и прч.

Жители села Гнилички, иринадлежащiи къ приходу въ Гнилицахъ великихъ Збаражского повѣта, хотѣли учредити у себе самостоятельный приходъ и подали 19 мая 1877 г. относительное прошенiе въ львовскую консисторiю. Однако желанiю гнилицкихъ селянъ воспротивились: настоятель прихода въ Гнилицахъ вел. и львовскяя консисторiя. Когда гниличане пожаловались на ставляемыи имъ затрудненiя своему помѣщику, графу Делла-Скала, православному румыну, сказалъ онъ имъ: „Перейдите въ православiе, а я вамъ сведу изъ

408

Буковины попа не такого гонорного (надменного), ибо тамъ есть лучшiи попы“{Стеногр. отчетъ изъ судовой росправы по дѣлу Ольги Грабарь и товарищей. Львовъ 1882 стр. 160.}. Тѣ слова, якъ бы электрическая искра потрясли гниличанами и зародили въ нихъ мысль принятiя православiя. Но прежде, чѣмъ они приступили къ дѣлу, рѣшились посовѣтоватись у о. Iоанна Наумовича, настоятеля прихода въ Скалатѣ. Наумовичъ, яко простонародный писатель и человѣкъ, задавшiйся мыслью матерiального и нравственного подъема австро-русского народа, пользовался великимъ обаянiемъ среди населенiя галицкой Руси. Къ нему громадно стекался народъ даже изъ подальшихъ окрестностей за совѣтомъ въ семейныхъ, хозяйственныхъ, политическихъ дѣлахъ и даже въ случаяхъ болѣзни. Наумовичъ, услышавши намѣренiе гниличанъ, выразился: „Православiе есть вѣра вашихъ праотцевъ; если люди желаютъ себѣ его приняти, то вольно?... Когда гниличане подъ давленiемъ старосты всколебались въ своемъ намѣренiи, сказалъ имъ Наумовичъ: „Хорошо, останьтесь при унiи, православiе можетъ быти съ временемъ само изъ себе прiйдетъ“{Тамъ же стр. 162.}. Въ концѣ гниличане рѣшились, все-таки приняти православiе — и относительное заявленiе для политической и

409

церковной властей написалъ имъ Наумовичъ. На судебномъ розбирательствѣ подалъ онъ, що гнилицкимъ происшествiемъ хотѣлъ сдѣлати напоръ на римскую курiю, дабы она созвала синодъ австро-унiатского духовенства и мiрскихъ людей для приведенiя въ порядокъ запутанныхъ дѣлъ австро-унiатской церкви, на которую стали напирати латиняне{Тамъ же стр. 178.}. Оправданiс Науовича слѣдуетъ считати искреннимъ, ибо всякому могло быти тогда яснымъ, що переходъ всей галицкой Руси въ православiе изъ матерiальныхъ причинъ былъ невозможнымъ. Если бы русскiи галичане объявили себе православными, то правительство несомнѣнно признало бы всѣ унiатскiи церкви и ихъ имяѣнiя принадлежащими къ католическому церковному фонду и новымъ православнымъ предстояло бы строити по крайней мѣрѣ 2000 новыхъ церквей и постаратись о фонды для содержанiя своего духовенства. Если вслѣдствiе обѣднѣнiя народа постройка новой церкви или направа приходскихъ зданiй уже тогда встрѣчали затрудненiя и соединялась даже переходомъ въ латинство поодинокихъ лицъ, старавшихся освободитись отъ возлагаемого на нихъ бремени, то въ случаѣ постройки тысячи церквей и приходскихъ зданiй навѣрно народъ ропталъ бы и громадно переходилъ бы въ латинскiй обрядъ.

410

Когда переходъ Гниличекъ въ православiе въ концѣ 1881 г. сталъ извѣстнымъ, польскiи газеты ударили на алармъ, будто Галичина находится на канунѣ отторженiя своего отъ Австро-Венгрiи. Въ концѣ января правительство приказало арестовати не только виднѣйшихъ поселянъ Гниличекъ разомъ съ о. Наумовичемъ, а и всѣхъ редакторовъ старо-русскихъ газетъ и надворного совѣтнива Адольфа Добрянского, поселившогося въ началѣ сентября 1881 г. во Львовѣ разомъ съ своею дочерью Ольгою Грабарь. Державная прокуратура обжаловала въ государетвенной измѣнѣ: Ольгу Грабарь, Адольфа Добрянского, Iосифа Маркова, Венедикта Площанского, о. Iоанна Наумовича, его сына Владимiра Наумовича, о. Николая Огоновского, Исидора Трембицкого, Аполлона Ничая, Iоанна Шпундера и Олексу Залуского (два послѣднiи — крестьяне изъ Гниличекъ). Державный прокураторъ, въ своемъ обвинительномъ актѣ, подалъ поверхностный, безъ пониманiя существа дѣла составленный очеркъ розвитiя панславизма и заключилъ, що такъ якъ нѣкоторыи изъ подсудимыхъ объявили славянофильскiи стремленiя, признавали нацiональное единство всей Руси и находились съ Славянскимъ благотворительнымъ Обществомъ въ Россiи въ сношенiяхъ, то тѣмъ самымъ они стремились къ отторженiю Прикарпатской Руси отъ Австро-Венгрiи.

411

Що Россiя агитуетъ въ томъ направленiи на австро-венгерской Руси, доказуютъ изреченiя нѣкоторыхъ россiйскихъ панславистовъ и пребыванiе въ Галичинѣ. Буковинѣ и Венгрiи Мирослава Добрянского, тогдашняго чиновника особыхъ порученiй при россiйскомъ министерствѣ внутреннихъ дѣлъ.

Польскiи шовинвсты, желавшiи осуждевiя подсудимыхъ, щобы повлiяти на судей присяжныхъ, пускали въ ходъ всякого рода клеветы. Gzeta Narodowa стала писати въ началѣ судебного розбирательства о рубляхъ, волнующихъ галицкое населенiе, о тайныхъ сходкахъ Ольги Грабарь съ якими-то заговорщиками къ лѣсѣ подъ Городкомъ и т. п. Защитникъ подсудимыхъ д-ръ Лубинскiй просилъ судъ, щобы онъ редактора газеты Яна Добржанского воззвалъ яко свидѣтеля для подтвержденiя сдѣланныхъ нимъ доносовъ — но судъ на то требованiе не согласился.

Послѣ 7 недѣльного розбирательства, 17 (29) iюля 1882 г. были приговорены: о. Iоаннъ Наумовичъ къ восьмимѣсячному тюремному заключенiю, Венедиктъ Площанскiй къ пятимѣсячному, Иванъ Щпундеръ къ трехмѣсячному и Олекса Залускiй къ трехмѣсячному. Прочiи подсудимыи были освобождены.

Во время процеса ходили слухи що его затѣяли краковскiи станчики и венгерскiй министръ-президентъ Тисса,

412

щобы нанести ударъ славянофильству въ Австрiи и старорусской партiи въ Галичинѣ. Показанiя свидѣтелей на судѣ не роскрыли нiякого заговора противъ Австро-Венгрiи, ни намѣренiя, отторгнути Прикарпатскую Русь отъ Австро-Венгрiи. Станчики предались надеждѣ, що старорусская партiя прекратитъ свое существованiе — однако послѣдующее время обнаружило ея скрѣпленiе.

Процесъ Ольги Грабарь былъ лишь введенiемъ къ кореннымъ перемѣнамъ въ состоянiи галицко-унiатской церкви. Галицкими унiатами стали одновременно заниматись папа Левъ XIII, цеатральное вѣденьское правительство и верховодящая партiя краковскихъ станчиковъ. Левъ XIII (рожд. 1810, сталъ кардиналомъ 1854, папою 1877 г.) задался широкими мыслями реформы католического мiра посредствомъ подъема научной дѣятельности духовенства, улучшенiя соцiальныхъ отношенiй человѣчества и соединенiя восточныхъ церквей съ Римомъ. Въ 1880 г. издалъ онъ (30 сентября) окружное посланiе къ католическому мiру, приказавшее почитати память св. славянскихъ апостоловъ Кирилла и Меѳодiя. Въ началѣ iюля 1881 г. состоялось паломничество австро-венгерскихъ славянъ въ Римъ, въ которомъ участвовали между иными хорватскiй епископъ изъ Дьяковара, Штросмаеръ, краковскiй епископъ Албинъ Дунаевскiй и польскiй историкъ Iосифъ Шуйскiй. Поздравитель-

413

ную рѣчь къ папѣ держалъ Штросмаеръ — латинское стихотворенiе въ честь торжества составилъ Шуйскiй. Нѣкоторыи изъ поляковъ встревожились, щобы папа въ католическое богослуженiе у славянъ не ввелъ церковно-славянского яаыка{Stan. Tarnowski въ Przeglad-ѣ polsk-омъ (1881 III стр. 404).}. Также вѣденьское центральное правительство опасалось усиленiя славянофiльсихъ стремленiй и въ 1885 г. воспретило чествованiе памяти славянскихъ апостоловъ въ Велеградѣ. Если папа задался мыслью унiи православныхъ Востока съ Римомъ, то весьма естественно онъ долженъ былъ обратити вниманiе и на галицкихъ унiатовъ. Но тутъ-то вмѣшались польско-нацiональныи взгляды и стремленiя. Папа получалъ информацiи о состоянiи галицко-унiатской церкви отъ двохъ лицъ: генерала змартвыхвстанцевъ Семененка и кард. Ледоховского. Послѣднiй (рожд. 1822, сталъ архiепископомъ гнѣзнснскимъ 1865), начавши споръ съ прусскимъ правительствомъ и не хотячи признавати прусскихъ майскихъ конфесiйныхъ законовъ отъ 1871 г., былъ прусскимъ правительствомъ заточенъ въ тюрьму и лишенъ архiепископского достоинства, зачѣмъ онъ удалился въ Римъ, гдѣ его пана (1875 г.) назначилъ кардиналомъ и впослѣдствiн сдѣлалъ префектомъ конгрегацiи роспространенiя вѣры.

414

Ледоховскiй былъ большимъ покровителемъ iезуитовъ, боролся словомъ и дѣломъ за возстановлепiе папской мiрской власти и съ той причины стался любимою личностью въ ватиканѣ. Ледоховскiй, конечно, представлялъ состоянiе австро-унiатской церкви по свѣдѣнiямъ, доставленнымъ ему его польскими соплеменниками изъ Галичины.

Якiи были воззрѣнiя галицко-польской католической партiи на галицкихъ унiатовъ, доказываетъ брошюра iезуита Ст. Заленского, изданная въ 1880 г.{St. Zaleski: Kilka uwag nad dziclem X. pralata Likowskiego. Poznau 1880 cтp. 180.}, въ которой онъ утверждаетъ, що унiя пала вслѣдствiе супружества унiатского бѣлого духовенства, и осуждаетъ нацiональный патрiотизмъ галицко-русского клира. Iезуитско-польскую партiю соблазняли женатыи священники и ихъ русскiй патрiотизмъ. Сверхъ того нѣкоторыи изъ шляхты домогались устраненiя юлiанского календаря. Въ 1883 г. помѣщикъ Поляновскiй собиралъ подписи о введенiи григорiанского календаря, въ чемъ ему былъ помощнымъ латинскiй священникъ изъ Куликова Стояловскiй.

Сначала поляки возлагали большiи надежды на интернатъ змартвыхвстанцевъ Калинки. Особенно поручалъ его покровительству польского общества латинскiй перемышльскiй епископъ Солец-

415

кiй. Но та мѣра казалась многимъ недостаточною. Если для Рима дѣло было въ уподобленiи уетройства галицко-унiатской церкви устройству латинской церкви, то всѣ безъ розличiя польскiи партiи разомъ съ центральнымъ вѣденьскимъ правительствомъ домогались сверхъ того еще и привитiя у русскихъ галичанъ сознанiя малорусской нацiональной отдѣльности.

Малорусская сепаратистическая партiя существовала въ Галичинѣ, но поляки и гр. Таафе были нею недовольны, ибо она выставляла на видъ свое ровнодушiе къ католицизму, поднося въ своихъ сочиненiяхъ гоненiя православныхъ во время польского владычества и насильственное навращенiе православныхъ въ унiю. Одинъ изъ вождей галицкой украинофильской партiи, свящ. Стефанъ Качала, которого поляки хотѣли прiобрѣсти на свою сторону и въ 1873 г. избрали въ Тарновѣ и Бохнѣ своимъ депутатомъ въ вѣденьскую думу державную, издалъ въ 1879 сочиненiе п. з. Polityka polaków wzgledem Rusi, въ которомъ поляковъ и католическое духовенство упрекалъ въ недобросовѣстности къ Малой Руси. Поляки, по необходимости, терпѣли украинофильскую партiю въ Галичинѣ и отдали въ ея руки единственную русскую гимназiю въ Галичинѣ и составленiе учебниковъ для школъ — избирая изъ двухъ золъ меньшее, дабы старо-русскую партiю не допустити къ

416

влiянiю на школы и литературу галичанъ.

Новый курсъ державной политики и стремленiя поляковъ требовали не только сдавленiя старорусскй партiи, но и передѣлки австрiйскихъ украинофиловъ въ католиковъ. Но якъ исполнити ту задачу? Тогдашнiй намѣстникъ гр. Алфредъ Потоцкiй, а собственно тогдашнiйи шефъ президiального бюра львовского намѣстничества Лебль, инспираторъ Потоцкого, подалъ средство: поставати во главѣ австрiйской Руси „князя церкви“, который бы поднялся выше намѣченыыи цѣли осуществити{Що первая мысль о русскомъ „князѣ церкви“ и реформѣ воспитанiя галицко-русского духовенства вышла отъ гр. Алфреда Потоцкого, слѣдуетъ изъ покязапiй бiографа А. Потоцкого въ Przeglad-ѣ polsk-омъ 1889 1 (Alfred Potocki).}. Сверхъ того реформа воспитанiя кандидатовъ духовного званiя должна была внѣдрити иный духъ въ австрiйскихъ малороссовъ. Но кто имѣлъ ту реформу совершити? Орденъ змартвыхвстанцевъ не росполагалъ такимъ количествомъ членовъ, дабы могъ удовлетворити столь трудной задачѣ. Но польскiи полатики припомнули себѣ, що послѣ берестейской унiи iезуиты воспитали василiанъ, совершенно отчуждившихся русскому народу, латинизовавшихъ унiатскiй обрядъ и полонизовавшихъ русскiй народъ. Такъ и рѣшено,

417

воспитанiе молодого поколѣнiя чина св. Василiя вел. въ Галичинѣ поручити iезуитамъ. Прежде должны унiатскiи монахи подвергнутись iезуитскому влiянiю — затѣмъ должна прiйти очередь на бѣлое духовенетво.

Распря между тогдашнимъ галицкимъ митрополитомъ Iосифомъ Сембратовичемъ и прото игуменомъ галицкихъ монаховъ чина св. Василiя вел. Кл. Сарницкимъ, обвиняемымъ митрополитомъ въ ненравственной жизни, послужила предлогомъ, щобы исполнити затѣянную цѣль. Сарницкiй, опасаясь церковной кары, самъ отдался подъ опеку iезуитовъ — и папа издаль 12 мая 1882 г. буллу: Singulare praesidium, которою орденъ галицкихъ монаховъ чина св. Василiя вел. изъялъ изъ-подъ власти митрополита и современно добромильскiй монастырь съ домомъ послушниковъ отдалъ въ управленiе iезуитовъ. Когда намѣстникъ для исполненiя папского рѣшенiя созвалъ во Львовѣ конференцiю епископовъ, единственно русскiи перемышльскiй епископъ Ступницкiй и латинскiй архiепископъ Моравскiй выразили сомнѣнiе на счетъ цѣлесообразности мѣры римского престола, русскiй же митрополитъ, схиливши голову, сказалъ: Roma locuta, causa finita (Римъ сказалъ — дѣло кончено).

Противъ захвата добромильского монастыря iезуитами заявили протестъ сами же монахи ч. св. Василiя великаго

418

и кромѣ того также мiряне. Въ апрѣлѣ 1884 г. отправились въ Вѣдень депутацiя подъ предводительствомъ проф. университета Шараневича и помѣщика Вл. Федоровича съ жалобою па iезуитскiй захватъ. Министръ просвѣщенiя Конрадъ успокоивалъ протестующихъ, що передача монастыря iезуитамъ есть лишь временною мѣрою.

Митрополитъ Iосифъ Сембратовичъ не долго послѣ оныхъ событiй оставался въ своемъ достоинствѣ. То былъ владыка въ понятiи восточной церкви — постникъ и молельщикъ, избѣгавшiй суеты сего мiра, безпрерывно объѣзжавшiй свою паству, наклонявшiй ю къ трезвости, трудолюбiю и просвѣщенiю, не мѣшавшiйся въ политику и мирившiй всѣ партiи. Такiй человѣкъ не годился на „князя церкви“, и онъ принужденъ былъ отказатись отъ своего достоинства. Его мѣсто занялъ яко админостраторъ митрополiи (въ ноябрѣ 1882 г.). Сильвестръ Сембратовичъ. Современно съ митрополитомъ уступили изъ львовской капитулы крылошане Малиновскiй и Жуковскiй. Ихъ отрѣшили отъ должности безъ наведенiя причинъ, вопреки императорсвому постановленiю отъ 1787 г. (о неотъемливости чина каноника безъ причины) и главѣ 14 капитульного статута (провинившiйся каноникъ долженъ быти прежде укаранъ). Потоцкiй сказалъ лишь къ Жуковскому: „Вы съ Малиновскимъ стояли ближе митрополита“.

419

Современно былъ о. I. Наумовичъ отлученъ папою отъ католической церкви.

Администраторъ митрополiи Сильвестръ Сембратовичъ былъ въ началѣ 1885 г. возведенъ на доетоинство митрополита и уже нервыи его шаги ознаменовали предназначенную ему политическую роль на галицкой Руси. Онъ сталъ издавати политическую газету „Миръ“, которой первое число появилось 1 (13) марта 1885 г. Когда въ названномъ году происходили выборы въ вѣденьскую державную думу, митрополитъ, не смотря на существованiе головного русского выбороного комитета, поставилъ трехъ своихъ кандидатовъ, которыи были одобрены польскимъ центральнымъ Комитетомъ и дѣйствительно при выборахъ были избраны{Б. Дѣдяцкiй: Якъ я кого выбралъ гал. Русь въ думу державную 2 Iюня 1886 г. (Изд. общ. Качковского за 1885.)}.

Сейчасъ послѣ 1880 г. почувствовала галицкая Русь перемѣну политического положенiя. Лица изъ старо-русской партiи должны были многое переносити. Жандармы стали наблюдати въ церквахъ: совершаетъ-ли священникъ богослуженiе по унiатскому обряду; у крестьянъ происходили ревизiи за книжками, изданными старорускою партiею. У учителя Мирона Савицкого явились однажды въ 1881 г. въ двѣнадцать часовъ ночи два жандармы, забрали де-

420

сять русскихъ книжокъ, его же самого заковала и отставили въ староство въ Подганцахъ. Здѣсь просидѣлъ онъ въ тюрьмѣ, не зная за що, пять недѣль. На запросъ русскихъ соймовыхъ пословъ, отвѣтилъ правительственный комисаръ, що на Савицкомъ лежало подозрѣнiе, будто онъ роспространяетъ конфискованную брошурку „Посланникъ св апостола кн. Владимiра вел.“{Sprawozd. sejm. 1881 стр. 156.}. Въ октябрѣ 1881 жаловались русскiи послы въ соймѣ, що жандармы безъ малѣйшого основанiя отнимаютъ у крестьянъ русскiи брошурки и книжки, що сельскiи учители велятъ дѣтямъ выкрадати у своихъ родителей книжки и приносити себѣ, щобы ихъ отдавати административнымъ властямъ, що староста въ Тернополѣ конфисковалъ на почтѣ 20 русскихъ книжокъ, дозволеныхъ цензурою, що въ Волошиновѣ (старомѣйского повѣта) жандармы конфисковали даже окружное посланiе перемышльского епископа{Тамъ же стр. 426.}. Изъ газетъ отбирали селянамъ особенно „Батьковшину“, „Проломъ“, и „Вѣче“. 1832 г. „Слово“ было 17 разъ конфисковано. „Новый Проломъ въ 1883 г. 24 раза на 100 изданныхъ нумеровъ. Ставленiе трираменныхъ крестовъ, будто напоминающее православiе, было Римомъ воспрещено въ 1887 г.

Острiе нового политического курса

421

направилось также противъ украинофильской партiи, которой радикализмъ, неприклонность римскому католицизму и славянофильство не были по вкусу станчиковъ, стремившихся образовати новую галицко-русскую партiю подъ предводительствомъ нового митрополита. Не извѣстно, по чiему почину явился въ 1881 г. во Львовѣ на канунѣ арестованья Ольги Грабарь и тов. П. Кулишъ, щобы съ Ив. Ем. Левицкимъ издавати политическую газету. Посредствомъ польскихъ литераторовъ Кубали и Савицкого нереговоривалъ онъ съ кн. Юрiемъ Чарторыйскимъ и кн. Адамомъ Сапѣгою, щобы отъ нихъ получити пособiе на учрежденiе печатни и издаванiе газеты, которую шляхта имѣла предплачивати для крестьянъ. Во Львовѣ имѣло сосредоточитись центральное управленiе украинофильского движенiя, цѣлью которого было возстановленiе независимой Польши въ предѣлахъ 1771 г., подъ владѣнiемъ одного изъ австрiйскихъ архикнязей. Кулишъ велъ также переговоры съ мчнистромъ 3емялковскимъ и президентомъ думы державной Смолькою. Щобы заявити свои новыи политическо-соцiальныи воззрѣнiя, Кулишъ издалъ во Львовѣ двѣ брошюры: „Крашанка русинамъ и полякамъ на великдень“ и „Хуторная поэзiя“.

Въ первомъ сочиненiи Кулишъ называетъ козаковъ бунтовщиками, оправдываетъ поляковъ и проводитъ мысль,

422

що поляки и малороссы должны жити съ собою въ братскомъ согласiи. Во второй книжцѣ говоритъ онъ: „Плохо наши предкя сдѣлали, волнуясь противъ поляковъ. Теперь насъ москаль голыми руками, якъ пьяницъ мизерныхъ, за чубы держитъ. Не мечемъ было намъ Польшу воевати, а боротись розумомъ, талантомъ и словомъ, тѣмъ святымъ, предвѣчнымъ сокровищемъ, которое у насъ ни отняти, ни украсти не дастся тупымъ деспотамъ{Стр 87.}... Наши восточныи сосѣди самымъ превосходствомъ власти своей, силы и достаточности лишили насъ нашего нацiонального достоянiя. Не употребляя насилiя, они вычеркнули нась изъ книги живыхъ нацiй и наше нацiональное прошедшее присвоили себѣ. Украина попала въ мертвость и лишь родное слово пробудило ю изъ сонной немощи. Украинская нацiя объявила свое величiе тѣмъ, що успѣла издати изъ себе самобытную литературу и встревожила объединителей Руси. Москаль хочетъ, щобы мы забыли „кто мы есть“, якое наше нацiональное право“{Стр. 122, 131.}. Можетъ быти, що Кулишъ былъ бы принятъ въ составъ творцовъ новой эры, если бы онъ не издалъ въ Вѣднѣ брошюру п. з. Vergowaltigung des Basilianer Ordens in Galozen durch die Iesuiten, протестовавшую противъ захвата добромильского

423

монастыря iезуитами. Въ брошюрѣ той Кулишъ заявилъ себе противникомъ католицизма. Бршюра его была въ Австрiи конфискована и переговоры верховодящихъ сферъ съ нимъ прекратились. Впрочемъ Кулишъ не находилъ уже тогда сочувствiя у своихъ земляковъ. Костомаровъ еще въ 1861 г. назвалъ его самолюбивымъ человѣкомъ; такiй же отзывъ сдѣлалъ о немъ въ 1882 г. Мордовцевъ{Огоновскiи Исторiя русской лит. III 1 стр. 48.}.

Верховодящiи сферы рѣшились, безъ помощи Кулиша, образовати въ Галичинѣ малорусскую католическую партiю. Имъ казалось, що утвержденiю сознанiя малорусского сепаратизма мѣшаютъ нацiональное единство Руси въ древнемъ ея перiодѣ и этимологнческое правописанiе у галичанъ. Нѣтъ сомнѣнiя, що подъ впечатлѣнiемъ того новою теченiя Ом. Нартыцкiй выступилъ въ „Дѣлѣ“ (въ 1886 г.) противъ взглядовъ А. С. Петрушевича на первоначальную исторiю Руси{П-ры 113—125.}, и издалъ въ 1887 г. псторическое изслѣдованiе „Скандинавщина въ древней Руси“, въ которомъ пробовалъ доказати, шо въ древнсй Руси не было сознанiя нацiонального единства, ибо германскiи руссы покорили розличавшiися между собою славянскiи племена и слово „Русь“ имѣло политическо-го-

424

сударственное, а не этнографическо-нацiональное значенiе. Есть то собственно взглядъ, который еще въ 1862 г. высказалъ Бидерманъ въ сочиненiи: Die ungarischen Ruthenen. Бидерманъ предложилъ употрсбити то научное средство, дабы розорвати нацiональную связь австрiйской Руси съ великороссами. Одновременно началась атака на этимологоческое правописанiе, употреблявшееся въ австро-русскихъ школьныхъ учебникахъ.

То правописанiе, подъ рукою комисiи для издаванiя русскихъ учебниковъ, еще въ 187I г. потеряло много изъ своихъ этимологическихъ достоинствъ, но все-таки верховодящимъ стихiямъ оно казалось напоминати общерусское письмо. Въ октябрѣ 1886 г, выступили два професоры черновецкого университета, Смаль Стоцкiй и Гаргиеръ, съ проектомъ введенiя въ австро-русскихъ школьныхъ учебникахъ нового правописанiя, сходного съ кулишовкою и употребленного въ Желеховского „Малорусско-нѣмецкомъ Словарѣ“ (Львовъ 1882—1886). По препорученiю министра народного просвѣщенiя, составилась въ 1887 г. во Львовѣ анкета, въ составiѣ которой вошли: д-ръ О. Оггоновскiй, В. Ильинцкiй, Ромаманчукъ, Полянскiй, Бол. Барановскiй и Партыцкiй. Анкета заявилась противъ ввнденiя Фонетики{„Дѣло“ 1888 г. 94.}. Причины, приведенныи комисiею въ пользу этимологiи, были довольно запутаны и доказывали лишь,

425

що членамъ комясiи, стоявшимъ во главѣ галицко-русского учебного дѣла, недоставало основѣйшихъ спѣдѣнiй изъ языковѣдѣнiя. Такъ на то комисiя выразилась слiѣдующимъ образомъ: „Собственно этимологического правописанiя на всей Руси (т. е. австрiйской) никто не употребляетъ, ибо даже „Слово“ и „Проломъ“ суть въ веществѣ дѣла фонетичны. Розличiе состоитъ лишь въ томъ, що одна правопись (въ австрiйской Руси) обращаетъ больше вниманiя на фонетизмъ „россiйскiй“(!), другая на фонетизмъ малорусскiй. Но головный принципъ всегда фонетичсскiй“. Партыцкiй утверждалъ, що не можно въ школѣ изъяснити употребленiе буквъ ы и и. Тотъ же Партыцкiй выразилъ слѣдующiй странный паглядъ: „Все замѣшательство (нелады въ нашихъ школахъ произошло отъ того, що школьное правописанiе весьма мало обращаетъ вниманiе на малорусское произношенiе(!) а идетъ слѣпо за правонисью россiйского языка. Для Россiи есть та правопись фонетическою (!), у насъ ю зовутъ шумно этимологическою“{„Дѣло“ 1888 чч. 94 и 95.}.

Больше языкословныхъ свѣдѣнiй было у учителей на Буковинѣ. Здѣсь была также въ 1887 г. составлена правописвая комисiя, состоявшая изъ д-ра Смаля-Стоцкого, д-ра Гартпера, С. Билинкевича, Ивана Глѣбовицкого и

426

Льва Кириловича. Лишь Смаль-Стоцкiй и Гартнеръ стояли за такъ зовимую фонетику, прочiи три основнымъ научнымъ образомъ опровергнули мнѣнiе оныхъ{Entgegnung auf das von. Dr. Smal-Stocki i Dr. Gartner in Angelegenheit der rutheniechen Orthographie verfasste und als Manuscriptgedruckto Minori-аetsvotum Czernowitz 1888. Einige Bemerkungen zu dem von Smal-Stocki u. Gartner... veröffentlichten Nachtrag Czernowitz 1888.}. Такъ якъ русское общество въ Галичинѣ и Буковинѣ объявилось противъ фонетики, то введенiе ея въ школы пока отложено до удобнѣйшого времени.

Между-тѣмъ международныи европейскiи отношенiя стали заострятись. Въ концѣ августа (ст. ст.) 1880 г. посѣтилъ австрiйскiй императоръ Галичину. То событiе наполнило поляковъ новыми надеждами и они оставили всякую опозицiю противъ центрального правительства. Домогательства осуществленiя требованiй, выраженныхъ въ ихъ резолюцiи 1868 г. прекратились. Даже прежнiи приверженцы федерализма и галицкой автономiи стали утверждати, що Галичина, вслѣдствiе своего экономического паденiя, не въ состоянiи вынести бремени, соединенного съ автономiею по образцу Хорватiи. Не пользуясь обширнѣйшою автономiею и находясь въ непосредственной подчиненности вѣденьскимъ властямъ, можетъ она — тякъ утверждали

427

поляки — получити поеобiя отъ центрального правительства и думы державной. Когда 13 марта 1881 г. былъ убитъ царь Александръ II и на престолъ вступилъ Александръ III, опасенiя европейской войны усилились. Французъ Эдуардъ Манбо сказалъ въ своей брошюрѣ п. з. Slaves et Tentons notes et impressions de vovage Paris 1882: „Война Германiи съ Роосiею есть неизбѣжна; въ случаѣ побѣды нѣмцы возьмутъ Валтiйскiи провинцiи, Австрiи же дадугъ Польшу“... Przeglad polski писалъ въ 1883 г.: „Въ Вѣднѣ хотятъ возстановити Польшу; политика Галичины должна опертись на Австрiи{II. стр. 164.}“ Когда въ 188I г. (по наущенiю Англiи) Италiя приступила къ союзу съ Австрiею и Германiею, надсжды поляковъ поднялись еще больше. Они розсчитывали на побѣду Германiи и Австрiи, будучи того увѣренiя що цѣлая Россiя подрыта нигилизмомъ, украинскимъ сепаратизмомъ и неудовольствiемъ инородского населенiя.

Когда антагонизмъ мсжду Россiею и Австро-Венгрiею сталъ усиливатись, гр. Алфредъ Потоцкiй уступилъ въ 1883 изъ должности галицкою намѣстника и его мѣсто занялъ Филиппъ Залескiй, чиновникъ изъ школы Голуховского. Семья Потоцкихъ отыграла виднѣйшую роль въ новѣйшей исторiи Галичины. Одинъ членъ ея, гр. Адамъ Потоцкiй

428

больше всѣхъ причинился къ образованiю партiи станчиковъ — гр. Алфредъ Потоцкiй же нагнулъ галицкiи отношенiя къ новому куреу австро-венгерской политики. Семья Потоцкихъ заключила тѣснѣйшiи сyошеyiя также съ берлинскимъ дворомъ и склонила станчиковъ на дорогу пруссофильской политики, изъ которой они не сошли даже тогда, когда Бисмаркъ (въ 1886 г.) началъ насильственную германизацiю Познанщины. Узы, соединяюшiи Потоцкихъ съ берлинскимъ дворомъ, скрѣпилъ бракъ сына Алфреда Потоцкого, Романа, на внучцѣ Вильгельма I.

Самое серiозное время для международныхъ отношенiй послѣдовало въ концѣ 1887 г. Въ Австро-Венгрiи съ декабря 1887 г. до весны 1888 г. войско находилось якобы въ боевой готовности. Точно тогда произвело всеобщую сензацiю обнародованiе (3 февраля 1888) австро-германского союза и двѣ публикацiи: нѣмецкого философа Гартманна о необходимости розбитiя Роесiи, щобы Литву, Жмудь, Лнфляндiю и Курляндiю втянути въ сферу нѣмецкого господства, при Днѣнрѣ же установити новое кiевское королевство, и статья въ Deutsche Rundschau (1888), щобы новую Польщу создати при Днѣпрѣ и Чорномъ морѣ, поляковъ же въ Познанщинѣ и Пруссiи германизовати. Нѣкоторыи изъ станчиковъ совѣтовали даже полякамъ, отказатись отъ мысли политической самосто-

429

ятельности и довольствовались лишь нацiональнымъ бытомъ подъ покровительствомъ Германiи. Въ брошюрѣ н. з. Miedzy Rossya a Niemcami (Kraków 1886) утверждалъ авторъ, що Польша не имѣетъ условiй для независимого политического существованiя. Она можетъ старатись лишь о сохраненiи „этничной“ цѣльности на основанiи католицизма. Поляки должны держатись римско-западной цивилизацiи. Германiя побѣдитъ Россiю. Представители польского народа въ Берлинѣ не должны ссылатись на международныи договоры, относящiися къ Польшѣ.

Средя всеобщей тревоги умеръ въ мартѣ 1888 г. дряхлый германскiй императоръ Вильгельмъ I, руководимый Бисмаркомъ, оставляя свое могущсственное государство своему сыну Фридериху III, страдавшему неизлѣчимою болѣзнью. Вскорѣ умеръ также и Фридерихъ III (30 iюня 1888), и по немъ наслѣдовалъ его сынъ Вильгельмъ II, Конечно, при такихъ прискорбныхъ событiяхъ, Германiя не могла желати европейской войны и самъ Вильгельмъ II, увидѣвши себе на престолѣ, занятъ былъ больше мыслью подавленiя соцiалистического движенiя въ своемъ государотвѣ и поднятiемъ обаянiя монархической власти среди своихъ подданыхъ нежели военными замыслами. Такъ якъ въ Германiи культъ Бисмарка, считаемого творцомъ объединенiя нѣмцевъ, возросъ былъ до необы-

430

кновенныхъ розмѣровъ, то новый императоръ, видя въ такомъ обожанiи своего министра ущербъ для ообственного авторитета, старался прежде всего освободитись отъ могущественного министра и взяти правленiе въ свои руки. Влiянiе Бисмарка на международную политику пало, молодый же императоръ долженъ былъ прежде розглянутись въ политическомъ отношенiи, чѣмъ могъ рѣшитись на яковый либо шагъ. Бисмаркъ уступилъ въ 1890 г.

Названныи усложненiя въ международной политицѣ не могли не воздѣйствовати на судьбу русского населенiя въ Австро-Венгрiи. Особенно страдала старорусская партiя. Противъ ней возставали поляки, безпрерывно подстрекая противъ ней молодорусиновъ; ей неприклонно было министерство гр. Таафе. Плодомъ оныхъ подстрекательствъ была брошюра одного иъ молодорусиновъ, (Дѣдошака), предлагавшого отдати „Народный Домъ“ о Львовѣ въ управленiе „львовскихъ русиновъ“, т. е. собственно львовского магистрата. Министерство гр. Таафе старалось подняти молодорусскую партiю и придати ей больше силы. Въ 1880 г. сталъ выходити политическiй органъ ея „Дѣло“; въ 1885 г., основавши политическое общество „Народная Рада“, преобразовалась та партiи въ политическую въ цѣломъ того слова значенiи партiю. Правительство графа Таафе и поляки не думали однако признавати

431

той партiя якiи либо льготы и желали лишь употребити ю яко орудiе противъ старорусской партiи. Духъ и стремленiя молодорусской партiи не подходили подъ новый курсъ государственной политики. Одинъ изъ вождей молодорусиновъ, свящ. Стефанъ Качала, былъ сларянофилъ, смотрѣлъ па унiю якъ на насильственно малороссамъ навязанную религiю и не обнаружалъ вражды къ старорусской партiи. Другiй вождь той партiи, Юл. Романчукъ, стоялъ за примиренiе всѣхъ русскихъ партiй и чуждъ былъ римского ультрамонтанства. Въ 1889 г. внесъ онъ въ соймѣ въ довольно остромъ тонѣ запросъ къ правительству въ дѣлѣ угнетевiя русской нацiональности въ Галичинѣ.

Верховодящимъ сферамъ нужна была партiя, которая бы: 1) признавала малорусскiй нацiональный сепаратизмъ; 2) сознавала себе католическою, т. е. безусловно подчинялась повелѣнiю Рима; 3) вела борьбу съ старорусинами. Къ образованiю сей партiи приступили въ 1890 г., когда опять виднокругь иностранной политики помрачился. Утверждаютъ, що починъ къ тому дали министръ иностранныхъ дѣлъ, гр. Кальпоки (обнявшiй управленiе иностранной политики въ 1881 г. по смерти Генмерле) и военный министръ Бауэръ. Бауэръ сказалъ въ маѣ 1890 г. въ делегацiяхъ: „Нынѣшнiи военныи приготовленiя доведутъ или къ упроченiю мира,

432

или къ катастрофѣ“. Въ берлинскомъ парламентѣ поляки подали свои голосы за убольшенiемъ вооруженной силы и стались правительственною партiею. Вообще произошла въ 1890 г. якая то перемѣна въ международныхъ отношенiяхъ. Точно тогда потерялъ свое дѣйствiе тайный договоръ, заключснный прежде между Германiею и Россiею, въ силу которого, въ случаѣ нападенiя третьсй державы на одну изъ нихъ, другая обязывалась къ неутралитету. Такимъ образомъ Австро-Вснгрiя, начиная войну съ Росеiею, могла розсчитывати лвшь на свои собственныи силы. Германiя должна была помогати Австро-Венгрiя лишь въ такомъ случаѣ, если бы послѣдняя была атакована Россiею.

Среди такихъ отношенiй правительство начало переговоры съ нѣкоторыми русскими галичанами, щобы ихъ заключити къ превозглашенiю програмы, подходящей подъ политику, превозглашенную прежде гр. Кальнокимъ. Русины должны были заявити, що они сознаютъ себе нацiоняльностью, отдѣльною отъ великорусской и стоятъ за католицизмъ. Когда осенью 1890 г. собрался галицкiй соймъ, употребилъ посолъ Романчукъ ссй случай, щобы 25 ноября превозгласити нацiональную отдѣльность „русского“ народа отъ „россiйского“ и привязанность первого къ католицизму и западной культурѣ. Затѣмъ галицко-русскiя епископы разомъ съ представяте-

433

лами молодорусской партiи издали манифестъ къ народу, въ которомъ заявили, що они возобновляютъ програму русскихъ галичанъ отъ 1848 г. въ той цѣли дабы освободити свой народъ отъ гоненiй и добытись для него политическихъ и общечеловѣческикъ правъ.

Однако большинство галицко-русского населенiя не согласилось на ту програму, видя въ ней источникъ новыхъ замѣшательствъ, вредныхъ для русского народа и для государства. Уже одно розличiе между словами „русскiй“ и „россiйскiй“ не вмѣло основанiя, ибо въ 16—18 вѣкахъ галицкiи русины называли себе „россiянами“ и малороссы до сихъ поръ называютъ ссбе „малороссiянами“. Принужденiе къ отрицанiю исторической правды называемъ анархизмомъ, ибо только одинъ анархизмъ приказываетъ изгладити изъ памяти все прошедшее. Точку о католицизмѣ считало русское населенiе опаснымъ для себе опредѣленiемъ, ибо на ея основанiи могли тѣ изъ католическихъ сферъ, которыи въ унiи не видятъ подлинного католоцизма, затребовати, щобы гал. Русь, во имя католицизма, отказалась отъ своего обряда и богослужебного языка. Вѣдь въ свое время въ Римѣ Влад. Терлецкого, принявшого унiатскiй обрядъ, не хотѣли признати католическимъ священавкомъ и назначити мисiонеромъ ва Востоцѣ.

Програму отъ 25 ноября 1890 г.

434

назвали „новою эрою“ и ея ариверженцевъ „новоэристами“ по той причинѣ, що она была послѣдствiемъ нового направленiя политики, открытой графомъ Кальноки и названной также новою эрою. На ея сторону станули сначала преимущественно лмца, находившiися въ правительственной службѣ; чиновники и учителя. Ихъ становище было невыносимое и подверженное безпокойствамъ со стороны одной части польского общества и настоятелей. Имъ говорили, що всѣ тягости, переживаемыи ними, происходятъ отъ того, що между русинами есть руссофильская партiя, признающая нацiональное единство всея Руси и сочувствующая православiю. Съ уничтоженiемъ сей партiи прекратятся всѣ притѣсненiя русиновъ и они добьются ровныхъ правъ съ поляками.

Ремесленникъ или робочiй, если терпитъ невзгоды въ одномъ мѣстѣ, можетъ переселитися въ другое. Не такъ чиновникъ или учитель, остающiйся въ государственной службѣ. Они прикованы къ мѣсту, опредѣленному имъ начальствомъ; отказатись отъ сего мѣста — значитъ обречись на голодовую смерть. Съ той причины чиновники и учители русской нацiоналыiости настаивали на то, щобы Романчукъ провозгласилъ выше названную програму, надѣясь отъ нея спасенiя.

Принимавшiи участiе въ составленiи новой эры были вознаграждены въ

435

слѣдующемъ 1891 г. выборомъ въ депутаты вѣдсньской державной думы. Между ними былъ, конечно, Романчукъ. Одвако онъ повелъ дѣло не въ направленiи, якого требовала новая эра. Онъ стоялъ за неприкосновенность греко-восточного обряда, не думалъ о истребленiи руссофиловъ, осуждалъ веякое злоупотребленiе власти, якой бы партiи оно не касалось и трсбовалъ ровноуправненiя гал. Руси, не мѣтаясь въ иностранную политику; изъ-за той причины онъ не могъ дальше стояти во главѣ новой эры и долженъ былъ перейти въ опозицiю. Его мѣсто занялъ Ал. Барвинскiй, избранный тоже въ депутаты вѣденьской думы державной и попавшiй въ австрiйскiи делегацiи гдѣ ежегодно держалъ одну и ту же рѣчь о угнетенiи малороссовъ въ Россiи.

Новая эра не ослабила старорусской партiи, а напротивъ, скрѣпила ю. Члены ея, закаленныи въ тяжелой борьбѣ, прiобрѣли больше опыта и стали съ большимъ благорозумiемъ относитись къ другимъ партiямъ. Понимая свое положенiе и видя, що ихъ участью есть одно страданiе, стараются они, трудясь на всѣхъ поприщахъ, поддержявати русскую нацiональность и пособляти каждую другую партiю, если она що либо предприметъ для блага народа. Доказательствомъ благорозумiя старорусской партiи есть между иными под-

436

держка, удѣленная нею Романчуку при послѣднихъ выборахъ въ соймъ.

Молодоруеская партiя роспалась вслѣдствiе новой эры на три части: новоэристовъ, поддерживающихъ политику станчиковъ, народовцевъ или романчукистовъ, признающихъ малорусскiй нацiональный сепаратизмъ, но стоящихъ за церковныи и политнческiи права народа и радикаловъ, обращающихъ большое вниманiе на соцiальныи вопросы. Были и есть старанiя, три послѣднiи партiи соедннити для общей политической дѣятельности, однако они остались безъ успѣха.

Кромѣ розбитiя русского общества, новая эра произвела переворотъ въ церковныхъ и школьныхъ отношенiяхъ австрiйской Руси. Хотя съ одной стороны учрежденiе нового галицкого епископства въ Станнславовѣ (1885 г.) могло принести русскому дѣлу лишь пользу, то съ другой стороны пробы латинизовати унiатскiй обрядъ и ввести целибатъ среди унiатского духовенства грозили уничтоженiемъ русской нацiональпости, ибо русская народность въ Галичинѣ тѣсно связана съ славянскимъ обрядомъ и женатое ихъ духовенство доставляетъ такъ сказати исключительно мiрскую русскую интелигенцiю. Намѣренiе римской курiи, ввести въ унiатскiй обрядъ латинскiи практики и завести въ немъ безбрачiс бѣлого духовечства, объявилъ папскiй легатъ архiепископъ

437

Чьяска на синодѣ унiатского духовенства, созванномъ во Львовъ въ сенiябрѣ 1891 г. Еще больше встревожило галичанъ, когда органь митронолита „Душпастырь“ (въ iюлѣ 1893 г.) помѣстилъ статью, въ которой утверждалось, будто сходство унiатского обряда съ обрядомъ восточной церкви принесло русской народности больше вреда, нежели пользы, и що изъ-за той причины Русь должна въ свой обрядъ ввести по обычаю латинскому маевое набоженство, суплекацiи, процесiи въ честь Евхаристiи, молебни къ сердцу Iисуса и т. д.

Еще до появленiя оной статьи состоялось въ маѣ 1893 г. паломничество русскихъ галачанъ въ Римъ съ поздравленiемъ папы по случаю 50 лѣтiя его епископства. Папа въ своей рѣчи намекнулъ вразумительно о необходимости большого сближенiя унiатского обряда съ латискимъ и реформы воспитанiя кандидатовъ духовного званiя въ Галичинѣ. Всѣмъ стало яспо, що условiя берестейской унiи объявлены совсѣмъ недѣйствительными и греко-восточный обрядъ преданъ осужденiю. Приписывая вину соучастiя въ обрушенiи головной основы русской нацiональности митрополиту, русская университетская молодежь въ Вѣднѣ нанесла ему, когда онъ верталъ изъ Рима во Львовъ, чувствительное оскорбленiе, за що студенческiи общества „Буковина“ и „Сѣчь“ были розвязаны. Упомянутая въ папской алокуцiи рефор-

438

ма воспитанiя духовенства осуществилась вскорѣ. Императорскимъ постановленiемъ отъ 1 (13) iюля 1893 г. была русская духовная семинарiя въ Вѣднѣ закрыта. Въ ней воспитывались лишь кандидаты дух. званiя изъ Галичины, ибо съ поры введенiя дуализма, мадьяры не позволяли своимъ русскимъ кандидатамъ на священниковъ тамъ поступати. Сверхъ того, въ силу названного императорского постановленiя, генеральная дух. семинарiя во Львовѣ должна также быти закрыта, и вмѣсто ней учредитись епрхiальныи дух. семинарiи во Львовѣ, Перемышлѣ и Станиславовѣ. Въ Римѣ были на средства папы и австрiйского правительства учреждены мѣста для русскихъ галичанъ въ греческой колегiи св. Аѳаназiя, въ которой воспитывалось въ 1896 г. 10 кандидатовъ изъ Галичины. На нихъ влiяютъ, щобы послѣ окончанiя богословiя рукополагались въ безбрачiи. Розвязанiе львовской генеральной семинарiи и учрежденiе епархiальныхъ ееминарiй для недостатка фондовъ не могло до нынѣ оеуществитись. Вскорѣ въ Римѣ имѣетъ на средства папы и австрiйского правительства открытись отдѣльная русская колегiя для воспитанiя унiатскихъ священниковъ.

Желанiе министсрства просвѣщенiя, ввести въ школьныи учебннки фонетику, осущестилось послѣ объявленiя новой эры. На предложенiе одного изъ народ-

439

ныхъ учителей, Дмитерка, внесло педагогическое Общество 25 декабря 1891 г. просьбу къ министру рросввщенiя о введенiи фонетики въ школы. Министръ, письмомъ отъ 14 января 1892 г., поручилъ краевой радѣ школьной предложити по тому вопросу свое мнѣнiе Рада школьная воззвала преподавателей русского языка въ среднихъ учебныхъ заведенiяхъ и учительскихъ семинарiяхъ къ заявленiю: „Считаютъ-ли они правописанiе, употребпяемое теперь въ школахъ прыближающее малорусскiй языкъ къ россiйскому, соотвѣтствующимъ, или признаютъ пожеланною смѣну ого въ фонетическомъ направленiи?“ За фонетикою объявились 63 преподаватели, противъ нея 21{Многiи учители объявились за фонетикою лишь для того, щобы не были заподозрѣны въ руссофильствѣ и панславизмѣ. Нѣкоторымъ еще передь розсылкою вопроса на счетъ введенiя фонетики отняла рада школьная преподаванiе русского языка, щобы тѣмъ образомъ они не имѣли права на ея вопросъ въ дѣлѣ фонетики давати отвѣтъ.}. На томъ основанiя составила рада школьная комисiю, соетоящую изъ школьныхъ инспекторовъ и учителей, которая 13 (25) мая 1892 г. рѣшила ввести въ школы фонетику. Касательно тогдашняго состава преподавателей русского языка къ слову будь сказано, що Рада школьная въ своемъ отчетѣ за

440

1890/1 г. говоритъ{Sprawozdanie c. k. Rady Szkolnej kraowej o stanie szkól średnich galic. o 1891 Lwow 1891 стр. 8}: „Рада школьная старается прежде всего о томъ, щобы въ школахъ, въ которыхъ скопляется русская молодежь, русскiй языкъ учили лишь такiи учители, которыи стоятъ на стряжѣ чистоты русского (т. е. малорусского) языка и, владѣя нимъ правильно, могли его дальше самостоятельно розвивати и образовати“. Такь якъ на учителей влагается обязанность „самостоятельно розвивати и образовати мѣстный ругскiи языкъ“, то не удивительно, если нѣкоторыи изъ нихъ выступаютъ съ проектами новыхъ правописанiй и новыхъ словъ — вообще съ проектами нового языка. Рѣшенiе правописной комисiи, не смотря на сопротивленiе русского населенiя, внесшого просьбы съ 37.000 подписями къ императору и министру просвѣщенiя о задержанiе прежняго правописанiя. было утверждено правительствомъ. Вскорѣ затѣмъ была введена фонетяка также въ школахъ на Буковинѣ. Смаль-Стоцкiй и Ѳеодоръ Гартнеръ (нѣмецъ), давшiи починъ правописному движенiю, составили и издали въ 1894 г. новую „Граматику русского языка“, въ которой для обозначенiя граматическпхъ терминовъ употребити новыи „самостоятельныи“, ними выкованныи слова. Противъ русского литера-

441

турного языка начался крестный походъ. Воспитанникамъ львовской духовной семинарiи воспретили обучатись ему. Ученикамъ стали отнимати книжки, писанныи на литературномъ языцѣ, Общества студентовъ „Буковина“ въ Черновцахъ и „Академическiй Кружокъ“ во Львовѣ были за употрсбленiе русской литературной рѣчи закрыты. Правительственныя и автономическiи вѣдомства стали возвращати сторонамъ письма, писанныи по-русски подъ предлогомъ, що они составлсны не на „чистомъ русскомъ языцѣ.“ Вслѣдствiе того многiи лица въ Галичинѣ перестали съ властями переписыватись по русски. Въ школьное обучанiе вошло замѣшатсльство.

На конференцiяхъ народныхъ учителей, состоявшихся въ августѣ и сентябрѣ 1896 г. въ Перемышлянахъ и Глинянахъ было удостовѣрено, що русскiи читанки для народныхъ школъ заключаютъ исконныи для самихъ же учителей слова и по той причинѣ необходимо изданiе для учителей обьяснительного словаря (!). Кромѣ того, самая фонетика дѣлаетъ русскiи слова для сельскихъ дѣтей непопятными, пбо произношенiе поодинокихъ самогласныхъ есть въ розличныхъ окрестностяхъ розличное такъ, що лишь прежнее этимологическое правописанiе можетъ уявнити значенiе слова. Касательно воспрещенiя русскому юношеству, читати книжки на русскомъ литературномъ языцѣ надобно

442

приняти въ соображенiе. що каждый украинскiй писатель, о которомъ учатъ въ гялицкихъ школахъ писалъ также по великорусски и що ученикъ о жизни такого писателя и его значснiи для литературы найлучше можетъ поучитись изъ великорусскихъ сочиненiй. Если ученикъ можетъ изъ извѣстного автора читати лишь одно сочиненiе, другого же нѣтъ, хотя оно содержанiемъ своимъ представляетъ литературную стоимость и причиняется къ характеристицѣ автора; если ему воспрещено употребляти тѣ сочиненiя, когорыи объясняютъ дѣятельность и мiросозсрцаиiе автора, то изъ такой науки не можетъ произойти много пользы для молодого поколѣнiя. Словесность, которую преподаютъ въ нашихъ среднихъ учебныхъ заведенiяхъ подъ названiемъ малорусско-народной словесности, должна зображати духовную жизнь малороссовъ. Однако множество малороссовъ писало на общерусскомъ языцѣ и плоды ихъ духа служили духовною пищею для ихъ земляковъ. Не принимая ихъ во вниманiе и ограничивая науку лишь на такихъ сочиненiяхъ, когорыи писаны на простонародныхъ нарѣчiяхъ, подается юношеству лишь крупинки, которыи вносятъ хаосъ въ молодый умъ, даютъ ложное понятiе о духовномъ розвитiи малорусского народа и не доставляютъ такой духовной пищи, отъ когорой умственная жизнь молодого поколѣнiя могла бы розвитись

443

и окрѣпнути. Що сказали бы австрiйскiи нѣмцы, если бы въ ихъ школахъ приказали читати лишь австрiйскихъ поэтовъ, и то лишь такiи ихъ сочиненiя, которыи составлены на простонародныхъ нарѣчiяхъ? Тыеячелѣтняя литературная и духовная связь Малой Руси съ Великою Русью недастся отрацати. Если Калинка вознамѣрялъ влити въ малоросса „иную душу“, то принялся за дѣло, которое исполнити можетъ лишь одинъ Богъ. Убити человѣка можетъ другiй человѣкъ, посотворити человѣка не въ состоянiи никто изъ насъ смертныхъ.

Когда объявлена была новая эра, на поприщѣ международной политики и внутреннихъ отношенiй Австро-Венгрiи произошли перемѣны. Россiя заключила дружбу съ Францiею и помприлась съ Болгарiею. Австро-Венгрiя потеряла свое влiяяiе такъ въ Ссрбiи, якъ и Болгарiи. Занятiе англичанами Египта представилось опаснымъ такъ для становища Францiи на Средиземномъ морѣ, якъ и для Россiи, ибо англiйскiй флотъ можетъ въ удобную минуту заняти нечаянно Дарданеллы и Босфоръ и загрозити Чорноморскимъ берсгамъ Россiи. Въ случаѣ якихъ-либо международныхъ столкновенiй, чужiй флотъ на Чораомъ морѣ могъ бы помѣшати военнымъ дѣйствiямъ Россiи. По той причинѣ Россiя сблизилась также съ Турцiею, щобы стояти на стражѣ проливовъ, ведущихъ изъ Чорного въ Средиземное море, Англiя же наоборотъ

444

выдвинула армянскiй вопросъ, щобы въ армянахъ получити союзяника вблизи русской границы. Россiя, въ мирное царствованiе Александра III (1881—1894 гг.) совершила переобразованiе и вооруженiе своей армiи, укрѣпила свою западную границу и поднялась въ экономическоомъ отношенiи, возстановивши также согласiе и единство стремленiй между государственною властыо и всѣми слоями населенiя. Италiя, потерпѣвши въ 1896 г. пораженiе въ Африцѣ, сталась меньше цѣннымъ союзникомъ Аветро-Вегрiи и Германiи.

Въ Австрiи гр. Тафе, укрѣпивши католическо-консервативное направленiе въ правительственной машинѣ, не успѣлъ его водворити во всѣхъ слояхъ населенiя. При выборахъ въ державную думу въ 1891 г. побѣдили въ Чехiи демократическiи молодочехи, во всѣхъ провинцiяхъ Австрiи усилился соцiализмъ, нѣмецкiи либералы же не могли примиритись съ католицизмомъ графа Тафе, который видѣлъ себе вынужденнымъ въ 1893 г. уступити. Тогда пробовалъ кн. Виндишгрецъ соединити консерватистовъ, либераловъ и поляковъ для согласной дѣятельности въ пользу государства. Но и та проба не удалась. Коалицiйное министерство пало и въ 1896 г. управлепiе внутреннихъ дѣлъ государства досталось въ руки галицкого намѣстника гр. Казимiра Бадени. Въ названномъ году уступилъ также гр. Кальноки и его мѣсто

445

занялъ гр. Агеворъ Голуховскiй. Австрiя нашлась въ управленiи польскихъ государственныхъ людей. Когда такимъ образомъ краковская партiя добилась преобладающого значенiя въ Австрiи, въ Галичвнѣ возмоглась противъ нея опозицiя значительной части польского населенiя. Противъ станчиковъ возстали демократы и мазурскiи крестьяне, образовавшiи три партiи: партiю Поточковъ, самую незначительную числомъ, партiю кс. Стоялонского, самую численную, и людовцевъ съ стремленiями демократовъ 1831—1846 гг. Также соцiализмъ охватилъ робочое сословiе Галичины. Усиленiе соцiализма въ цѣломъ государствѣ заставило государственную власть и думу державную признати всѣмъ полнолѣтнимъ гражданамъ, не имѣвшимъ до сихъ поръ права выбора въ законодательныи тѣла право выбора 72 пословъ въ думу державную (закономъ отъ 14 iюня 1896). Изъ оного числа новыхъ депутатовъ опредѣлено 15 для Галичины и 2 для Буковины.

Що же сталось въ то время съ галицко-русскою новою эрою? Противъ нея возстала не только Русь (якъ мы выше сказали), но такясе часть поляковъ. Были-то именно демократы соцiалистического оттѣнка и шляхта восточной Галичины. Они, хотя и одобряли русскiй нацiональиый сепаратизмъ, однако воспротивились уступкамъ въ пользу русского языка, утверждая, що льготы, при-

446

знанныи русской народности, ослабятъ становище поляковъ въ Галичянѣ.

Кн. Юрiй Чарторыйскiй сказалъ на собранiи помѣщиковъ въ Перемышлѣ 21 октября 1892 г.: „Правительство въ своей акцiи по русскому вопросу обошло большинство сойма.“ Дембовскiй выразилъ мнѣнiе, що уступки для русской народности суть „вытачкиванiемъ каменя за каменемъ изъ польского зданiя.“ Ровнымъ образомъ выразился въ Тернополѣ Вивiенъ. Единственнымъ прiобрѣтенiемъ новой эры можно считати возведенiе русскихъ паралельныхъ класъ при польской гимназiи въ Перемышлѣ до степени самостоятельной русской гимназiи, учрежденiе каѳедры исторiи восточной Европы въ университетѣ львовскомъ съ русскимъ преподавательнымъ языкомъ и введснiе русскихъ паралельныхъ класъ при польской гимназiи въ Коломыѣ.

Въ замѣну за то должна гал. Русь выдержати новый напоръ латинизацiи и полонизацiи. Такъ въ 1894 г. староство въ Чортковѣ воззвало 70 жителей села Залѣсья, щобы на требованiе лат. священника изъ Озерянъ, Кшишковского, возвратились въ латинскiй обрядъ{Галичанiнъ 1894 н-ръ 152.}. Когда мѣщане изъ Озерянъ хотѣли устроити у себе новое кладбище, кн. Сапѣга согласился дати на ту цѣль кусокъ земли лишь подъ тѣмъ условiемъ, щобы за каждую могилу олатили ко-

447

стелу въ Озерянахъ. Когда коваль изъ Новосельска хотѣлъ русского свящснника пригласити на похороны, сказалъ оный свящ. Кшишковскiй: „Не хочу видѣти попа... Если припровадишь попа, заплатишь 20 зр., если не будетъ попа, только 10 зр.“{Тамъ же.}, Одинъ латинскiй мисiонеръ сказалъ крестьянцѣ на исповѣди: „Не ходи въ церковь, лучше для тебе выспатися дома.“ Другiй мисiонеръ сказалъ крестьянину: „Дуракъ: можешь, вмѣсто въ церкви, и въ корчмѣ молитися. Богу будетъ такая молитва прiятна“{„Галичанинъ“ 1894 н-ръ 152.}.

Латинскiи священники стали не допускати русскихъ священниковъ къ похоронамъ латинянъ и крестити русскихъ дѣтей. Если же русскiй священникъ окреститъ дитя латинскихъ родителей, то староство его караетъ{„Дѣло“ 1894 н-ръ 227}. Папского постановленiя отъ 1893 г., по которому какатоликамъ одного обряда можно причащатясь у священниковъ другого обряда, не обнародовало латинское духовенство. Латинское духовенство принялось усердно за постройку латинскихъ костеловъ въ восточной части Галячины. Въ той цѣли стало оно собирати подаянiя, составлявшiи на пр. въ одномъ 1893 г. 9.631 зр. 87 кр. Весь фондъ на постройку костеловъ составлялъ тогда 24.152

448

зр. 72 кр., изъ которого 31 громадъ получило пособiе въ сумѣ 11.137 зр. 51 кр. Въ 1851—1889 г. возникло въ восточной Галичинѣ 27 новыхъ лат. приходовъ, 6 экспозитуръ и 200 новыхъ костеловъ. Три мили вокругъ Тернополя, гдѣ до 1851 г. не было ни одного костела, построено въ ономъ перiодѣ 20 новыхъ костеловъ. Теперь сооруженiе латинскихъ храмовъ идетъ быстрѣйшимъ шагомъ впередъ. Въ послѣднихъ лѣтахъ возникло около 30 новыхъ костеловъ, всѣ преимущественно вблизи русской границы, именно: въ Гошевѣ, Семиковцахъ, Вобулинцахъ, Полупановцѣ, Красномъ, Долгомъ, Копанкахъ, Мышковѣ, Мытоцѣ (возлѣ Сучавы), Далѣевѣ, Ивановцѣ, Семаковцахъ, Давидковцахъ, Жадовѣ (Буковина), Держовѣ, Гончарахъ, Селетинѣ (Буковина), Яновцѣ, Голошпицахъ, Данильчѣ, Березовицѣ, Загайполѣ, Березовицѣ малой. Якъ видимъ, латинизацiя и полонизацiя направлена на пограничную полосу Подолiи и на Покутье, прилегающее къ Буковинѣ и также на Буковину{Въ отзывѣ лат. бережанского пробоща кс. Лєонарда Солоцкого, печатанномъ во Львовѣ въ первой союзной (zwiazkowoj) типографiи и взывающемъ къ жертвамъ на постройку костеловъ яко крѣпостей na kresach, говорится: Włościanie łac. obrządku wśród rusinów giną, obrządku swego i naodowości zarzekają, się i gdyby — co nie daj Boże — Rosja zagarnola tę część Galicyi, zmuszeni by byli wras z rusinami na szyzmę przejść.}.

449

Послѣ объявленiя новой эры отали кат. латинское духовенство и польская интелигенцiя настаивати на крестьянъ и колонистовъ, исповѣдующихъ латинскiй обрядъ, но употребляющихъ русскiй розговорный языкъ, щобы говорили лишь по-польски. Nowa Roforma напечатала въ 1894 г. статистическое изслѣдованiе, въ которомъ отмѣтила всѣ мѣстности, въ которыхъ есть изповѣдники латинского обряда, говорящiи по русски, шобы ихъ передѣлати на истыхъ поляковъ. И дѣйствительно крестьяне и колонисты латинского обряда оставляютъ русскiй розговорный языкъ и ломяютъ по-польски. Въ ихъ слѣды, подъ влiянiемъ современной народпой школы, вступаютъ также исповѣдники русского обряда, и кажется, що не долго прiйдется ждати на время, когда Галичина окажетея ополяченною. Въ Ярославщинѣ въ селахъ съ исповѣдниками греческого обряда, смежныхъ съ польскими селами, старыи люди знаютъ еще говорити по-русски, люди зрѣлого возраста знаютъ уже лишь русскiи молитвы, молодое же поколѣнiе молится и говоритъ уже лишь по-польски. Если къ тому прибавити громадную эмиграцiю въ Америку русского нассленiя, родющого свои хозяйства мазурамъ и евреямъ, то имѣется полный образъ паденiя галрцкой Руси.

Съ началомъ эры графа Таафе и возникновенiемъ тройственного союза соединяется передвиженiе польского эле-

450

мента въ Буковину. Съ 1882 г. стали сюда переселятись польскiи чиновники, учители, монахи, помѣщики и iезуиты. Епископъ Фелинскiй изъ Россiя избралъ своимъ мѣстопребыванiемъ Черновцы. Много поляковъ помѣстились въ Буковинѣ на службѣ при желѣзныхъ дорогахъ. Буковинскiи поляки основали себѣ въ Черновцахъ свою газету и свои Общества, соединились съ украинофилами и составили влiятельную политическую партiю. Такъ якъ они стали роспространяти унiю, то противъ нихъ возсталъ пок. митрополитъ Сильвестръ и румунскiи нацiоналы, вывлекавшiи свои споры съ полякамн въ 1893 и 1894 г. въ Вѣднѣ передъ правительствомъ и клубами парламента, правительство однако приняло буковинскихъ поляковъ въ свое покропетельство, и президентъ Буковины Гоэсъ сказалъ депутацiи поляковъ, явившiйся у него въ первой половинѣ iюля 1894 г. подъ предводительствомъ бар. Капри: „Если бы вы даже не поручали мнѣ своихъ дѣлъ, то я все-таки печалился бы ними, зная хорошо, що поляки не только въ Буковивѣ, но вообще ро всей Австрiи составляютъ на сквозь патрiотическiй, династiи и государству вѣрный элементъ.“ Такъ якъ напоръ поляковъ на Буковину, постройка iезуитского костела въ Черновцахъ (1894 г.) и гоненiя румуновъ въ Венгрiи могли бы населенiе румунского королевства наполнити крайнимъ недовѣрiемъ

451

къ католицизму, то iезуяты удалили въ 1894 г. отъ приходовъ всѣхъ францисканъ и воспретили нѣмецкiи, польскiи и мадьярскiи проповѣди въ католическихъ костелахъ находящихся въ Румунiи, оставляя языкъ польскiй единственно въ Пашканахъ. Ясскiй кат. епископъ воспретилъ въ костелахъ совершати якiи бы ни было политическiи манифестацiи, пѣти „Боже цось Польске“ и т. д. Проповѣди, молебствiя, пѣсни должны произноситись лишь по-румунски{Kuryar lwowaki 1898 Nro 165.}.

Разомъ съ перемѣною политического положенiя въ Европѣ, совершившоюся въ 1890 г., папа сталъ усерднѣйше ааниматись дѣломъ возсоединенiя восточныхъ церквей еъ западною. Въ 1893 г. собрался въ Iерусалимѣ для той цѣли евхаристическiй конгресъ, на который однако православныи не прибыли. Въ 1894 г. (22 iюня издалъ папа энциклику, Praeclarae gratulationis, взывая правослявныхъ Востока къ единенiю съ Рммомъ. Однако правоелавныи патрiархи и армянскiй католикосъ отвергнули то предложенiе. Въ октябрѣ названного года происходили въ Римѣ совѣщанiя восточныхъ, съ Римомъ соединенныхъ патрiарховъ: цяреградского, ярмянского, греко-мельхитского (изъ Дямаска), сирiйского, маронитского и халдейского. Собранныя требовали: сохраненiя восточныхъ обрядовъ, учрежденiя семинарiй, пропаганды

452

унiи въ Арменiи, Персiи, Румынiи и Буковинѣ, т. е. земляхъ, имѣющихъ значенiе въ международной политицѣ для Англiи и Австро-Венгрiи. Однако примѣръ на русскихъ унiатахъ, лишившихся послѣ соединенiя съ Римомъ своего восточного обряда, всей своей земли и попавшихъ въ жалкое состоянiе, отстрашаетъ восточныи народы отъ принятiя унiи. Съ той причины назначенiе львовского митрополита Сильветра Сембратовича кардиналомъ (1895) и празднованiе 300-лѣтiя берестейской унiи въ Галичинѣ (1896 г.) не могли произвести пожеланного воздѣйствiя на православныхъ Востока и тѣмъ меньше они могли достигнути своей цѣли, если православныи почувствовали себе обиженными отзывомъ львовского комитета, занимающогося устроенiемъ 300-лѣтняго юбилея церк. унiи.

Въ виду политическихъ усложненiй, вниманiе Европы было обращено на отношенiе римского престола къ Россiи. Вѣдь папскiи энциклики и старанiя о соединенiи церквей не мало причинились къ крымской войнѣ. Однако при Львѣ ХIII отношенiя папского престола къ Россiи уложились иначе, чѣмъ они были при пiѣ IX. Левъ XIII поздравилъ Александра II съ его коронацiйнымъ юбилеемъ, когда же на престолъ вступилъ Александръ III, начались въ Вѣднѣ между Убрилсмъ и кард. Якобини переговоры касательно назначенiя и правъ католическихъ епископовъ въ Россiи. Въ де-

453

кабрѣ 1882 г. принялъ папа на офицiальной авдiенцiи Гирса и Бутенева. Въ 1883 г. (15 марта) было между Бутеневымъ и кард. Якобини заключено соглашенiе въ дѣлѣ замѣщенiя католическихъ епископствъ въ Россiи. Хотя вскорѣ затѣмъ краковскимъ пiяристомъ кс. Слотнинскимъ была устроена въ Варшавѣ встрѣча между ѣздившимъ на коронацiю царя въ Москвѣ кардиналомъ Ванутелли и подляшскими унiатами, представленными кардиналу Франковскимъ, Дембовскимъ и гр. Крзсинскимъ и возбужденъ былъ даже вопросъ заведенiя въ Краковѣ у пiаристовъ мисiонерской школы для родляшскихъ унiатовъ, однако то происшествiе не нарушило хорошихъ отношенiй между папою и Россiею. Въ 1885 г. были императорскимъ указомъ отмѣнены ограниченiя католичсекой церкви въ Россiи. Въ 1887 г. Александръ III поздравилъ папу съ 50-лѣтiемъ его священства, четыре же мѣсяцы потомъ, явился отпоручникъ русского правительства Извольскiй въ Римъ и сталъ постояннымъ представителемъ Россiи при папскомъ дворѣ. Въ маѣ 1894 г. получилъ онъ титулъ министръ резидента. Послѣ 1890 г. были слухи, що на римскiй престолъ дѣлается напоръ, щобы онъ издалъ энциклику въ дѣлѣ угнетенiя католиковъ въ Россiи. Ожидаемая энциклика къ польскимъ епископамъ и польскимъ католикамъ появилась 11 (23) марта 1894 г., но вмѣсто подстрекати

454

поляковъ противъ Россiи, папа взывалъ въ ней польскiй народъ въ предѣлахъ Россiи быти вѣрнымъ своему правительству. Тройственный союзъ гарантовалъ италiйскому королю владѣнiе Римомъ и такимъ образомъ уничтожилъ надежду римской курiи на возстановленiе мiрской власти папы. Съ той причины папа не могъ сочувствовати тройственному союзу.

Славянство въ Россiи было мгновенно ослабло, когда въ 1885 г. вспыхнула сербско-болгарская война и Болгарiя, подъ управленiемъ Стамбулова, заняла враждебное становище къ Россiи. Болгаръ упрекали въ неблагодарности. Но не смотря на то, среди русского общества все больше стало упрочатись мнѣнiе, що дальнѣйшее розвитiе Россiя можетъ основыватись лишь на славяно-русской почвѣ, могущей единственно оживотворити и на природный путь направити дѣятельность русского народа. Славянское благотворительное Общество въ Петрогоадѣ, оставаясь и дальше чуждымъ политики, предавалось дѣламъ культурнымъ и благотворительности въ отношенiи къ страдавшимъ поодинокимъ личностямъ и цѣлымъ славянскимъ областямъ. Головною его цѣлью осталась прежняя задача, возбудити живѣйшее научное движенiе среди славянъ на поприщѣ ихъ языка и исторiи. Среди австро-венгерскихъ славянъ сознанiе племенного единства всѣхъ славянъ, не

455

смотря на противодѣйствiе гр. Тафе въ Австрiи и Тисы въ Венгрiи, обхватило ширшiи кружки, Намѣренiе Тафе посредствомъ католицизма отчуждити австро-венгерскихъ славянъ отъ Россiи, не вѣнчалось успѣхомъ. Хотя въ 1885 г. старочехъ Ригеръ въ Вѣднѣ во время адресной дебаты сказалъ, що предназначенiемъ Австрiи есть, отклоняти опасности, грозящiя меньшимъ славянскимъ народностямъ отъ Германiи и Россiи, но католическiй епископъ Штросмаеръ въ 1888 г. поздравилъ Россiю съ 900 лѣтiемъ ея крещенiя. Когда въ 1888 г. усилялись слухи о предстоящей войнѣ Германiи и Австро-Венгрiи противъ Россiи, старочехи заявили, що желаютъ — пораженiя нѣмцевъ. Въ 1891 г. побѣдили при выборахъ въ вѣденьскую думу державную молодочехи и попавши въ делегацiи, въ своихъ рѣчахъ рѣзко отмѣчали симпатiи чеховъ къ Россiи. Одни поляки продолжали неприклонно относитись къ Россiи, но и между ними постепенно все больше давали слышатись голосы за оставленiемъ вражды противъ Россiи, не всдущей къ цѣли и лишь вредящей польскому дѣлу. Подъ влiянiемъ славянофильского направленiя стали также въ Россiи иначе смотрѣти на польское дѣло и ограждати поляковъ отъ напора германизма.

Въ началѣ эры Тафе нѣмцы опасались своего ослабленiя въ Австрiи и для того Вурмбрандъ и Шаршмидъ предла-

456

гали въ думѣ державной внесенiя, щобы нѣмецкiй языкъ путемъ законодательства признати языкомъ государственнымъ. Однако тѣ опасенiя оказались тщетными. Чехи получили лишь нѣкоторыи уступки въ школьныхъ дѣлахъ и министерскимъ роспоряженiемъ отъ 19 апрѣля 1888 г. политическимъ властямъ, судамъ и держ. прокураторамъ въ Чехiи и Моравiи было позволено, въ переписцѣ съ сторонами и автономными властями употребляти чешскiй языкъ. Впрочемъ управленiе Чехiи и Моравiи сохранило нѣмецкiй характеръ. Гр, Таафе хотѣлъ примирита чеховъ съ нѣмцами. Нѣмцы требовала строгого роздѣла нѣмецкихъ округовъ отъ чешскихъ, послѣ чего въ чешскихъ округахъ могъ бы быти введенъ чешскiй офицiальный языкъ — но такъ якъ въ такомъ случаѣ сверхъ 200.000 чеховъ были бы обречены на германизацiю, то чехи воспротивились того рода примиренiю и требовали признанiя правъ короны св. Вячеслава. Тѣ права заключаются въ слѣдующихъ точкахъ: 1) Король обязанъ хранити цѣлость собственности чешской короны, съ которою нерозлучны Моравiя и Силевiя. 2) Земли чешской короны стоятъ съ другими землями въ связи лишь посредствомъ общого владѣтеля. 3) Царствующая династiя управляотъ чешскимъ народомъ единственно на основанiи взаимного договора. 4) Чешскiй народъ имѣетъ право избрати нового государя по

457

прекращенiи нынѣ царствующого дома, 5) Чешскому сойму принадлежитъ право управленiя. законодательства, опредѣленiя даней и созыва войска, 6) Никто не имѣетъ права, безъ согласiя чешского народа, включати Чехiю въ новое государственное тѣло, якимъ является Цислейтанiя{Kalousek: Ceekó státni právo. Praha 1891.}.

Для переведенiя оныхъ точекъ недостаетъ однако чехамъ силы, ибо у нихъ нѣтъ такой патрiотической знати, якъ у мадьяръ и сверхъ того они розбились на партiи: 1) старочеховъ съ католическо-консервативными началами; 2) молодочеховъ домократического направленiя; 3) реалистовъ, не имѣющихъ еще ясной програмы; 4) покроковцевъ (прогресистовъ), имѣющихъ приверженцевъ лишь среди студентовъ. Органомъ послѣднихъ была Casopis ceskeho studentstwa, въ которую изъ русскихъ галичанъ дописывали Партицкiй изъ Вѣдня и Ю. Бачинскiй изъ Львова. Чешскiи студенты, уговоренныи польскими студентами во время похороновъ Мицкевича въ Краковѣ въ 1891 г., устроили въ 1892 г. съѣздъ славянской молодежи, сперва въ Празѣ во время выставки, потомъ въ Вѣднѣ. Но якiй хаосъ гссподстповалъ въ воззрѣнiяхъ молодыхъ людей, явствустъ изъ того, що галицкая новяя эра нашла у нихъ одобренiе и поляки выступили съ планами сямостоятельности Малороссiи, Бѣлоруссiи и Литвы.

458

Словенцы, подъ влiянiемъ эры Тафе, подѣлились на католическихъ консерватистовъ подъ предводительствомъ Григ. Крека, Давида Трстеняка и д-ра Ската и славянофильскихъ радикаловъ подъ предводительствомъ Iосифа Юрчича, Iосифа Штритара, д-ра Iоана Тавчара и проф. Севца. Первая партiя имѣла и имѣетъ поддержку правительства, вторая имѣетъ сочувствiе у народа.

У хорватовъ, послѣ 1868 г., была сначала партiя, воспротиплявшаяся унiи съ Венгрiею, Мадьярское правительство помогало себѣ такимъ образомъ, що во главѣ упрявленiя Хорватiи и Славонiи ставило преданныи себѣ личности. Въ послѣднiи лѣта образовались среди хорватовъ слѣдующiи пяртiи: 1) Народная, стоящая на договорѣ съ мадьярами отъ 1868 г. Мадьяры называли ю народною и они ю поддерживаютъ. 2) Независимая, домогающаяся росширенiя договора отъ 1868 г. въ пользу Хорватiи. Она есть славянофильскою и къ ней принадлежитъ епископъ Штросмаеръ: 3) Партiя права, стремящаяся къ оторванiю Хорватiи отъ Венгрiи и домогающаяся присоединенiя къ Хорватiи, Далматiи, Боснiи, Герцеговины, Истрiи Каринтiи, Краины и Штирiи. Вождемъ ея сталъ Антонiй Старцевичъ. Такъ якъ она открыто возлагаетъ свои надежды на Россiю, то мадьярское правительство ненавидитъ ю больше всѣхъ. Ей сочувствустъ молодшее поколiшiе. Большин-

459

ство хорватского сойма состоитъ изъ народной, т. е. правительственной партiи.

Въ Венгрiи немадьярскiи народности, якъ сербы, словаки, русскiи и румыны попали въ незавидное положенiе, ибо венгерскiй законъ о ровноуправненiи нацiональностей не былъ исполненъ. Такъ якъ Карпаты въ военномъ отношенiи считаются важною стратегическою линiею, то венгерское правительство устремилось къ мадьяризацiи заселяющихъ оныи горы словаковъ и русскихъ. Оно отняло у словаковъ всѣ ихъ народныи фонды и заведенiя и стало посредствомъ школы и дѣтскихъ прiютовъ роспространяти среди нихъ мадьярскiй языкъ. У венгерскихъ русскихъ вводитъ оно мадьярскiй языкъ даже въ унiатское богослуженiе. Словаки обнаруживаютъ большую стойкость въ защитѣ своей нацiональности, чего о угро-руссахъ сказати не можно. У послѣднихъ русское нынѣшнее духовенство говоритъ уже дома по мадьярски, а нѣкоторыи воспитанники угро-русскихъ духовныхъ семинарiй не знаютъ по русски ни читати, ни писати.

Гнетъ мадьяризма заставилъ 250 представителей немадьярскихъ нацiональностей, именно словаковъ, сербовь и румынъ, собратись 10 августа 1895 г. на конгресъ въ Пештѣ. Собранiе рѣшило: 1) Домогатись исполненiя закона о ровноправности нацiональностей. 2) Немадьярскiи народности (разомъ съ русскими и нѣмцами, отсутствовавшими на кон-

460

гресѣ) должны для своей защиты составити союзъ. 3) Мадьярскiй языкъ яко офицiальный долженъ употреблятись лишь въ высшихъ администратинныхъ властяхъ и высшихъ судебныхъ инстанцiяхъ, о офицiальномъ же языцѣ комитатовъ, городовъ и сельскихъ общинъ рѣшаетъ населенiе. 4) Комитаты должны роспредѣлятись по языковымъ отношенiямъ. 5) Семиградъ долженъ получити автономiю, автономiя Хорватiи должна росширитись. 6) Для избиранiя депутатовъ въ пештскiй соймъ должны составитись новыи округи; выборы должны быти свободными подача голосовъ тайная. 7) Соймъ долженъ рѣшити новый законъ о собранiяхъ и обществахъ. 8) Церковно-политическiи законы должны подвергнутись ревизiи. 9) Немадьярскiи нацiональности должны имѣти своего министра при королѣ.

Когда въ Австрiи правительство старалось въ послѣдаихъ лѣтахъ скрѣпити католицизмъ, венгерское правительство стремилось къ дальшему ограниченiю церковныхъ правъ такъ католиковъ, якъ и другихъ вѣроисповѣданiй. Послѣдствiемъ такого направленiя было введенiе обязательного гражданского супружества, яко единственно важного въ юридическомъ отношенiи. То вызвало неудовольствiе духовенетва всѣхъ христiанскихъ вѣроисповѣданiй и опозицiя противъ правительства обняла не только немадьярскiи нацiональности, но также

461

часть самыхъ мадьяръ. Въ 1895 г. папскiй нунцiй предпринялъ путешествiе въ Венгрiю и загрѣвалъ католиковъ къ защитѣ правъ католической церкви. Между мадьярами возникла католическая партiя съ графомъ Зичи во главѣ, принявшая антисемитскiй характеръ. Такъ якъ между такъ зовимыми либералами, считаемыми противниками католической церкви, головную роль играютъ жиды, то католвческое движенiе въ Австрiи приняло въ послѣднiи лѣта антисемитскiй характеръ. Единственно краковская партiя станчиковъ, хотя она всегда преподноситъ свой кятоляцизмъ, зная важность еврейского капитализма для международныхъ отношенiй, старается на видъ соблюдати дружбу съ евреями.

Подъ влiянiемъ антисемитизма розпалась нѣмецкая партiя либераловъ въ Австрiи, представлявшая собственно нѣмецкiй народъ въ вѣденьской державной думѣ и больше всѣхъ другихъ партiй влiявшая па внутреннее розвитiе сей половины государства. Тѣмъ могли бы воспользоватись славяне и заняти въ государствѣ подобающее имъ становище. Однако имъ недостаетъ смѣтливости и ширшого взгляда на политическое положенiе. Стараясь лишь о выгодахъ своей партiи или пародности, славянинъ неспособенъ къ соединенiю и сосредоточенiю, дающему единствснную силу въ отпорной и наступателльной борьбѣ. Въ 1848 г. славяне, можно сказади, спасли Австрiю,

462

но не смотря на то, надъ ними взяли верхъ тѣ стихiи, которыи пробовали розорити государство. Каждое славянское племя въ Австрiи хочетъ вести политику на свою руку, не смотря на то, що у него нѣтъ силъ статись всемiрнымъ факторомъ. Оттого происходятъ неудачи славянъ на политическомъ поприщѣ.

Названныи событiя изъ международной и государственной полятики Австро-Венгрiи должны мы были изложити въ общихъ чертахъ въ той цѣли, щобы уяснити современное положенiе Прикарпатской Руси, которое постатаемся представити въ слѣдуюшихъ главахъ.

XIV. Нынѣшнее состоянiе Прикарпатской Руси. — Народонаселенiе и его соцiальныи отношенiя.

Согласно народной переписи отъ 31 декабря 1890 г. населенiе Австро-Угорщины, обнимающей пространство 622.318.11 кв. килом., составляло 41,359.202 души, изъ которыхъ выпадаетъ на русскихъ 3,488,613, т. е. около 8 1/2 % всего населенiя. Въ Австрiи насчитали душъ съ русскимъ розговорнымъ языкомъ, всего 3,105.221 (майже 12.9 %) на 23,473.056 населенiя, въ Угорщинѣ 383,392 (2.9%) на 17,468.789 населенiя. Однако розговоряый языкъ не подаетъ

463

вѣрно количестна русского населенiя, ибо на народную перепись влiяетъ нацiональная агитацiя, вслѣдствiе которой хлѣбодатели свою прислугу и кромѣ того лица, исполняющiи съ порученiя правительства народную перепись — всякого, кого только могутъ, причисляютъ къ своей нацiональности. Вѣрнѣйше опредѣлимъ цифровую силу русского еаселенiя, если будемъ придерживатись греко-католического обряда, который въ Галичинѣ и Угорщинѣ есть самымъ вѣрнымъ знаменемъ русской нацiональности. Въ Австрiи насчитали исповѣдниковъ гр.-кат. обряда 2,814.072, въ Угорщинѣ грек.-католическихъ русскихъ 379.492, гр.-католическихъ мадьяръ 180.903, грек.-кат. словаковъ 99.203, гр.-кат. нѣмцевъ 1.179. Если къ сему прибавити 268,367 православныхъ русскихъ въ Буковинѣ, то получаетоя 3,743.216 душъ населенiя, которое можно считати русскимъ, т. е. не много больше польского населенiя, которого насчитали 3,719,232 души. Однако въ послѣднее число входитъ много евреевъ, которыхъ нiякъ поляками не можно считати, и исповѣдниковъ гр.-кат. обряда, которыхъ собственно слѣдуетъ считати русскими. Желая опредѣлити количество поляковъ зъ Галичинѣ, нужно приняти римо-католическiй обрядъ яко знамя нацiональности, ибо, по правилу, кто есть латинникомъ въ Гвличинѣ, тотъ есть полякомъ, или легко можетъ нимъ быти. Въ такомъ случаѣ слѣдуетъ

464

сосчитати 2,997.430 римо-кат. въ Галичинѣ, 23,604 поляковъ въ Буковинѣ, 178.114 поляковъ въ Силезiи. 8.423 поляковъ въ другихъ провинцiяхъ Австрiи и тогда получается 3.207,571 душъ польского населенiя въ Австрiи, т. е. сверхъ половины милiона меньше чѣмъ русского.

Русское населенiе занимаетъ сплошною масою оба склоны тѣхъ частей Карпатъ, которыи называютъ восточнымъ Бескидомъ и лѣсистыми Карпатами, дальше весь басейнъ верхняго Днѣстра, басейнъ верхняго Буга, лѣвый берегъ Сяна, вообще всю восточную Галичину, сѣверо-западную часть Буковины и сѣверо-восточную часть Угорщины разомъ съ сѣвернымъ склономъ головного хребта Карпатъ отъ истоковъ Сяна майже до Дунайца. Въ другихъ провинцiяхъ Австрiи число рус. населенiя незначительное. Въ Нижней Австрiи было въ 1890 г. 2.654 душъ гр.-кат. обряда, но изъ нихъ лишь 333 подало яко розговорный языкъ русскiй; въ Чехiи было 325 гр.-католиковъ, но лишь 181 съ русскимъ розговорньшъ языкомъ; въ Моравiи 202 гр.-кат. но лишь 120 русскихъ; въ Верхней Австрiи 212 гр.-кат., а 162 рус.; въ Штирiи 80 гр.-кат. а 332 русскихъ (правосланыи изъ Буковины).

Галичина, занимающая 78,496.84 кв. килом., имѣла въ 1890 г. 6,607.816 душъ населенiя, т. е. 84 душъ на 1 кв. килом. Если примемъ въ внимянiе, що Галичина есть земмледѣльческимъ краемъ и майже

465

лишена Фабричной промышленности, то плотность населенiя представится намъ надто великою, ибо значительное пространство занимаютъ Карпаты еъ малоудобною почвою. Такъ н. пр. повѣтъ Залѣщики, не имѣющiй нiякой промышленности, числитъ 101 жителей на 1 кв. килом., когда между-тѣмъ фабрично-промышленная Моравiя съ плодородною почвою имѣетъ ихъ 102. Повѣты: Теребовля (102 на 1 кв. килом.), Толмачъ (101), Тернополь (101), Станиславовъ (119), Снятинъ (126), Коломыя (110), Гусятинъ (102), Березовъ (107), Боршевъ (104) — принадлежатъ къ окрестностямъ съ чрезмѣрною густотою населенiя. Въ западной Галичинѣ плотность населенiя еще большая. Въ повѣтѣ Величка выпадаетъ на 1 кв. килом. 156 ж., Валовицы 121, Тарновъ 125, Решовъ 116, Ланцутъ 102, Кросно 105, Бяла 145 (фабричная промышленность), Бохня 114, Бжеско 106, Хшановъ 108 (углекопи). Изъ гористыхъ повѣтовъ меньшпе всѣхъ заселенъ повѣтъ Коссовъ (40), Турка (43), Стрый (49), Надворча (36), Лѣско (46), Долина (36), но и они едва могутъ ити въ сравненiе съ Каринтiею или Сольноградомъ, находящимися въ лучшихъ экономическихъ отношенiяхъ и не смотря на то числящими: Каринтiя 35 жителей на одинъ килом., Сольноградъ 24.

Хотя эмиграцiя изъ повѣтовъ съ плотнымъ населенiемъ есть пожеланною, однако, къ сожалѣнiю, происходитъ она

466

точно изъ такихъ повѣтовъ восточной Галичины, въ которыхъ почва плодородная и густота населенiя сравнительно меньшая, нежеди въ другихъ повѣтахъ. Такъ въ послѣднихъ лѣтахъ эмигровало населенiе въ Бразилiю изъ повѣтовъ: Львовъ (86 душъ населенiя на 1 кв. км., вблизи городъ, дающiй зароботокъ), Жолкна (66), Рава (68), Сокаль (67). Броды (75), Каменка струмилова (63), Золочевъ (81), Тернополь (101), Бережаны (74), Рогатинъ (83), Перемышляны (74), Бобрка (78), Лишь при одномъ тернопольскомъ повѣтѣ эмиграцiя оправдана, отчасти же и при другихъ повѣтахъ, числящихъ сверхъ 70 душъ на 1 кв. клм; но при повѣтахъ: Жолква, Рава русская, Сокаль, Каменка струмиловая, — она неизъяснима. Очевидно, що здѣсь не плотность населенiя, а другiи причины заставили населенiе покидати край.

На Буковинѣ на 1 кв. клм. выпадетъ 62 жители.

Когда Австрiя заняла Галичину (1772), насчитывали въ ней около 3,000.000 жителей, изъ которыхъ, по мнѣнiю тогдашнихъ нѣмецкихъ чиновниковъ, были двѣ третьи русскихъ. Подъ австрiйскимъ владѣнiемъ элементъ польскiй постепенно усилялся. Въ 1854 г. было въ Галичинѣ 4,555,477 жителей, изъ нихъ 1,864.101 поляковъ, 2,281.839 русскихъ и 406.349 нѣмцевъ (евреи причислили себе, якъ обыкновенно, частью къ нѣмцамъ, частью къ полякамъ). Въ 1880 г. было на 5.958.907

467

населенiя 3,059.223 поляковъ (51.51 процентъ), 2,551.594 русскихъ (42.97 процентъ) и 323.612 (5.45 проц.) нѣмцевъ, собственно евреевъ, подавшихъ себе за нѣмцевъ. Въ 1890 г. насчитали нѣмцевъ лишь 227.158.

Принимая въ розсчетъ розговорный языкъ народной переписи, поляки составляли бы 53.34 проц. населенiя Галичины, русскiи же 43.1 проц. Если же знаменемъ нацiональности будемъ считати для однихъ римскiй обрядъ, для другихъ греко-восточный, то поляковъ окажется 45.56 проц., русскихъ 42.41 проц. Такимъ образомъ поляки все-таки въ Галичинѣ имѣютъ количественный перевѣсъ.

Кромѣ поляковъ и русскихъ, послѣдняя перепись насчитала въ Галичивѣ 227.600 нѣмцевъ (преимущественно евреевъ), 5.827 чехо-мораванъ, 208 словенцевъ, 2 сербо-хорватовъ, 58 итальянцевъ и 283 румуновъ. Касательно вѣроисповѣданiя было 2,997.430 римо-католиковъ, 2,790.449 греко-католиковъ, 1.429 православныхъ, 43.279 протестантовъ, 772.213 евреевъ (11.7 проц.) и 3.016 другихъ вѣроисповѣданiй. Такъ якъ въ Галичинѣ были лишь 283 румуны, то изъ оного числа 1.429 православныхъ 1.146 надо считати русскими.

Буковина, занимающая пространство въ 10.441.15 кв. клм., имѣла въ 1890 г. 646.591 душъ населенiя. Изъ нихъ употребляло русскiй розговорный языкъ

468

268.367 (41.77 проц.) нѣмецкiй 133.501 (20.78 проц.) румунскiй 208.301 (32.42 проц), польскiй 23.604 (3.67 проц.), мадьярскiй 8.139 (1.27 проц.). Число чеховъ и другихъ нацiональностей было незначительное. Замѣчательнымъ есть то обстоятельство, що когда въ Галвчинѣ отождествленiе „русиновъ“ съ „россiянами“ (Ruthenen и Russen) считалось государственною измѣною, въ Буковинѣ само правительство при народной переписи не дѣлало розличiя между малороссами — „рутенами“ и старообрядцами, говорящими на великорусскомъ языцѣ и послѣднихъ причисло также къ „рутенамъ“. Въ 1896 г. дирекцiя вѣденьскихъ гимназiй привели гр. кат. русиновъ въ своихъ отчетажъ яко Russen, не употребляя вовсе названiя Ruthenen. Изъ того можно бы заключати, що нѣмецкiи чиновники въ центральномъ управленiи не видятъ на теперь нiякихъ выгодъ для государства отъ малорусского сепаратизма, за который стоятъ собственно лишь поляки.

Въ Галичинѣ нѣтъ ни одного повѣта, въ которомъ находилось бы исключительно русское населенiе. Въ каждомъ восточномъ повѣтѣ есть извѣстный процентъ евреевъ, поляковъ и исновѣдниковъ латинского обряда, говорящихъ по-русски, но представляющихъ собою матерiалъ на поляковъ. Больше всѣхъ имѣютъ русскiй характеръ юго-воеточныи повѣты: Турка (86.08 проц, гр.-кат.,

469

88.82 проц. съ русск. розгов. языкомъ), Коссовъ (82.34 проц, гр.-кат., и 82.74 проц. съ рус. розг. яз.), Богородчаны (81.42 проц. гр.-кат. и 88.17 проц. съ рус. роз. яз.). Снятинъ (80.41 проц. и 81.55 проц.){Первое число обозначаетъ грек.-кат., второе — употребляющихъ русскiй языкъ.}, Надворна (79.23 проц. и 78.98 проц.), Калушъ (79.33 проц. и 84.09 проц.), Городенка (75.05 проц. и 84.04 проц.), Долина (72.05 проц. и 74.79 проц.), Повѣты, смежныи съ русскимъ Подольемъ и Волынью, уже слабшiи относительно русского населенiя. Повидимому, политическiи соображенiя влiяли здѣсь на усиленiе польского элемента. Такъ имѣютъ Броды (повѣтъ) 60.52 проц. гр.-кат. и 61.73 проц. съ русск. розг. языкомъ, Чортковъ 61.66 проц. и 69.50 проц., Гусятинъ 59.83 проц. и 62.49 проц., Скалатъ 49.01 проц. и 49.11 проц., Тернополь 54.65 проц. и 51.77 проц., Теребовля 53.09 проц, и 55.04 проц., Збаражь 62.53 проц. и 61.67 проц., Золочевъ 65.83 проц. и 65.14 проц., Каменка струмиловая 59.68 проц. и 60.91 проц. Повѣты, смежныи съ Холмщиною, имѣютъ: Сокаль 66.72 проц. и 64.99 проц., Рава русская 70.49 проц. и 70.59 проц., Чешановъ 53.37 проц. и 53.42 проц., Ниско 1.63 проц. и 0.08 проц. Повѣты, смежныи съ мазурскою частью Галичины, имѣютъ слѣдующiй процентъ русского населенiя: Ярославъ 43.58 проц. и 34.44 проц, (здѣсь

470

начинаетъ русское населенiе полячитись), Ланцутъ 6.28 нроц. и 4.04 проц. (здѣсь русское населенiе начинаетъ чуждатись русского языка), Перемышль 51.28 проц. и 48.41 проц., Березовъ 15.09 проц. и 10.08 проц. (здѣсь русское населенiе также полячится), Сянокъ 52.87 проц. и 51.65 проц., Коросно 16.42 проц. и 12.63 проц. (русскiи полячатся), Грибовъ 19.58 проц. и 20.37 проц., Горлицы 24.97 проц. и 25.40 проц., Новый Сончъ 15.32 проц. и 15.63 проц., Новый Торгъ 3.29 проц. и 3.30 проц., Ясло 8.54 проц. и 7.90 проц. Ряшевъ 1.01 проц. и 0.08 проц. Крѣпко оберегаютъ свою нацiональность лемки въ повѣтахъ: Сянокъ, Горлицы, Грибовъ, Ясло, Новый Сончъ и Новый Торгъ. Въ центрѣ русской Галичины самымъ сильнымъ русскимъ повѣтомъ есть: Яворовъ съ 78.19 проц. гр. кат. и 78.02 проц. съ рус. розг. языкомъ, Жидачевъ 73.45 проц. и 76.68 проц., Старое мѣсто 76.69 проц. и 77.64 проц.; послѣ нихъ сдѣдуетъ Лѣско 72.07 проц. и 72.74 проц., Стрый 70.78 проц. и 72.08 проц., Рогатинъ 70.58 проц. и 73.68 проц., Городокъ 66.05 проц. и 67.05 проц. Львовъ (повѣтъ безъ города) имѣетъ 49.14 проц. и 50.35 проц., другiи повѣты въ серединѣ русской Галичины имѣютъ 50—60 проц. русского населенiя.

Найменьше латинниковъ есть въ повѣтѣ Турка (2.72 проц.), затѣмъ слѣдуютъ Богородчаны 3.83 проц., Коссовъ 4.23 проц., Снятинъ 6.31 проц., Ка-

471

лушъ 8.13 проц., Надворна 9.59 проц., Восточныи пограничныи повѣты сильно латинизованы. Еще во время польской рѣчи-посполитой поляки направляли туда свою колонизацiю и при австрiйскомъ владѣнiи дѣйствовала здѣсь латинская пропаганда Вслѣдстiе того повѣтъ Скалатъ имѣетъ 36.23 проц. латинниковъ, Теребовля 35.69 проц., Збаражъ 28.59 проц., Гусятинъ 28.20 проц., Чортковъ 24.62 проц., Боршевъ 19.50 проц. Также внутреннiи повѣты показываютъ значительный процентъ латинниковъ: Бучачъ 26.64 проц., Бережаны 26.19 проц., Львовъ (повѣтъ) 40 проц., Самборъ 28.82 проц., Добромиль 21.19 проц, Городокъ 21.84 проц., Подгайцы 25.88 проц., Перемышляны 23.31 проц., Рудки 25.60 проц., Золочевъ 17.79 проц., Сѣверныи галицко-русскiи повѣты имѣютъ латинниковъ: Броды 19.50 проц., Каменка струмилевая 22.90 проц., Сокяль 17.85 проц., Рава русская 14.12 проц., Чесановъ 32.77 проц. Изъ смежнихъ съ мазурами русскихъ совѣтовъ имѣютъ латинниковъ: Ярославъ 45.67 проц., Перемышль 34.59 проц., Березовъ 78.65 проц., Сянокъ 37.53 проц. Прочiи повѣты имѣютъ подавляющее большинство римо-католиковъ.

Евреи составляютъ въ Галичинѣ 11.64 проц. всего населенiя. Яко торговый народъ, они занимаютъ городы; въ селахъ ихъ мало. Найбольше сорозмѣрно евреевъ имѣетъ городъ Львовъ (28.42

472

проц.), затѣмъ городъ Краковъ (28.07 проц.), повѣты Дрогобычъ (20.06 проц. вслѣдствiе нафтяной промышленности), Броды (19.69 проц.), Коломыя (18.40 проц.), Станиславовъ 17.92 проц., Тернополь 16.69 проц., Сокаль 15.11 проц., Скалатъ 15.73 проц., Бучачъ 15.08 проц., Борщевъ 14.65 проц., Долина 14.10 проц., Гусятинъ 14.96 проц., Кяменка струмиловая 14.87 проц., Рава русская 14.75 проц., Рогатинъ 14.75 проц., Тарновъ 14.54 проц., Золочевъ 14.08 проц. Сорозмѣрно найменьше евреевъ изъ русскихъ повѣтовъ имѣютъ: Рудки 8.57 проц., Збаражъ 8.84 проц. (трезвость, проствѣщенiе, роспространенное Наумовичемъ), Самборъ 8.85 проц., Мостиска 8.99 проц., Сяпокъ 9.56 проц., Ярославъ 10.51 проц., Добромиль 10.61 проц., Калушъ 10.83 проц. Прочiи русскiи повѣты имѣютъ сверхъ 12 проц. евреевъ. Лемковскiи повѣты имѣютъ меньше евреевъ: Кросно 6.86 проц., Грыбовъ 4.99 проц., Горлицы 6.96 проц., Новый Сянчь 8.82 проц., Новый Торгъ 3.22 проц. Изъ мазурскихъ повѣтовъ имѣетъ Живецъ 1.95 проц. евреевъ, Вадовицы 3.77 проц., Мысленицы 1.91 проц., Лиманоза 3.36 проц., Краковъ (повѣтъ) 2.79 проц. и Тарновъ (мазурскiи Броды) 14.54 проц., Мѣлецъ 11.39 проц., Домброва 10.61 проц., Кольбушова 10.14 проц. Въ прочихъ мазурскихъ повѣтахъ число евреевъ не достигаетъ даже 8—9 проц. Найбольшая густота евреевъ выпадетъ на русскую часть Галичины.

473

Касательно нѣмецвой нацiональности въ Галичинѣ, то представляютъ ю собственно евреи. Число потомковъ нѣмецкихъ колонистовъ, поселенныхъ въ Галичинѣ при Марiи Тересiи и Iосифѣ II, дастся опредѣлити послѣ протестантского вѣроисповѣданiя, ибо всѣ они были протестанты. Католики-нѣмцы ополячились, и лишь протестанты сохранили свою нацiональность. Такъ якъ протестантовъ насчитали 43.292, то столько же будетъ и подлинныхъ нѣмцевъ въ Галичинѣ. Ихъ найбольше въ окрестности Львова (6.016), дальше въ повѣтахъ: Стрый (3.826), Каменка струмиловая (2.477), Дрогобычъ (2.435) Долина (2.462), Бяла (2.385), Чешаповъ (1.030), Городокъ (1.563), Яворовъ (1.423), Калушъ (1.283). Коломыя (1.231), Мѣлецъ (1.008), Надворна (1.009), Новый Санчъ (1.761), Перемышляны (1.118) Ланцутъ (700). Вообще видимъ, що нѣмецкая колонизацiя имѣла цѣлью охранити проходы черезъ Карпаты, также страгическо-торговельный путь отъ границы Сялезiи къ Львову и Золочеву и наконецъ трехугольникъ между пижнимъ Сяномъ и Вислою и басейнъ верхняго Буга. Австрiйское правительство нарочно выбирало протестантовъ для колонизацiи Галичины, ибо нѣмцы-католики весьма легко полячатся.

Народная перепись 1890 г. выказала 227.158 нѣмцевъ въ Галичинѣ. Если такими можно счатати лишь названныхъ

474

43.292 протестантовъ и, що найбольше, 20.000 нѣмцевъ-католиковъ, то остальныхъ 163.000 чел. доставили нѣмецкой стихiи евреи. Въ Галичинѣ розличаютъ „нѣмецкихъ евреевъ“ и „хасидовъ“. Первыи носятъ платье интелигентного сословiя, состоятъ изъ лицъ, получившихъ образованiе въ публичныхъ школахъ (т. е. адвокатовъ, врачей, купцовъ, предпринимателей и тѣмъ подобеыхъ людей) и не придерживаются строго Мойсеева закона. Они высоко ставятъ нѣмецкую литературу, говорятъ весьма радо по нѣмецки, выписываютъ нѣмецкiи книги и газеты и вообще принадлежатъ духомъ къ той нѣмецкой партiи, которую въ Австрiи называютъ либералами. Хасиды говорятъ на извращенномъ нѣмецкомъ жаргонѣ, придерживаются строго Мойсеева закона и для отличiя отъ иновѣрцевъ носятъ свое особенное платье. Они стоятъ духомъ также ближе къ нѣмцамъ, нежели полякамъ. Не смотря на то, що большая половина евреевъ записала себе въ поляки, на дѣлѣ они чужды полякамъ и значительно больше сочувствуютъ нѣмецкой культурѣ чѣмъ польской. Такимъ образомъ германизмъ въ Галичинѣ опирается собственно на 768.845 евреяхъ, поддерживающихъ нѣмецкую журналистику и литературу и доставляющихъ нѣмецкому духу сильную поддержку ибо въ ихъ рукахъ находитея торговля и майже всѣ движимыи капиталы. Евреевъ, открыто признающихъ себе къ

475

нѣмецкой нацiональности, живетъ больше всего въ повѣтахъ: Дрогобычъ 17.64 процентъ (лишь 2 проц. признало себе къ польской нацiональности), Броды 12.99 проц. (7 проц. призналось къ полякамъ), Долина (14.10 проц.), Косовъ 12.39 проц. Снятинъ 11.64 проц. населенiя повѣта. Вообще евреи въ западной Галичинѣ подавали себе больше за поляковъ, въ восточной больше за нѣмцевъ. Къ русской народности они рѣдко признавались, такъ якъ принадлеженiе къ ней могло ихъ выставити на всякого рода непрiятяости и не принесло бы имъ нiякой матерiальной пользы.

Въ Буковинѣ было въ 1890 г. 72.389 римо-католиковъ, 19.810 греко-католиковъ (русскихъ унiатовъ), 450.773 православныхъ, 16.344 протестантовъ, 82.17 евреевъ, 4.558 иныхъ вѣроисповѣданiй, главно старообрядцевъ. За немцевъ подали себе 133.501 чел, Коренными нѣмцами можно однако считати лишь однихъ протестантовъ и тѣхъ католиковъ, которыи остаются по отчисленiи 23.604 поляковъ, 536 чехо-моравянъ, 28 словенцевъ, 1 сербо-хорвата, 18 итальяицевъ, 8.139 мадьяръ, т. е. 40.063 католиковъ изъ обшого числа 72.389 римо-католиковъ. Затѣмъ нѣмцевъ-христiанъ можетъ быти въ Буковинѣ лишь 56.407. Прочiи 77.094 то евреи. поодинокiи румыны и русскiи, примкнувшiи къ нѣмецкой нацiональности. Вообще нѣмецкая нацiональность имѣетъ найбольшую притягательную силу въ отношенiи къ евреямъ.

476

Въ продолженiи 1880—1890 гг. убыло въ Буковинѣ русского населенiя на 0.39 проц., румунского на 1.01 проц. Въ замѣнъ за то усилилась нѣмецкая стихiя о 1.64 проц., польская о 0.46 проц. Русского населенiя убыло въ окрестности Черновецъ на 3.53 проц., въ повѣтѣ Выжница 243 проц., Коцмань 1.10 проц., Кимполунгъ 2.82 проц. Русское населенiе усилилось въ городѣ Черновцахъ о 1.13 проц., въ повѣтахъ: Серетъ 4.36 проц., Сучава 1.53 проц., Сторожинецъ 0.15 проц., Радовцы 1.00 проц. найбольше русского населенiя живетъ въ округахъ: Коцмань (88.56 проц.), Выжница (75.92 проц.), въ окрестности Черновецъ (60.72 проц.), въ повѣтахъ Серетъ (42.34 проц.), Сторожинецъ (37.67 проц), въ городѣ Черновцахъ (19.59 проц.). Поляковъ есть найбольше въ повѣтѣ Серетъ (32.43 проц.) и въ городѣ Черновцахъ 14.35 проц. Румынъ есть найбольше въ повѣтѣ Радовцы (63.60 проц.), затѣмъ въ п. Сучава (62.12 проц.), Кимполунгъ (57.36 проц.), Сторожинецъ (43.46 проц.). Въ городѣ Черновцахъ есть ихъ 14.38 проц.

Русская народность въ Галичинѣ и Буковинѣ состоитъ преимущественно изъ сельского населенiя. На галицкомъ Подолью въ повѣтахъ: Борщевъ, Бережаны, Бучачъ, Чортковъ, Гусятинъ, Подгайцы, Скалатъ, Тернополь, Теребовля, Залѣщики, Збаражъ, Золочевъ населенiе селъ и мѣстечокъ, въ которыхъ нѣтъ ни судебныхъ, ни политическихъ властей,

477

состоитъ изъ 67.29 проц. гр. кат. и 70.13 проц. русского, 25.25 проц. римо-кат. и 28.6 проц. польского, 7.2 проц. еврейсвого и 0.97 проц. нѣмецкого наееленiя. Населенiе городовъ и мѣстечокъ, въ которыхъ есть политическiи и судебныи власти, состоитъ разомъ съ дворскими обшарами изъ 24.13 проц. римо-кат. и 69.50 проц. поляковъ, 27.26 проц. гр.-кат. и 25.55 проц. русскихъ, 48.38 проц. евреевъ и 4.85 проц. нѣмцевъ. Изъ того видимъ, що въ мѣстностяхъ, гдѣ есть политическiи и судебныи власти, евреи и одна часть русскихъ жителей подаетъ себе за поляковъ. Въ середней части русской Галичины, т. е. въ повѣтахъ: Бобрка, Броды, Чешановъ, Городокъ, Каменка струмиловая, Львовъ, Перемышль, Рава русская, Рогатинъ, Сокаль, Жолква живетъ въ селахъ и посадахъ безъ судовъ 68.88 проц. гр. кат. и 71.23 проц. рус. 21.73 проц. римо-кат. и 25.01 проц. поляковъ, 7.90 проц. евреевъ 3.62 проц. нѣмцевъ. Въ городахъ и мѣстечкахъ съ политическими и судебными властями есть 47.43 проц. евреевъ, 19.42 проц. нѣмцевъ, 29.83 проц. гр. кат. и 27.62 проц. русскихъ, 22.69 проц. рим. кат. и 52.95 проц. поляковъ. Такое же отношенiе между поодинокими нацiональностями есть и въ южныхъ повѣтахъ русской Галичины, лишь съ тѣмъ розличiемъ, що русское населенiе въ нихъ, даже въ городахъ, больше сильное. Дальше къ западу процентъ русского насе-

478

ленiя въ городахъ, мѣстечкахъ и селахъ уменьшаетея. Если взглянемъ на выше приведенныи числа, то убѣждаемся, що городы русской части Галичины суть собственно еврейскими и если бы не сословiе чиновниковъ, то изъ польщизны едва ли остался бы въ нихъ слѣдъ. Вообще евреи въ Галачинѣ быстро умножаются на счетъ прочого населенiя. Въ 1776 г. было въ Галичинѣ 144.200 (5.58 проц.) евреевъ, въ 1780 г. 151.302 (5.41 проц.), нынѣ есть ихъ 11 проц.

Русскiй элемеятъ сохранился въ большей силѣ въ слѣдующихъ городахъ и мѣстечкахъ: Яворовъ (5.624 рус. на 1069 поляковъ и 2.572 евреевъ), Городенка (5.688 рус. на 1.228 пол. и 4.389 евр.), Николаевъ (1.746 рус. на 435 пол. и 160 евр.). Старасоль (2.711 рус. на 1.073 пол. и 402 евр.), Галичъ (1.932 рус. на 696 пол. и 1.255 евр.), Снятинъ (4.636 рус. на 1.893 пол. и 3.916 евр.), Залозцы (3.600 рус. на 2.400 пол. и 1.293 евр.), Любачевъ (1.951 рус. на 1.145 пол. и 1.821 евр.), Судовая Вишня (1.962 рус. на 1.040 пол. и 1.334 евр.), Глиняны 2.100 рус. на 800 пол. и 1.982 евр.), Теребовля (2.868 рус на 2.359 пол. и 2.041 евреевъ), Жидачевъ (1.007 рус. на 569 пол. и 710 евреевъ).

Столица Галичины, Львовъ, имѣла въ 1890 г. 127.943 жителей, именно 119.352 гражданского и 8.591 военного населенiя, Римо-католиковъ было 63.777, поляковъ 104.544 (102.116 гражд. и 2.378 восн.),

479

греко-катол. 18.271 гражд. и 3.756 воен., русскихъ однако лишь 5.911 гражд. и оныхъ 3.756 воинныхъ, евреевъ 35.092, православныхъ 106, армяно-католиковъ 172, протестантовъ 1878. Изъ гр. кат. (русскихъ) подало себе 12.360 за поляковъ. То преимущественно служащiи и робочiи, которыхъ нацiональность опредѣлили ихъ хлѣбодатели; 8.000 евреевъ объявило себе нѣмцами, 27.000 поляками.

Стихiею, верховодящою и дающою направленiе полической и общественной жизни Галичины, есть большiи землевладѣльцы, зовимыи обыкновенно польскою шляхтою. Желая опредѣлити ихъ число, мы должны приняты въ соображенiе общее число табулярныхъ посѣдателей отъ 1889 г. Ихъ было 4.493. Но такъ якъ въ ономъ числѣ было 1.775 посѣдателей, владѣвшихъ меньше чѣмъ 200 моргами, которыхъ надобно причислити къ такъ зовимой ходачковой (мелкой) шляхтѣ, мало занимающейся политикою, и около 600 евреевъ-помѣщиковъ, чуждыхъ польскимъ нацiональнымъ стремленiямъ, то отчисливши изъ общого числа табулярныхъ посѣдателей 1775+600, остается 2.118, или собственно около 2.000 такихъ лицъ, которыи вслѣдствiе матерiального обезпеченiя и независимости своего становища могутъ безпрепятственно влiяти на населенiе. Мы умалили то число до 2000, ибо въ немъ заключаются церковныи достойники и розличныи фундацiи. Если дальше приняти въ соображенiе,

480

що въ оныхъ имѣнiяхъ 2000 помѣщиковъ-поляковъ есть 718 жидовъ арендаторовъ, то можно насчитати около 1500 шляхты-помѣщиковъ, сообщающихся съ народомъ и производящихъ на него влiянiе. Между ними однако лишь большiи землевладѣльцы имѣютъ аначенiе въ политической жизни, ибо помѣщики ередней руки задолжены и борются съ матерiалышми затрудненiямт. Въ послѣднiи лѣта вообще замѣчается паденiе и уменьшенiе ихъ числа, когда напротивь, землевладѣнiе большихъ помѣщиковъ уболыпается. Соцiальный строй польского общества принимаетъ все больше олигархическiй характеръ.

Мѣщанского сословiя собственно нѣтъ ни у галицкихъ поляковъ, ни у русскихъ галячанъ. Причиною того есть фабричная промышленность другихъ провинцiй Австро-Венгiи и западной Европы, которой издѣлiя заливаютъ галицкiй рынокъ и убиваютъ мѣстныи ремесла. Сегодня у кравцевъ нѣтъ роботы, ибо вѣденьскiи фабриканты готового платья открыли свои магазины во всѣхъ большихъ городахъ Галичины и Буковины, въ которыхъ продаютъ готовое платье фабричного издѣлiя. Сапожники тоже падаютъ, ибо въ магазинахъ продается готовая фабричная обувь изъ Вѣдня и Праги. Число ткачей также уменьшается. Держится лишь строительное искуство, ибо постройка желѣзныхъ дорогъ, казармъ, военныхъ бараковъ и магазиновъ

481

и также новыхъ домовъ для школъ и все убольшающогося числа чиновниковъ, учителей и офицеровъ даетъ занятiе предпрiимщикамъ, каменщикамъ, илотникамъ, слесарямъ и другимъ ремесленникамъ, связаннымъ съ строительнымь искуствомъ. Проведенiе желѣзныхъ дорогъ во всѣхъ направленiяхъ Галичины и Буковины подорвало существованiе мѣстечокъ меньшихъ городовъ, ибо привозъ фабричныхъ издѣлiй облегчился и мѣстныи жители для покупки нужныхъ имъ вещей отправляются въ большiи городы, гдѣ есть большiи магазины и бодьшiй выборъ товаровъ, Еврейскiи капиталисты и купцы оставляютъ мѣстеска и поселяются въ большихъ городахъ. Послѣднiи ростутъ вслѣдствiе того числомъ населенiя. Въ нихъ возникаютъ свѣжiи улицы съ новыми домами, построенными обыкновенно на долги. Довлѣетъ имѣти малый капиталецъ для покупки мѣста подъ нимъ и на первыи потребности. Строительныи принадлежности получаотся на кредитъ отъ евреевъ. Когда домъ станетъ подъ крышею, владѣлецъ его получаетъ въ якомъ нибудь кредитномъ заведенiи кредитъ и еплачинаетъ заимодателей. Конечно, многiя того рода постройки вскорѣ обрушаются и ихъ надобно уже въ второмъ году исправляти. Въ такихъ домахъ занимаютъ квартиры желѣзно дорожныи, государственяыи и автономическiи чиновнпки, учятели и помѣщики, продавшiи свои имѣнiя, а также

482

люди, ищущiи въ городѣ средствъ для жизни.

Якiй составъ городского населенiя въ Галичнѣ, видимъ на категорiяхъ, управненныхъ къ выбору членовъ городскихъ думъ. Въ 25 городахъ Галичины (за нзъятiемъ Львова и Кракова) право выбора членовъ гор. думы имѣютъ: 3836 лицъ изъ интелигенцiи (священники, адвокаты, врачи, чиновники, учители, аптекари, инженеры, архитекты), 5134 купцевъ, 3609 ремесленниковъ, 24.200 домовладѣльцевъ, 178 ггромышленниковъ и 1237 лицъ другихъ сословiй{Wiadom. stat. XIII (1892). Tablice stat. dla ordynacyi wyborczej dla miast.}. На оныхъ числахъ видимъ, що интелигенцiи есть больше, нежели ремесленниковъ, що купцы превосходятъ числомъ ремесленниковъ и большая половина такъ зовимыхъ мѣщанъ состоитъ изъ домовладѣльцевъ. Среди послѣднихъ значительнѣйшая часть посѣдаетъ малыи домики (рѣдко домы) съ садомъ и огородомъ и содерживаетъ себе изъ огородничества, земледѣлiя и изъ поденного заробка. Ихъ смѣло можно причислити къ земледѣльцамъ. Такимъ образомъ также городы въ Галичинѣ имѣютъ земледѣльческiй характеръ. Въ Яворовѣ есть на пр. 65.93 проц. земледѣльцевъ, въ Жолквѣ 64.46 проц., въ Сокалѣ 64.06 проц., въ Кроснѣ 64.03 проц., въ Теребовлѣ 62.39 проц., въ Коломыѣ 51.71 проц., въ Снятинѣ 51.69

483

проц., къ Бохнѣ 50.99 проц., въ Золочевѣ 39.21 проц. Яслѣ 39.10 проц., Бродахъ 34.62 проц., Сяноцѣ 31.49 проц., Бучачѣ 29.50 проц., Стрыѣ 22.31 проц. Характеръ собственныхъ городовъ имѣютъ лишь: Тарновъ съ 7.12 проц. земл., Перемышль съ 604 проц., Ряшевъ 4.14 проц., Станиславовъ 4.17 проц. и Бяла 0.59 проц. землед. Купцы состоятъ съ малыми изъятiями, изъ евреевъ. Также и ремесла персходятъ въ руки послѣднихъ. Въ многихъ городахъ большинство кравцевъ евреи; токари, сткляри и бляхарт майже одни евреи. Число ремесленниковъ евреевъ ростетъ ежегодно, ибо школы фуидацiи бар. Гирша ежегодно отпускаютъ хорошо приспособленныхъ мастеровъ. Сегодня нерѣдки такiи случаи, що ремесленники, желая похоронити своего товарища, идутъ по цеховый ирапоръ къ еврею, ибо еврей есть ихъ цехмистромъ. Евреи выкупили отъ христiанъ домы въ центрахъ городовъ и придали имъ еврейскiй характеръ.

Сравнительно съ городами, села меньше подверглись еврейскому нашествiю. Еврей поселяется въ селѣ лишь въ характерѣ корчмаря и если прiобрѣтетъ крестьянскую землю, то старается скоро сбыти ю съ рукъ, ибо полевыи роботы ему не по вкусу. Лишь въ гористыхъ окрестностяхъ евреи радо поселяются на селѣ, занимаясь торговлею рогатымъ скотомъ, Та торговля есть своеобразная. Еврей даетъ кростьянину теля на откор-

484

мленiе. Крестьянинъ держитъ его и кормитъ 2—3 года, и тогда оба они идутъ на торгъ, продаютъ быка и дѣлятся взыскомъ по половинѣ. Половина рогатого скота въ горахъ есть для того собственностью евреевъ. Еврей имѣетъ изъ такой сдѣлки громадный доходъ. Росходовавши на покупку теляти 4—5 зр. онъ черезъ 2—3 лѣта получаетъ 30 до 40 зр. и больше, не рискуя капиталомъ, ибо крестьянинъ, въ случаѣ падежа скота, обязанъ еврею вознаградити за убытокъ. Для крестьянина взыска мало или нiякого.

Откупщики, арендаторы и предпрiимщики — майже всѣ евреи. Въ послѣднее время лишь аренду горячихъ напитковъ (пропимацiю) берутъ помѣщики Бвреи постепенно выпираютъ польскую шляхту также изъ помѣстьевъ. Въ тернопольскомъ повѣтѣ половина помѣстьевъ, въ долинскомъ и стрыйскомъ повѣтахъ большая ихъ половина принадлежитъ евреямъ. У еврея Поппера есть 60.00 морговъ, еврею Канарку принадлежитъ цѣлый уголъ отъ Ниска къ Вислѣ. Еврей можетъ въ характерѣ помѣщика или арендатора имѣнiй скорше удержатись, ибо во первыхъ у него есть малыи потробности и сверхъ того онъ соединяетъ земледѣлiе съ другими дѣлами, якъ: откупъ пропинацiи, акциза, дорожныи мыта, торговля и т. п., и вслѣдствiе того въ случаѣ неурожая онъ можетъ убытки въ земледѣлiи нокрыти доходами изъ другихъ своихъ занятiй. Состоя банки-

485

рами, капиталистами, помѣщиками, купцами, промышленниками и предпрiимщиками — евреи въ Галпчинѣ и Буковинѣ составляютъ экономическую силу, съ которою польская шляхта принуждена числитися. Еврею стараетея льстити помѣщикъ, чиновникъ и учитель. Держась солидарно, евреи рѣшаютъ выборъ городскихъ депутатовъ въ соймъ и думу державную. Учителямъ евреи платятъ за ученiе своихъ дѣтей самый высокiй гонораръ, издателямъ же газетъ доставляютъ доходы своими объявленiями. Съ той причины антисемитизмъ въ Галичинѣ и на Буковинѣ не находитъ удобной почвы.

До новѣйшого времени еврейская интелигенцiя въ Галичинѣ и Буковинѣ сочувствовала нѣмецкому либерализму и, выставляя лишь на видъ свою приклонность польскому дѣлу, сознавала себе собственно принадлежащею къ нѣмецкой культурной стихiи. Но въ послѣднее время между евреями сталъ пробуждатись нацiональный еврейскiй духъ.

Послѣ погрома евреевъ въ Россiи въ 1882, нѣсколько образованныхъ русскихъ евреевъ, именно Давидъ Гордонъ, Перецъ Смоленскiй, Абрагамъ Зедербаумъ изъ Петербурга и д-ръ Пинкасъ изъ Одессы воззвали своихъ одновѣрцевъ, отрястись изъ чужихъ перьевъ и открыто заявити свою принадлежность къ еврейской нацiональности. Въ 1884 г. состоялся въ Каттовицахъ въ Силезiи съѣздъ отпоручниковъ агитацiйныхъ

486

кружковъ, зяведенныхъ для оной идеи. Мыслью пробужденiя сознанiя еврейской нацiональности среди жидовъ задался особенно сотрудникъ вѣденьской газеты Neue Freie Presse Исаакъ Зингенъ, издавшiй по оному вопросу сочиненiя: Presse und Judenthum. Wien 1882. Sollen die Juden Christen werden? Wien 1884. Briefe berühm ter chrislieher Zeitgonossen über die Judenfrage. Wien 1885. Въ сочиненiи Presse und Judenthum{стр 10.} говоритъ онъ: „Государства роспались, народы погибли; одни евреи существуютъ дальше и не могутъ погибнути“ Въ Briefe{стр. XLIV.} говоритъ онъ: „Iисусъ былъ еврейскимъ голубомъ мира но его наука нзвращена. Барухъ Спиноца училъ тому самому, що Iисусъ. Въ 20-томъ вѣцѣ явится повый мессiя и не крестъ, а цвѣтущее оливковое дерево, символъ еврейского народа, будетъ религiйнымъ знаменемъ человѣчества.“

Новая еврейская партiя назвала себе „сiонистами“, издала брошюру на польскомъ языцѣ п. з. „Якая должна быти програма жидовской молодежи?“ и стала съ 1892 г. издавати газетку Przyszłśćs. Въ 1893 г. состоялся въ Галичинѣ первый съѣздъ сiонистовъ, на который 20 филiй выслало своихъ делегатовъ.

Въ 1895 г. приступили галицкiи и буковинскiи евреи къ основанiю политичоского Общества, имѣвшого соединити

487

всѣхъ евреевъ Галичины и Буковины на почвѣ сiонизма. Намѣстничество не подтвердило ихъ статута, однако министерство внутреннихъ дѣлъ позволило Обществу устроитись. Душею сiонского движенiя въ Галичинѣ есть д-ръ Абрагамъ Зальцъ изъ Тарнова. Сiонисты желаютъ войти съ русскою народностью въ соглашенiе въ политическихъ дѣлахъ Галичины и Буковины.

Если бы сiонизмъ укрѣпился въ Галачинѣ и Буковинѣ, тогда несомнѣнно онъ воздѣйствовалъ бы на своихъ единовѣрцевъ въ Россiи и Румыиiи. Съ причины пестроты населенiя въ Буковинѣ, есть тамъ самое удобное мѣсто для политической дѣятельности евреевъ. Въ 1895 были евреи начальниками громадъ въ Сторожинцѣ Путиловѣ, Конятинѣ, Устьѣ, Путиловѣ, Яблоницѣ, Выжницѣ и нѣсколькихъ другихъ буковинскихъ мѣстностяхъ{Православная Буковина 1895 н-ръ 18.}. Въ Галичинѣ нѣкоторыи городы, якъ: Броды, Станиславовъ, Бучачи Решовъ, имѣютъ большинство выбирателей жидовъ, въ другихъ городахъ евреи своею солидарностью рѣшаютъ о выборѣ членовъ городскихъ думъ и также пословъ на соймъ и въ державную думу. Къ дальшему скрѣпленiю еврейской стихiи въ Галичинѣ и Буковинѣ причинится нѣсколько лѣтъ тому назадъ основанная фундацiя бар. Гирша, росполагавшая въ 1892 г, капиталомъ 6,976.934

488

зр. На проценты отъ той сумы содерживаются для еврейскихъ мальчиковъ школы грамотности и ремеселъ. Въ 1893 г. обучалось въ нихъ 7.550 мальчиковъ, преимущественно на ремесленниковъ.

Русскихъ ремесленниковъ и купцовъ весьма мало. Во Львовѣ есть ихъ лишь нѣскольконадцать — въ другихъ городахъ восточной Галичины еще меньше. Лишь въ меньшихъ мѣстечкахъ есть сапожники, изготовляющiи крестьянскую обувь, ткачи, каменщики и столяри, но имъ недостаетъ просвѣщенiя, щобы могли пользоватись усовершенствованiями техники, и они живутъ въ нуждѣ. О роспространенiи между ними фаховой ремесленной литературы, которою нынѣ росполагаетъ великорусская словесность, никто не подумалъ.

Возлѣ польской шляхты-помѣщиковъ и евреевъ, имѣетъ духовенство значенiе для общественной и духовной жизни населенiя. Для римо-католиковъ есть архiспископъ во Львовѣ и епископы въ Перемышлѣ, Тарновѣ и Краковѣ. Послѣднiй имѣетъ титулъ князя-епископа. Для 3,069,819 латинниковъ Галичнны и Буковины есть 877 приходовъ съ 1.610 священниками. Въ львовской римо-кат. епархiи было (1892 г.) 242 ираходы съ 442 свящ., въ перемышльской 278 прих съ 444 свящ., въ тарновской 179 прих. съ 386 свящ., въ краковской 178 прих. съ 338 свящ. Въ львовской епархiи одинъ латинскiй священникъ выпадаетъ на 1.710

489

душъ, въ перемышльской на 2.075, въ тарновской на 1.781, въ краковской на 2.168. Латинскiй клиръ состоитъ преимущественно изъ сыновъ крестьянъ и мелкихъ мѣщанъ, но, не смотря на свое демократическое происхожденiе, онъ принужденъ, вслѣдствiе строгой зависимости отъ епископовъ, поддерживати интересы шляхты. Но все-таки между нимъ есть много лицъ, тайно поддерживающихъ крестьянское движенiе въ западной Галичинѣ. Онъ матерiально хорошо обезпеченъ. Римо-кат. приходъ въ 3—4000 зр. годичного дохода считается бѣднымъ. Есть римо-кат. приходники съ 10 до 20.000 зр. годичного дохода.

Чорное латинекое духовенство состоитъ изъ сверхъ 900 монаховъ-священниковъ, не числя послушниковъ и служекъ, и около 1.200 монахинь и сестеръ мичосердiя. Центромъ монашеской жизни латинянъ есть Краковъ, въ которомъ находится 18 мужескихъ монастырей съ 404 монахами и 15 женскихъ разомъ съ ихъ домами и сверхъ 600 инокинями и сестрами милосердiя. Вслѣдствiе того Краковъ не можетъ не имѣти клерикально-католического характера, и на сколько онъ сдѣлался центромъ духовной жизни поляковъ, то онъ долженъ той жизни придати знамя католическо-ультрамонтанекого направленiя. Краковъ есть также центромъ iезуитской дѣятельности, ибо въ упомянутомъ городѣ живетъ провинцiалъ iезуитовъ и тамъ же

490

находится самая численная iезуитская колегiя съ I02 монахами. Конгрегацiя змартвыхвстанцевъ имѣетъ въ Краковѣ 31 членовъ. Самыми дѣятельными моняхами есть iезуиты, подвизающiися въ характерѣ мисiонеровъ и проповѣдниковъ. Въ восточной Галичинѣ имѣютъ iезуиты монастыри во Львовѣ (6 свящ.), Тернополѣ (13 свящ.), Чорновцахъ (7 свящ.) и Старой Веси (15 свящ.). Въ руеской части Галичины было 1894 г. 45 мужескихъ кляшторовъ, съ 237 монахами и 17 женскихъ съ 181 монахинями. Доминиканцы имѣютъ здѣсь самое большое количество кляшторовъ, ибо 10 съ 51 монахами-священниками. Ихъ кляшторы влатѣютъ помѣстьями и росполагаютъ большими доходами. Щобы возстановити давное значенiе доминиканцевъ яко мiсiонеровъ Востока, папа Левъ ХIII вскорѣ по вступленiи своемъ на престолъ реформовалъ ихъ и надалъ имъ строжайшiи монашескiи правила. Бернардины имѣютъ 9 кляшторовъ съ 47 свящ, минориты (францисканцы) 7 кляшторовъ съ 30 свящ., iезуиты 4 кляшторы съ 41 свящ., кармелиты также 4 съ 21 свящ. Изъ женскихъ монастырей есть два бенедиктинокъ (34 монахины), одинъ сакраментокъ (20 монахиней), одинъ дамъ сердца Iисусова (33 монах.), одинъ доминиканокъ и 12 розличныхъ другихъ съ 94 инокинями и сестрами милосердiя. Латинскiи монахи и монахини производятъ большое влiянiе на населенiе въ мѣстечкахъ и на ремесленниковъ въ городахъ.

491

Греко-католическое или русское бѣлое духовенство состояло (1895 г.) изъ 2292 лицъ, изъ чего на львовскую епархiю выпадаетъ 920, перемышльскую 841, станиславовскую 531. Въ львовской епархiи одинъ священникъ выпадаетъ на 1.247 душъ, въ перемышльской на 1.194, въ станислановской на 1.570. Въ 1895 г. было въ львовской епархiи 676 женатыхъ священниковъ, 137 вдовцевъ и 26 безженныхъ (съ 2 монахами), въ станиславовской 408 женатыхъ, 97 вдовцевъ и 6 безженныхъ (14 монаховъ), въ перемышльской 667 жен., 160 вдовцевъ и 28 безженныхъ. Число безженного мiрского русского духовенства въ Галичинѣ весьма незначительное. Въ Галичинѣ вообще, такъ у русскихъ, якъ и у поляковъ есть сильная наклонность къ семейной жизни, и латинскiй клиръ былъ бы больше численнымъ, если бы у него не было целибата. Женатого русского священника населенiе больше почитаетъ, нежели латинского, не смотря на то, що противъ русского духовенства ведется систематическое подстрекательство. Поражаетъ однако великiй процентъ священниковъ-вдовцевъ. Причина великой смертности между женами священниковъ лежитъ въ несвойственномъ воспитанiи дочерей священниковъ, выходящихъ обыкновенно впослѣдствiи замужъ за священниковъ. Рѣдко который священникъ въ состоянiи дати своихъ дочерей въ пансiонъ, гдѣ бы они, подъ руководствомъ розумныхъ

492

наставницъ, розвивали свои физическiи и умственныи силы. Въ большей части они принуждены держати дочери дома и ограничати ихъ науку. Затѣмъ молодая дѣвочка учится танцовати и получаетъ въ руки польскiи романы, которыи имѣютъ дополнити ея образованiе. Родители, въ большинствѣ случаевъ, смотрятъ затѣмъ, щобы ихъ дочь не сообщалась съ дѣтьми крестьянъ, уговоривая ю безпрестанно, що она лучшее и высшее существо отъ дѣтей „хлоповъ“ и для того сообщатись съ ними ей неприлично. Домашняя прислуга и сельскiи люди, попадающiи въ якое нибудь соприкосновенiе съ „панночкою“, льстятъ ей; то самос дѣлаютъ гости, являющiися въ домѣ родителей. Нѣкоторыи матери не наклоняютъ своихъ дочерей къ якому нибудь труду, считая его неприличнымъ для дочери священника. Знанiе гигiены и розумной дiететики тоже рѣдко извѣстно въ молодшихъ священническихъ семьяхъ. Въ нихъ мало обращаютъ вниманiя на потребность движенiя; проходятъ цѣлыи недѣли и вся семья сельского священника обмежается на шатанiи вокругъ дома и впрочемъ сидитъ дома. Прежде, въ давныи времена, когда попадьи съ своими дочерями роботали въ садѣ или полѣ, у нихъ могли розвитись физическiи силы, необходимыи для перенесенiя житейскихъ противностей, но при нынѣшнемъ неподвижномъ образѣ жизни должны ослабѣвати ихъ тѣлесныи и душевныи силы. Судьба рус-

493

ского священника требуетъ однако отъ его супруги свойствъ, при которыхъ она была бы его помощницею, а не бременемъ. Ему предстоитъ скитатись по сотрудничествахъ и завѣдательствахъ, обитати въ нужденныхъ хижинахъ, переносити лишенiя и гоненiя, если онъ хочетъ совѣстно исполняти свои обязапности. Если жена должна имѣти тактъ въ обращенiи съ людьми всякихъ состоянiй, умѣти терпѣти и выносити нужду, а не падати духомъ, помочи себѣ въ трудныхъ обстоятельствахъ, вмѣсто отчаивати. Она должна знати, якъ хоронити здоровье свое, дѣтей и мужа, знати розсчетъ въ хозяйствѣ и довольствоватись малымъ. Нервозная женщина, слабая тѣломъ и духомъ, гонящая за розвлеченiями и въ случаѣ неудовлетворенiя ея прихотей наполняющая домъ воплями, будетъ тяжелымъ бременемъ для мужа и окруженiя. Сегодня, когда протвъ супружества свящеиниковъ началея крестный ходъ, она должна руководитись осторожностью въ сохраненiи своей чести и даже — жизни. Если у ней нѣтъ тѣхъ свойствъ, тогда опа легко можетъ пасти жертвою тяжелыхъ обстоятсльствъ, среди которыхъ живетъ. Въ елучаѣ болѣзни у нея нѣтъ даже средствъ, лѣчити себе.

Такъ якъ отвѣтное количество женскихъ пансiоновъ съ опытными наставницами для русскихъ дѣвочекъ трудно учредити и впрочемъ большая половина священниковъ не могла бы за своихъ

494

дочерей платити, то недостаткамъ нашего женского образованiя могло бы помочи роспространепiе нѣмецкихъ и великорусскихъ книжекъ, касающихся женского воспитанiя, гигiены, женского труда и т. д. На дочеряхъ священниковъ охотно женятся не только кандидаты духовного званiя, но также мiрскiи люди, якъ: чиновники, учители, адвокаты, нотари и т. д., не только русскiи, но также поляки и нѣмцы. Дочь евященника отличается иѣжностью сердца, привязанностью къ мужу и дѣтямъ и печаливостью о домашнемъ хозяйствѣ.

Относительно матерiального обезпеченiя между поодинокими приходами существуетъ значительная неровномѣрность, 38 русскихъ приходовъ имѣетъ по 200 до 000 морговъ земли, 381 по 100 до 150 морговъ., 363 по 75 до 100 морговъ, 355 приходовъ по 50 до 75 м., 322 прих. по 25 до 50 м., 80 прих. по 10 до 25 морг., 3 приходы по 5 до 10 м., 4 прих. ниже 5 морговъ. Сверхъ того имѣетъ настоятель прихода доходы изъ церковвыхъ требъ. По закону отъ 19 апрѣля 1885 г., управильняющему дотацiю католического духовенства въ Австрiи, доходъ сельского священника должны составлятп 500 зр. въ годъ, городского, смотря на число населенiя, 600, 700, 800, 900 и 1000 зр. Если бы доходъ священника изъ земли, фундацiй и церковныхъ требъ не доходилъ до одной изъ выше означенныхъ цифръ, тогда недостающее доплачиваетъ

495

казна; если бы доходъ превышалъ одну изъ выше означенныхъ цифръ, тогда надвышку священникъ долженъ ежегодно возвращати въ казну. Латинскiи священники содерживаютъ викарiевъ и тѣмъ титуломъ въ многихъ случаяхъ освобождаютъ себе отъ плаченiя надвышокъ, но у русскихъ свящснниковъ они взымаются съ большою точностью и строгостью. Не смогря на то, доходность русского прихода все-таки опредѣляетъ количество церковной земли и блягосостоянiе мѣстного населенiя, яко источникъ дохода изъ совершенiя церковныхъ требъ. Лучшiй, прибыльнѣйшiй приходъ можетъ получити лишь тотъ, кто хорошо записанъ у шляхты и правительства, ибо помѣщикъ, а въ державныхъ имѣнiяхъ правительство имѣютъ право давати приходы (презенты.) Кромѣ того правительство подтверждаетъ настоятеля прихода, получившого таковый отъ помѣщика. Лишь въ такомъ случаѣ, если помѣщикомъ въ извѣстномъ приходѣ состоитъ еврей, приходника назначаетъ епископъ. Вслѣдствiе паденiя цѣнъ хлѣба и обѣднѣнiя крестьянъ, матерiальное положенiе сельского русского духовенства ухудшилось и оно сегодня не въ состоянiи поддерживати культурныи стремленiя своего народа въ такой степени, якъ прежде. Лучшiи приходы часто получаютъ лица, ровнодушно относящiися къ народному дѣлу и вслѣдствiе того отпорная сила гал. Руси ослабѣваетъ.

496

Изъ греко-католическихъ епископовъ — станиславовскiй получаетъ жалованье изъ казны, едва достаточное для его содержанiя; перемышльскiй имѣетъ села, могущiи дати доходъ въ нѣсколько тысячъ зр. Лишь митрополитъ-кардиналъ львовскiй находится въ выгодныхъ матерiальныхъ отношенiяхъ. У него есть 64.800 морг. земли. Хотя она состоитъ преимущественно изъ лѣса, находящогося въ горахъ, но, по увѣренiю сельскихъ хозяевъ, нынѣ въ Галичинѣ, послѣ проведенiя желѣзныхъ дорогъ, лѣсъ при отвѣтной экономiи даетъ больше дохода, нежели чорная земля. Лишь одинъ митрополитъ, росполагая матерiальными средствами, можетъ дѣйствовати въ пользу русскихъ институцiй и литературы и такимъ образомъ опредѣляти ея направленiе. Прежде епископъ Снѣгурскiй въ Перемышлѣ, отличный хозяинъ, умѣлъ свое положенiе употребити въ пользу своего народа и доставляти ему фонды на образовательшыи цѣли, У его наслѣдниковъ не было уже тѣхъ свойствъ и при нихъ хозяйство въ епископскихъ имѣнiяхъ попало въ розстройство.

Русскихъ (унiатскихъ) монастырей чина св. Василiя вел. было 1895 г. въ Галичинѣ 13, именно 5 въ львовской епархiи съ 14 iеромонахами и 9 лаиками, 4 въ станиславовской съ 9 iеромонахами и 5 лаиками, 6 въ перемышльской съ 29 iеромонахами и 19 лаиками. Женскихъ монастырей чина св. Вас. вел. есть

497

2 съ 15 инокинями. Iезуиты, воспитывающiи послушниковъ въ Доброшилѣ, стараются придати ордену чина св. Вас. направленiе, якое онъ имѣлъ въ польскiи времена. Будутъ-ли тѣ старанiя увѣнчаны успѣхомъ и въ якой степени, окажетъ будущность. Можетъ быти, що iезуитскiи воспитанники не пойдутъ въ розрѣзъ съ стремленiями своего народа, обусловленными современною наукою и дѣйствительностью. Лишь нѣкоторыи изъ нихъ въ проповѣдяхъ выступаютъ противъ „Москвы“ и русскихъ партiй, полагая, що головнымъ знаменемъ католичества есть ненависть къ „москалямъ“ и православiю.

Въ Буковинѣ православная церковь послѣ смерти епископа Евгенiя Гакмана (1872 г.) при митрополитахъ Ѳеофилѣ Бенделлѣ (1874—1876), Ѳеоктистѣ Блажеевичѣ (1877—1879) и Сильвестрѣ Морарiю-Андреевичѣ подверглась румунизацiи, Консисторiя получила румунскiй характеръ и въ русскихъ приходахъ стали священники произносити ироповѣди по румунски.

Православное духовенство въ Буковинѣ находится въ лучшихъ матерiальныхъ отношенiяхъ, нежели унiатское въ Галичинѣ. Настоятели сельскихъ приходовъ получаютъ по 700 зр. Буковинско-православный религiйный фондъ роспоряжаетъ громадными имѣнiями; изъ которыхъ онъ получаетъ незначительный доходъ (7 кр. отъ морга). Въ дирек-

498

цiи религiйного фонда, находящейся въ рукахъ правительства, былъ въ 1895 г. лишь одинъ православный чиновнвкъ. Въ бувовинской православной епархiи есть 243 приходы, пять монастырей и одна скитская церковь. Свяшенниковъ православныхъ есть 336. По смерти Морярiю-Андреевича (1895) назначенъ пранославнымъ митрополитомъ Буковины и Далматiи старикъ Аркадiй Чуперковичъ.

Кромѣ римо- и греко-католиковъ есть въ Гяличинѣ и Буковинѣ еще армяно-католики, имѣющiи своего архiепископа во Львовѣ. Его архiепархiя состоитъ изъ 10 приходовъ (Львовъ, Городенка, Куты, Снятинъ, Черновцы, Сучава, Бореканы, Лысець, Станиславовъ, Тысьменица) съ 3.543 исповѣдниками 19 священниками и 19 инокинями въ женскомъ монастырѣ арм. венедиктинокъ во Львовѣ. Сверхъ того есть въ Галичинѣ и Буковинѣ 90 православныхъ армянъ. Армяне состоятъ преимущественно изъ купцовъ и помѣщиковъ, говорящихъ по польски и причисляющихъ себе къ польской нацiональности. Только въ новѣйшее время, подъ впечатлѣнiемъ событiй на Востоцѣ стало у нѣкоторыхъ изъ нихъ пробуждатися нацiональное армянское чувство.

Старообрядцы (липованы) живутъ числомъ около 3500 чел. въ Буковинѣ, именно же: въ Климовцахъ, Бѣлокрыницѣ, Липовцахъ, Мигодѣ и дѣлятся на поповцевъ и безпоповцевъ.

Мiрская интелигенцiя въ Галачинѣ

499

состоитъ изъ: около 2120 политическихъ чиновниковъ, 1980 судовыхъ (разомъ съ Буковиною), изъ 200 при судебныхъ прокуратурахъ, 940 въ финансовыхъ государственныхъ вѣдомствахъ, около 700 въ автономическихъ управахъ (выдѣлѣ краевомъ, радахъ повѣтовыхь и управахъ городовъ и посадовъ), около 2600 желѣзнодорожныхъ чиновниковъ, 211 нотарiусовъ (съ Буковиною) и 465 адвокатовъ (съ Буковиною), по крайней мѣрѣ 560 магистровъ фармацiи (числя 2 1/2 лица на каждую изъ 228 аптекъ), сверхъ 800 докторовъ медицины, около 190 магистровъ хирургiи и около 140 ветеринарей, дальше 149 професоровъ и доцентовъ университетовъ (61 во Львовѣ и 88 въ Краковѣ), 60 професоровъ, доцентовъ и асистентовъ львовской политехники, 15 преподавателей школы ветеринарiи во Львовѣ, 45 преподавателей двохъ промышленныхъ школъ во Львовѣ и Краковѣ, 720 учителей гимназiй и реальныхъ училищъ (1891 г.), около 170 учителей и учительницъ въ учательскихъ семинарiяхъ, 5.617 учителей и учительницъ въ народныхъ школахъ и около 120 учителей въ другихъ заведенiяхъ. Если къ тому прибавити около 4.000 помѣщиковъ, управителей имѣнiй и арендаторовъ съ среднимъ образованiемъ, около 5.200 духовенства и около 3000 чиновниковъ въ отставцѣ и особъ другихъ свободныхъ професiй — то получается около 30.000 галицкой интелиген-

500

цiи, занимающей извѣстное положенiе въ обществѣ.

Желая опредѣлити количество русской интелигенцiи въ Галичинѣ, надобно приняти въ соображенiе процентное отношенiе учениковъ гр. кат. обряда въ среднихъ учебныхъ заведенiяхъ. Оно въ 1882—1892 гг. составляло пересѣчно 17 проц. Такъ якъ русскiи ученики поступаютъ въ послѣдствiи на мѣста священниковъ, чиновниковъ, учителей, врачей, адвокатовъ, нотарiусовъ, то они будутъ составляти 17 проц. сумы, остающейся по отчисленiи изъ оного числа 30.000 цифръ, относящнхся къ помѣщикамъ и ихъ прикащикамъ и къ учителямъ народнымъ, т. е. на 20.000 галицкой интелигенцiи будетъ 3.400 русской, а такъ якъ число унiатского духовенства есть 2292, то на мiрску интелигенцiю остается лишь 1100 лицъ. Но и при томъ числѣ предстоитъ еще вопросъ: Держится ли та интелигенцiя своего обряда и своей нацiональности Если бы даже вся она въ числѣ 1100 чел. твердо стояла за свою нацiональность, то ея положенiе будетъ трудное, ибо на одно интелигентное русское лицо будетъ приходити 19 интелигентныхъ особъ поляковъ, евреевъ и нѣмцевъ, не беручи даже въ розсчетъ польскихъ и еврейекихъ помѣщиковъ.

Для опредѣленiя правдивого числа галицко-русской интелиднцiи мѣродательнымъ есть процентное отношенiе у-

501

чениковъ русской народности въ среднихъ учебныхъ заведенiяхъ Галичины предъ и послѣ 1870 г. Оно составляло лишь около 14 проц. — слѣдовательно теперь русской мiрской интелигеiщiи съ высшимъ образованiемъ въ Галичинѣ не можетъ быти больше якъ 500—600 лицъ.

Въ Буковинѣ на 1037 чиновниковъ (за изъятiемъ желѣзнодорожныхъ), нотарiусовъ и адвокатовъ было въ 1894 г. лишь 77 русской народности. Сверхъ того было около 200 русскихъ народныхъ учителей и сверхъ 200 другихъ русскихъ лиць (между ними 50 священниковъ) — с. с. разомъ съ народными учителями около 500 интелигенцiи, бсзъ учителсй 300. Замѣчательно, що на 144 чисто русскихъ праославныхъ приходовъ Буковины есть лишь 50 православныхъ священниковъ русской народности. Но не смотря на то, въ Буковинѣ русская интелигенцiя сорозмѣрно численнѣйшая, нежели въ Галичинѣ.

Число народныхъ учителей русской народности въ Галичинѣ трудно опредѣлити. Въ виду того, що въ первыхъ годахъ существованiя учительскихъ семинарiй въ мужескихъ семинарiяхъ было 32 проц. кандидатовъ русской народности, въ женскихъ же семинарiяхъ ученицъ русскихъ майже не было — народныхъ учителей и учительницъ русской народности можетъ быти въ Галичинѣ едва 1600—1700. Процентъ учениковъ

502

русской нацiональности въ семинарiяхъ учительскихъ постепенно умалялся и въ 1891 г. составлялъ лишь 21 1/2 %. Въ замѣну за то число ученицъ русской народности въ учит. семинарiяхъ возросло въ 1890 г. до 7 проц. Но все таки русской части Галичины грозитъ опасность быти залитою польскимъ учительскимъ составомъ, ибо количество поляковъ въ учительскихъ семинарiяхъ увсличивается и сверхъ того въ новѣйшее время возникаютъ приватныи женскiи семинарiи, приготовляющiи польскихъ дѣвицъ къ учительскому званiю.

Куда ни глянешь, всюда можно видѣти лишь слабыи русскiи силы. Но къ чести оставшейся вѣрною русской нацiональности нечисленной русской интелигенцiи, будь сказано, що она хорошо держится. Народныи учители, бѣдныи сельскiи священники, преподаватели среднихъ учебныхъ заведенiй и низшiи чиновники содерживаютъ много русскихъ бурсъ и благотворитсльныхъ учрежденiй, поддерживаютъ свою родную словесность и борются за существованiе своей нацiональности съ противниками, крѣпкими матерiально и духовно. Политическiя чиновники русской народности, остающiи въ правительственной службѣ, не признаются къ своей нацiональности. Впрочемъ ихъ немного. Больше русскихъ чиновниковъ есть въ судѣ и въ финансовыхъ вѣдомствахъ, но если который изъ нихъ предплачиваетъ независимыи

503

русскiи газеты и интересуется народными дѣлами, то авансъ его уже утрудненъ. Вслѣдствiе того въ новѣйшее время русскiи юристы стали посвящатись адвокатурѣ и нотарiату, Въ жзлѣзнодорожную службу русскихъ не радо принимаютъ, при почтахъ же и телеграфахъ они занимяютъ лишь низшiи должности.

Ядромъ австро-русской нацiональности есть крестьянское сословiе. Галичина и Буковина суть земледѣльческими краями, ибо въ первой 74 проц., во второй 71 проц. населенiя занимается сельскимъ хозяйствомъ, прежде всего земледѣлiемъ. Въ Галичипе занимается ремеслами и промышленностью 7 1/2 проц., въ Буковинѣ 10 проц.

Крестьяне могугъ представляти нравственную силу, имѣюшую значенiе для общественной жизни, или, въ случаѣ общого землевладѣнiя розвивающого въ нихъ громадскiй духъ и солидарность, или при приватнемъ землевладѣнiи въ такомъ случаѣ, если между ними есть численнiи больше зажиточныи люди, находящiи средстяа къ жизни въ своемъ участку и не оглядающiися за постороннымъ зароботкомъ. Однако крестьяне Галичины не няходятся ни въ первомъ, ни во второмъ такомъ положенiи. Общее землевладѣнiе существуетъ лишь въ 7 громадахъ округа Чорный Дунаецъ въ западной Галичинѣ. Оно обнимаетъ 5.646 морговъ. Впрочемъ общою собственно-

504

стью громадъ бываютъ лишь пастбища и иногда также лѣсы. Крестьянская орная земля и луги состоятъ приватною наслѣдственною собственностыо, которой дѣлимость и свободный переходъ изъ однихъ рукъ въ другiи обезпеченъ закономъ, Вслѣдствiе того крестьяне безпрестанно дѣлятъ свои участки между дѣтей. Въ 1857 г. было 583.675 крестьянъ, платящихъ податокъ, въ 1880 г. было уже 811.957 собственниковъ крестьянскихъ хозяйствъ, въ 1891 г. было 1,662.915 платящихъ податки отъ крестьянской земли. Въ 1882 г. въ повѣтѣ Скалатъ одна третья часть крестьянъ имѣла меньше одного морга, 27.83 проц. меньше трехъ морговъ земли. Въ цѣлой Галичинѣ меньше двохъ морговъ земли имѣло 215.997 крестьянъ. Найбольше такихъ крестьянъ было въ повѣтахъ: Коломыя Станиславовъ, Бережаны и Самборъ. Земли отъ 5 до 10 морговъ имѣли 193.071 крестьянъ отъ 10 до 20 м. 185.455, отъ 20 то 50 м. 60.670 (ихъ было найбольше въ повѣтахъ Сянокъ и Жолковъ), отъ 50 до 100 м. 4.191 (ихъ было найбольше въ повѣтяхъ: Коломыя, Стрый Станиславовъ, 3олочевъ, Бережаны и Жолковъ). Якъ видимъ, найбольше зажиточныхъ крестьянъ есть въ жолковскомъ повѣтѣ. Такъ якъ въ плодородныхъ окрестностяхъ 10 морговъ, въ меньш плодородныхъ 20 морговъ необходимы для существованiя крестьянского семейства, то смѣло можно утверждати,

505

шо 600.000 крестьянъ принуждено искати посторонняго зароботка, или, въ случаѣ его недостатка, плохо себе прокормляти. Крестьяне вблизи городовъ могутъ найти зароботокъ въ городѣ, но живущiи подальше отъ городовъ находятъ зароботокъ лишь у помѣщиковъ, у которыхъ нанимаются за поденщиковъ, часто по 10 до 20 крайцаровъ. Та бѣдность населенiя есть причиною, що помѣщики и правительственная власть могутъ выборы въ соймъ, рады повѣтовыи и думу державную производити по своему произволу и крестьянское сословiе не пользуется вполнѣ конституцiйными правами. Русскiй и польскiй крестьянинъ въ Галичинѣ есть выносливый на всякiи лишенiя и крайне бережливъ, если онъ только не пьяница. Свойствомъ бережливости мазуръ превосходитъ галицкого малоросса. Онъ тщательно сберегаетъ каждый грошъ, мѣняетъ его на банкноты и прятаетъ въ старомъ молитвословѣ, который хранится у него гдѣ-то въ укрытомъ мѣстѣ. Если сбережетъ нѣсколькосоть гульденовъ, думаетъ о покупцѣ земли, ибо онъ падкiй на „грунтъ“. Если его не находитъ въ своей окрестности, тогда ищетъ его въ русской части Галичины. Ежегодно много мазуровъ поселяется въ восточной части Галичины и прiуготовляетъ ея полонизацiю. Не смотря на скудость капиталовъ, крестьянская земля въ западной Галичинѣ весьма дорога; плататъ за моргъ луч-

506

шей земли 500 до 1000 зр., худшей 300 до 500 зр. Съ той причины помѣщаки, вмѣсто всецѣло продавати свои имѣнiя, часто дѣлятъ ихъ на участки и продаютъ крсстьянамъ. Другiи помогаютъ себѣ такимъ образомъ, що продаютъ часть своего имѣнiя крестьянамъ и сплачиваютъ свои долги.

Такъ якъ галициiй крестьянинъ прокормливаетъ себе плохо, то онъ по физической силѣ не можетъ сровнатись съ нѣмцемъ или чехомъ. Фабриканты въ Галичинѣ принуждены приглашати иностранныхъ робочихъ для такихъ родовъ труда, которыи требуютъ долшого и правильного напряженiя силь. Галицкiй крестьянинъ ѣстъ лишь чорный хлѣбъ, борщъ, картофли, капусту, горохъ, фасолко, мясо же онъ видитъ лишь разъ въ годъ — въ Свѣтлое Воскресенiе и то не всегда и не всюда. Прежде въ Галичинѣ было много рыбы и она составляла также нишу населенiя. Но теперь ея нѣтъ и лишь преданiя указываютъ на мѣста, гдѣ раньше находилась стоящая вода съ рыбою. Взятый до войска, галицкiй крестьянинъ подъ влiянiемъ казенного харча стаетъ по истеченiи нѣсколькихъ мѣсяцевъ сильнѣйшимъ, но все-таки, якъ учитъ опытъ во время маневровъ, онъ не въ состоянiи вынести долшихъ маршовъ и военныхъ трудовъ. Домашнiй промыслъ не можетъ у галицкихъ крезтьянъ надлежащихъ образомъ розвинутись вслѣдствiе недостатка

507

техническихъ свѣiѣнiй у населенiя и податкового гнета. Едва крестьянинъ начнетъ издѣлывати якую нибудь вещь, староство сейчасъ накладаетъ на него податокъ, поглощающiй весь его доходъ. Промышленныи и купеческiи способности есть у населеиiя Галичины, Въ подольскихъ округахъ и на Покутьѣ знаютъ издѣливати ковры, въ многихъ окрестностяхъ есть домородныи гончари, жители въ стрыйскихъ горахъ имѣютъ купеческiй смыслъ. Бойки взъ Синоводска овладѣли торговлею овощей въ цѣлой Галичинѣ и даже за ея предѣлами. Для веденiя сей торговли они составляютъ компанiи, члены которыхъ складаютъ присягу (во Львовѣ въ церкви св. Николая), що будутъ добросовѣстно вести свое дѣло и не обманятъ своихъ товарищей.

Элементами, придающими направленiе общественной и политической жизви Галичины, есть собственно латинское духовенство, шляхта, помѣщики и евреи. Крестьянство едва теперь начинаетъ подвизатись, домогаясь для себе свободы въ исполненiи гражданскихъ обязанностей, вложенныхъ на него конституцiею. Въ томъ отношенiи польскiи крестьяне больше дѣятельны чѣмъ русскiи. Причиною того есть обстоятельство, що у первыхъ есть больше просвѣщенiя и къ нимъ примыкаютъ польскiи демократы, которыи, видя паденiе польского мѣщанства въ Галичинѣ, обращаютъ свои взоры къ

508

сельскому народу, щобы его прiобрѣсти для своихъ идеаловъ. Русское крестьянство обнаружаетъ меньше жизни ибо у него, послѣ переселенiя пок. Наумовича въ Россiю, просвѣщенiе не роспространялось съ такимъ усердiемъ, якъ въ 1870 до 1880 гг. Также русское духовенство, по уступленiи Iосифа Сембратовича изъ митрополичого престола, ослабѣло въ старанiяхъ о благо своей паствы, большая же половина нечисленной мiрской русской интелелигенцiи занята больше составленiемъ новой малорусской нацiональности, нового языка и новой правописи, нежели роспространенiемъ полезныхъ свѣдѣнiй среди простого народа.

Въ вѣроисповѣдномъ отношенiи, старанiемъ краковскихъ станчиковъ съ 1880 г. было, укрѣпити среди поляковъ католическое чувство, ослабѣвшее подъ влiянiемъ западного либерализма. Въ отвошенiи къ русскимъ унiатамъ, они стараются греко-восточный обрядъ дальше уподобляти латинскому и устранити супружество священниковъ, видя въ тѣхъ двохъ особенностяхъ преграду для слiянiя гал. Руси въ одинъ народъ съ поляками. Они стараются также привыти у русского населенiя Галичины вражду къ православiю и Россiи. Впрочемъ католическая пропаганда не трогаетъ ни евреевъ, ни малочисленныхъ галицкихъ протестантовъ. Съ евреями стараются станчики быти въ ладахъ, сознавая экономическую силу послѣднихъ, хотя съ

509

другой стороны не допускаютъ ихъ яко чиновниковъ въ судъ и админнстрацiю края. На основанiи законовъ евреи имѣютъ ровное право съ христiанами къ всѣмъ государственнымъ и автономическимъ должностямь и чинамъ. На томъ основанiя съ 1870 г. стали евреи вступати въ характерѣ чиночниковъ въ судъ и финансовое управленiе. Когда наступила эра Тафе, ними стали пренебрегати и ставити имъ трудности въ авансахъ. Нѣкоторыи были принуждены выкреститись, щобы получити высшiй чинъ. Съ той причины поступленiе евреевъ на государственную службу въ Галичинѣ прекратилось. Вообще союзъ станчиковъ съ евреями почиваетъ на шаткихъ основанiяхъ и въ удобномъ случаѣ можетъ розорватись. Пробы, полонизовати евреевъ, не вѣнчались успѣхомъ. Евреи употребляютъ дальше въ розговорѣ нѣмецко латературный языкъ, или нѣмецко-еврейское нарѣчiе, выписываютъ нѣмецкiи газеты и больше сочувствуютъ нѣмцамъ, нежели полякамъ.

Введенiемъ польского языка яко офицiального получила Галичина характеръ польской провинцiи и сталась центромъ полонизма, Вслѣдствiе того прежняя эмиграцiя потеряла значенiе для польской жизни, да и галицкiи поляки стали отвергати ея наставленiя и совѣты. Французское правительство, пособлявшее прежде эмиграцiю 1831 г. и отпускавшее изъ своей касы послѣ мятежа

510

1863 г. для ней сверхъ милiона франковъ, сокрашало впослѣдствiи ежегодно пособiя польскимъ эмигрантамъ и ограничило ихъ до 120.000 франковъ въ 1896 г. Краковскiи станчики съ 1880 г. стали подозрительно относитись къ эмигрантамъ, проживаюшимъ во францiи, стараясь возбудити сочувствiе для польского дѣла лишь въ Вѣднѣ. Берлинѣ, Лондонѣ и въ Ватиканѣ. Не смотря на мѣропрiятiя нѣмецкого правительства для истребленiя польской стихiи въ Познанщинѣ, Силезiи и Пруссiи, станчики набѣгали всего, що могло бы дразнити нѣмецкое правительство, давая прiютъ лишь тѣмъ изъ познанскихъ и прусскихъ поляковъ, которыи вслѣдствiе притѣсненiй прусского правительства принуждены были оставити родину. Сегодня многiи великополяне состоятъ учителями и професорами въ Галичинѣ. Къ нимъ принадлежатъ между иними: Стефанъ Павлицкiй философъ, Милевскiй экономистъ, Хотковскiй богословъ, Вихеркевичъ окулистъ, Моравскiй филологъ. Ридигеръ — професоры краковского университета; дальше: Цвиклинскiй филологъ. Данышъ педагогъ, Дембинскiй историкъ, Цѣсельскiй ботаникъ — професоры львовского университета, Гоголевскiй, директоръ промышленной школы во Львовѣ, Корытовскiй вицепрезидентъ краевой финансовой дирекцiи, Морачевскiй начальникъ строительного бюра намѣстничества, Гохбергеръ архитектъ — также познанчики.

511

Не меньше есть въ Галичинѣ эмигрантовъ изъ Россiи. Половина професоровъ львовской политехники изъ Россiи; сверхъ того професоры университета во Львовѣ: Калина, Шаховскiй, Радзишевскiй, Дыбовскiй, Семирадскiй. Между эмигрантами изъ Россiи имѣютъ значенiе для галицкой Руси бывшiи студенты кiевского университета, обзнакомленныи съ малорусскимъ движенiемъ и старающiися пособляти его въ Галичинѣ. Къ послѣднимъ принадлежатъ: Антонiй Скотницкiй сборщикъ податковъ, Iоаннъ Амборскiй, преподаватель французского языка, Антонiй Якса-Хамецъ, заступникъ краевого маршала и членъ рады школьной краевой, самый большiй поклонникъ украинофильского движенiя въ Россiи и Галичинѣ, д-ръ Августъ Квасницкiй врачъ въ Краковѣ, д-ръ Плюцинскiй врачъ во Львовѣ, Iосифъ Поповскiй помѣщикъ и посолъ сойма краевого и думы державной, Владиславъ Рыбчинскiй, кустосъ промышленного музея во Львовѣ, Левъ Сырочинскiй горный инжинеръ, д-ръ Iосифъ Третьякъ професоръ школы реальной въ Краковѣ и доцентъ университета, Iосифъ Жулинскiй професоръ учительской семинарiи во Львовѣ. Вообще въ Галичинѣ имѣетъ находитись 13.000 польскихъ эмигрантовъ. Всѣ они пользуются правомъ австрiйского гражданства.

Приливъ иностранцевъ въ Галичину и Буковину есть впрочемъ незначительный. Прибываютъ изъ нѣмецкихъ и чеш-

512

скихъ провинцiй лучшiи ремесленники, купцы и всякото рода промышленники, поселяющiися постоянно въ Галичинѣ и Буковинѣ. При постройкахъ желѣзныхъ дорогъ употребляютъ итальянскихъ каменосѣчцевъ, но тѣ по окончанiи роботъ возвращаются на родину. Приливъ оныхъ иностранцевъ усиливается. Въ 1869 г. составлялъ онъ лишь 0.32 проц., въ 1880 г. 0.78 въ 1890 г. 1.04 проц. населенiя. Галичина, повидимому, нуждается въ лицахъ съ техническимъ и комерческимъ образованiемъ. Въ 1890 г. было 76 лицъ, между ними 50 изъ Россiи и 18 изъ Пруссiи, принятыхъ въ австрiйское подданство.

Галичина съ Буковиною принадлежатъ къ землямъ съ сильнымъ приростомъ населенiя. Приростъ сей выносилъ въ 1880—1890 гг. ежегодно 1.08 проц. для Галичины, 1.31 проц. Буковины. Обѣ провинцiи превосходитъ въ томъ отношенiи лишь Нижняя Австрiя съ 1.42 проц. приростомъ. На 1000 жителей заключается ежегодно 8—9 супружествъ во всѣхъ повѣтахъ безъ розличiя, однако перевѣсъ рожденныхъ надъ мертвыми не всюда одинаковый. Въ мазурскомъ повѣтѣ Тарнобжегъ составляетъ онъ ежегодно 16.08 на 1000 жителей, въ повѣтѣ Ниско 15.67, Мѣлецъ 15.80, Долина 15.53, Домброва 17.33, Гусятинъ 14.75, Кольбушова 15.40, Лѣско 14.51, Богородчаны 13.75, Хшановъ 13.67, Горлицы 13.75, Калушъ 13.29, Каменка струм. 13.80, Коломыя 13.70, Надворна 13.61, Рога-

513

тинъ 14.38, Рончицы 13.46, Теребовля 13.56. Збаражъ 13.02. Найменьше перевѣса рожденныхъ надъ мертвыми есть въ городѣ Краковѣ, ибо здѣсь 0.17 на 1000 умираетъ больше, нежели родится, дальше въ городѣ Львовѣ, гдѣ лишь 1.91 на 1000 больше родится, нежели умираетъ. Въ повѣтѣ Городокъ родится больше, нежели умираетъ, 4.93 на 1000, Бережаны 7.75. Яворовъ 7.39, Львовъ (окрестность) 7.51, Перемышль 7.20, Рудки 7.52, Самборъ 6.47, Станиславовъ 9.61, Старос мѣсто 9.00, Турка 9.49, Зилѣшики 9.93 на 1000. Прочiи повѣты имѣютъ 10—13 на 1000 перевѣса. Якъ видимъ, самыи плодовитыи повѣты есть мазурскiи, найменьше плодовитыи — русскiи. Если къ тому прибавимъ, що въ русскихъ повѣтахъ еврейское населенiе умшожается сильнѣйше русского, то неблагопрiятная будушность открывается предъ русскими, которымъ грозитъ повольное исчезновенiе.

Замѣчательнымъ есть также явленiе, що городы Львовъ и Краковъ своимъ сущесгвовонiемъ обязаны приливу населеиiя изъ провинцiи. Самая большая смертность есть въ русскихъ новѣтахъ: Городсика (43.53 на 1000), 3алѣщики (41.44), Городокъ (40) Сиятинъ 39.61, Рудки 39.20, Надворна 39.12, Бережаны 38.17, Яворовъ 38.07 Голмачъ 38.ѣ20, Сганиславовъ 37.24, Подгайцы 37.89, Львовъ (окрестность) 37.52 Коломыя 37.53, Чешановъ 37.10 Чортковъ 37.31, Бучачъ

514

87.30, Богородчаны 37.21. Найменьшая смертность есть въ повѣтахъ: Новый Торгъ 25.05, Пильзно 25.58, Новый Сончъ 26.61, Ланцутъ 26.15, Мѣлецъ 26.92, Ламанова 24.ѣ30, Кросно 24.92, Кольбушова 26.53, Горлицы 25.93, Домброва 27.08, Ясло 27.44, Краковъ повѣтъ 27.47. Вообще между мазурскимъ населенiемъ есть меньшая смертность, нежели между русскимъ. Повѣты съ найбольшимъ процентомъ смертности — то русскiи, съ найменьшимъ — польскiи.

Сорозмѣрно великая смертность есть между русскими священниками. Такъ на пр. послѣ шематизма перемышльской епархiи за г. 1896 умерло въ оной епархiи въ 1895 году 25 евященниковъ, що составляетъ 3.0 проц. общого числа (810), т. е. большiй процентъ смертности, нежели въ мазурскихъ повѣтахъ. Но прямо поражающою есть смертность женъ священниковъ. Послѣ оного шематизма было въ названной епархiи на 810 свящ. 160 вдовцевъ, т. е. 20 проц. общого числа. Если приняти въ соображенiе, що въ Галичинѣ есть (1890 г.) 1,098.278 женатыхъ мущинъ и 63.766 вдовцевъ, т. е. едва 5 проц. общого числа, то изъ сего слѣдуетъ, що смертность между женами священниковъ есть двукратно (смотря на то, що три четверти вдовцовъ женится) большая, нежели между женами людей другихъ сословiй. Такое печальное явленiе должно статись предметомъ обсужденiя со стороны галицко-русского общества.

515

Прироетъ числа населенiя и недостатокъ фабричной промышленности произвели въ новѣйшее время въ Галичинѣ стремленiе къ эмиграцiи. Въ 1776 г., послѣ занятiя Галичины Австрiею, приходило на одинъ квадр. килом. 32 жители, въ 1807 43, 1830 53, 1834 52 (вслѣдствiе холеры убытокъ), 1846 61, 1850/1 58 (опять убытокъ вслѣдствiе рѣзни 1846 г., революцiйного времени и голода 1847 1869 г. 69. 1880 г. 76, 1890 г. 84. Эмиграцiя началась около 1868 г. и первый толчокъ къ ней дали нѣмецкiи колонисты. Они, поодиноко и громадами, стали продавати свои угодiя и переселятись на Волынь и въ Бессарабiю, гдѣ покупали землю дешевле и находили лучшiи условiя для экономической жизни. Вслѣдъ за ними пошли русскiи крестьяне повѣтовъ Каменка струмиловая, Броды и Сокаль, выбирая себѣ также Волынь для поселснiя, Одновременно стала галицко-русская интелигенцiя, по политическимъ и религiознымъ причинамъ, эмигровати въ Россiю.

Въ западной Галичинѣ обнаружилось въ началѣ 1870-ти годовъ между польскими ремеслинниками и евреями, вслѣдствiе все усиливавшейся нужды, стремленiе эмиграцiи въ Соединенныи Штаты Сѣверной Америки. За ними пошли польскiи крестьяне и русскiи лемки, также русскiи и словацкiи крестьяне изъ Венгрiи. Галицкiи и угорско-русскiи крестьяне стались вожделѣннымъ робо-

516

чимъ матерiаломъ для амермканскихъ промышленниковъ, ибо они довольствовались меньшею платою и не участвовали въ стачкахъ. Ихъ нанимали особенно въ углекопи и фабричныи заводы, но нѣкоторыи изъ нихъ сдѣлались цѣловальниками или поселялись на фермахъ. Познавши достоинства польскихъ и русскихъ робочихъ людей изъ Австро-Венгрiи, американцы приглашали ихъ къ себѣ въ большемъ количествѣ и съ той причины въ Гамбурзѣ и Бремѣ возникли конторы съ агентами, заманивавшими галицкихъ и карпато-русскихъ крестьянъ въ Соединенныи Штаты. Вслѣдствiе того послѣ 1880 года эмиграцiя въ Америку усилилась. Агенты набирали особенно молодыхъ парней, не вышедшихъ изъ войсковой связи, и съ той причины правительство видѣло себе вынужденнымъ карати агентовъ и строжайше наблюдати за выходцами. Но та мѣра мало помогла, ибо эмигранты опускали Галичнну за поддѣланными паспортами, или перекрадались черезъ прусскую границу. Эмигранты присылали ежегодно изъ Америки своимъ роднымъ по нѣсколькосотъ тысячъ и больше доларовъ и тѣмъ возбуждали эмиграцiйную горячку. Многiи изъ нихъ, пробывщи въ Америцѣ нѣсколько лѣтъ и наживши 2—3 000 доларовъ, возвращались на родину и освобождали свои хозяйства отъ долговъ. Дальшему приливу галицко-польской и карпато-русской эмиграцiи положилъ

517

предѣлъ законъ, поставившiй условiемъ для принятiя иностнанца въ Сѣверныи Штаты освобожденiе его отъ подданства своего государства и обладанiе извѣстною сумою грошей при высадцѣ на американскую землю.

Число русскихъ эмигрантовъ въ Соединенныхъ Штатахъ трудно опредѣлити. Оно составляетъ 150.00—200.000 чел. Выходцами бываютъ преимущеетвенно лемки и угро-россы; но попадаются также уроженцы восточныхъ повѣтовъ Галичины. Они пригласили себѣ унiатскихъ священниковъ изъ Галичины и Венгрiи, построили церкви и организовались въ братства и приходы. Съ эмигрантами прибыло нѣсколько лицъ мiрской интелигенцiи и тѣ тотчасъ, по галицкому обычаю, внесли роздоръ въ американско-русскую стихiю, которая подѣлилась на старо- и молодо-русскую партiи. Въ новѣйшее время русскiи переселенцы въ Америцѣ стаютъ принимати православiе.

Когда въ Бразилiи освободили негровъ отъ ига рабства, почувствовался въ ономъ краѣ большiй недостатокъ робочихъ рукъ. По видимому, агенты, торговавшiи эмигрантами въ Сѣверныи Штаты, обратили вниманiе бразилiйского правительства на польскiй народъ въ Галичинѣ и Привислянскомъ краѣ, и оно стало оттуду приглашати поселенцевъ. Имъ отвели земли въ штатѣ Парана, гдѣ они основали нѣсколькодесятъ селенiй. Однако мѣстныя власти и плантаторы

518

стали къ нимъ придиратись, отнимати у нихъ обработанную землю и принуждати ихъ къ роботамъ на плантацiяхъ. Многiи изъ нихъ возвратились въ свое отечество, розсказывая о горькой судьбѣ своихъ соплеменниковъ, оставшихся въ Бразилiи. То отстрашило польскихъ крестьянъ отъ дальшей эмиграцiи въ Бразилiю.

Тогда бразилiйское правительство обратило свое вниманiе на русскихъ жителей Галичины. Якъ кажется, ему подсунули ту мысль польскiи священники, обнявшiи должности настоятелей приходовъ у польскихъ колонистовъ въ Бразилiи. Когда бразилiйское правительство обратило вниманiе на русскихъ галичанъ, агенты изъ Генуи и Удине роспустили свои сѣти на восточную Галичину, въ чемъ было имъ помощнымъ польское Общество св. Рафаила. Съ 1893 г. началась эмиграцiя галицко-русскихъ крестьянъ въ Бразилiю. Въ 1895 г. отправилось туда 8.142 лицъ. Самое большое количество, ибо 2.140, доставилъ повѣтъ Золочевъ. Судьба сихъ эмигрантовъ есть самая плачевная, ибо лишь часть ихъ получила землю, на которой сельское хозяйство встрѣчаетъ непреодолимыи препятствiя, прочiи же привезевы лишь въ цѣли, щобы заступити негровъ на плантацiяхъ. Большая половина эмигрантовъ вскорѣ послѣ поселенiя въ Бразилiи умираетъ отъ противностей климата.

Судьбою галицко-русскихъ эмигран-

519

товъ занялся въ новѣйшее время одивъ изъ галичанъ, д-ръ Iос. Олесковъ, пробующiй направити эмиграцiю въ Канаду. Однако тамошнiй климатъ, вслѣдствiе наглыхъ перемѣнъ температуры, также мало благопрiятствуетъ поселенiю.

Пок. о. Iоаннъ Наумовичъ носился съ мыслью, поселити галичанъ на Кавказѣ и въ той цѣли путешествовалъ по Кавказѣ, гдѣ 4 (16) авг. въ 1891 г. скончался. Съ его смертью упала и мысль переселенiя русскихъ галичанъ на Кавказъ, такъ якъ не было кому дальше нею заниматись. Въ августѣ 1892 года внезапно охватило лихорадочное эмиграцiйное движенiе округи, смежныи съ русскою Волынью и Подолiею. Служащiи помѣщиковъ, безземельныи крестьяне и даже посѣдатели цѣлыхъ хозяйствъ стали просто убѣгати за границу, надѣясь тамъ улучшенiя своей судьбы. Правительство было принуждено, заперти границу военнымъ кордономъ изъ жандармерiи и правильного войска.

Кромѣ эмиграцiи за гравицу Австрiи существуетъ еще внутренняя эмиграцiя изъ западной Галичины въ восточную. Она началась послѣ полонизацiи правительственныхъ властей, т. е. около 1870 г. Тогда стали помѣщики восточной Галичны сводити челядь обоего пола изъ Мазурщины. Однако вскорѣ убѣдились они, що русская челядь больше вѣрная и спокойная. Мазуры оказались опытными лишь въ уходѣ за коньми. Ви-

520

дя, що польско-патрiотическое влеченiе соединяется съ убыткомъ для хозяйства, помѣщики залишили оную мѣру, и лишь численныи монашескiи женскiи конгрегацiи западной Галичины подготовляли сельскiи дѣвчата къ службѣ, обучая ихъ кухарству и домашнему хозяйству, щобы впослѣдствiи выслати ихъ въ восточную Галичину. Польскiи служанки сдѣлали дѣйствительно конкуренцiю русскимъ и выперли ихъ изъ многихъ домовъ. Когда строились желѣзныи дороги въ восточной Галичинѣ, предпрiимщики и подрядчики, приглашали также робочихъ изъ Мазурщины, изъ которыхъ многiи постоянно поселились въ восточной Галичинѣ. Послѣ 1880 г. двинулись также мазурскiи крестьяне въ русскую часть Галичины, покупая отъ помѣщиковъ и русскихъ кркстьянъ землю и учреждая на Руси цѣлыи усадьбы. То движенiе усилилось особенно съ 1893 г., когда между мазурами рознеслись слухи, що русскiи крестьяне за безцѣнокъ продаютъ свою землю и выселяются въ Бразилiю. Численныи польскiи пожичковыи касы помогаютъ передвиженiю мазуровъ къ востоку, облегчая имъ покупку земель, если они желаютъ поселитись въ восточной Галичинѣ. Къ сожалѣнiю, статистика того передвиженiя не всдется.

Характеристичнымъ знаменемъ конституцiйной жизни Австро-Венгрiи съ 1868 до 1895 г. есть борьба нацiональ-

521

ностей съ примѣсью соцiалького движенiя, ставшого усиливатись съ 1880 г. Каждая нацiональность, ссылаясь на свои конституцiйныи права, стремилась къ тому, дабы обезпечити за собою опредѣлееiе своихъ культурныхъ и финансовыхъ дѣлъ. Найдальше въ томъ отношенiи пошли мадьяры, ибо они выбороли себѣ унравленiе, независимое отъ вѣденьского правительства. Они получили отдѣльныи министерства, отдѣльныи финансы и даже свое войеко (гонведовъ), которое должно стояти на стражѣ правъ краевъ св. Стефана. Яко самая сильная политическая стихiя государства — мадьяры добились въ роспредѣленiи покрытiя общихъ росходовъ государства большихъ выгодъ: на армiю, посольства, консульства, флотъ и погашенiе государетвенныхъ долговъ имѣли они платити лишь 32 проц., Австрiя же 68 проц. Мадьяры обратили головное вниманiе на экономическiи отношенiя и посредствомъ выгодныхъ желѣзнодорожныхъ тарифовъ и всякого рода льготъ, доставляемыхъ промышленникамъ, старались подняти фабричную промышленность, не забывая также о земледѣлiи. Къ подъему экономической производительности Венгрiи особенно причинился промышленный законъ отъ 1883 г. Въ Венгрiи возникло 970 новыхъ фабричныхъ заводовъ съ силою 63.000 коней и 90.000 робочихъ; въ 1889 г. были основаны новыи фабрики съ капиталомъ въ 20 милiоновъ и 10.000

522

робочихъ. Рѣка Тиса подверглась регуляцiи и тысячи морговъ плодородной земли были прiобрѣтены для земледѣлiя. Въ 1869—1876 гг. жатва пшеницы, ячменя, овса и кукурузы составляла въ Венгрiи 75 мил. гектолитр. ежегодно, въ 1877—1887 гг. 123 мил. гектолитр. ежегодно. Производство оныхъ продуктовъ въ Австрiи составляло въ 1869—1876 гг. 88 мил. гектолитр., въ 1877—1887 гг. лишь 100 мил. Оныи цифры, сопоставленныи съ австрiйскою продукцiею, доказываютъ, якимъ быстрымъ шагомъ производительность Венгрiи шла впередъ. Сегодня въ Галичину привозятъ изъ Венгрiи, кромѣ вина, винограда и другихъ овощей, муку, сало, мясо, чернило, паперъ и даже волняныи и баволняныи издѣлiя. Неудивительно, если въ послѣднее время въ Австрiи розразилось негодованiе противъ мадьяръ, которыхъ укоряютъ въ томъ, що они за мало платятъ на общiи издержки и при томъ желѣзнодорожныи тарифы, акцизъ, пошлины и торговельныи договоры устроиваютъ единственно въ свою пользу.

Внутреннею политикою Венгрiи руководилъ Деакъ; по его смерти (1876 г.) Тисса. Она стремилась къ сдавленiю немадьярскихъ нацiональностей и ихъ мадьяризацiи. Вслѣдствiе того уже при Деаку происходили во время выборовъ въ пештенскiй соймъ насилiя и всякого рода злоупотребленiя, щобы лишь сойму доставити патрiотическихъ мадьярскихъ

523

депутатовъ. Словаковъ, сербовъ, русскихъ и румуновъ старались мадьяры устранити отъ политической жизни и своему представительству придати чисто мадьярскiй харрктеръ.

Но мадьярская народаость подверглаеь влiянiю еврейской стихiи. Оно произошло отъ того, що мадьяры чрезвычайно напрягнули свои силы на экономическомъ поприщѣ, на которомъ, безъ помощи еврейскихъ капиталистовъ, обойтись не могли. Собственниками фабричныхъ заводовъ сдѣлались евреи; въ ихъ руки перешла вся торговля, они стали путемъ покупки прiобрѣтати отъ мадьярской аристократiи земельныи имѣнiя. Сегодня половина Нитрянского комитата принадлежитъ еврею Попперу; у другого еврея, Дайтша, есть 200.000 морговъ земли. Много помѣстьевъ есть у Гирша Водiянера, Ширингера, Кенигсвартера, Гутмана, Тодеско и другихъ банкировъ. Занявши такъ сильное экономаческое положенiе въ Венгрiи, евреи опредѣляютъ ея внутреннюю и внѣшнюю политику, мадьярскую литературу и вообще мадьярскую культуру.

Въ слѣды мадьяръ хотѣли вступити чехи. И они изготовили свои требованiя подъ названiемъ чешского державного права. Но осуществленiю ихъ желанiй мѣшаетъ политика Германiи, препятствующая возникновенiю нового славянского государства на границѣ Гсрманiи, и недостатокъ такой солидарности, якая была у мадьяръ.

524

У поляковъ, якъ мы выше видѣли, была до 1880 г. партiя съ Смолькою во главѣ, стремившаяся къ автономичному устройству Галичины по образцу Венгрiи, но она исчезла подъ влiянiемъ европейскихъ международныхъ усложненiй, и съ 1800 г. галицкiи поляки старались лишь прiобрѣсти значенiе въ Вѣднѣ, щобы силы австрiйского государства употребити для своихъ нацiональныхъ цѣлей.

Слабшiи нацiональности, якъ, словенцы, русскiи и румыны, не могли задаватись столь далеко идущими планами; они старались лишь прiобрѣсти благоволенiе центрального правительства и сильнѣйшихъ партiй парламента, щобы, при ихъ помощи, получити якiи нибудь прiобрѣтенiя въ пользу своей нацiональности.

На освованiи закона отъ 2 апрѣля 1873 г., вводящого непосредствеыныи выборы пословъ въ думу державную (прежде пословъ держ. думы выбирали краев. соймы), состоялся осенью названного года выборъ новыхъ депутатовъ въ вѣденьсвкiй парламентъ. Русины надѣялись отъ непосредственныхъ выборовъ улучшенiя своего политического положенiя и усердно принялись за организацiю выборовыхъ комитетовъ. Они вошли въ соглашенiе съ нѣмецкими централистами, которыи наклонили галицкихъ евреевъ соединитись съ русскими къ общей выборовой акцiи.

Съ 1848 г. управленiе политическими дѣлами галицкой Руси находилось

525

въ рукахъ львовского митрополичого капитула при церкви св. Георгiя, и для того русскихъ патрiотовъ назвали поляки святоюрцами. Галицкая Русь привыкла къ тому, счтати митрополита своимъ политическимъ вождемъ и съ той причины митрополиты были именованы покровителями русскихъ литературиыхъ и благодѣтельныхъ заведенiй. Такая мѣра не совмѣщала въ себѣ нiякои опасности для русско-народного дѣла, пока митрополитомъ былъ на пр. такiй Яхимовичъ, который руководился чувствомъ правды и справедливости и готовъ былъ въ каждомъ случяѣ твердо постояти за народъ. Но уже во время управленiя митрополiею Литвиновичемъ всѣмъ стало ясно, що такое состоявiе не есть вѣрнымъ ручательствомъ успѣванiя русско-народныхъ дѣлъ, ибо Литвиновичъ былъ податливъ на внушенiя чужихъ стихiй, не всегда относившихся пряклонно къ австро-русскому дѣлу. Когда по смерти Литвиновича (1869 г.) верховодящая польская стихiя высiупила съ притязанiями при назначенiи нового митрополита, и кандидаты на то достоинство не совѣстились просити о ходатайстве даже такое лвце, якъ пок. Берн. Калицкiй, роздался всеобщiй на гал. Руси голосъ, що для управленiя политическими дѣлами русскихъ галичанъ необходимо политическое Общество. Примѣнительно къ такому всеобщему желанiю было въ 1870 г. основано Общество „Русская Рада“съ

526

мѣстопребыванiемъ во Львовѣ и съ цѣлью: руководити политичсскою дѣятельностью галицкой Руси, переводити выборы въ соймъ и державную думу и заступатись предъ автономными и государственными властями за политическiи нрава галицко-русского народа.

Первымъ важнѣйшимъ дѣломъ новой „Русской Рады“ было переведенiе выборовъ въ державную думу 1873 г. Дѣятельность нового Общества вѣнчалась полнымъ успѣхомъ, ибо выбраны были 15 русскихъ пословъ. Къ той побѣдѣ немало причинились евреи, поддерживавшiи, по внушенiю вѣденьскихъ централистовъ и правительства, русскихъ кандидатовъ. Евреи условили себѣ въ замѣну за оную услугу поддержку своихъ еврейскихъ кандидатовъ со стороны русскихъ жителей въ городской грунѣ. Однако, когда пришло къ выборамъ городскихъ депутатовъ, русскiи жители городовъ подали голосы противъ еврейскихъ кандидатовъ. Съ той причины евреи сорвали солидарность съ русскими и впослѣдствiи выступали даже противъ нихъ. Христiанское населенiе городовъ, такъ русское якъ и польское, оставалось тогда подъ впечатлѣнiемъ еврейской лихвы и экономического розоренiя, нанесенного евреями христiанскимъ купцамъ, ремесленникамъ и крестьявамъ, отчего воззванiе „Русской Рады“ къ солидарности съ евреями не нашло сочувствiя у русского мѣщанства.

527

Въ Буковинѣ, по почину о. Василiя Продана, было тоже въ 1870 годахъ основано политическое общество „Русская Рада.“ Новый вѣденьскiй парламентъ получилъ, якъ и нрежнiй, характеръ либерально-централистическiй. Онъ поставилъ себѣ цѣлью, утвердити и дальше розвинути основныи законы 1867 г., однако лишь на столько, на сколько они касались свободы вѣроисповѣданiй и личости, а не ровноуправненiя нацiональностей. Либеральныи централисты назвали себе вѣрно-конституцiйными. Кромѣ нихъ видное становище въ парламентѣ заняли гялицiи поляки, дальше феодалы, т. е. представители нѣмецкой аристократiи и клерикалы изъ Тироля и Верхней Австрiи, отстаивавшiи прежнiи преимущества католической церкви. Между польскими депутатами былъ также украинофилъ о. Стеф. Качала, избранный посломъ въ мазурскихъ городахъ Бохнѣ и Тарновѣ. Поляки избрали его посломъ, испугавшись побѣды русскихъ при выборахъ изъ сельской курiи и надѣясь найти въ немъ орудiе, которое, въ случаѣ надобности, можно бы высунути противъ 15 русскихъ пословъ. Но о. Качала не осуществилъ оной надежды и вслѣдствiе того попалъ даже въ распрю съ своими союзниками.

Надежды, возлагаемыи гал. Русью на новыхъ пословъ думы державной, не осуществились. Между выбранными были самыми выдающимися личностями: со-

528

вѣтникъ львовского апеляцiйного суда В. Ковальскiй. крыл. Ѳ. Павликовъ И. Наумовичъ, Юл. Геровскiй. оо. I. Озаркевичъ, А. Заклинскiй, I. Красицкiй и Юзычинскiй. Причина неуспѣха ихъ парламентарной дѣятельности не лежала въ нихъ самыхъ — ибо они не оставляли нiякого случая, щобы не домогатись осуществленiя конституцiйныхъ правъ для своего народа. Когда послы тѣ заговорили предъ министрами о роздѣлѣ Галичины, роздѣлѣ краевой рады школьной и выдѣла краевого, получили въ отвѣтъ, що министерство и большинство парламента не допускаютъ на дневную очередь нiякихъ правно-политическихъ споровъ и не соглашаются съ якими бы то ни было проектами измѣненiй въ упрочившемся конституцiйномъ устройствѣ. Централисты признали полонизацiю Галичины совершившимся фактомъ, и лишь ограничили автономiю Галичины, поставивши галицкую краевую школьную раду въ подчиненность министру просвѣщснiя. Прочiи преимущества поляковъ подтвердили централисты, пазначая въ 1873 г., вскорѣ послѣ совершенныхъ выборовъ, Ф. Земялковского министромъ для Галичины.

Новый парламентъ издалъ законы противъ ляхвы и пьянства и конфесiйныи законы въ дусѣ либеральномъ, т. е. поддающемъ дѣла католической церкви подъ власть государства. Русскiи послы выхлопотали у министерства лишь одну

529

русско-народную школу во Львовѣ. Русское населенiе Галичины не было довольно дѣятельностью своихъ вѣденьскихъ пословъ. Газета „Слово“ сказала въ 1879 г. (н-ръ 39), що рускiи послы служатъ лишь орудiемъ нѣмцевъ.

Всѣ тѣ русскiи послы принадлежали къ старорусской партiи. Незначительныи усаѣхи ихъ дѣятельности въ Вѣднѣ ослабили значенiе сей партiи въ Галичннѣ. Къ тому причинился также плохiй результатъ выборовъ въ соймъ въ 1876 г. Евреи, не имѣя при выборахъ въ 1873 г. пожедаиной поддержки отъ рускихъ городскихъ жителей. станули въ 1876 г. на сторону поляковъ, прiобѣщавшихъ имъ нѣсколько соймовыхъ мандатовъ, вслѣдствiе чего и розвинули сильную агитацiю между крестьянами и допомогли польскимъ канидидатамъ къ побѣдѣ. „Русская Рада“ перевела лишь выборъ 8 своихъ кандидатовъ (Рожанковсiй, Яновскiй, Ковальскiй, Красицкiй, Кулачковскiй, П. Ясеницкiй) — впрочемъ были выбраны немногiи молодоруссы (мсжду ними Ст. Качала) и 2 русины, склонившiися на польскую сторону. Русины могли въ соймѣ роспоряжати лишь 11—14 голосами и вслѣдствiе того не могли даже ставити самостоятельныхъ внесенiй. Въ русскихъ округахъ было избрано 11 политическихъ чиновниковъ, 14 предсѣдателей и мѣстопредсѣдателей почѣтовыхъ радъ и автономическихъ чиновниковъ. Также

530

въ западной Галичинѣ мазурскiи крестьяне потеряли 12 посольскихъ мѣстъ. „Русская Рада“ хотѣла съ первой поры своего существованiя посредетвомъ народныхъ собранiй (вѣчей) пробуждати у населенiя гражданское самосознанiе — однако намѣренiе свое она не осуществляла, и то было головною причиною ея неудачъ.

Въ 1879 г. происходили новыи выборы въ державную думу и тогда изъ русскихъ кандидатовъ, перешли лишь В. Ковальскiй, Д. Кулачковскiй и I. Озаркевичъ. Та новая неудача убѣдила такъ старо- якъ и молодорусскую партiю, що они, поступая отдѣльно, доведутъ галицкую Русь до крайняго упадка. Молодорусская партiя указывала на самый голочнѣйшiй промахъ старорусской партiи, состоявшiй въ томъ, що послѣдняя посредствомъ народныхъ собранiй не роспространяла между народомъ свѣдѣнiй о обязанностяхъ, возложенныхъ конституцiею на гражданъ. По почину молодорусской партiи состоялось въ 1880 г. во Львовѣ первое общенародное вѣче, лишенное всякого партiйного характера и обсуждавшее самыи жизненныи вопросы, касавшiися положенiя русского народа. Въ 1883 г. состоялось второе вѣче подъ впечатлѣнiемъ подчиненiя iезуитамъ монашеского чина св. Вас. вел.

Въ 1883 г. происходили новыи выборы въ соймъ и на нихъ отразилось влiянiе международной европейской по-

531

литики. Правительство выступило рѣшительно противъ старорусской партiи и старалось подняти значенiе молодорусской партiи, наклоняя поляковъ къ уступствамъ въ пользу ея. Относительно поляковъ, министерство графа Тафе рѣшило, оперти государственную власть въ Галичинѣ на кракозской партiи станчиковъ. Изъ молодорусской партiи попали въ соймъ: Ст. Качала, о. Сѣчинскiй, Романчукъ, Лѣнинскiй, изъ старорусской же Антоневичъ и нѣсколько другихъ. Русскихъ пословъ было такъ ничтожное количество, що даже не могли ставити самостоятельныхъ внесенiй. Между молодорусскими послами занялъ самое видное становище Юл. Романчукъ, обратившiй особенное вниманiе на школьныи дѣла. Видя полонвзацiю русского мѣщанства въ городахъ, онъ поставилъ въ соймѣ 2 октября 1884 г. проектъ нового швольного закона, послѣ которого въ мѣстностяхъ съ мѣшаннымъ населенiемъ и нѣсколькими народными школами, въ одной школѣ долженъ быти языкомъ преподавательнымъ языкъ той народности, которая составляетъ четвертую часть населенiя мѣстности или по крайней мѣрѣ числитъ 8.000 душъ. Въ силу такого закона должны были такiи городы якъ: Перемышль, Тернополь, Станиславовъ, Коломыя, Дрогобычъ, Стрый, Бережаны, Золочевъ и другiи, получити русскiи народныи школы. Сверхъ того онъ требовалъ, дабы при гимназiяхъ открывались

532

русскiи паралельныи класы, если для таковмхъ найдется 25 учениковъ. Законопроектъ Романчука, касавшiйся народныхъ школъ въ городахъ, былъ принятъ соймомъ въ 1886 г. съ еремѣнами, однако и въ такомъ видѣ не былъ одобренъ правительствомъ. Въ 1887 г. (24 января) рѣшилъ соимъ заведенiе постоянныхъ паралельныхъ класъ при гимназiи въ Переммшлѣ. Въ 1888 г. Романчукъ поставилъ въ соймѣ внесенiе о учрежденiи четырехкласныхъ русскихъ народныхъ школъ въ семи большихъ городахъ Галичины. То внесенiе не было принято комисiею сойма.

Соймъ, избранный въ 1883 г., получилъ характеръ чисто-шляхетскiй. Не было въ немъ ни одного крестьянина. Станчики соединились съ подольскою шляхтою и составили такъ зов. правую сторону подъ предводительствомъ Грохольского и Альфреда Потоцкого. Возлѣ сей правой образовался центръ, въ которомъ выдающимися личностями были: Ст. Мадейскiй, кн. Романъ Чарторыйскiй и Аполинарiй Яворскiй. Сорокъ польскихъ пословъ не присоединилось ни къ одному, ни къ другому клубу. Лишь центръ защищалъ мнѣнiе, що надобно почитати русскiй языкъ и унiатское вѣроисповѣданiе. Взгляды станчиковъ на русскiй вопросъ выразилъ Ст.Тарновскiй слѣдующимъ образомъ{Przegląd Polski 1884. IV cтp, 528.}:

533

„Или Господь Богъ насъ поляковъ приговорилъ къ истребленiю, или нѣтъ. Если мы должны погибнути, такъ ничего намъ дѣлати (т. е. не стоитъ заниматись галицко-русскимъ вопросомъ). Если мы не приговорены къ исчезновенiю, то съ временемъ мы малорусскiй вопросъ рѣшимъ. Если говорится о примиренiи съ гал. Русью, то мы должны знати, съ кѣмъ намъ миритись, якiи границы того примиренiя и мы должны имѣти увѣренность, що условiя соглашенiя будутъ сдержаны. Впрочемъ рѣшенiе галицко-русского вопроса есть дѣломъ государства и римского престола.“ Якъ видимъ, краковская партiя признала галицко-русскому вопросу значенiе международного. Поодинокiи члены ея, спрошенныи о ихъ взглядъ на требованiя гал. Руси, отвѣчали обыкновенно: То дѣло графа Кальнаки... Нѣкоюрыи изъ станчиковъ воспротивлялись уступствамъ въ пользу Руси единственно по той причинѣ, „що у русиновъ не видно ненависти къ москалямъ, такой ненависти, которая была бы ручательствомъ подлинной и отдѣльной Руси.“{Przegląd Polski 1885 III стр. 560 (Tej nienawiści do Moskwy, o która właśnie chodzi jako o rękojmię i podstawę Rusi prawdziwej i odrębnej, tej nie widać nigdzie u rusinów).}.

Среди такого настроенiя польского общества русскимъ галичанамъ стало

534

ясно, що имъ грозитъ истребленiе, если они не соединятъ своихъ силъ для общей защиты. Случай, обнаружити солидарность всей гал. Руси на политическомъ поприщѣ, представился въ 1885 г., когда предстояли новыи выборы въ думу державную. Въ половинѣ марта назвавного года устроился во Львовѣ „Головный русскiй комитетъ выборовый“{Б. А. Дѣдицкiй: Якъ и кого выбрала галицкая Русь до думы державной 2 червня 1885. (Изд. Общ. Качковского iюнь 1885)}, состоявшiй изъ 9 старорусиновъ, 9 молодорусиновъ и 4 „безсторонныхъ“ (Б. А. Дѣдицкiй, надв. сов. И. Литинскiй, М. Малиновскiй и И. Шараневичъ.) Онъ избралъ своимъ предсѣдателемъ Якова Шведицкого, мѣстопредсѣдателями же И. Шараневича и Ю. Романчука.

Въ ту пору выступилъ ново назначенный митрополитъ Сильвестръ Сембратовичъ яко отдѣльный политическiй вождь, и хотя онъ не имѣлъ нiякой партiи за собою, однаво, пользуясь поддержкою поляковъ и правительства, поставилъ своихъ посольскихъ кандидатовъ, не оглядаясь на существующiй русскiй комитетъ выборовый. Кандидаты общого выборового комитета, за изъятiемъ В. Ковальского, провалились. Перешли три митрополичiи кандидаты и одинъ молодорусскiй (о. Озаркевичъ.) Провалились молодорусскiи кандидаты: В. Нагорный, А. Вахнянинъ, Романчукъ Сѣчинскiй и др.

535

Между молодорусинами роздались пререканiя на другую партiю, которую они упрекали въ виновности неудачи. Они тотчасъ рѣшили, основати отдѣльное политическое Общество и осуществили ту мысль въ концѣ 1885 г., учреждая „Народную Раду.“

Верховодящая польская стихiя, видя, що у нѣкоторыхъ членовъ молодорусской партiи добыча посольскихъ мандатовъ составляетъ всю суть ихъ вожделѣнiй, воспользовалась впослѣдствiи тою слабою стороною честолюбивыхъ людей при водворенiи новой эры.

Большинство молодорусской партiи стояло однако за согласнымъ поведенiемъ обѣихъ партiй въ политическихъ дѣлахъ. Благодаря такому настроенiю, удалось въ 1889 г. для выборовъ въ соймъ составити опять общiй выборовый комитетъ, который перевелъ выборъ 16 рус. пословъ. Избранныи послы составили свой клубъ, выбирая предсѣдателемъ Романчука, товарищемъ предсѣдателя д-ра Антоневича и секретаремъ д-ра Окуневского. Клубъ рѣшилъ, щобы всѣ дѣла, стоящiи на дневной очереди сойма, обсуждались въ клубѣ и щобы никто въ соймѣ не говорилъ безъ розрѣшенiя клуба. Дальше рѣшилъ клубъ требовати отъ польского большинства, дабы въ каждой соймовой комиссiи былъ одинъ членъ клуба. По порученiю клуба поставилъ Романчукъ (18 ноября 1889 г.) запросъ къ правительству: для чего оно непри-

536

клонно относится къ русскому народу и лишаетъ его аравъ, запорученныхъ каждому гражданину государственными законами?

Та интерпеляцiя, якъ также рѣшительное и солидарное поведенiе русскихъ пословъ въ теченiи соймовой сесiи 1889 г. вызвали въ клубѣ ручскомъ мысль: изготовити общую програму, которой имѣла бы придерживатись галицкая Русь на политическомъ поприщѣ. Та мысль была одобрена всѣми патрiотами и осущсствленiе ея поручено было Романчуку яко предсѣдателю посольского клуба. Романмукъ созвалъ 13 (25) марта 1890 г. мужей довѣрiя изъ Львова и провинцiи, которыи одобрили начеркъ програмы солидарного дѣйствiя, головною точкою которой было требованiе роздѣла Галичины на двѣ провинцiи: польскую и русскую. Послѣднюю точку поставилъ самъ Романчукъ{Н. Антоневичъ: Галицко-русская политика Львовъ 1891, стр. 98.}. Мужи довѣрiя, обговоривши предложенiя Романчука, поручили ему, въ порозумвнiи съ шестыо представителями обоихъ львовскихъ политическихъ Обществъ, составити проектъ примиренiя партiй, изготовити въ указанномъ направленiи политическую програму и адресъ къ императору съ жалобами на притѣсненiя гал. Руси. Въ мѣсяцѣ маѣ 1890 г. имѣло все то быти готовое и Романчуку поручено

537

было: созвати въ лат. пираздникъ Сошествiя св. Духа представателей каждого повѣта, которыи имѣли, послѣ розсужденiя и одобренiя предложенiй, примѣнительно къ нимъ въ своемъ повѣтѣ дѣйствовати и идею солидарности партiй пропаговати.

Минулъ однако опредѣленный срокъ, а Романчукъ мужей довѣрiя не созывалъ. На запросы, ставленныи ему, онъ извинялся недостаткомъ времени, и отсрочалъ созванiе ширшого кружка мужей довѣрiя изъ мѣсяца въ мѣсяцъ. Когда осенью 1890 г. собрался соймъ, русскiи послы опять подняли вопросъ о примиренiи и созванiи мужей довѣрiя изъ повѣтовъ. Подъ такимъ напоромъ Романчукъ вконцѣ принялся за изготовленiе програмы общого дѣйствiя и пригласилъ себѣ на помощь пословъ Кулачковского и Рожанковсвого.

Между-тѣмъ дня 13 (25) ноября 1890 г. тотъ же самъ Романчукъ произнесъ въ соймѣ рѣчь, сильно озадачившую русское населенiе. Содержанiе той рѣчи заключалась въ увѣренiи поляковъ и правительства, що галицкая Русь, охладѣвшая въ своей преданности къ Австрiи послѣ 1866 г. и постепенно вводившая въ свою литературную рѣчь „россiйскiи“ слова — исправится; що русскiи галичане станутъ опять благонамѣренными гражданами и хорошими католиками; но въ награду за свое исправленiе они надѣются освободитись отъ при-

538

тѣсненiй и улучшити свою судьбу. Кромѣ того Романчукъ отмѣтилъ въ той рѣчи нацiональную обособленность малороссовъ отъ великороссовъ или „россiянъ“. И имѣла быти програма, которой ожидали отъ Романчука, заключавшая собственно лишь самообвиненiе гал. Руси и кромѣ того литературно-нацiональныи взгляды.

Къ той програмѣ прибавилъ посолъ Сѣчинскiй поясненiе, выражажаясь въ своей рѣчи слѣдующимъ образомъ: „Вскорѣ вспыхнетъ кровавая борьба между Западомъ и Востокомъ. Мы въ той борьбѣ будемъ на стороыѣ Запада и его цивилизацiи.“ Подобно выразился посолъ Телишевскiй, сказавши: „Постарайтесь, поляки, о средства примиренiя насъ съ вами, и я ручаюсь, що мой народъ, лояльный относительно династiи и государетва, станетъ столь же лояльнымъ и относительно польского народа. И мы и вы стоимъ насупротивъ могущественного врага („москалей“), передъ которымъ мы должны упасти, если не помиримся.“ Митрополитъ, вызванный запросомъ Антоневича, сказалъ между иными: „Кто съ програмою Романчука не согласенъ, для того здѣсь нѣтъ мѣста.“

Отъ имени русскихъ пословъ, не соглашавшихся съ воззрѣнiями Романчука, отвѣтилъ Антоневичъ. Наклеймивши вѣроломное поведенiе Романчука относительно своихъ клубныхъ товарищей, онъ

539

съ негодованiемъ протестовалъ противъ подозрѣнiя галицкой Руси въ неблагонадежности для Австрiи. Радикалъ посолъ Окуневскiй выступилъ также противъ взглядовъ Романчука, именно противъ его обѣщанiя, що гал. Русь будетъ католическою, выражая убѣжденiе, що католицизмъ всегда вредилъ успѣхамъ прогреса и цивилизацiи.

Оный выступъ Романчука въ соймѣ произвелъ самое большое замѣшательство на гал. Руси. Она роздѣлилась въ первую минуту на двѣ партiи: сторонниковъ Романчука или повоэристовъ и противниковъ его. Къ послѣднимъ принадлежала старорусская партiя и радикалы. Сначала пало обаянiе Романчука даже среди приверженцевъ его партiи, ибо его упрекали въ безтактномъ проведенiи порученного ему дѣла. Но когда онъ въ рѣчахъ на публичныхъ собранiяхъ далъ познати, що онъ своимъ шагомъ намѣрялъ доборотись льготъ для гал. Руси въ нацiональной области, ему удалось возстановити прежнее значенiе въ своей партiи. Правительство также благоволило ему, лишь часть поляковъ не довѣряла ему, и онъ принужденъ былъ въ началѣ 1891 г. на предвыборовомъ собранiи въ Бобрцѣ смотрѣти въ очи помѣщику Рудницкому на знакъ, що искренне желаетъ унiи Польщи съ Русью. То событiе названо было бобрецкою унiею.

При происходившихъ въ началѣ

540

1891 г. выборахъ въ державную думу, въ знакъ роздвоенiя гал. Руси, дѣйствовали два русскiи комитеты: старорусскiй и новоэрскiй. Послѣднiй, имѣя поддержку поляковъ и правительства, перевелъ выборъ 7 своихъ кандидатовъ, между ними Романчука, Барвинского и Телишевского — творцовъ новой эры. Яко членъ думы державной, Романчукъ сталъ домогатися отъ правительства и поляковъ исполненiя обѣщанiй, данныхъ будто его партiи предъ провозглашенiемъ новой эры. Намѣстникъ гр. Казимiръ Бадени возразилъ на то публично въ соймѣ, що правительство нiякихъ обѣшанiй не давало. Доказательствомъ безумiя, охватившого виновниковъ новой эры, служитъ обстоятельство, що до сихъ поръ никто не знаетъ, якiи требованiя они ставили правительству.

Романчукъ оказался впослѣдствiи не на руку правительству и части новоэристовъ. Послѣднiи роспались вслѣдствiе того на собственныхъ новоэристовъ и сторонниковъ Романчука, такъ що разомъ съ старорусскою партiею и радикалами галицкая Русь роздѣлилась на четыре политическiи партiи. То розбитiе выступило особенно сильно во время соймовыхъ выборовъ въ 1895 г., когда дѣйствовали четыре русскiи комитеты каждый на свою руку. Тѣ выборы сопровождались такими злоупотребленiями государственныхъ чиновниковъ, що русское населенiе принуждено было (въ де-

541

кабрѣ 1895 г.) отправити масовую депутацiю съ жалобами къ императору на тѣ злоупотребленiя. Депутацiя отправилась изъ Львова въ Вѣдень въ тотъ день (12 н. ст. декабря), когда происходилъ торжествснный въѣздъ митрополита яко кардинала въ гор. Львовъ и когда онъ въ своемъ дворцѣ принималъ поздравленiя по поводу полученiя кардинальского достоинства.

Изъ галицко-русскихъ партiй самою численною осталась все таки партiя старорусская. Видно то изъ числа подписей на петицiи къ импераiору противъ введенiя фонетики. Число тѣхъ поднисей достигло 40.000. Къ старорусской партiи принадлежитъ большинство грамотныхъ крестьянъ, старшiи вѣкомъ священники и люди незавнсимыи изъ мiрской интелигенцiи, изъ чиновниковъ же и учителей лишь люди крѣпшого характера. Она стоитъ за русскiй литературный языкъ, признаетъ этнографическое единство всего русского племени и относится къ другимъ русскимъ партiямъ толерантно, зная, що лишь въ дружелюбномъ отношенiи всѣхъ русскихъ партiй находится ихъ сила. Политическимъ представителемъ старорусской партiи есть Общество „Русская Рада“ во Львовѣ, а ея органомъ печати газета „Галичанинъ“. Изъ думы державной и сойма она выперта, будучи предана опалѣ. Молодыхъ людей, сочувствующихъ ей, не принимаютъ въ учительское званiе и терпятъ ихъ лишь въ

542

мазурской части Галичины. Въ политическiи уряды ихъ также не иринимаютъ. Въ судѣ и финансовыхъ вѣдомствахъ принадлежащiи къ старорусской партiи не получаютъ высшихъ чиновъ. Ихъ ненавидятъ всѣ польскiи партiи: станчики за преданность къ греко-восточному обряду, демократы за отсутствiе ненависти къ „москалю“, соцiалисты же за консерватизмъ. Центральное правительство неприклонно старорусской партiи для того, що она не хочетъ признати нацiональной отдѣльности малороссовъ и образовати новый малорусскiй языкъ. Не смотря на то, партiя та держится, находя внутренню силу въ правдѣ принциновъ, нею защишаемыхъ. Такъ якъ она, примѣнительно къ требованiю анархистовъ и нигилистовъ, не хочетъ изгладити изъ памяти прошедшее и защищаетъ мнѣнiе, що языкъ и литературу слѣдуетъ образовати на историчсскомъ основанiи, съ соблюденiемъ законовъ человѣческого розума, то ю называютъ также русскою историческою партiею.

Партiя Романчука, касательно числа своихъ преверженцевъ, есть второю съ ряду. Къ ней принадлежатъ молодшiи священники, нѣкоторыи учители и чиновники и много крестьянъ и мѣщанъ. Она сформуловала свои воззрѣнiя на собранiи своихъ мужей довѣрiя отъ 21 марта 1892 г. и на собранiи „Народной Рады“ 26 декабря 1892 г. Тѣ воззрѣнiя

543

состоятъ въ слѣдующемъ: Галицкiи русины составляютъ часть 20-милiонного славянского народа. Партiя будетъ стояти за личную собственность и прогресивно-демократическiя начала. Она будетъ защищати греко-восточный обрядъ и домогагись правъ, принадлежащихъ по справедливоети галицкимъ русинамъ и ихъ церкви. Партiя будетъ поступати согласно съ тѣми русинами другихъ воззрѣнiй, которыи своею дѣятельностью не задерживаютъ русского дѣла. Представителемъ романчукистовъ есть Общество „Народная Рада“, политическою ихъ газетою „Дѣло.“

Между романчукистами есть много честныхъ и дѣльныхъ характеровъ, подвизающихся съ успѣхомъ на поприщѣ народного просвѣщенiя и экономическихъ дѣлъ. Они заводятъ читальни, пожичковыи касы, стараются подняти земледѣлiе и торговлю. Вся суть розличiя между романчукистами и старорусскою партiею лежитъ собственно въ воззрѣнiи на литературный языкъ. Первыи выходятъ изъ той точки зрѣнiя, що лителатурнымъ языкомъ галичанъ долженъ быти языкъ простонародный, полагая, що на немъ найлегче дастся роспространити просвѣщенiе между простонародiемъ. Сверхъ того многiи изъ нихъ считаютъ малорусскiй народъ племенемъ совершенно отдѣльнымъ отъ великороссовъ, имѣющимъ право розвити отдѣльную литературу и гражданственность. Що-

544

бы отмѣтити ту отдѣльность въ языковомъ отношенiи, они выдумываютъ слова, неизвѣстныи народу и противныи русскому слозообразованiю. Между ними есть также люди, не вѣрящiи въ возможность составленiя отдѣльной малорусской литературы, считающiи однако малорусскiй сепаратизмъ яко средство для достиженiя политическихъ цѣлей.

Партiя романчукистовъ любитъ ссылатися на 1848 г. и утверждати, що она возобновляетъ програму 1848 г., которой будто измѣнила старо-русская партiя. Дѣйствительно, майже всѣ вожди старорусской партiи съ 1866—1880 гг., были дѣятелями въ 1848 г. и виновниками тогдашней програмы. Однако точно то обстоятельство, що они, наученныи опытомъ, убѣдились въ несостоятельности и даже вредности своей прежней програмы, говоритъ противъ нея. Убѣжденiя старорусской партiи заключаются въ слѣдующемъ: 1) Уже одно дѣланiе розличiя между словомъ „рускiй“ будто означающимъ малороссовъ и словомъ русскiй (россiйскiй), будто обозначающимъ великороссовъ, воспротивляется розсудку и есть анархическимъ взглядомъ, ибо еще въ 18 вѣцѣ русскiи галичане называли себе россiянами. 2) Въ цѣлой исторiи Малой Руси нѣтъ на то указанiй, щобы ея населенiе сознавало себе когда либо отдѣльною нацiональностью отъ великороссовъ, а напротивъ, сознанiе нацiо-

545

нального единства русскихъ племенъ проглядываетъ черезъ все ихъ прошедшее. 3) Великороссы приняли отъ малороссовъ литературный языкъ, примѣняя свое произношенiе къ нему, вслѣдствiе чего нынѣшнiй литературный русскiй языкъ есть общимъ достоянiемъ велико-и малороссовъ. 4) Общая малорусская литература на простонародныхъ нарѣчiяхъ представила бы вавилонское столпотворенiе ибо въ Южной Руси есть больше нарѣчiй; извлекая изъ тѣхъ нарѣчiй общiи знамена, получается точно языкъ, который сходный съ россiйскимъ (великорусскимъ). 5) Современная гражданственность есть рацiоналистическая, т. е. человѣчество стремится познати законы природы и употребити ихъ для собственного усовершенствованiя и улучшенiя своего быта. Современныи народы изслѣдуютъ историческое розвитiе своихъ языковъ стараясь удержати ихъ въ границахъ формъ, свойственныхъ духу каждого языка, проявляющемуся въ историческомъ его розвитiи. Такъ якъ безъ основныхъ математическо-физическихъ свѣдѣнiй никто не сооружитъ желѣзно-дорожного моста или паровой машины, столь необходишыхъ для нашей гражданственности, такъ безъ основныхъ языкословныхъ изысканiй не можетъ быти введена въ словесность ни одна буква, ни одно слово, ни одна форота, ибо задачiю литерературного языка есть: открыти человѣческой мысли доступъ въ

546

область явленiй духовного и матерiального мiра.

6) Совремспныи славянскiи языки, между ними также русскiй, не отдалились еще отъ старославянского языка на столько, щобы могли обойтись безъ него; вѣдь каждый славянскiй граматикъ, даже польскiй, принужденъ для объясненiя современныхъ формъ своего языка ссылатись на старославянскiй языкъ. Вслѣдствiе того русскiй языкъ долженъ основыватись на старославянскомъ, яко головномъ своемъ источницѣ. 7) На Украинѣ, за изъятiемъ нѣсколькихъ лицъ, вовсе не думаютъ о составленiи нового литертурного языка и новой нацiональности, и если тамъ пишутъ на простонародныхъ нарѣчiяхъ, то дѣлаютъ то единственно для того, що такъ само пишутъ у нѣмцевъ и французовъ, не розрывая литературного единства. Простонародное нарѣчiе годится для белетристики, но нiчкъ длч научныхъ и просвѣтительныхъ цѣлей. 8) Гал. Русь убѣдилась въ 1848 г., що составленiе отдѣльного галицко-русского или малорусского литературного языка есть напрасною стратою времени и задерживаетъ культурный прогресъ австрiйской Руси. 9) Ссылка на то, будто русскiи галичане въ 1848 г. въ своихъ языкословныхъ взглядахъ были сходны съ нынѣшними молодорусинами, несостоятельно, ибо галичане въ 1848 году вводили точно въ галицкую словесность слова, которыи

547

молодорусины называютъ „россiйсщиною.“ 10) Обвиненiя, будто старорусская партiя пренебрегаетъ „народлыми святощами“, народнымъ языкомъ и измѣняетъ своей нацiональности — съ обыкновенною ссылкою на музу Шевченка — то пустыи, безсодержательными фразы. Тѣ мнимыи „святощи“ состоятъ изъ словъ, укованныхъ людьми, которыи не имѣли понятiя о веществѣ языка и не знали даже народныхъ говоровъ. Старорусская партiя, если считаетъ нужнымъ, пишетъ также на простонародныхъ нарѣчiяхъ. 11) Що не всѣ сторонники старорусской партiи правильно владѣютъ русскимъ литературнымъ языкомъ, то не опровергаетъ ихъ взглядовъ. Вѣдь можно не умѣти шити сапоги, а быти убѣжденнымъ въ необходимости сапоговъ для здоровья человѣка. 12) Лишь образъ мыслей, основанныхъ на правдѣ, придаетъ человѣку благородность и постоянство характера и дѣлаетъ его способнымъ къ успѣшной практической дѣятольности.

13) Розличiе во взглядахъ на литературу и языкъ не должно давати повода къ враждѣ. Старорусская партiя не дѣлаетъ и не дѣлала бы нiкогда насилiя на другихъ, щобы ихъ иринудити къ принятiю мнѣнiя, для которого нѣтъ внутренняго убѣжденiя. То противно человѣческой природѣ. Но въ замѣну за то, она имѣетъ право требовати отъ молодорусской партiи, дабы она не принуждала „старую“

548

принимати мнѣнiе „молодой“. Не емотря на розличiе убѣжденiй, каждый можетъ быти полевнымъ въ своемъ крузѣ дѣйствiя. Взаимная толеранцiя не исключаетъ однако взаимной критики, которая необходима для исправленiя промаховъ, дѣлаемыхъ одною и другою стороною. 14) Нравственность и политическое положенiе австрiйской Руси, то дѣла такъ ясныи и понятныи для каждого, що розрозненность на ономъ поприщѣ не оправдана; въ политическомъ отношенiи всѣ русскiи партiи должны солидарно поступати и гнуштись всякой мерзости, защищати обиженныхъ и стояти за справедливость и исполненiе государственныхъ законовъ. 15) Лишь въ случаѣ согласного поведенiя всѣхъ партiй на политическомъ поприщѣ можетъ быти составлена общая политическая програма, заключающая въ себѣ все то, що можетъ быти общимъ всѣмъ партiямъ.

Партiи Романчука благоволятъ польскiи демократы, однако лишь на столько, на сколько она стоитъ за малорусскiй нацiональный сепаратизмъ.

Третья галицко-русская партiя называетъ себе радикальною. Начало ея относятъ къ 1876 г., когда М. П. Драгомановъ въ первый разъ сблизился съ русскою университетскою молодежью во Львовѣ, издававшею газетку „Другъ“ и старался привыти у ней свои воззрѣнiя и стремленiя.

Драгомановъ, професоръ кiевекого

549

университета, принужденый въ 1875 г. съ причины своихъ соцiалистическихъ убѣжденiй оставити отечество, пробовалъ роспространяти внѣ Россiи свои взгляды и стремленiя посредствомъ брошюръ и газетъ, и изъ заграницы влiяти на своихъ соотечественниковъ. Его соцiально-политическiи взгляды изложены въ брошюрѣ: „Вольный Союзъ.“ (Женева 1884). Въ мiросозерцанiи Драгоманова пробиваются: западный либерализмъ съ его стремленiемъ къ личной свободѣ, сровнанiю всѣхъ сословiй въ гражданскихъ правахъ и обезцерковленiю общества, соцiализмъ съ его колективизмомъ, американскiй републиканизмъ съ его самоуправствомъ громады и славянофильство 1830 — тыхъ годовъ съ его увлеченiями для простонародныхъ говоровъ. Въ „Вольномъ Союзѣ“ предлагаетъ онъ децентрализовати государственную власть въ Россiи, устроивая ю приблизительно по образцу Соединенныхъ Штатовъ сѣверной Америки или швайцарскихъ кантоновъ, и управленiе всѣхъ государственныхъ дѣлъ отдати въ руки гражданъ. Не ограничиваясь на одной теорiи, и желая осуществити свои взгляды въ примѣненiи въ Россiи, долженъ онъ былъ обратити свое вниманiе на австро-венгерскую Русь, которой населенiе сродное съ мало — и великороссами и, находясь вблизи самой Россiи, легче всего могло бы воздѣйствовати на населенiе послѣдней.

550

Драгомановъ нашолъ въ Галичинѣ лишь нѣсколькихъ приверженцевъ своихъ политико-соцiальныхъ плановъ. Большинство галицко-русской интелигенцiи, сровнивая розличныи роды государственного устройства въ Европѣ, пришло къ тому убѣжденiю, що политическо-соцiальныи взгляды Драгоманова принести могутъ русскому народу лишь вредъ.

Хотя галичане считаютъ неумѣстнымъ, во внутреннiи отношенiя Россiи вмѣшиватись и ихъ обсуждати, то все-таки вмѣняютъ они себѣ въ долгъ, не оставити безъ отвѣта ставляемыи имъ вопросы. Такъ якъ Драгомановъ требовалъ, щобы русскiи Аветро-Венгрiм содѣйствовали его планамъ, то галичане не могутъ не подати причинъ, изъ-за которыхъ они его замысловъ пособляти не могутъ.

Касательно государственного строя Россiи и ея соцiальиыхъ отношенiй, у большинства русскихъ галичанъ господствуетъ слѣдующее мнѣнiе: 1) Вслѣдствiе климатическихъ условiй русской земли и славянского характера русского народа, у него семейная жизнь составляетъ основу всѣхъ общественныхъ учрежденiй; вслѣдствiе того русскiй, якъ и вообще каждый славянскiй народъ, представляетъ себѣ государство великою семьею, во главѣ которой долженъ стояти владѣтель-отецъ, пользующiйся полною властью и дѣйствующiй въ пользу своей великой семьи. Если бы наразъ та се-

551

мейная связь русского народа розорвалась и поодинокiи граждане его, по примѣру германо-романскихъ народовъ, считали себе соеднненными лишь договоромъ, основаннымъ на личномъ интересѣ, тогда возникло бы самое большое замѣшательство среди сего народа, ибо онъ въ исторической своей жизни не зналъ сословной борьбы, соединенной съ безпрестанными сдѣлками партiй и поодинокихъ кружковъ. 2) Народъ русскiй есть религiозный и видитъ въ православiи источникъ всякого усовершенствованiя: въ государѣ-императорѣ видитъ онъ власть, установленную Богомъ и имѣющую задачiю, защищати слабшого предъ сильнымъ, хранити гражданъ предъ насилiемъ и всякою несправедливостью и управляти ввѣреннымъ ему народомъ по христiанскому закону. 3) Русское самодержавiе не есть германо-романскимъ абсолютизмомъ, упрочившимся на осенованiи сословной борьбы, обозначавшимъ собственно побѣду владѣтеля надъ привилегiованными сословiями и вслѣдствiе того павшимъ подъ напоромъ тѣхъ стихiй, которыи не могли перенести убытокъ своихъ прежнихъ преимуществъ. Въ русскомъ самодержавiи есть и западный либерализмъ, на сколько оно предъ лицемъ государя сровниваетъ всѣхъ гражданъ, и даже западный соцiализмъ, на сколько оно старается о экономическомъ поднесенiи самыхъ низшихъ сословiй. Крестьянскiй

552

банкъ въ Россiи, дающiй поодинокимъ лицамъ и цѣлымъ громадамъ пожички на покупку земли, есть учрежденiемъ, которого соцiалисты западной Бвропы отъ своихъ правительствъ напраено домогаются. 4) Русское самодержавiе не есть неподвижнымъ устройствомъ; доказательствомъ чего есть то, що оно способно производити новыи учрежденiя, примѣнительно къ требованiямъ времени. Оно произвело рядъ реформъ, начиная съ Петра великого и кончая Александромъ III, между иными ввело земства и т. д. Вообще всѣ свободомысленныи проекты выходили отъ русскихъ государей и были переведены силою ихъ власти. 5) Изъ семейного характера русского самодержавiя слѣдуетъ, що государь не можетъ ничего иного желати и къ ничему иному стремитись, якъ лишь къ тому, чего желаетъ и къ чему стремится его народъ. 5) Народъ можетъ объявити свои желанiя посредствомъ печати, земствъ, съѣздовъ, громадскихъ управленiй и прошенiй, предлагаемыхъ государю. 6) Вслѣдствiе своего образа правленiя Россiя избавляется отъ борьбы государетвенной власти съ партiями, свойственной конституцiйнымъ государствамъ и портящей нравъ гражданъ, прiучивая людей къ хитрости, коварству и насилiямъ. 7) Географическiи условiя Россiи исключаютъ возможность децентрализацiи государственной власти.

Не только старорусская партiя не

553

могла согласитись съ воззрѣнiями Драгоманова на счетъ преобразованiя Россiи, но также и нечисленныи его приверженцы оставили мысль заниматись внутренними дѣлами Россiи и обратили свое вниманiе больше на австро-русскiи отношенiя, предаваясь изученiю мѣстныхъ экономическихъ отношенiй. Самою виднѣйшою лвчностью между радикалами есть Иванъ Франко (рожд. 1856), завязавшiй сношенiя съ польскимъ соцiалистомъ Болеславомъ Лимановскимъ и другими польскими соцiалистами. Въ 1877/8 г., подозрѣваемый въ принадлежанiи къ тайному обществу, просидѣлъ онъ нѣсколько мѣсяцевъ въ тюрьмѣ и впослѣдствiи былъ нѣсколькократно арестованъ. Якъ всѣхъ виднѣйшихъ галицко-русскихъ писателей, такъ и его литературная дѣятельность есть крайне рознообразная: онъ пишетъ поэзiи, розсказы, историческiи монографiи и изслѣдованiя, политическiи и экономическiи статьи, розсужденiя по фолклористицѣ и т. д., обнаружая довольно обширныи свѣдѣнiя на поодиновихъ отрасляхъ наукъ. Съ 1878 г. находится онъ въ сношенiяхъ съ львовскими робочими, для которыхъ написалъ катехизисъ политического соцiализма. Невозможность, найти средства къ жвзни въ занятiи галицко-русскою словесностью, заставила его стати сотрудникомъ польской газеты Kurjer lwowski и дописывателемъ другихъ польскихъ газетъ. Другiи виднѣй-

554

шiи дѣятели среди радикаловъ есть: д-ръ Сев. Даниловичъ, д-ръ Р. Яросевичъ, д-ръ К, Трилёвскiй, М. Павликъ, Будзыновскiй, д-ръ Окуневскiй, который послѣднiй собственно лишь въ нѣкоторомъ отношенiи сближается съ радикалами.

Сформованiе радикаловъ яко отдѣльной политической партiи произошло по объявленiи новой эры въ 1890 г. Такъ якъ въ основу послѣдней былъ положенъ римскiй католицизмъ, то та часть молодорусской партiи, которая стояла за обезцерковленiе (по мысли Драгоманова) общества, принуждена была сорвати съ молодо-русскою партiею и образовати отдѣльную груду. Она основала отдѣльное политическое Общество „Народная Воля“ (1894), которой органомъ былъ съ начала „Народ“, а потомъ „Радикал“ и „Громадский Голос.“ Програму и стремленiя сей партiи характеризуютъ подинокiи заявленiя въ ея печатныхъ произведенiяхъ и на общихъ собранiяхъ. „Громадский Голос“ въ 1 нумерѣ 1895 г. ставитъ слѣдующiи требованiя: выкупъ помѣстьевъ для заведенiя чиншевыхъ хозяйствъ, выкупъ лѣсовъ въ пользу громадъ, доходово-прогрессивный податокъ, освобожденiе дохода до 600 зр. отъ податковъ. Коломыйскiи радикалы, въ резолюцiи для вѣча отъ 2 февраля 1894 г., помѣстили между иными слѣдующiи двѣ точки: 1) русины должны домогатись свободы для своихъ религiй-

555

ныхъ и этнографическо-либеральныхъ взглядовъ, 2) исключается всякая связь радикаловъ съ олигархимческимя элементами (польскою шляхтою) и лицами, сочувствующими абсолютизму. Прежде, въ 1893 г. одно вѣче радикаловъ требовало: 1) Громадское управленiе (рада громадская) должна выбиратись на три лѣта всѣми членами громады; 2) Рада повѣтовая должна выбиратись также на три лѣта всѣми гражданами; 3) О мѣстныхъ громадскихъ дѣлахъ рѣшаетъ цѣлая громада. (Не выдѣлъ съ начальникомъ. Тотъ обычай есть въ Россiи). 4) Помѣщичье владѣнiе (обшаръ дворскiй) должно включитись въ составъ громады. 5) Примѣнительно къ вѣроисповѣднымъ законамъ отъ 1874 года, долженъ издатися законъ о вѣроисповѣдныхъ громадахъ, признающiй громадѣ право назначенiя настоятеля прихода.

Теорiя Драгоманова о обезцерковленiи общества побудила нѣкоторыхъ радикаловъ къ начатiю борьбы съ галицко-русскимъ духовенствомъ. Однако другiи радикалы не могли одобрити подстрекательства противъ лицъ, гонимыхъ и безъ того розличными стихiями и заслугующихъ скорше на сожалѣнiе. Въ такомъ случаѣ радикалы трудились бы въ пользу тѣхъ, которыи стремятся къ уничтоженiю Прикарпатской Руси. По той причинѣ радикалы въ послѣднее время оставили выходки противъ церкви и духовенства и задались исключительно свои-

556

ми политическо-соцiальными цѣлями. Выступая противъ религiи и церкви, они не находили общого сочувствiя у крестьянъ.

Взгляды Драгоманова на литературный языкъ, нацiональность и словесность малороссовъ заключаются въ слѣдующемъ{М. Драгомановъ: Листы на надднiпрянску Украину. Коломыя 1894. стр. 99.}: Въ Россiи есть три литературы: россiйская, общая образованнымъ великороссамъ и украинцамъ, великорусская и украинская{Тамже стр. 100}. На дѣлѣ литературныи интерессы украинцевъ рѣзко не роздѣляются отъ россiйской литературы, ибо въ писанномъ по россiйски можно найти украинское содержанiе и мысли не спецiально московскiи, а европейско-россiйскiи — общiи великороссамъ и украинцамъ. Для украинской интелигенцiи, даже украинофиловъ, писанное по россiйски есть пока-що чѣмъ-то натуральнымъ, роднымъ. На пр. ни одинъ изъ украинскихъ ученыхъ, которыи недавно выбраны почетными членами галицкихъ народовскихъ Обществъ, не написалъ по украински ни одного своего труда. Одинъ только серiозный научный трудъ, напечатанный въ послѣднемъ времени россiйскимъ украинцемъ въ Галичинѣ (Про стан сiмйi и Украинѣ XVI — XVII ст.), не можетъ составляти научной украинской литературы — значитъ до теперь

557

научной прозы, составляющей оенову литературы, въ россiйской Украинѣ нѣтъ. Я (говоритъ Драгомановъ) пробовалъ въ Женевѣ начати образовати украинскую прозу, къ чему мене цѣлыи кружки горячихъ украинцевъ, людей зрѣлыхъ и ученыхъ, поощряли. Но що-же вышло? Едва я сталъ издавати нервыи книжки „Громады“, уже послышались голосы, щобы я въ „Громадѣ“ помѣщалъ статьи, писанныи по украински и по россiйски. Но я стоялъ на своемъ и хотѣлъ „Громаду“ издавати лишь по украински. Тогда изъ 12 писателей, обѣщавшихъ свое сотрудничество, 10 не доставило менѣ ни одной статьи, одинъ же „украинофилъ“ прислалъ мнѣ свои замѣтки противъ моего космополитизма по — московски. Изъ двухъ десятковъ другихъ людей, обѣщавшихъ трудитись для „Громады“ и кричавшихъ, що слѣдуетъ помститись на правительствѣ за запрещенiе украинского письменства, лишь четыре стались при „Громадѣ“. Правду сказати, мы убѣдились, що нашъ трудъ напрасный. Насъ не читали даже самыи близкiи товарищи. Во время моего женевского издательства я получилъ отъ самыхъ горячихъ украинолюбцевъ совѣты, по украински писати лишь о спецiально-областныхъ дѣлахъ, а все общее писати по россiйски. Украинскiи народолюбцы охотнѣйше читали московскiи изданiя „Вперсдъ“ и „Набатъ“, прочитати же цѣлую украинскую книжку, и къ

558

тому еще прозаичную, было имъ трудно. Еще больше тяжко приходилось имъ писати по украински. Такъ россiйско-украинское письменство осталось и до сихъ поръ, якъ 30 лѣтъ тому назадъ, при одной белетристицѣ и поэзiи, и украинская публика, если бы осталась безъ письменства россiйского, была бы слѣпа и глухя. Вотъ фактичная причина, изъ-за которой россiйское письменство есть обще русскимъ письменствомъ для Россiи, своимъ, роднымъ для всѣхъ образованныхъ украинцевъ, украинское же держится для узшого круга, для „домашняго обыхода“, якъ говорили И. Аксаковъ и Костомаровъ{Стр. 106.}.

„Старшiи украннскiи писатели и самъ Шевченко — говоритъ дальше Драгомановъ — совсѣмъ не думали о отдѣльной украинской литературѣ{Стр. 126.}. Думки о самостоятсльной украинской словесности пробиваются у Костомарова передъ его арестомъ, очевидно подъ влiянiемъ западно-славянскихъ патрiотовъ, чешскихъ и иллирiйскихъ. Только во время издаванiя петроградской „Основы“ Костомаровъ объявилъ всѣ литературныи старанiя украинскихъ писателей дилетантствомъ, кромѣ труда около популярной литсратуры, въ чемъ одномъ онъ усмотривалъ серiозное дѣло. Въ обозрѣнiи украинской литературы, составлен-

559

номъ для книги Гербеля: „Ноэзiя вянъ“, Костомаровъ вразумительно сказалъ, що украинская литература существуетъ и можетъ сущсствовати лишь для „домашняго обыхода“, яко подчиненная россiйской. Ту мысль розвинулъ онъ дальше въ „Вѣстницѣ Европы“, считая украинскую словесность полезною лишь для простонародiя и не похваляя украинскихъ переводовъ такихъ автровъ, якъ Шекспиръ.“

„Во время „Основы“ — продолжаетъ Драгомановъ — энергично выступилъ съ мыслью о самостоятельной украинской литературѣ Кулишъ, однако теперь онъ пишетъ свои научныи труды по россiйски съ явно общерусскою тенденцiею{Стр. 127.}. Вообще можно сказати, що думка о совсѣмъ самостоятельной литературѣ украинской есть больше австро-русская, нежели россiйско-украинская. Якую будущность будетъ имѣти та литсратура въ Австрiи, не станемъ говорити — пишетъ Драгомановъ. До теперь австро-украинская литература выказуетъ мало плодовъ — лишь школьныи учебники которыи для россiйской Украины великой цѣны имѣти не могутъ, такъ вслѣдствiе розличiя школьной обстановки, такъ и вслѣдствiе невеликой старанеости галицкихъ авторовъ и переводчиковъ о обработку слога. Языкъ тѣхъ книжокъ представляется россiйскимъ украинцамъ тяж-

560

кимъ, мѣшаннымъ, часто совсѣмъ варварскимъ. Драгомановъ хвалитъ лишь Ом. Огоновского за языкъ, употребленный въ „Исторiи литературы руской“, и утверждаетъ, що то сочиненiе будутъ радо читати въ Россiи, хотя авторъ его научно не оброботалъ, видимо по своему напрямку и по слабости загального образованья“.{Стр. 130.}

„Для россiянъ (продолжаетъ Драгомановъ) галицкая наука — схолястика, галицкая публицистика — реакцiйная, галицкая белетристика — псевдо-класичная мертвеччина. „Москвофильская“ литература не имѣетъ по сути ничего общого съ россiйскою. Литература народовцевъ больше сближаетея съ украинскою и тѣмъ самымъ, по духу, съ россiйскою, но все-таки по сути она далекая отъ нихъ такъ, що н. пр. даже культъ Шевченка не мѣшаетъ народовцамъ оставатись по сути австро-рутенцами. Только радикальная фракцiя близка къ россiйско-украинскому письменству.“{Стр. 118.}

Драгомановъ не сомнѣвается однако въ возможности создати новую украинскую нацiональность, „Лишь тогда — говоритъ онъ — когда въ Россiи установлена будетъ политическая воля, въ первой линiи при помощи всероссiйской агитацiи на всероссiйскомъ же языцѣ, — настанетъ для украинскихъ политиковъ

561

и публицистовъ необходимое спокойствiе, при которомъ они будутъ могли по немногу выроботывати себѣ украинскую политическую литературу и соотвѣтственную для нея публику. Теперь же стоитъ по украински писати о политическихъ дѣлахъ лишь для Галичины“.{Стр. 120.}

На чемъ основуетъ Драгомановъ свою надежду на возникновенiе отдѣльной украинской „полигической“ литературы (о научной онъ не упоминаетъ), если теперь украинцамъ трудно приходится писати и читати по украински? — не извѣстно. По пробамъ, сдѣланнымъ въ Галичинѣ, можно полагати, що даже въ случаѣ введенiя „политической свободы“ въ Украинѣ, украинцы писали бы на общерусскомъ языцѣ, составленномъ ихъ предками и изображающомъ ихъ народный духъ.

Четвертая галицко-русская партiя, едва находящаяся въ завязку — то новоэрская, или руско-католическая, якъ она хочетъ себс называти. Пробы образовати такую партiю начинаются съ 1873 г. Въ названномъ году хотѣлъ о. Качала основати въ Гяличинѣ консервативно-украинофильскую партiю, союзную съ польскими магнатами и клерикалами. Тогда нѣсколыто десятковъ россiйскихъ украинофиловъ выслало ему открытое письмо съ возраженiями и изложенiемъ радикальныхъ принциповъ, за

562

которыи стоятъ украинцы. Впослѣдствiи самъ о. Качала попалъ въ распрю съ своими покровителями. Затѣмъ задача образованiя католическо-консервативной партiи, признающей польскую гегемовiю надъ Малою Русью, возложена была на митрополита Сильвестра Сембратовича, задумавшого осуществити ту задачу посредствомъ газеты „Миръ“ (1895 г.) и журнала „Русь“ (1896). Хотя матерiаломъ для новой партiи могли служити холмскiи унiатскiи священники, нашедшiи послѣ принятiя православiя Холмщиною прiютъ въ Галичинѣ — однако она не могла уформоватись. Потомъ высуненъ былъ, яко ея основатель, Романчукъ но онъ не повелъ дѣла на вожделѣнный путь. Такъ якъ оказалось, що одинъ митрополитъ не успѣетъ образовати пожеланную партiю, то выдвинуты были на ея вождей мiрскiи люди: Барвинскiй и Вахнянинъ, основавшiи въ новѣйшую пору „Руско-католицкiй Союзъ,“ съ цѣлью прививати на гал. Руси католицизмъ. Къ новому Обществу отнеслись прочiи русскiи партiи недовѣрчиво, не зная, що новое Общество понимаетъ подъ католицизмомъ? Считаетъ ли оно унiатовъ католиками, или стоитъ ли оно на становищѣ латинской iерархiи, не видящей въ унiи подлинного католицизма? Будетъ-ли оно защищати греко-восточный обрядъ или стремитись къ его латинизацiи? Не схочетъ-ли оно ввести въ богослужебныи книги простонародное укра-

563

инское нарѣчiе съ фонетикою? Въ такомъ случаѣ унiя получила бы чувствительный ударъ. Многихъ соблазнило также то, що мiрскiи люди присвоили себѣ власть, рѣшати въ дѣлахъ, принадлежащихъ собственно духовенству.

Якъ видимъ, галицкая Русь, бѣдная интелигенцiею и матерiальиыми средствами, ослабила себе еще больше розбитiемъ на четыре партiи. Всякiи старанiя, соединити по крайней мѣрѣ двѣ-три партiи для совокупной дѣятельности, розбивались до сихъ поръ о честолюбiе ихъ вождей, когорыи стараются обыкновенно о посольскiи мандаты въ соймъ и державную думу и опасаются сближенiя съ старорусскою партiею, щобы верховодящiи стихiи не предали ихъ такой же опалѣ, якъ ту партiю. Партiя Романчука оправдываетъ свою неохоту къ соединенiю съ старорусскою партiею тѣмъ обстоятельствомъ, що нослѣдняя не хочетъ признати малорусского нацiонального сепаратизма. Обыкновенною оговоркою радикаловъ есть, що старорусская партiя не хочетъ стояти за политическую волю — упрекъ совсршенно несправедливый, ибо партiя та стоитъ за конституцiйныи права въ Австрiи и лишь относительно Россiи руководится мнѣнiемъ, що тамъ „политическую свободу“ можетъ осуществити лишь самодержавiе. Такъ якъ находящiися во Львовѣ головныи политическiи Общества, старорус-

564

ская „Русская Рада“ и молодо-русская „Народная Рада“ не могли согласитись относительно согласного поведенiя на политическомъ поприщѣ, то русскiи патрiоты на провинцiи стали учреждати новыи политическiи Общества, въ когорыхъ обыкновенно совокупно дѣйствуютъ люди всѣхъ партiй и воззрѣнiй. Такъ возникли Общества: „Подгорсгсая Рада“ въ Стрыѣ (1893), „Руская Рада“ въ Жолкви (1892), Русская Рада“ въ Сокалѣ (1894), „Народная Рада“ въ Сяноцѣ (1895) и т. д.

Вообще между русскими партiями нѣтъ такой вражды, якъ себѣ таковую обыкновенно представляютъ. Она невозможна по той простой причинѣ, що такъ сказати въ каждой семьѣ случается, що отецъ принадлежитъ къ старорусской партiи, зять бываетъ привержснцемъ Романчука, одинъ сынъ москвофиломъ, другiй же радикаломъ. Лишь въ такихъ центрахъ духовной жизни, якъ Львовъ, Перемышль и Станиславовъ, въ которыхъ рѣшающiй тонъ русской жизни придаютъ высшiи духовныи достойники, чиновники и учители, вообще люди зависимыи и оглядающiися на производство въ высшiй чинъ — люди розличныхъ партiй избѣгаютъ сообщенiя съ собою. Въ другихъ городахъ и на селѣ, гдѣ нацiональною жизнью руководятъ простыи священники, образованнѣйшiи крестьяне, адвокаты, врачи и вообше независимыи лица — русскiи всякихъ партiй живутъ съ

565

собою въ дружбѣ. Соединенiе всѣхъ партiй для общей политической дѣятельности считаютъ многiи неумѣстнымъ изъ-за тактическихъ взглядовъ. Есть такiи политики, которыи совѣтуютъ высувати напередъ то романчукистовъ, то даже новоэристовъ, если идетъ о прiобрѣтенiи уступокъ для русской нацiональности. Нѣкоторыи говорятъ также: Я буду новоэристомъ до тѣхъ поръ, пока не обезпечу своего существованiя, не получу прихода, не буду произведенъ въ высшiй чинъ. Когда то послѣдуетъ, выступлю яко москвофилъ.

Остановляясь надъ поодинокими галицко-русскими партiями — видимъ, що они являются природнымъ послѣдствiемъ обстановки, среди которой живетъ галицкая Русь, и посторонныхъ влiянiй, воздѣйствовавшихъ на оную. Основанiе нацiональной жизни Галицкой Руси составляетъ собственно старорусская партiя, изображающая въ своихъ взглядахъ неподдѣльныи стремленiя галицко-русского народа. Партiя романчукистовъ можетъ мгновенно принести пользу, соединяя всѣхъ тѣхъ, которыи опасаются гоненiй въ случаѣ, если бы они себе признали открыто сторонниками „россiйщины.“ Дѣятельность радикаловъ будетъ тогда умѣстна, если они станутъ дѣйствовати среди русского пролетарiята въ городахъ, соединяя его въ отдѣльныи кружки и охраняя отъ поглощенiя инородцами. Придираясь къ бѣд-

566

нымъ сельскимъ попамъ, радикалы поступаютъ въ розрѣзъ со своими человѣколюбивыми принципами. Старорусская партiя и радикалы сближаются съ собою взглядами, що нацiональность есть лишь средетвомъ для достиженiя общечеловѣческихъ цѣлей. Большая половина романчукистовъ приписуетъ весьма много важности своимъ „святощамъ“, т. е. произвольно укованнымъ словамъ, своему мнѣвiю, що существуетъ особый 15-ти или 20-миллiонный народъ и фонетицѣ. Они наклонны оцѣняти человѣка не по нравственнымъ его достотоинствамъ, а по тому, почитаетъ ли онъ оныи святощи или нѣтъ. Партiя новоэрская, къ сожалѣнiю, обнаружила первыми своими дѣйствiями, що принципы правды и добра, которыи человѣчество стремится осущсствити въ мiрѣ, ей чужды. Она до сихъ поръ ничѣмъ не заявила своей готовности къ защитѣ обиженного и угнетенного — предъ насилiемъ. Введенiемъ фонетики въ школы, она внесла большое замѣшательство въ учебное дѣло и подорвала просвѣщенiе народа.

Граждане государства могутъ лишь тогда безпрепятственно предатись культурнымъ трудамъ, если они обезпечены отъ внѣшнихъ и внутреннихъ враговъ. При конституцiйномъ образѣ правленiя Австрiи и рознородности ея нацiональностей, распря между поодинокими партiями и народностями пеизбѣжна. Вслѣд-

567

ствiе того каждая партiя и каждая нацiональность старается имѣти учрежденiе, которое стояло бы на стражѣ ея интересовъ и нацiональныхъ правъ и охраняло своихъ членовъ или соплеменниковъ предъ несправедливостью. Такого учрежденiя на гал. Руси нѣтъ, и въ томъ лежитъ причина ея паденiя. органомъ, стоящимъ на стражѣ галицко-русской нацiональности, могъ бы быти лишь клубъ, состоящiй изъ пословъ соймовыхъ и думы державной. Къ составленiю такого клуба должна стремитпсь гал. Русь, если она не хочетъ потеряти свою нацiональность. Щобы составити такiй клубъ, необходимо, щобы выбиратели отъ своихъ посольскихъ кандидатовъ требовали слѣдующихъ условiй: 1) Кандидатъ, въ случаѣ выбора въ послы, не будетъ мѣшати съ политикою литературы, языка, правописанiя и этнографiи и предоставитъ оныи дѣла науцѣ. 2) Вступитъ въ русскiй клубъ, рѣшающiй большинствомъ голосовъ, и поддастъ себе каждому его рѣшенiю. 3) Не будетъ руководитись личными выгодами, а лишь взглядомъ на общее благо и твердо постоитъ за правду и справедливость.

У поляковъ послѣ 1831 г. образовались двѣ партiи; аристократическая и демократическая Они выступили также въ соймѣ львовскомъ по введенiи конституцiи въ Австрiи 1860 г. Демократическая партiя могла опиратись едипственно на мѣщанствѣ, но такъ якъ польское мѣщанство въ Галичинѣ, вслѣдствiе конку-

568

ренцiи фабричной промышленности западныхъ провинцiй Австрiи и соперничества евреевъ, постепенно падало, то и польская демократическая партiя теряла почву подъ собою. Соймъ, избранный въ 1883 г., получилъ, якъ мы высше сказали, чисто шляхетскiй характеръ.

Польско-демократическая партiя пробовала опять организоватись въ 1889 г., когда предстояли выборы въ соймъ. Тогда (въ маѣ) состоялся съѣздъ представителсй городовъ, который яко цѣль стремленiй своей партiи поставнлъ: росширенiе автономiи Галичины и независимость дѣйствiй демократовъ отъ центрального правительства. Органомъ демократовъ имѣла быти краковская газета Nowa Reforma. Однако та проба не удалась, ибо въ городахъ лишь чиновники, учители, адвокаты, врачи и немногiи промышленники могли доставити матерiялъ для демократiи. Такъ якъ большая половина интелигенцiи въ городахъ состоитъ изъ чиновниковъ и учителей и вообще изъ лицъ зависимыхъ отъ государственныхъ и автономическихъ властей, то образованiе независимой отъ правительства и станчиковъ партiи, признающейся къ демократiи, едва-ли возможно.

Вслѣдетвiе того краковская партiя или станчики остались среди галицко-польского общества единственно верховодящею стихiею. Стремленiя той партiи характоризуютъ слѣдующiи взгляды, высказаниыи поодинокими ея вождями:

569

Врагами Польши есть: свобода религiйная и безконфесiйность, космополитическая демократiя и панславизмъ{Przegląd Polski XV. 4 стор. 36.}. — Поляки должны защищати себе отъ германизацiи и славянского универсализма, который нашолъ бы преобладающее выраженiе въ системѣ федеративной{Przegląd Polski XV. 1 стор. 171.}. — Для народа, потерявшого свою независимость, весьма важное дѣло и великое счастье, если онъ сохраняетъ свои права, свой языкъ и имѣетъ своихъ людей въ правительствѣ. Черезъ то охраняетъ онъ свою самостоятельность и можетъ отзыскати свой давный бытъ{St. Tarnowski: Nasze drogi w ostatuich 100 latach. Kraków 1895.}. То, чего не совершили Ягайлоны, долженъ осуществити императоръ Францъ Iосифъ I, въ жилахъ котрого кружитъ кровь Ягайлоновъ{Pisma wojskowe i polityczno Józefa Popowskiego Kraków 1885.}. Мы возлѣ любви отечества и прогреса имѣемъ знаменемъ: политическiй розумъ (raison d'etat, Staatsweisheit), т. е. холоднокровное обсужденiе обстоятельствъ, дабы пользоватись ними, порядокъ и дисциплину{Z ziemi krakowskiei. Sprawozd z zgromadzenia przedwyborczego większej własności. Kraków. 1889 (Рѣчь Схан. Тарновского)}. Чернь (masa) не знасть польского интереса{Рѣчь Ст. Тарновского.}, Хребтомъ польского общества есть шляхта

570

(stan ziemiański){Тамъ же.} Руководити польскою жизнью должно коло соймовое; делегацiя вѣденьская должна быти эманацiею послѣдняго{Тамъ же (рѣчь Попеля).}. Демократы говорятъ: на почвѣ деммократической произойдетъ примиренiе Руси съ Польщею, ибо къ демократической Польщѣ Русь принципiальной ненависти имѣти не можетъ. Во Львовѣ произошло уже такое примиренiе между молодежью; однако русская молодежь подшучивала надъ пѣсныо: „Єще Польска не згинела“. Формулою примиренiя будетъ: чернь и царь{Тамъ же.}. Административная власть должна прiобрѣсти право: влiяти на выборы въ соймъ и думу державную изъ сельскихъ громадъ, щобы водворити согласiе между краемъ и правительствомъ{Рѣчь гр. Каз. Бадени.}.

Краковская партiя, якъ мы выше узнали, приняла въ основу своихъ стремленiй воззрѣнiя парижского кружка Янского-Мицкевича и вслѣдствiе того поэтическимъ произведенiямъ послѣдняго придала самое большее зыаченiе. Побѣда воззрѣнiй Мицкевича среди польского общества была торжественно отпразднована въ 1890 г. перенесенiемъ останковъ поэта изъ Францiи въ Краковъ. Ксендзъ

571

Владиславъ Хотковскiй въ похоронной рѣчи славилъ Мицкевича за то, що онъ провелъ польское общество изъ розумового матерiализма и нѣмецкой философiи на путь католицизма. Въ слѣды краковской партiи вступили тѣ изъ русскихъ галичанъ, которыи гнушались Шевченка яко православного, и желая подорвати культъ сего украинского поэта въ Галичинѣ, постарались о заступленiе его галицко-русскимъ поэтомъ, не обнаружившимъ православныхъ и соцiалистическихъ стремленiй.

Въ 1893 году были перенесены останки Маркiана Шашкевича изъ Новоселокъ — мѣста его смерти — на львовское Лычаковское кладбище Краковская партiя, въ которой верховодятъ професоры краковского университета и писатели, привязуетъ большое значенiе къ поэзiи, яко средству, влiяющему на чувство, а посредственно на пожеланiе и дѣйствiе.

Въ 1891 г. Ст. Тарновскiй, одинъ изъ способнѣйшихъ и ученѣйшихъ вождей краковской партiи, написалъ сочиненiе подъ заглавiемъ: Po 25 latach. Z doświdezeń i rozmyślaú Stan. Tarnowskiego. Авторъ начинаетъ съ мнѣнiя, що гражданственность 20-того вѣка выйдетъ изъ соединеиiя двохъ началъ: католицизма и соцiализма (стр. 4. 4){Przegląd Polski XXI. 1.}. Сегодня въ мiрѣ господствуетъ цраво сильнѣйшого

572

(стр. 12). Огромную силу представляетъ сегодня Россiя. Такой народной страсти и такого желѣзного постоянства въ стремленiяхъ, якими обладаетъ Россiя, не было, можстъ быти, примѣра въ исторiи съ тѣхъ поръ, якъ ослабѣлъ порывъ мусульманства на Западъ; сила того порыва, соединенная съ громадностью Россiи, кажется, придаетъ ей превосходство надъ могущественною нѣмецкою имперiею (стр. 21). Россiя, опираясь на двохъ частяхъ мiра, приготовляетъ себе къ той минутѣ, когда будетъ рѣшати о судьбѣ обѣихъ частей мiра. На громадномъ своемъ постранствѣ имѣетъ она нѣсколькодесятъ милiоновъ жителей одной крови, одного языка, одной природы, одинаковыхъ чувствъ и одной религiи, а надъ тою неизмѣримостью имѣетъ одну главу, одну волю и одну власть. Лучшихъ условiй силы нѣтъ въ мiрѣ. Оная физическая сила оживотворяется и руководится хитростiю, фанатическою любовыо отечества и неоспоримыми добродѣтелями самопожертвованiя и повиновенiя. Русскiй народъ хочетъ величiя Россiи посредствомъ православiя и самодержавiя (стр. 22). Отъ розума владѣтеля зависитъ: быти выраженiемъ стремленiй своего народа и удовлетворити его чувству отечестволюбiя и гордости. Точно въ Александрѣ III. сосредоточается самосознавiе Россiи (стор. 23). Сегодня и внѣ Россiи стараются сдѣлати русскiй языкъ литературнымъ и государственнымъ въ цѣ-

573

ломъ Славянствѣ (стр. 27). Польскiй элементъ въ Россiи придавленъ, но автора радуетъ, що малоросчы имѣютъ сознанiе своей отдѣльной нацiональности точно въ той землѣ, которая для извѣстного государетва имѣетъ большое значенiе, нежели Польша, ибо оная земля простирается къ Дону и отдѣляетъ Россiю отъ Чорного моря (стр. 35). Въ Германiи стараются поляковъ истрсбити; великополяне говорятъ: „москали лучшiи“ (стр. 50). Посланничествомъ Австрiи есть: роспространяти западную католическую цивилизацiю на Востоцѣ (стр. 63), но Австрiя упустила въ 1854—1855 гг. удобный случай, обезпечити за собою нижнiй Дунай и Балканы и попала въ зависимость отъ Германiи (стр. 57). Сверхъ того Австрiя розслаблена агитацiею молодочеховъ, кошутовцевъ, соцiалистовъ, иридентистовъ въ Трiестѣ и соцiально-россiйскою агитацiею среди молодежи въ Галичинѣ (стр. 62). Авторъ недоволенъ также состоянiемъ поляковъ въ Галичинѣ. Землевладѣнiе перемѣняется способомъ невыгоднымъ для польской нацiональности; школъ есть больше и они лучшiи, но молодежь, выходящая изъ нихъ, не есть лучшая и способнѣйшая (стр, 65). Единственною заслугою поляковъ есть, що они въ вѣденьскомъ парламентѣ заняли сильное становище; въ томъ состоить ихъ благоразумiе (стр. 68).

574

Австрiя не желаетъ себѣ примиренiя поляковъ съ Россiею (стр. 68). Автора обезпокоиваетъ демократическое движенiе среди поляковъ и онъ опасается повторенiя 1846 г. (стр. 94). Онъ противенъ также всякимъ заговорамъ и пустымъ народнымъ манифестацiямъ. Нынѣшнiй свѣтъ подлый, не заступается за поляковъ (стр. 294). Задачею поляковъ есть просто сосредоточати свои свлы, щобы выдержатм враждебный напоръ; съ временемъ положенiе поляковъ улучшитея, ибо въ нихъ есть много силы. Цѣлью польской политики должны быти: 1) Католицизмъ, 2) западная цивилизацiя, въ случаѣ борьбы Запада съ Востокомъ держатись первого; 3) избѣгати заговоровъ и революцiй; 4) руководитись политическимъ благоразумiемъ, держати языкъ за зубами и владѣти надъ своими впечатлѣнiями и порывами (стр. 302).

Если сровнати отзывы краковской партiи о Россiи съ 1880—1890 гг. съ отзывомъ Ст. Тарновского, то видимъ начало рѣшительного перелома въ воззрѣнiяхъ поляковъ на Россiю. Прежде, когда поляки жили подъ впечатлѣнiемъ нигилистического движенiя въ Россiи, государство то представлялось имъ находящимся въ розложенiи. Когда мудрая политика императора Александра III возстановила единство мыслей и стремленiй между государственною властью и народомъ и приняла практическiи мѣ-

575

ры для подъема экономическихъ и нравственныхъ силъ Россiи, представилась послѣдняя для Европы великаномъ, не дающимся такъ легко преодолѣти. Обыкновенно народы, доступивши вершины своего могущества, попадаютъ въ высокомѣрiе и самоувѣренность, которая бываетъ причиною ихъ паденiя. У Россiи всего того не замѣчается. Государственная власть и русскiй народъ ясно смотрятъ на свои отношенiя, сознаютъ свои недостатки и отвергая всякую убаюкивающую льстивость, не обижаются критикою и указыванiемъ слабыхъ сторонъ. Точно то обстоятельство еще больше подноситъ обаянiе Россiи.

Противъ краковской партiи, прiобрѣвшей верховодство въ Галичинѣ, выступили польско-мазурскiи крестьяне точно въ пору, когда демократическая партiя убѣдилась въ своей слабосильности, т. е. послѣ 1883 г. Мы уже сказали, що еще въ 1860-ти годахъ такъ польскiи демократы, якъ и краковская партiя привялись за просвѣщенiе польского простонародiя. Краковская партiя старалась осуществити свою задачу посредствомъ народной школы, находившейся тогда подъ надзоромъ рады школьной краевой, которая имѣла наблюдати за тѣмъ, дабы мiросозерцанiе, внѣдряемое въ молодое поколѣнiе, не воспротивлялось воззрѣнiямъ большинства галицкого сойма. Выходя изъ того становища, краковская партiя стояла за тотъ

576

принципъ, дабы новыи народныи школы открывати лишь въ мѣру, якъ будетъ достаточное количество учителей, выдержавшихъ учительскiи испыты передъ назначенными къ тому правительственными комисiями. Тотъ взглядъ есть причиною, що въ Галичинѣ въ 1894 г. на 6.292 громадъ въ 2.384 не было школъ. Однако, не смотря на недостатокъ школъ, польскiи демократы умѣли среди своего простонародiя возбудити охоту къ просвѣщенiю. Мальчики, дѣвицы, парни и старшiи вѣкомъ люди стали другъ у друга учитись грамотѣ. Въ многихъ селахъ овладѣлъ населенiемъ порывъ, во що бы ни стало знати читати и писати. Женщины, стыдившiися неграмотности, покупали молитвословы и держали ихъ въ костелѣ оберненными горою внизъ, притворяясь, що знаютъ читати. Сверхъ того наклоняли крестьянъ, щобы своихъ сыновъ посылали въ гимназiи и реальныи училища.

Въ западной Галичинѣ майже лишь въ сяноцкомъ и сандецкомъ повѣтахъ есть помѣщики средней руки, могущiи доставляти интелигенцiю; впрочемъ перемогаютъ большiи землевладѣвiя Потоцкихъ, Любомiрскихъ, Сангушковъ, пок. архикн. Альбрехта. Такъ якъ польское мѣщанство и мѣстечка стали клонитись къ паденiю, то поляки, опасаясь уменьшенiя своей интелигенцiи, обратили вниманiе на крестьянъ и оттуда рѣшили прiобрѣтати матерiалъ на чинов-

577

никовъ, священниковъ и т. д. Гимназiи въ Решовѣ, Тарновѣ, Бохнѣ, Краковѣ (гимназiя св. Яцка), Вадовицахъ, Сончѣ, Яслѣ наполнились сынами крестьянъ. Численныи бурсы и пособiя, даваемыи, радами повѣтовыми, дѣлали возможнымъ бѣднымъ ученикамъ кончити среднiи школы. Сегодня майже все низшее латинское духовенство Галичины, половина судебныхъ и финансовыхъ чиновниковъ, учители народныхъ школъ и среднихъ учебныхъ заведенiй суть сынами крестьянъ и маломѣщанъ. Находясь на родинѣ и удерживая связь съ родчыми, они должны были воздѣйствовати на среду, изъ которой произошли. Они причинились къ рочпространенiю среди польского простонародiя популярныхъ книжокъ, издаваемыхъ Macierz-ую и Wydawnictw-омъ людовыхъ изданiй, не меньше же и газетъ. Свѣдѣнiя изъ польской исторiи, о державномъ и красномъ законодательсвахъ и о сельскомъ хозяйствѣ, роспространились ними между населенiемъ.

Между польскими народными писателями талантомъ и умѣнiемъ проговорити къ простолюдину, особенно отличился латинскiй священикъ Станиславъ Стояловскiй (рожд. 1845), съ 1881 г. настоятель прихода въ Куликовѣ, но уже въ 1882 г. львовскимъ епископомъ-суфраганомъ Пузыною отрѣшенный отъ той должности и посвятившiйся всецѣло народной литературѣ. Онъ началъ въ 1875

578

г. издавати газетки для польского простонародiя Wieniec и Pszczółka и въ нихъ на столько рѣзко выступилъ противъ польской шляхты, що въ 1883 г, до совѣту краев. маршала Зыбликевича Macierz Polska (общество народного образованiя, основ. 1879) хотѣла отъ него купити за 8000 зр. обѣ газетки, щобы избавитись охъ „вархода“ (буяна) и соперника Macierz-и. Но Стояловскiи не принялъ предложенiя и съ тѣхъ поръ начались его страданiя. Онъ былъ нѣскольконадцать разъ каранный судомъ и вовлеченный въ розличного рода процесы. Особенно выступилъ противъ него гр. Казимиръ Бадени, ставши намѣстникомъ въ 1888 г. Газеты Стояловского отнимали жандармы отъ крестьянъ, забирали на почтѣ, конфисковали и онъ принужденъ былъ переселитись въ Силезiю, откуду не переставалъ продолжати свою дѣятельность. Въ 1893 г. издалъ онъ брошуру н. з. Vor das Weltgerlebt, направленную противъ намѣстника гр. Каз. Бадени, за которую просидѣлъ въ тюрьмѣ. Гоненiя, низводимыи на Стояловского, окружили его въ очахъ мазурского народа авреолемъ мученичества и подняли его обаянiе не смотря на то, що онъ въ 1896 г. былъ римскою конгрсгацiею анаѳемизованъ. Такъ якъ его приверженцы среди крестьянъ, зовимыи стояловщиками, отличаются просвѣщенiемъ, трезвостью и друими хорошими свойствами, то онъ наладитъ сочувствiе также среди поль-

579

ской интелигенцiи и дяже у латинскихъ сельскихъ священниковъ, которыи однако своихъ мыслей обнаружити не смѣютъ.

Подъ влiянiемъ просвѣщенiя и популярныхъ газетъ, объявилось около 1885 г. между мазурскими крестьянами сильнѣйшее движенiе, пдиравленное противъ польской шляхты. Крестьяне стали упрекати шляхту, що она, присвоивши себѣ власть въ Галичинѣ, выкористываетъ таковую въ свою пользу, рѣшаетъ въ соймѣ законы для своей выгоды, податковое бремя сваливаетъ на крестьянъ и оказалась неспособною улучшити экономическiи отношенiя края. Напраено противодѣйствовали такому настроенiю умовъ Общества подъ названiемъ Kółka rolnicze, руководимыи латинскимъ духовснствомъ и шляхтою. Тѣ Общества стали заводитись съ 1881 г., съ цѣлью подняти просвѣщенiе, нравственность и благосостоянiе народа. Крестьяне, принаддежавшiи къ „кулкамъ“, читали писъма Стояловского и проникались его воззрѣнiями.

Первымъ знаменемъ мазурскихъ крестьянъ было: не вибирати соймовыми послами изъ селъскихъ округовъ пановъ, а крестьянъ. Когда предстояли выборы въ соймъ 1889 г., шляхта стала опасатись утраты своихъ посольскихъ мандатовъ въ сельскихъ округахъ, видя въ томъ вредъ для нацiонального дѣла. Съ той причины заявилъ намѣстникъ гр. Казимiръ Бадени на собранiи въ Кра-

580

ковѣ (8 iюля 1889), що правительственная власть имѣетъ право влiяти на выборъ депутатовъ нзъ сельскихъ громадъ, щобы сохранити согласiе края съ правительствомъ. Благодаря влiянiю правительственныхъ властей въ 1889 г., было въ галицкiй соймъ избрано лишь пять крестьянъ. Они основали въ 1892 г. „Союзъ хлопской партiи“ (Związek stronictwa chłopskiego), ставя въ свою програму слѣдующiи точки: 1) католицизмъ съ предоставленiемъ свободы совѣсти другимъ вѣроисповѣданiямъ; 2) уздравленiе хлоповъ и согласiе въ польскомъ народѣ; 3) защята хлопской собственности отъ чуждыхъ враждебныхъ стихiй; 4) посломъ хлопскимъ долженъ быти членъ хлопской партiи. Послы, завязавшiи хлопское Общество, оставались очевидно подъ влiянiемъ Стояловского, ибо они признали своими органами его газетки Wieniec и Pszczółka и сверхъ того третью газетку Przyjaciel ludu. Но когда польскiи епископы выступили противъ Стояловского и загрозили лицамъ, читающимъ его газеты, духовными карами, предводители хлопского союза, братья Станиславъ и Янъ Поточки, видѣли себе принужденными сорвати сношенiя съ Стояловскимъ.

Мазурское двнженiе усилилось послѣ 1890 г. Вожди хлоповъ стали созывати частыи народныи собранiя, которымъ напрасно старалась воспрепятствовати правительственная вдасть. Оное усиленiе

581

хлопского движенiя произошло оттого, що польскiи демократы, не находя почвы для своихъ дѣйствiй въ городахъ, примкнули теперь къ крестьянамъ и старались образовати изъ нихъ демократическую партiю. Во главѣ тѣхъ хлопскихъ демократовъ станулъ богатый промышленникъ и членъ вѣденьской держ. думы д-ръ Леваковскiй. Хлопскiи демократы назвали себе „людовцами.“ Благодаря агитацiи людовцевъ, при выборахъ въ 1895 г, попало въ львовскiй соймъ сверхъ десять мазурскихъ хлоповъ. Теперь представился вопросъ: якое становище должны людовцы заняти въ виду Стояловского, причинившогося больше всѣхъ къ движенiю польскихъ хлоповъ? Вожди людовцевъ заявили, що не могутъ поступати согласно съ Стояловскимъ, ибо онъ: 1) держитъ съ нѣмецкими христiанскими соцiалистами; 2) приклонно относится къ Россiи и славитъ самодержавiе. Вообще людовцы желаютъ вщепити въ польское простонародiе польскiй нацiональный патрiотизмъ и привити въ немъ принципы польской демократiи отъ 1831—1846 гг. Для польскихъ крестьянъ составляютъ однако всю суть экономическiи дѣла и христiанская нравственность; вслѣдствiе того въ поелѣднихъ народныхъ собранiяхъ, устроенныхъ людовцами большинство присутствовавшихъ объявилось за Стояловскимъ. Вообще движенiе польскихъ крестьянъ въ Галичинѣ

582

не приняло еще опредѣленного направленiя.

Кромѣ шляхетской и хлопской, возникаетъ среди поляковъ въ Галичинѣ еще третья партiя — соцiалистическая. Она образовалась подъ влiянiемъ западного соцiализма, охватившого Австро-Венгрiю съ 1869 г. Тогда явились здѣсь посланцы Маркса, Либкнехта и Бебля. Въ 1880 было общее соцiалистическое движенiе въ Австрiи такъ сильное, що числилось 224 соцiалистическихъ Обществъ. Въ 1882 г. были уже процесы соцiалистовъ въ Празѣ, Рейхенберзѣ, Бернѣ, Градцѣ. Министръ внутреннихъ дѣлъ принужденъ былъ издати рескриптъ противъ соцiалистовъ. Въ 1885/6 гг. хотѣло вѣденьское правительство, по образцу германского, издати законы противъ соцiалистовъ, однако державная дума отклонила относительныи законопроекты, полагая, що на основанiи законовъ отъ 27 iюля 1871 и 10 мая 1873 соцiалистовъ можно предати полицейскому надзору.

Вслѣдствiе отсутствiя прямыхь сношенiй галицкихъ робочихъ съ нѣмецкими, въ Галичину не могъ нѣмецкiй соцiялизмъ проникнути. Онъ достался сюда другимъ путемъ, посредствомъ сношенiй польской молодежи съ польскимъ соцiалистомъ Болеславомъ Лимановскимъ (съ 1867 г.) и русской съ Драгомановымъ (съ 1876 г). Уже 1877 г. произошли арестованiя среди русской молодежи за мнимыи соцiалистическiи агитацiи, въ

583

Краковѣ же отбылся въ 1830 г. первый соцiалистическiй процесъ.

Поклонниками соцiалистическихъ теорiй явилась сначала лишь учащаяся молодежь, особенно воспиганники учительскихъ семинарiй. То обстоятельство заставило львовскiй соймъ подумати о заведенiи интернатовъ, въ которыхъ кандидаты на народныхъ учителей находились бы подъ надзоромъ спецiальныхъ настоятелей. Робочiи долго не могли поняти соцiалистическихъ теорiй. Львовскiи робочiи въ 1878 г. отказали даже въ подписяхъ на просьбѣ чешскихъ робочихъ о введенiи общого права голосованiя.

Соцiалистическое движенiе обняло собственно галицкихъ робочихъ только тогда, когда въ 1890 г. нѣмецкiи соцiалисты рѣшили роспространити свою агитацiю также на поляковъ. Уже въ ноябрѣ 1890 г. стали львовскiи робочiи организоватись и основали въ 1891 г. Общество „Сила“, прiобрѣвшее въ первомъ году своего существованiя около 1000 членовъ. За львовскою „Силою“ послѣдовало основанiе подобныхъ же Обществъ въ Краковѣ, Подгуржѣ, Станиславовѣ, Коломыѣ, Тарновѣ, Новомъ Сончѣ, Бѣлой, Решовѣ и т. д. Соцiалисты стали также издавати свою газету „Праца“. Матерiалъ для соцiалистической партiи доставили ремесленники и робочiи въ желѣзнодорожныхъ мастерскихъ во Львовѣ, Краковѣ, Перемышлѣ, Ста-

584

ниславовѣ и Новомъ Сончѣ, гдѣ вслѣдствiе того есть самое большое количество соцiалистовъ. Но и въ другихъ городахъ робочiи при постройкахъ, якъ: каменщики, поденщики, также легко примыкаютъ къ соцiализму.

Хотя первый соцiалистическiй конгресъ, состоявшiйся въ 1863 г. въ Лондонѣ, объявился за независимостiю Польщи и нѣкоторыи изъ польской интелигенцiи стараются придати галицкому соцiализму нацiонально-польскую окраску, однако до сихъ поръ робочiи Галичины, принадлежащiи къ розличнымъ „Силамъ“, ставятъ экономическiи вопросы выше нацiональныхъ и часто даже сопротивляются мысли о независимой Польщи, опасаясь, що въ ней опять руководила бы шляхта. Галицкiи соцiалисты не признаютъ также нѣмецкого соцiального републиканизма, а склонны больше къ монархизму, отъ которого надѣются осуществленiя своихъ цѣлей. Обыкновенно галицкiи соцiалисты требуютъ: 1) сокращенiя робочого времени и повышевiя платы; 2) общого права голосованья; 3) защиты жизни и здоровья робочихъ въ фабрикахъ и горныхъ предпрянимательсвахъ, также обезпечевiя старости робочихъ путемъ законодательства.

Соцiалисты стараются прежде всего имѣти своихъ репрезентантовъ въ представительствахъ (соймѣ и думѣ державной); впрочемъ же ставятъ требованiя, касающiися личныхъ отношенiй робочого

585

къ хлѣбодателю. Такъ якъ они считаютъ религiю „приватнымъ дѣломъ“ и ровнодушно относятся къ мысли возстановленiя Польщи, то другiи польскiи партiи, именно краковская и людовая, считаютъ соцiализмъ явленiемъ вреднымъ для польского дѣла. Среди крестьянъ соцiализмъ нашолъ мало приверженцевъ. Въ послѣднее время дѣлаются пробы, составити отдѣльную русско-соцiалистическую партiю, которою руководила бы та часть русскихъ радикаловъ, которыи своими воззрѣнiями приближаются къ соцiализму.

Польскiи соцiалисты стали въ 1890 г. издавати во Львовѣ свою газетку Robotnik, по ея прекращенiи Naprzód (1892) и Siła. Когда обѣ послѣднiи газеты запретила полицiя, сталъ выходити Nowy Robotnik. Съ 1893 г. издаютъ робочiи свой календарь.{X. I. Badeni: Socyalistycza prasa w Galicyi (Prezegl. powsz. ozerwiec 1893).}

Слѣдуетъ еще упомиути о одномъ явленiи въ жизни поляковъ — именно о пробахъ составленiя тайной политической организацiи среди польского общества, направленной противъ верховодящей краковской партiи. Мы прежде сказали, що верховодящая краковская партiя имѣющая видимымъ представителемъ соймовое „коло“, считаетъ себе верховною властью въ польско-народныхъ дѣлахъ. Такъ якъ нынѣшняя администрацiя Галичины имѣ-

586

етъ совсѣмъ польскiй характеръ, то тайная организацiя отдѣльная отъ краевой администрацiи, по мнѣнiю польскихъ верховодящихъ сферъ, есть излишною и даже вредною. Не смотря на то, около 1886 г. стала польская эмиграцiя изъ Швейцарiи и Францiи уговоривати польскую молодежь, организоватись и составляти тайныи Общества. Уже въ 1887 г. возникъ во Львовѣ Związek polsiej ligi narodowej, прекратившiй свое существованiе въ 1891 г. Вмѣсто него возникли въ 1891 г. Zuawy. Тѣ Общества имѣли революцiйно-републиканскiй характеръ, задавались цѣлью соединенiя взѣхъ польскихъ земель и были направлены такъ противъ Россiи, якъ Австрiи и Германiи. Съѣзды галицко-польскихъ републиканцевъ отбывались въ Львовѣ ежегодно въ 1892—1894 гг. Органами ихъ были газеты эмиграцiи: Przedświt въ Женевѣ и Pobudka въ Парижѣ.

Ученикъ учительской семинарiи въ Тернополѣ, Антонiй Когутинскiй, случайно созналзя своему духовнику на исповѣди въ 1894 г., що принадлежитъ къ тайному Обществу, Духовникъ приказалъ ему признатись въ своемъ проступку законоучителю семинарiи Влад. Либревскому, который и исповѣдалъ Когутинского. Позредствомъ послѣдняго дѣло дошло до тернопольского суда, который узналъ такимъ образомъ о существованiи въ Тернополѣ тайного Общества подъ названiемъ Organizacya, состоявшого изъ уче-

587

никовъ гимназiи, учительской семинарiи, рукодѣльниковъ и одного студента юридического факультета. Судъ узналъ, що Общество имѣетъ тайную типографiю, члены его выступаютъ противъ императора, намѣстника графа Бадени, чествуютъ память 18 февраля 1846 г. (рѣзню польской шляхты) и 31 iюля 1846 (казненiе Висневского австрiйскимъ правительствомъ), допускаются оскорбленiя особы императора, травестуя неприличнымъ образомъ австрiйскiй нацiональный гимнъ и обнаружаютъ ненависть къ шляхтѣ. Члены Общества были арестованы, однако судомъ присяжныхъ 1 (13) марта 1895 г. признаны невинными. Судебное слѣдствiе доказало, що такая же организацiя молодежи существовала во Львовѣ, Перемышлѣ, Станиславовѣ и Тарновѣ. По рѣшенiю высшихъ властей, слѣдствiя во Львовѣ, Тарновѣ и прч. были прiостановлены.

Кромѣ сойма и думы державной, политическая жизнь Галичины обнаружается еще въ политическихъ Обществахъ и въ народныхъ собранiяхъ. Такъ якъ правительственная власть въ Галичинѣ почиваетъ въ рукахъ полявовъ, то они меньше сознаютъ потрсбпость политическихъ Обществъ, чѣмъ русскiи, которыи принуждены ровноуправненiя добиватись. У поляковъ есть лишь одно демократическое Общество во Львовѣ. Польскiи крестьяне и соцiалисты, домогающiися осуществленiя своихъ стремле-

588

нiй, принуждены соединятись въ Общества. Послѣднiи часто устроиваютъ народныи собранiя или вѣча. Въ ихъ слѣды вступаютъ и русскiи крестьяне. Крестьянскiи вѣча обезпокоиваютъ верховодящiи сферы, которыи стараются имъ препятствовати, хотя при конституцiйномъ образѣ правленiя въ Австрiи собранiя необходимы. Такъ якъ конституцiею возложено старанiе о нуждахъ населенiя на самое же населенiе, то оно должно часто собиратись для совѣщанiй о своемъ положенiи, ибо лишь такимъ образомъ оно будетъ способно понимати свои оправданныи потребности и предлагати мѣры для ихъ удовлетворенiя.

Голосы, роздающiися на вѣчахъ и въ политическихъ Обществахъ, суть однако лишь изъявленiемъ желанiй и просьбъ къ правительству. Удовлетворенiе желанiямъ населенiя зависитъ отъ вѣденьского парламента и львовского сойма.

Вѣденьскiй парламентъ, съ первой поры своего существованiя, былъ всегда розбитъ на партiи и фракцiи. Въ 1894 г., когда кн. Виндишгрецъ, послѣ уступленiя графа Тафе, составялъ коалицiйное министерство, были въ немъ слѣдующiи партiи: соединенная лѣвая (представители нѣмецкой большой промышленности и германизма) 110 членовъ, польское коло 57 чл., клубъ Гогенварта (представители нѣмецкого большого землевладѣнiя) 55 чл., клубъ молодочеховъ 38 чл., нѣмецкихъ нацiоналовъ (стремлящихся къ

589

соединенiю съ Германiею) 17 чл., христiанско-соцiальныхъ антисемитовъ 11 чл., либеральный центръ съ гр. Коронини во главѣ 10 чл., хорватско-словенскiй 10 чл., моравскихъ чеховъ 8 чл., независимыхъ хорватовъ, словенцевъ и молодочеховъ 5 чл., русскихъ изъ новой эры 5 чл., дикихъ 27. Сверхъ того существовалъ клубъ Линбахера, состоящiй изъ 7 антисемитовъ, 5 нацiоналовъ, 3 хорватовъ и 5 другихъ. Соединенная лѣвая, польское коло, клубы Говенварта и Коронини, соединившись картедемъ, составили большинство. Вообще все искуство министерствъ въ Апстрiи съ времени введенiя конституцiи состояло въ томъ, дабы соединити поодинокiи партiи и составити для себе большинство. Такое большинство рѣшаетъ всѣ государственныи дѣла, меньшимъ же фракцiямъ не остается ничего иного, якъ лишь искати благоволенiя сильныхъ партiй, или дати выраженiе свосму негодованiю въ рѣчахъ, проходящихъ безслѣдно и дѣлающихъ лишь удовольствiе читателямъ газетъ относительной партiи. Въ парламентѣ можетъ одна партiя провести свои стремленiя лишь тогда, если роспоряжаетъ большимъ количествомъ голосовъ. Конечно при такихъ обстоятельствахъ нечисленныи русскiи послы могли произносити въ парламентѣ рѣчи, однако на рѣшенiя его влiяти не могли.

Соединенная лѣвая, клубъ Гогенварта и поляки, яко самыи сильныи пар-

590

тiи парламента, всегда — находились ли они въ связи съ нравительствомъ; или были въ опозицiи — влiяли на рѣшенiя парламента, ибо каждое мянистерство должно было обращати вниманiе на желанiя сильно опозицiи. Вслѣдетвiе того о внутреннемъ розвитiи Австрiи во все время конституцiи рѣшали интересы большого землевладѣнiя, фабричной промышленности и капитализма. Большинство парламента старалось прежде всего о выгоды большого землевладѣнiя, фабричной промышленности и капитализма. Парламентъ спѣшилъ всегда съ помощiю, если пошатнулась биржа, обанкротилось якое предпринимательство или страдали интересы капиталистовъ и большихъ земельныхъ имѣнiй. Податковое бремя возложено головнымъ образомъ на крестянъ и на низшiи сословiя въ видѣ акциза, пошлинъ на съѣстныи артикулы, земельного и домово-чиншевого податка. Но не дастся отрицати, що въ случаѣ голода, наводненiй и другихъ злоключенiй, парламентъ спѣшилъ также съ помощiю пострадавшимъ.

Преобладанiе интересовъ большого землевладѣнiя отразилось на проведенiи катастра отъ 1881 г. Закономъ, рѣшеннымъ въ 1869 г. въ думѣ державной, должна была провестись въ цѣломъ государствѣ оцѣнка дохода изъ земли въ цѣли установленiя поземельного податка. Дѣятельностью краевыхъ и повѣтовыхъ

591

комисiй, составленныхъ для той цѣли, руководила центраяьная комисiя въ Вѣднѣ. На 600 членовъ галицкихъ комисiй было лишь 24 крестьянъ — въ русской части Галичины лишь 3 крестьянъ и 2 или 3 священники — впрочемъ шляхта и чиновники. Послѣдствiемъ такого состава комисiй было, що на пр. доходъ изъ лѣсовъ, находящихся въ рукахъ шляхты, былъ весьма низко оцѣненъ и вообще земля шляхты въ одной части освободилась отъ выпадающого на ея долю податкового бремени, которое возложено на крестьянскую землю.

По обчисленiю фахового знатока катастральныхъ отношенiй, пок. В. Навроцкого{Героѣ подвôйной крейдки. — Подвôйна крейдка. Студiя надъ податкомъ грунтовымъ. Дѣло 1881 Пр. 2—17.} изъ 25,100.000 зр. общого катастрального дохода Галичины должно было выпасти на табулярпыи (большiи) имѣнiя 10,819.000, на крестьянскую землю 14,341.000 зр. Однако комисiи опредѣлили для тябулярныхъ имѣнiй 7,735.000 зр., для крестьянкихъ 17,425.000 зр., т. е. уняли шляхтѣ 3,083.400 зр. дохода и присчитали таковый къ доходу крестьянъ. На основанiи катастра отъ 1881 г. былъ установленъ поземельный податокъ на 22 7/10 % отъ чистого дохода. Такимъ образомъ Галичина имѣла платити изъ общей сумы (36,000.000 въ цѣлой Австрiи) 5,107.000 (14,4 %). Крестьяне платили за

592

большихъ землевладѣльцевъ ежегодно 681.000 зр. податка, т. е. суму, за которую можно бы содержати по крайней мѣрѣ 2.000 народныхъ школъ.

Жалобъ на несправедливое переведенiе катастра въ другихъ провинцiяхъ Апстрiи не было. Но все-таки тамъ роздались пререканiя крестьянскихъ интересовъ Чешскiи и нѣмецкiи крестьяне стали въ 1880-ти годахъ жаловатись на пренебреженiе крестьянскихъ интересовъ парламентомъ, указывая на свое задолженiе, а такъ якъ имъ казалось, що вина въ томъ отношенiн падаетъ на представителей европейского капятализма, то ихъ негодованiе направилось противъ евреевъ. Тѣмъ воспользовалось католическое нѣмецкое духовенство, приписывавшее паденiе католицизма въ Австрiи еврейпскому влiянiю, и тогда возникъ въ Австрiи антисемитизмъ, обхватившiй вскорѣ Вѣдень, въ которомъ евреи захватили въ свои руки торговлю, промышленность и званiя адвокатовъ, врачей. — Въ слѣды Вѣдня вступили нѣмецкiи провинцiи Австрiи. Органами антисемитовъ сдѣлалисъ газеты: Vaterland, Reichspost, Ostdoutshe Rundschau, Deutsches Volksblatt, Deutshe Zeitung и т. д. Въ Deutsches Volksblatt{1896. № 2.499 (Schlesinger: Ein furchtbaren Zukunftabild).} появялась статья, указывающая на погубныи послѣдстiя капитализма въ Австро-Венгрiи. Государство имѣетъ 4.200

593

милiоновъ долговъ; на землѣ и городскихъ домахъ тяготѣетъ 3.000 милiоновъ долговъ, занесенныхъ въ правительственный списокъ, сверхъ того есть 7.000 милiоновъ долговъ на вексли, скрипты и т. д. На биржѣ находится 6.000 милiоновъ акцiй, облигацiй и другихъ цѣнныхъ бумагъ. Вообще въ Австро-Венгрiи есть 20.000 милiоновъ капитала, принадлежащого заимодателямъ, изъ чего въ рукахъ евреевъ находится 10.000 милiоновъ. Когда земля и трудъ остаются тѣмъ, чѣмъ были прежде, капиталъ умножается ежегодно отъ процентовъ и вслѣдствiе того ростетъ задолженiе населенiя. Населенiе трудится въ пользу капитала. Послѣ MC. Carty Annual Statisticia 1891{Стр. 331—361.} богатство Австро-Венгрiи (движимое и недвижимое имѣнiе) составляетъ 3.613 мил. фунтовъ штерлинговъ, т. е. не много надъ 40.000 мил. гульд. Такъ якъ половина того отпадаетъ на капиталъ, который есть собственно займомъ, тяготѣющимъ на недвижимомъ имѣнiи, то видимъ, що недвижимость въ Австро-Венгрiи совершенно поглощена долгами въ розличныхъ видахъ. Населенiе Австро-Венгрiи находится въ положенiи человѣка, имѣющого на пр, ежегодно 1.000 зр. дохода и платящаго 1000 зр. процентовъ отъ долговъ. Не удивительно, если вслѣдствiе того собственники недвижимого имѣнiя стараются податко-

594

вое бремя сваливати одни на другихъ и между ними, якъ и между капиталомъ и трудомъ розгоряется борьба. Императоръ Францъ Iосифъ созналъ опасность, грозящую соцiальнымъ отношенiямъ и повлiялъ на свое правительство, щобы оно допустило представителей ручного труда въ парламентъ и щобы тѣ послѣднiи могли также забрати голосъ въ дѣлѣ уздоровленiя соцiальныхъ отношенiй.

Якимъ покровительствомъ пользуется въ Австрiи большая промышленность, доказуетъ то обстоятельство, що 1 метр. сотнаръ каменной соли, продукцiя которого стоитъ державу 58 1/2 кр., продается потребителямъ за 8 зр. 50 кр., фабричнымъ же заводамъ въ Силезiи и Моравiи за 30—50 кр., еврею Гутману даже за 25 кр.

До 1880 г. хроническою болѣзнью Австрiи былъ ежегодный дефицитъ въ буджетѣ государства. Его устранилъ министръ финансовъ Ю. Дунаевскiй (1880 до 1891) такимъ образомъ, що повышилъ всѣ непосредственныи податки. Между иными податокъ отъ водки былъ въ 1888 поднятъ на 35 кр. отъ гектолитра спирта, при чемъ во избѣжанiе конкуренцiи между винокуренными заводами имѣло ежегодно опредѣлятись колачество спирта, выдѣливаемого каждымъ изъ нихъ. Повышенiе винокуренной (горальняной) подати и вскорѣ затѣмъ послѣдовавшiй выкупъ въ Галичинѣ пропинацiи отъ помѣщиковъ въ пользу края, имѣютъ посѣдствiе,

595

вредное для здоровья населенiя. Такъ якъ новыи налоги должны были произвести поднесенiе цѣны водки, то содержатели корчемъ — исключительно одни евреи — стали роспускати водку водою и придавати ей одурительныи и щипающiи свойства посредствомъ моченiя въ ней табаку и одуряющихъ ростѣнiй и ростворенiя въ ней перцу, квасцовъ и другихъ кусающихъ, для здоровья вредныхъ веществъ{Такъ сообщили автору финансовыи чиновники, имѣющiи надзоръ надъ корчмами.}. Продавая такимъ образомъ водку по прежней цѣнѣ, они стараются предупредити уменьшенiе ея употребленiя, но при томъ подкопуютъ здоровье населенiя.

Галицкiй соймъ, залишивши старанiя о росширенiи автономiи края, занялся школьными дѣлами и экономическими отношенiями провинцiи. Имѣя въ своемъ составѣ большинство представителей большого землевладѣнiя, старался онъ о выгоды послѣдняго. Краковская партiя, видя движенiе среди крестьянъ и опасаясь подорванiя шляхетского влiянiя на населенiе, безпрестанно указывала на потребность ограниченiя автономiи громадъ посредствомъ соединенiя нѣсколькихъ селъ въ одну соборную громаду, которою долженъ управляти отдѣльный чиновникъ подъ контролью рады повѣтовой и выдѣла краевого. Желавшихъ такой перемѣны громадского

596

закона, назвали „партiею реформы“. Однако установленiе того рода начальниковъ соединилось бы съ громадными издержками, ибо если бы ихъ было даже лишь 1000, то содержанiе каждого изъ нихъ и его канцелярiи стоило бы по крайней мѣрѣ 3000 зр. въ годъ — що составило бы для всей Галичины три милiоны. То финансовое затрудненiе не дозволило преднамѣренную реформу осуществити. Соймъ пробовалъ стѣснити независимость громадъ посредствомъ закона о громадскихъ писаряхъ, которыи должны были всецѣло быти зависимы отъ радъ повѣтовыхъ. Однако законъ тотъ не былъ подтвержденъ правительствомъ (1889), которое требовало, щобы правительственная власть (староство) имѣла право гром. писарей удаляти.

Влiянiе громадъ на народную школу было дальше ограничено закономъ отъ 23 мая 1895 г., по которому въ составъ мѣстной рады школьной должны входити: представитель помѣстья, представитель рады повѣтовой, латинскiй священнивъ, учитель, русскiй священникъ и два лица, избранныи громадою.

Самое большое неудовольствiе среди крестьянъ и маломѣщанъ произвелъ дорожный законъ, рѣшенный соймомъ въ 1884 г. и утвержденный правительствомъ въ 1885 г. Онъ опредѣляетъ, щобы каждый, у кого есть хоть бы маленькая хижина на селѣ или въ маломъ мѣстечку, роботалъ при громадской дорозѣ 4 дни,

597

или за роботу платилъ грошми, помѣщикъ же щобы доставлялъ матерiалъ изъ своего лѣса до высоты 5 % добавокъ къ непосредственнымъ податкамъ. Обчисляютъ, що крестьяне и маломѣщане даютъ на общянныи (громадскiи) дороги сверхъ 1,000.000 роботою или грошемъ, помѣщики же лишь 32.000 зр., хотя они посѣдаютъ 39.38 % земли. Обстоятельство, що бѣдный бобыль (халупникъ; въ поношенiи дорожного бремени поставленъ на ровнѣ съ имѣющимъ 100 морговъ земли и помѣщики, такъ сказати, освободжены отъ обязанности содерживати гром. дороги, вызвало волненiя среди крестьянъ въ западной Галичинѣ и въ нѣкоторыхъ окрестностяхъ восточной. Въ стрыйскомъ повѣтѣ н. пр. крестьяне и маломѣщане уплатили на дороги въ 1888 г. 18.000 зр., помѣщики же доставали на таковыи въ матерiялѣ 1.200 зр.

Между правительствомъ и державною думою съ одной и соймомъ съ другой стороны завязался споръ о пособiе въ высотѣ 2,625.000 зр., которое съ 1857 г. центральное правительство ежегодно давало галицкому индемнизацiйному фонду на сплату панщины. Державная дума сначала не только воспротивлялась продолженiю оного пособiя, но и затребовала возвращенiя данныхъ Галичинѣ сумъ въ высотѣ 75,600.000 зр. разомъ съ процентами. Послѣ долшихъ переговоровъ державная дума отказалась отъ своихъ претенсiй, но пособiя изъ го-

598

сударственной касы, доставляемыи Галичинѣ на сплату индемнизацiи, прекратились. Съ 1891 г. Галичина переняла на себе управленiе индемнизацiйными фондами, для которыхъ учрежденъ отдѣльный департаментъ въ львовскомъ намѣстничествѣ. Но край, лишившись державныхъ пособiй, долженъ былъ на сплату останковъ индемнизацiи затянути новый долгъ въ высотѣ 26,924.427 зр. (1892 г.), вслѣдствiе чего додатки до податковъ на краевыи потребности поднялись въ 1893 г. до 68 % непосредственныхъ державныхъ податковъ. Въ 1893 г. — предъ сдѣланiемъ нового долга — большая половина краевыхъ росходовъ (53 %) употрсблялась на сплату краевыхъ долговъ. Такое состоянiс выставило плохое свидѣтельство краевому хозяйству, ибо н. пр. въ Чехiи лишь 0.7 %, въ Моравiи 18.6 %, въ Штирiи 18.7 %, Краинѣ 22 %, Каринтiи 20 % краевыхъ росходовъ употреблялось на сплату долговъ. Въ 1892 г. имѣла Галичина около 10 мил. долговъ. Якъ краевыи росходы усилилось, видно изъ того. що они въ 1877 г. составляли 2,513.575 зр., въ 1894 г. же 9,647.513 зр. Въ 1857 г. державныи доходы изъ Галичины составляли 20 мил. гульд. въ 1893 г. 69,579.705 зр. Въ продолженiи 36 лѣтъ податковос бремя населенiя убольшилось о 60 мил. гульд., ибо 10 мил. краевого буджега неизвѣстны были предъ 1861 годомъ, т. е. предъ заведенiемъ конституцiи. Къ онымъ 60

599

мил. слѣдуетъ еще добавити 3,682,000 зр., росходовъ на повѣтовыи рады (74 числомъ), которыхъ также не было передъ конституцiею. Росходовъ на администрацiю 30 большихъ городовъ{Данныи изъ 1893 г.} (безъ Львова и Коакова) въ сумѣ 4,462.000, на администрацiю мѣстечокъ и селъ въ сумѣ 5,128.000 зр. и на администрацiю гор. Львова (1,711.690 въ 1894 г.) и Кракова (929.181 зр. въ 1894 г.) не принимаемъ въ розсчетъ, ибо тѣ росходы и при абсолютномъ правленiи навѣрно были бы. Такъ видимъ, що налоги въ продолженiи 36 лѣтъ увеличилось въ Галичинѣ о 64 мил. гульд.

Предстоитъ вопросъ, поднялась-ли въ томъ времени производительная сила Галичины, щобы безъ поврежденiя экономическихъ отношенiй населенiе могло вынести новое бремя? Галичина была и есть земледѣльческимъ краемъ; промышленность въ ней не только не поднялась, но даже пала. Въ 1858 г. обчисляли производетво розличного рода хлѣбовъ въ Галичинѣ на 20 мил. корцевъ ежегодно{Encyclop. Orgelbranda. Galicya.}. Въ 1892 г. уборка хлѣба составляла: 4,201.980 метричныхъ сотн. пшеницы, 4,831.530 метр. сотн. жита, 3,172.260 м. стр. сотн. ячменя, 4,871.320 м. с. овса, 1,332.750 кукурузы, около 300.000 пшена, около 3 мил. метр. сот. стручковыхъ ростѣнiй — що все мало розличается

600

отъ продукцiи 1850-ти годовъ. Промышленность Галичины пала вслѣдствiе конкуренцiи фабричной промышленности западныхъ провинцiй Австрiи и западной Европы. Скотоводство въ Галичинѣ въ продолженiи послѣднихъ сорока лѣтъ пало. Въ 1857 г. было молодого скота 816.650 штукъ, въ 1890 г. лишь 703.313; коровъ въ 1857 г. 1,026.083, въ 1890 г. 1,305.049 (помѣщики убольшили свои хлѣвы); быковъ въ 1857 г. 473.516 г., а лишь 337.459 въ 1890 г.; овецъ 810.831 (1857), и лишь 630.994 въ 1890 г.; козъ 41.803 прежде, а лишь 21.095 теперь, пернатого скота (гусей, курокъ и пр.) 683.567 въ 1857 г., 784.500 въ 1890 г. Лишь число коровъ, свиней и коней убольшилось. Послѣднихъ было въ 1857 г. 530.564, въ 1890 же году 765.570.

Если сверхъ того приняти въ соображенiе, що цѣна хлѣба въ послѣднее время пала, то непосильное обременiе Галичины податками представится намъ въ полной наготѣ. Самая выгодная для земледѣльцевъ цѣна хлѣба была во время крымской войны и послѣ нея. Съ оной поры она падала постепенно. Въ 1883 г. платили еще за 1 гектолитръ пшеницы 7 зр., потомъ до 1892 г. среднимъ числомъ 5 зр. 91 кр., за 1 гект. жита 5 зр. 9 кр., потомъ 4 зр. 42 кр. и т. д.

Увеличенiе податкового бремени Галичины произошло въ первой линiи вслѣдствiе повышенiя державныхъ податковъ.

601

Державный буджетъ Австрiи (безъ Венгрiи) выносилъ въ 1872 г. 353.776.901 зр. доходовъ и 353,714.207 зр. росходовъ. Буджетъ на 1897 г. выказуетъ 718,039.863 зр. росходовъ (значитъ они съ 1872 г. удвоились) и 689.158.139 зр. доходовъ.

Въ 1894 г. государство имѣло дохода изъ Галичины 68,563.618 зр., правительственная администрацiя Галичины стоила 65.552.914 зр. — значитъ для центрального управленiя осталось лишь 3,010.704 зр. Вообще нѣмцы называютъ Галичину „ein passives Land“, т. е. край, дающiй мало дохода. Но точно то обстоятельство, що податки, уплачиваемыи государству, майже всецѣло остаются въ Галичинѣ въ формѣ жалованья чиновниковъ, учителей и на покрытiе росходовъ администрацiи, хранитъ Галичину отъ совершенного экономического розоренiя. Гроши, платимыи въ формѣ податковъ, остаются въ краѣ, Дѣло лишь въ томъ, що цѣлое податковое боемя падаетъ на земледѣлiе и низшiи сословiя.{Roeznik statystyki Galicyi не подаетъ, къ сожалѣнiю. дохода изъ державныхъ желѣаныхъ дорогъ Галичины и по той причинѣ не могли мы его включити въ общiй составъ доходовъ изъ Галичины.}

Изъ податковъ непосредственныхъ платила Галичина въ 1893 г. поземельного податка 5,187.000 зр., домово-чиншевого 1,590.000, домово-класового

602

1,630.000, заробкового 796.000 зр., доходового 1,945.000, экзекуцiйныхъ належнтостей за неуплату податковъ 369.900 зр. (сорозмѣрно найбольше въ Австрiи.). Изъ посредственныхъ податковъ платила Галичина въ ономъ году: акциза отъ спирта 11,600.000, отъ вина 80.000, отъ пива 1,580.000, отъ мяса 950.000, отъ цукру 150.000, отъ нафты 2,600.000, вообще потребительныхъ налоговъ плпатила она 17,571.150 зр. Изъ монополiй, пошлинъ и стемплей было въ Галичинѣ дохода, именно: отъ шинковъ 245.460 зр., отъ табаку 10,678.494 зр., отъ соли 7,813.891 зр., изъ пошлинъ 1,500.000, изъ стемплей 2,163.720, отъ документовъ и правовыхъ дѣйствiй 3,436.280 зр., изъ таксъ и належитостей 3,307.770, изъ лотерiи 1,401.200, изъ дорожныхъ мытъ 301.410, изъ почтъ и телеграфовъ 2,992.757, изъ державныхъ имѣнiй 1,846.830. Если розглянемся въ выше наведенныхъ позицiахъ, то видимъ, що самый большiй доходъ былъ отъ спирта, затѣмъ отъ табаку, затѣмъ изъ соли, затѣмъ изъ земли, потомъ изъ стемплей, документовъ и правовыхъ дѣйствiй. Всѣ тѣ податки платятъ собственно низшiи сословiя.

Если сосчитати податки, платимыи государству, налоги на содержанiе автономическихъ властей и издержки управленiя общинъ (громадъ), получаемъ около 95 миль. гульденовъ, которыи

603

платитъ населенiе въ видѣ розличныхъ податковъ.

Тѣ 95 миль. идутъ на содержанiе чиновинковъ, учителей и вообще на содержанiе такихъ особъ, которыи заняты въ судѣ, администрацiи и учебномъ дѣлѣ. Къ тому слѣдуетъ прибавити суму, необходимую на содержанiе духовенства, адвокатовъ, нотарiусовъ, врачей и тѣмъ подобяыхъ лицъ — що составляетъ навѣрно около 5 мил. Такимъ образомъ росходуетъ Галичина около 100 мил. на содержанiе лицъ, предающихся духовымъ званiямъ.

Цѣну продукцiи въ Галичинѣ обчисляетъ Щепановскiй на 341 мил. гульд. Такимъ образомъ на содержанiе сверхъ 6 мил. населенiя, отдающогося продуктивному матерiальному труду, приходило бы 241 мил., т. е. 40 гульд. на одно лице, конечно, на пропитанiе, одежду, обувь, отопленiе и т. д. — сума совершенно недостаточная.

Галицкiй соймъ сознавалъ всегда неотрадность экономического положенiя Галичины и старался предприняти мѣры для его улучшенiя. Большинство сойма полагало, що самымъ лучшимъ средствомъ подняти благосостоянiе, есть школы. Учитель — говорили — создалъ величiс Германiи, учитель сотворитъ промышленность и оживитъ торговлю въ Галичинѣ. Для той цѣли были одновременно съ переустройствомъ народной школы заведены такъ зовимыи школы

604

выдѣловыи, имѣвшiи воспитывати будущихъ ремесленниковъ и купцовъ. Но въ нихъ записывалось мало мальчиковь, а и кончившiи такiи школы не поступали въ ремесленники и купцовъ, а вписывались въ учительскiи семинарiи, или получали мѣста въ правительственныхъ и автономическихъ учрежденiяхъ. Впослѣдствiи школы тѣ были закрыты.

Въ 1875 г. предложилъ въ соймѣ Ѳеодоръ Бѣлоусъ планъ устройства фаховыхъ промышленныхъ и земледѣльческихъ школъ. Та мысль принялась у большинства сойма и нею занялись особенно гр. Владимиръ Дѣдушицкiй и краевый маршалъ Н. Зыбликевичъ. Послѣднiй настаивалъ на то, щобы якъ найбольше учреждати народныхъ школъ, вечернихъ ремесленныхъ курсовъ и школъ для домашняго промысла. Состоя краевымъ маршаломъ, онъ былъ въ состоянiи свои мысли сейчасъ приводити въ дѣйствiе.

Однако все, що соймъ сдѣлалъ на экономическомъ поприщѣ, не принесло пожеланной пользы. Высшая краевая земледѣльческая школа въ Дублянахъ, основанная 1851 г. и перешедшая на штатъ края 1878 г., воспитываетъ въ значительной части сыновъ помѣщиковъ изъ Россiи, которыи, по окончанiи наукъ, возвращаются яко патрiоты на родину. Краевая средняя земледѣльческая школа въ Черниховѣ, основ, 1860 г. и перешедшая

605

на штатъ края въ 1881 г., имѣетъ также воспитанниками переважно сыновъ польскихъ помѣщиковъ изъ Россiи. Въ 1895/6 г. окончило ту школу 13 учениковъ, между ними лишь четыре австрiйскiи подданныи. Обѣ школы приспособляютъ хозяевъ для большихъ землевладѣнiй. Для крестьянскихъ хозяйствъ основаны были школы: низшая земледѣльческая въ Городенцѣ, Ягольницѣ (1885) и Коберницахъ (1884). Сверхъ того соймъ установилъ (рѣшенiями отъ 1888 и 1890 г.) четырехъ странствующихъ учителей сельского хозяйства. Послѣднiи два заведенiя служатъ цѣлямъ крестьянскихъ хозяйствъ — низшая земледѣльческая школа въ Городенцѣ и школа паробковъ и хозяйственныхъ надзирателей въ Дублянахъ служатъ цѣлямъ большого землевладѣнiя.

Для домашняго промысла и ремеседъ были основаны 34 школы преимущественно въ западной Галичинѣ: въ Червоной Волѣ (кошикарская 1891), Яслѣ (кошикарсвая 1884), Коломыѣ (гончарства 1876), Свёнтникахъ (слюсарская 1888), Закопаномъ (древесного промысла 1878), Краковѣ (пять ремесленныхъ школъ), Канчузѣ (коровковыхъ роботъ 1882), Мушинѣ (такая же 1887, Закопаномъ (такая же 1888), Короснѣ (ткацтва 1887), Ракшавѣ (сукнодѣлiя 1893), Блажовѣ (ткацтва 1884), Глинянахъ (ткацтва 1885), Косовѣ (ткацтва 1882), Корчинѣ (такая же 1886),

606

Ланцутѣ (такая же 1890), Рыхвальдѣ (такая же 1891), Вилямовичахъ (такая же 1887), Порембѣ-Жеготѣ (гончарства 1889), Тоустомъ (такая же 1889), Грибовѣ (колесное мастерство 1890), Грималовѣ (такая же 1892), Каменцѣ-Струмиловой (колесное майстерство и бочарство 1884), Станиславовѣ (столярство и токарство 1884), Живцѣ (столярстяо 1887), Коломыѣ (древесныи издѣлiя 1892), Джуровѣ (кошикарство 1892), Угновѣ (шевство 1891), Витковѣ новомъ (такая же 1893), Радымнѣ (канатная 1893).

Названныи школы суть несомнѣнно великимъ пособiемъ для краевого промысла, однако все-таки фабричное производство имѣетъ превосходство надъ домашнимъ. На пр. ткачи въ Блажовой купуютъ пряжу въ заграничныхъ фабрикахъ и посылаютъ полотно изъ ней опять за границу для бѣленья, При такомъ способѣ, заграничное фабричное полотно будетъ конечно, дешевле, нежели краевое. Также сукна, столярныи, токарныи, гончарные и желѣзныи предметы домашняго издѣлiя не могутъ выдержати конкуренцiи съ заграничными.

Для подъема земледѣлiя посредствомъ дренованiя и искуственпого наводненiя опредѣлилъ соймъ въ 1870 г. 2000 зр. пособiя для двохъ техниковъ, имѣвшихъ образоватись въ относительной спецiальности за границею. Въ 1876—1892 гг. краевый фондъ росходовалъ 1,607.370 зр. на поддержку улучшенiя

607

почвы (melioracya) и водяныи постройки. Та сума состявляетъ 3.6 % всѣхъ краевыхъ росходовъ въ ономъ перiодѣ. Она употреблена была примѣнительно къ державному закону отъ 30 iюня 1884 г. о поддержцѣ краевой культуры посредствомъ водяныхъ строенiй и примѣнительно къ рѣшенiю сойма отъ 6 октября 1882 въ дѣлѣ управильненiя рѣкъ. Изъ оной сумы употреблено было на администрацiю фонда и обученiе службы 271.000 зр. (16.87 %), на управильненiе рѣкь 344.986 (21.40 %), на дренировку 914.312 зр. (56.88%), на научныи изслѣдованiя 76.972 (4.75%). До 1893 г. было въ Галичинѣ дренованной земли 16.012 морговъ, конечно, лишь одной помѣщичьей. Изъ оного числа слѣдовало отчислити 2.300 морговъ въ имѣнiяхъ архикнязя Альбрехта, который произвелъ дренованiе на свой счетъ. Сомнительно также, дреновали ли такiи богачи, якъ графы Потоцвiи и гр. Рей въ Црецлавѣ свою землю средствами края. Если бы даже и такъ было, то дренованiе одного морга стоило оволо 70 зр. Между-тѣмъ изъ отчета краевого выдѣла узнаемъ, що гр. Мечиславъ Рей въ Прецлавѣ росходовалъ на дренованiе морга лишь 40 зр., гр. Потоцкiй изъ Ланцута лишь 11 ар. 45 кр. Чрезмѣрно высокими являются росходы на администрацiю такъ простого фонда и на обученiе нѣсколькихъ лицъ (271.000+76.972 зр.{Wiadom. stat. 1895. (XV. 1) стр. 6—17}

608

Послѣ большихъ розливовъ рѣкъ въ 1884 г. опредѣлили соймъ и правительство 100.000 зр. на планы управильненiя рѣкъ. Въ началѣ 1886 г. были желаемыи планы отправлены въ Вѣдень въ полутора вагонахъ. Вѣденьское правительство приказало знатокамъ ихъ пересмотрѣти. Результатомъ того было, що гр. Тафе объявилъ галицкой депутацiи въ 1889 г., що планы ни къ чему не годятся.

Соймъ завелъ въ 1888 г. краевыи склады сбожа и спирта (варрантныи) для большихъ землевладѣнiй, сдѣлавши на ту цѣль долгъ 400.000 зр. Въ продолженiи пяти лѣтъ (1888—1893) предпринимательство выказало дефицитъ 153.000 зр. — и дефицитъ тотъ повтоояется ежегодно до сихъ поръ. Такимъ образомъ истрачено безъ найменьшой пользы нѣсколько сотъ тысячъ гульд.

Къ началѣ конституцiйной эры чувствовала Галичина самый большiй недостатокъ капиталовъ, вслѣдствiе чего край принужденъ былъ затягати долги на высокiи проценты. Счастливымъ событiемъ для Галичины было основанiе въ 1880 г. на французско-iезуитско-католическiи капиталы лендербанка (Banque imperiale royale privilegee des Pays autrichiens.) Хотя его опредѣленiемъ было, роспространити свою дѣятельность на краи Балканского полуострова, однако посредствомъ него могла также Галичина переводити свои финансовыи операцiи,

609

ибо во глапѣ его стоялъ бывшiй маршалъ краевый, гр. Л. Воданцкiй. Сверхъ того рѣшенiемъ львовчкого сойма отъ 21 октября 1881 г. учрежденъ былъ на средства краевого фонда (1,000.000 зр.) банкъ краевый королевства Галичины и Володимирiи съ вел. кн. краковскимъ. Дальшiи капиталы прiобрѣлъ онь посредствомъ выпуска заставныхъ листовъ, за сплату которыхъ поручаетъ край.

Основанiя такого банка желали тѣ изъ большихъ зомлевладѣтелей, которыи носились съ мыслью выкупа пропинацiи. Ту операцiю имѣлъ перевести новый банкъ. Около 1880 г. оказался у помѣщиковъ крайный недостатокъ грошей. Они продавали за безцѣнокъ евреямъ лѣсы, отступали крестьянамъ части своей земли; кредитныи заведенiя были буквально засыпаны ихъ векслями. Выкупъ пропинацiи долженъ былъ доставити шляхтѣ новыи капиталы. Онъ былъ въ 1888 г. рѣшенъ соймомъ и утвержденъ правительствомъ, а 22 апрѣля 1889 г. была установлена спецiальная дирекцiя пропинацiйного фонда. имѣвшая опредѣлити вознагражденiе утрату права пропипацiи ея собственникамъ. Шляхта получила тякимъ образомъ сверхъ 63 милiоны, когорыи, яко новый долгъ, обременили Галичину. Собственникомъ пропинацiи въ силахъ и мѣстечкахъ сталъ край, ея же управителем выдѣлъ краевый, который продажу нитiй въ селахъ и посадахъ пускаетъ въ аренду обыкновенно помѣщикамъ, прежнимъ собственникамъ

610

провинацiи. Помѣшики отпускаютъ (съ второй руки) свое арендное право евреямъ. Утверждаютъ, що многiи изъ шляхты получаютъ отъ своихъ подарендаторовъ столько чинша, що изъ него выручаютъ свой давнiй доходъ, якiй имѣли до выкупа пропинацiи... Въ такомъ случаѣ выкупъ пропинацiи былъ бы соединенъ съ большимъ доходомъ для шляхты. Но нѣкоторыи помѣщики не состоятъ арендаторами, нѣкоторыи даже устранили шинка въ своихъ селахь, но головнымъ образомъ въ западной Галичинѣ.

Но выкупъ пропинацiи лишь временно помогъ помѣщикамъ. Въ послѣднее время они стали опять задолжатись въ розличныхъ банкахъ. Въ 1883 г. было на имѣнiяхъ табулярныхъ 178 мил. ипотечныхъ долговъ, въ концѣ 1888 г. 190,011.462 гульд. Послѣ выкупа проапнацiи мгновенно дальшее задолжонiе большихъ землевладѣнiй прiостановилось, ибо н. пр въ галицкомъ кредитномъ земскомъ товариществѣ, дающомъ займы подъ весьма выгодными условiями лишь табулярнымъ имѣнiямъ, было въ 1880 г. долговъ 75,366.238 зр., въ 1890 г. 74,975.068. Но въ 1891 г. было долговъ уже 77,410.275 зр., въ 1892 г. 82,899.750 зр., въ 1894 г. 98,049.096 — и съ тѣхъ поръ долги ростутъ дальше. Также сума долговъ на табулярныхъ имѣнiяхъ въ банку краевомъ ростетъ ежегодно. Смѣло можно утверждати, що теперь (1896 г.) будетъ до 220 мил. ипотечныхъ долговъ на табулярныхъ имѣнiяхъ Галичины,

611

если не больше. Въ одномъ 1894 г, Галицкое кредитное земское Товарищество дало новыхъ займовъ 8,619.487 гульд. На городскихъ домахъ тяготѣютъ долги: въ банку краевомъ 18,238.600 зр. (1894 г.), въ пожичковыхъ касахъ 37,097.917 зр., въ другихъ банкахъ 1,827.000 зр. — всего 57,153.517, зр. не вчисляя долговъ, сдѣланныхъ въ кредитныхъ заведенiяхъ низшого розряда. Вообще городскiи домы могутъ имѣты долговъ около 60 мил. Меньшое селянское землевлядѣнiе обременено долгами на 50 милiоновъ.

Найбольшими долгамы обременены помѣстья, т. е. та стихiя, которая состоятъ головнымъ политическимъ факторомъ въ Галичинѣ. То обстоятельство, якъ и обремененiе Галичины налогами, изъ которыхъ лишь незначительная часть идетъ на цѣли центрального управленiя государства, заставили польскую шляхту, за лишити мысль автономiи Галичины и не добиватись федеративного устройства государства. Въ случаѣ полной автономiи, Галичина была бы принуждена не только завести у себе новыи власти (найвысшiй судебный трибуналъ, найвысшую администрацiйную власть) дорого стоящiи, но также причинятись къ росходамъ на общiи цѣли государства (войско, флотъ, посольства, консульства, уплата державныхъ долговъ). Отъ всего того, можно сказати, Галичина теперь освобождена. Сверхъ того Галичина, въ случаѣ неурожая и розливовъ водъ, можетъ розсчитивати на государственную помощь.

612

Въ случаѣ автономiи то было бы невозможно. Въ виду того поляки и не думаютъ о росширенiи своихъ автономическихъ правъ, но старяются лишь о томъ, щобы заняти въ вѣденьскомъ парламентѣ сильное стаповище и имѣти своихъ соплеменниковъ въ розличныхъ отдѣленiяхъ центрального управленiя. Дабы достигнути послѣдной цѣли, они настаиваютъ на то, щобы въ среднихъ учебныхъ заведенiяхъ при польскомъ преповательномъ языцѣ довести науку нѣмецкого языка до такого совершенста, дабы молодежь правильно нимъ владѣла и могла потомъ поступати въ центральныи власти, въ которыхъ офицiальнымъ языкомъ есть нѣмецкiй. Эвономическiи отношенiя открываютъ нѣмецкому языку и нѣмецкой культурѣ ворота въ Галичину. Тѣ экономическiи отношенiя суть также головною причиною, що чехи не могутъ получити отъ поляковъ поддержки въ старанiяхъ о права чешской короны.

Сознанiе своей экономической слабосильности дѣлаетъ галицкихъ поляковъ малодушными и уступчивыми въ отношнiи къ центральному прявительству и нѣмцамъ. Времена, когда центральное правительство употребляло галицко-русскую народность яко противовѣсъ противъ поляовъ, минули безвозвратно. Поляки принуждены держатись Вѣдня, котя многiи изъ нѣмцевъ хотѣли бы выдѣлити Галичину изъ состава Австрiи, щобы освободитись отъ „пасивного края“, протягающого лишь руку по милостыню въ

613

случаѣ неурожая и розлива водъ. Лишь либералы, не сочувствующiи католическому ультрамонтанству поляковъ, могли бы сблизитись съ представителями русского населенiя, но въ такомъ случаѣ противная сторона можветъ статись также либеральною или сдѣлати напоръ на русское населенiе, щобы оно стало также ультрамонтанскимъ.

Кажется однако, що нацiональныи вопросы въ Аветрiи займутъ вскорѣ второстепенное мѣсто и заступлены будутъ соцiальными. Низшiи сословiя домогаются съ чѣмъ разъ большею настойчивостью росширенiя права голосованiя, дабы они могли взяти въ свои руки рѣшенiе соцiальныхъ и экономическихъ вопросовъ. Русскiи галичане и буковинцы лишь тогда могутъ изъ общого права голосованiя извлечи выгоды для своей нацiовальности, если усердно примутся за просвѣщенiе своего простонародiя, его организацiю и за розвитiе среди него гражданского сомосознанiя.

Мы пространнѣйше обсудили отношенiя Галичины, ибо она состоитъ центромъ духовой жизни Прикарпатской Руси. Въ Венгрiи, въ которой совершенно нѣтъ русского мѣщанства и русское населенiе состоитъ изъ одного бѣдного крестьянства и изъ омадьяренныхъ священниковъ, русская жизнь едва прозябаетъ. Буковинская Русь живетъ тѣмъ, що ей предлагаетъ Галичина и даже ново-эрское движенiе занесено тамъ изъ Галичины.

614

XV. Производительныи силы Галичины и Буковины.

Д-ръ Генр. Кодишеръ характеризуетъ экономическое состоянiе Галичины слѣдующимъ образомъ{Ekonomista Polski. Lwów 1894. Rok 5 zeskyt 12 стр 287.}: Отъ нѣсколькихъ лѣтъ цѣна пшеницы во Львовѣ, Решовѣ и Перемышлѣ есть такая же, якъ въ Силезiи и на западныхъ рынкахъ. Галичина не въ состоянiи вывозити жито и пшеницу; она производитъ ихъ лишь для внутренняго употребленiя. Галицкое коровье масло имѣетъ самую худую славу; лишь конопли, мясо и дерево составляютъ положительную статью въ торговельномъ бнлансѣ Галичины. Торговля деревомъ соединяется съ истребленiемъ лѣсовъ. Промышленности въ Галичинѣ нѣтъ. Купцы прозябаютъ лишь благодаря кредиту. На пр. респиро въ писчебумажной торговлѣ составляетъ въ другихъ краяхъ лвшь 30 дней, въ Галичинѣ 8—9 мѣсяцевъ. Галицкiи купцы берутъ все на кредитъ, для того получаютъ плохiй, залежалый товаръ, которого фабриканты другимъ способомъ не могутъ посбытись. Банкротства въ Галичинѣ происходятъ въ изобвлiи.

Галичина считается земледѣльческимъ краемъ, однако если вступити въ якую-нибудь торговлю съ съѣстными припасами,

615

особенно въ западной Галичинѣ, и спросити: откуду та мука? — получишь въ отвѣтъ: изъ Венгрiи. Если по дорозѣ встрѣтишь возы съ зерномъ, опредѣленнымъ для мукомольни и спросишь: откуду та пшеница, получишь опять въ отвѣтъ: изъ Венгрiи. Въ городахъ западной Галичины продаютъ даже печеный хлѣбъ, привезенный изъ Моравiи. Если зайдешь въ западной Галичинѣ въ лавку съ огородовою зеленью и спросишь: откуду та цвѣтная капуста (калафiоръ), тѣ яблока, грушки? — получишь въ отвѣтъ: изъ Тироля, изъ Вѣдня, изъ Моравiи, Силезiи. Когда настанетъ лѣто, наши бойки и евреи по всѣмъ городамъ Галичины розвозятъ венгерскiи вишни, черешни — осенью же они продаютъ венгерскiи сливки. Съ 1894 г. продаютъ въ западной Галичинѣ итальянскую помаранчу по 2 кр. — галицкое яблоко той же величины стоитъ 5—6 кр., а часто не можно было его получити. Слѣдуетъ знати, що климатъ и почва Галичины благопрiятствуютъ розведенiю огородовой зелени и овощей, и прежде, въ русскiи и польскiи времена, Червоная Русь слыла изъ множества овощей. Если приближается Рождество Христово, домохозяинъ въ хлопотахъ откуду получити рыбу, сiю необходимую принадлежность къ оному празднику. Въ счастливомъ положенiи находятся лишь тѣ, которыи живутъ вблизи большихъ рѣкъ и рыбныхъ ставовъ восточной Галичины. Но жители прочихъ частей Галичины находятся въ затруднительномъ положенiи въ

616

виду святого вечера. Въ западную Галичину привозятъ тогда рыбу отъ Затора, Освятима и изъ Силезiи и продаютъ по баснословной цѣнѣ. Однако общеизвѣстно, що Червоная Русь до 18 вѣка слыла изъ множества рыбныхъ ставовъ и изъ вывоза своей рыбы.

Жены офицеровъ и желѣзно-дорожныхъ чиновннковъ, переведенныхъ изъ западныхъ провинцiй въ Галичину. тотчасъ замѣчаютъ, що жизнь въ Галичинѣ стоитъ дороже, нежели въ западныхъ провинцiяхъ Австрiи. Извѣстно, що поставщику мяса для львовсвого гарнизона платитъ держава отъ каждого килограма дороже, чѣмъ въ Вѣднѣ. Автору сего сочиненiя говорилъ одивъ мясникъ изъ западной Галичины, що если онъ хочетъ продавати лучшее мясо, то принужденъ ѣхати въ 30 миль отстоящiй Освятимъ и тамъ куповати волы.

Самою плодородною частью Галичины есть такъ зовимая галицкая Подолiя (повѣты: Тернополь, Збаражъ, Скалатъ, Теребовля, Гусятянъ, Чортковъ, Борщевъ, Залѣщики, Бучачъ, Городенка, Снятинъ) съ 1,655.796 моргами земли, въ чемъ 1,219.745 морговъ орной, лишь 58.082 луговъ, 50.753 огородовъ, 65.497 пастбищъ, 186.880 морговъ лѣсовъ, 51.761 пустарей(!), 8.864 озеръ, становъ и болотъ. На томъ пространствѣ собрали въ 1890 г. 1,175.700 гектолитровъ пшеницы, 1,332 490 гектл. жвта, 710.960 гектл. ячменя, 1.161.600 гкл. овса, 119.420 гкт. кукурузы, 78.030 гктл. пшена, 209.860 гкт. гороху, 162,660 гкт. выки,

617

87.580 гктл. бобу, 185.250 гктл. гречки, 11,366.890 метр. сотнаровъ соломы, 56.480{Слѣдующiи числа обозначаютъ метрическiи сотнары.} дикой рѣпы, 5.404 льну, 53.907 конопель, 31.102 табаку, 11,023.220 сотнаровъ картофеля, 922.440 м. с пастбищныхъ бураковъ, 622.440 капусты, 1,529.660 клевера-сѣна (конюшины), 9.770 клевера-сѣменъ, 649.790 выки и мѣшанного корма, 1,220.430 сѣна, 122 хмелю, 182.280 зерновыхъ овощей, 366.670 косточныхъ овощей и 5.880 орѣховъ.

Затѣмъ идетъ порѣчье Сяна и Днѣстра (отъ Хирова къ Нижневу) съ мокрою почвою и большимъ количествомъ пастбищъ. Оно занимаетъ повѣты: Толмачъ, Калушъ, Станиславовъ, Жидачевъ, Дрогобычъ, Рудки, Городокъ, Самборъ, Старое-мѣсто, Мостаска, Ярославъ, Перемышль, Добромиль, Березовъ, Сянокъ (сяноцкiи долы). То пространство обнимаетъ 2,515.994 морговъ земли, въ чемъ 1,198.030 морг. орной, 326.594 луговъ, 38.157 огородовъ и садовъ, 260.734 пастбищъ, 595.371 лѣсовъ, 10.694 озеръ, болотъ и ставовъ, 70.613 пустарей. Rocznik Statystyki Galicyi д-ра Ѳаддея Рутовского (Lwów 1893) не подаетъ производительности сего пояса, однако изъ статей на стр. 214 подъ загл. „Плодородныи земли въ Перемышльскомъ, Самборскомъ и Львовскомъ, долы сяноцкiи и Надсянье, пастбища и влаясныи мѣста Поднѣстровья“ — можно ту производительность приблизительно опредѣлити. Въ такомъ случаѣ сей поясъ

618

разомъ съ львовскими плодородными мѣстами произвелъ въ 1890 г.: 624.120 гектолитровъ пшеницы, дальше 1,033.770{То число якъ и слѣдующiи обозначают гектолитры.} жита, 501.740 ячменя, 860.260 овса, 168.940 кукурузы (лишь въ Подднѣстровьѣ), 62.520 пшена (въ долахъ сяноцкихъ его нѣтъ), 89.320 гороху, 51.320 выки, 94.300 бобу, 47.500 гречки, 6,665.820 метр. сот. соломы, 47.730{Метр сотн.} дикой рѣпы, 12.276 льну, 39.429 конопель, 5,260.330 картофель, 827.950 пастбищныхъ бураковъ, 545.620 капусты, 943.290 клевера сѣна, 5.460 клевера-сѣменъ, 264.480 выки и мѣшанного корма, 3,804.630 сѣна (самое большее количество сѣна въ Подднѣстровьѣ, ибо 2,536.490), 1244 хмелю и 336.725 овощей (найбольше въ Подднѣстровьѣ, ибо 180.920.) Зернового хлѣба найбольше производитъ Надсянье.

Затѣмъ слѣдуютъ центральныи повѣты восточной Галичины съ среднею плодородностью (повѣты: Нодгайцы, Бережаны, Перемышляны, Рогатинъ, Бобрка, Львовъ, Жолква, Рава русская, Яворовъ, Чешановъ). Они занимаютъ пространство 1,952.420 морговъ, въ чемъ находится 1,010.689 морг. орной земли, 258.838 луговъ, 33.381 огородовъ и садовъ, 143.226 пастбищъ, 439.801 лѣсовъ, 13.348 озеръ, болотъ и ставовъ, 39.617 пустарей. Если ичислити въ сей поясъ также глинистую почву Сокальщины, повѣтовъ Каменка Отрумиловая и Золо-

619

чевъ и вышины на сѣверѣ отъ роздѣла водъ, то на семъ простраыствѣ собрали въ 1890 г. 1,216.480 гектл. пшеницы, 1,686.300 жита, 1,078.490 ячменя, 1,540.000 овса, 345.040 кукурузы, 160.020 пшена, 251.660 гороху, 84.010 выки, 88.430 бобу, въ метричныхъ сотварахъ: 11,075.600 соломы, 85.430 дикой рѣпы, 22.242 льну, 82.901 конопли, 1.508 табаку (лишь въ Бережанщинѣ), 8,186.190 картофля, 1,038.790 кормовыхъ бураковъ, 592.600 капусты, 1,004.230 клевера-сѣна, 4.450 клевера-сѣменъ, 447.680 выки и мѣшанного корма, 5,901.920 сѣна, 1.358 хмелю, 592.910 овощей. Ромоши (тонкiи слои чернозема на мѣловой подкладцѣ) на границѣ Волыни произвели въ 1890 г. 31.000 гектл. всякого зерна, 313.000 метр. сот. сѣна, пески надъ Стыромъ и Бугомъ 18.000 гектл. зерна, 841.000 метр. сотн. сѣна, юго-восточныи Карпаты 10.960 гектл. зерна, 2,192.160 метр. сот. сѣна. Самборщина и Сяноччина провзводитъ найбольше овса (сверхъ 1,200.000 гектол.). Овесъ есть тоже головнымъ продуктомъ западно-карпатского погорья (4,200.000 гектол.).

Восточная Галичина произвела вообще въ 1890 г. въ гектолитрахъ: 3,239.880 пшеницы, 4,508.700 жита, 2,548.770 ячменя, 5,022.140 овса, 1,700.230 кукурузы, 312.850 пшена, 609.890 гороху, 325.190 выки, 331.150 бобу, 512.390 гречки; въ метрич. сотнарахъ: 33,078.150 соломы, 179.640 дикой рѣпы, 55.140 льну, 195.458 конопли, 32.610 табаку, 28,698.150 картофля, 2,915.340 кормо-

620

выхъ бураковъ, 2,043.900 капусты, 3,837.060 клевера-сѣна, 20.390 клевера-сѣменъ, 1,408.480 выки и мѣшанного корма, 16.354,370 сѣна, 4.630 хмелю, 1,699.970 овощей.

Производительность западной Галичины стояла въ названномъ году въ гектолитрахъ изъ: 1,241.550 пшеницы, 1,885.500 жита, 1,929.350 ячменя, 4.966.540 овса, 46.780 пшена, 107.570 гороху, 69.330 выки, 81.820 бобу, 53.140 гречки; въ метрич. сотн.: 15,680.900 соломы, 40.540 дикой рѣпы, 40.840 льну, 19.040 конопель, 9,292.200 картофля, 584.990 цукровыхъ бураковъ, 3,301.100 кормовыхъ бураковъ, 1,302.950 капусты, 2,227.180 клевера-сѣна, 2.510 клевера-сѣменъ, 451.760 выки и мѣшанного корма, 3,112.700 сѣна, 724 хмеля, 25.620 овощей. Якъ видимъ, западная Галичина производитъ больше кормовыхъ бураковъ, но не розводитъ табаку, кукурузы, и весьма мало овощей. Урожай 1890 г. можно назвати среднимъ.

Доходъ катастральный отъ одного морга въ Галичинѣ оцѣненъ на 1 зр. 86 кр. (пересѣчно), въ Буковннѣ на 1 зр. 20 кр., въ Силезiи 5 зр. 82 кр., въ Чехiи 5 зр. 94 кр. Въ восточной Галичинѣ переважаетъ у крестьянъ трехполевое хозяйство, въ западной плодосмѣнное или мѣшанное.

Въ помѣщичьихъ имѣнiяхъ есть майже всюда многопольная система (плодосмѣнъ).

Лѣсы занимаютъ вообще 25.73 проц. всего пространства Галичины. Найменьше ихъ въ повѣтахъ: Городенка (5 1/2 проц.),

621

Снятинъ (5.35 проц.), Збараже (6.32 проц.), Тернополь (7.06 проц.). Краковъ (8.47 проц.), Домброва (8.89 проц.), Теребовля (9.18 проц.), Скалатъ (10.92 проц.), Борщевъ (11.75 проц.), Рудки (12.09 проц.) и Гуситинъ (12.50 проц.). Найбольше лѣсовъ въ повѣтахъ: Домица (60.54 проц.), Надворна (56.33 проц.), Коссовъ (47.90 проц.), Лѣска (40.23 проц.), Тарноберегъ (39.28 проц.), Ниско (38.93), Живецъ (37.93 проц.), Сарый (36.77 проц.), Богородчини (35.38 проц.), Хшановъ (34.58), Добромиль (32.75 проц), Кашенка-Струм, (32.41 проц.) Калушъ, Лимакова и Новый Санчъ (по 32 проц.), Броды (31.91 проц.), Мысленицы, Турка, Дрогобычх по 29 проц.

Домашняго скота насчитали въ Галичинѣ въ 1890: 765.570 коней. 2,448.000 рогатого скота, 630.994 овецъ, 21.095 козъ, 784.500 свиней, 201.097 улей пчелъ. Найбольше коней есть въ повѣтѣ Золочевъ (21.613), затѣмъ идутъ повѣты: Праславъ (20.768), Тернополь (20.530), Броды (19.587), Сокаль (19.541), Ланцутъ (18.561), Каменка (17.386), Львовъ повѣтъ (17.577), Бережаны (14.342), Бучатъ (14.741), Жорква (14.472), Мостиска (14.301), Дрогобычъ (14.262). Найменьше. коней въ повѣтахъ: Грибовъ (2.070), Рончицы (2.214), Бяло (3.125), Лиманова (3,445), Богородчаны (3.314), Надворна (3.936), Ниско (3.395), Живецъ (4.134), Хшановъ (4.980), Добромиль (4.200), Перемышляны (4,926), Долина (5.521), Горлицы (5.617), Мысленицы (5.067), Бечнако (5.873), Снятинъ (5.533), Старое-мѣсто (5.484). Сорозмѣрно числу населенiя найбольшее ко-

622

ней есть въ повѣтахъ: Рудки (на 100 жителей 22 коней), Сокаль (21), Самборъ (20), Мостиска (10), Збаражъ, Теребовля, Городокъ, Яворовъ по 18, Бережаны, Чешановъ, Камченка, Тернополь, Жолква по 17. Найменьше есть ихъ сорозмѣрно въ Бобрцѣ (1), Бяла (3), Живецъ (4), Грибовъ (4), Лиманова (4), Новый Санчъ (4), Мысленицы, Надворна, Ниско по 5, Величка, Вадовицы, Коссовъ, Долина, Добромиль, Богородчаны, Хшановъ во 6, Горлицы, Калушъ, Коломыя, Коссовъ, Коросно, Снятинъ и Стрый по 7.

Большiи землевладѣнiя держатъ коней лучшей породы, но крестьяне восточной Галичины имѣютъ малыи и слабосильныи кони. Лишь въ юго-восточныхъ Карпатахъ у гуцудовъ есть лучшая порода коней, извѣстная подъ названiемъ „гуцулокъ“, пригодная яко вьючныи и упряжныи кони для гористыхъ странъ. Австрiйское правительство покупало ихъ во время окупацiи Боснiи для военныхъ цѣлей. Однако сегодня ихъ не будетъ больше якъ 300—400 штукъ. Кони польскихъ крестьянъ въ западной Галичинѣ суть лучшей породы, большiи и крѣпшiи. Ихъ покупаютъ на ярмаркахъ для сельско-хозяйственныхъ роботъ купцы изъ Чехiи и Пруссiи. Въ восточной Галичинѣ есть славная конская ярмарка въ Улашковцахъ. Лошади въ Буковинѣ суть лучшей породы, нежели въ восточной Галичинѣ. Въ Гадовцахъ есть державный конскiй заводъ, доставляющiй кони для офицеровъ армiи.Такiй же заводъ, но въ

623

меньшихъ розмѣрахъ, есть въ Галичинѣ, въ Дроговыжѣ. Прежде помѣщики содержали у себе конскiи заводы, но сегодня они залишили ту отрасль сельского хозяйства вслѣдствiе убытковъ отъ нея. Военное управленiе покупаетъ лошадей для армiи отъ евреевъ-подрядчиковъ, купующихъ лошади отъ крестьянъ и помѣщиковъ.

Рогатого скота есть сорозмѣрно къ числу населенiя найбольше къ повѣтахъ: Турка (69 штукъ на 100 жителей), Лѣско (60), Стрый и Долина (53), Кольбугтова (51), Пильзно (51), Старое-Мѣсто (50), Жидачевъ, Калушъ, Самберъ и Добромиль по 49, Домброва, Горлицы, Лиманова, Жолковь по 47, Коссовъ и Новый Торгъ по 46, Мѣлецъ 45, Ясло 45, Березовъ, Дрогобычъ, Яворовъ, Рудки, Ропчицы по 44, Тарноберегъ 43, Городокъ, Грибовъ, Ланцутъ, Мысленицы и Рава по 42, Чешяновъ 41. Наймсньше рогатого скота есть къ числу населенiя въ повѣтахъ: Залѣщики (19 штукъ на 100 жителей), Борщевъ 21, Тсрнополь и Чортковъ по 22, Гусятинъ, Хшановъ и Скалатъ (23), Збаражъ (24), Теребовля (25), Городенка (26), Бережаны (27), Вучачъ (28), Коломыя, Краковъ и Снятинъ (30), Перемышлъ (32), Подгайцы (33). Въ Галичинѣ число коровъ составляетъ половину общого числа рогатого скота. И такъ на пр. въ повѣтѣ Залѣщики одна корова приходитъ на 11 жителей, т. е. на двѣ до три семьи. Такъ якъ коровы въ восточной Галичинѣ суть худшей породы и мало даютъ молока, то, конечно, одна корова не мо-

624

жетъ доставити количества молока, необходимого для двохъ трехъ семьей. Въ повѣтахъ съ недостаточнымъ числомъ рогатого скота бываетъ найбольшая смертность.

Найбольшое число овецъ есть въ повѣтѣ Коссовъ (57.819), затѣмъ въ п. Сокаль (41.816), Новый Торгъ (29.250), Борщевъ 25.573), Броды (23.816), Городенка (23.983), Стрый (19.383), Збаражъ (19.543), Турка (18.920), Падворна (18.847), Лѣско (19.488). Зялѣщики (17.925). Въ повѣтѣ Кольбущова есть лишь 9 овецъ; Жидачевъ 97, Вѣличка 257, Рудки 139, Домброва 272, Краковъ 358, Вообще въ западной Галичинѣ розводятъ мало овецъ.

Свиней есть найбольше въ повѣтѣ Броды (30.334), Сокаль (22.744), Золочевъ (21.750), Жалковъ (20.350), Каменка (21.645), Дрогобычъ (21.075). Рава русская (17.958), Бяла (16.024), Турка (15.072). Найменьше свиней розводятъ и повѣтахъ: Добромиль (2,651), Кросно (4.715), Грибовъ (4.416), Березовъ (4,780), Богородчаны 5.157, Мысленицы 5.086, Сянокъ 5.253, Жодачевъ 6.144, Збаражъ, Залѣщики, Старое-Мѣсто, Пильзно, Новый Торгъ, Кольбушова, Горлицы, Хшановъ (6.000).

Ульевъ пчслъ есть найбольше въ Тернопольщинѣ, (19.189), въ Збаражщинѣ (15.166), въ пов. Золочевъ (14.438), Скалатъ (14.182), Подгайцы 10.246, Бережаны 11.147, Найменьше ульевъ есть въ повѣтахъ: Бохня 651, Хшановъ 679, Грибовъ 758, Турка 584, Сянокъ 889, Новый Торгъ 801,

625

Живецъ 984, Кросно 968, Добромиль 895, Березовъ 946.

Галицкая почва даетъ лишь третью часть того, що даетъ почва въ Моравiи или Чехiи. Причиною того есть, що Карпатсткiи горы, ихъ подгорье и пески въ низменности Вислы и верхняго Буга бываютъ меньше плодородны. Однако даже благодатнѣйшiи страны въ Галичинѣ не даютъ того, що даетъ почва въ западныхъ провинцiяхъ Австрiи. Причиною того есть недостатокъ просвѣщенiя и сельско-хозяйственныхъ свѣдѣнiй у крестьянъ, и обычай помѣщиковъ выпускати землю евреямъ въ аренду. Арендаторъ, хотя бы онъ былъ и христiанинъ, хочетъ во время аренды извлечи изъ земли самыи большiи выгоды и когда срокъ аренды минаетъ, отдаетъ онъ землю ея владѣльцу совершенно истощенною. У крестьянъ держитъ копи тотъ, кто владѣетъ по крайней мѣрѣ 5—6 моргами лучшей земли. Владѣльцы меньшихъ участковъ нанимаютъ кони для употребленiя при хозяйствѣ у богатшихъ хозяевъ и вслѣдствiе того не могутъ въ свое время ни почву хорошо обдѣлати, ни изъ поля хлѣбъ убрати.

Землевладѣльцы въ Австрiи вообше и въ Галичинѣ въ особенности, жалуются на огромное обремененiе земли налогами. Въ Галичинѣ землевладѣлецъ платитъ: во первыхъ отъ чистого катастромъ опредѣленного дохода 22.7 %, поземельного податка; затѣмъ идетъ додатокъ на потребности края въ розмѣрѣ 68 % (въ 1893 г.) отъ

626

поземельного податка, затѣмъ извѣстный процентъ додатка на потребности повѣта, (обыкновенно 20 % отъ поземельного податка), затѣмъ додатокъ на потребности громады, що все составляетъ 50—60 % катастрального дохода у крестьянина. Помѣщикъ, составляющiй для себе самостоятельную общину, не платитъ ничего на громадское управленiе. Сверхъ того крестьянинъ долженъ строити и исправляти школьныи зданiя, строити и исправляти приходскiи зданiя и церковь и платити отдѣльный податокъ (домово класовыи) за свою хижину. Хорошо, если есть урожай, но если случится градъ, выливъ рѣкъ, засуха, безпрестанная слота или мыши — тогда крестьянинъ розоренъ. Порѣчья Днѣстра и Веслы страдаютъ отъ перiодически повторяющихся наводненiй. Наводненiя случились: въ 1884 г. (54 повѣтовъ розоренныхъ, 13 мил. зр. убытковъ). 1885 г. (выливы Вислы, Буга, Липы, Днѣстра), 1887 (Бялой и Дунайца), 1888 (Вислы и ея притоковъ), 1893 г. (двукратное наводненiе — въ iюнѣ 17, въ августѣ 25 повѣтовъ розоренныхъ, 9,850.000 зр. убытковъ.) Въ 1889 г. была засуха. Касательно граду, то на пр. въ 1891 г. было 1.465 случаевъ граду, розорившихъ жатву въ 1.129 селахъ; наибольше пострадали повѣты: Чортковъ, Каменка, Тернополь, Збаражъ и Золочевъ. Причиною наводненiй есть истребленiе лѣсовъ въ прусскомъ Поморью, Пруссiи, Великой Польщѣ и Привислинскомъ краѣ. Теченiе воздуха, приходящее весною и лѣ-

627

томъ отъ Сѣверного и Балтiйского морей, прежде оставляло часть своей влаги надъ лѣсами названныхъ земель, но теперь приходитъ оно со всею своею влагою въ Галичину, охлаждается здѣсь, поднимаясь въ гору, и ниспускаетъ всю свою влагу въ видѣ дождя. Такъ якъ теперь въ горахъ и на подгорьѣ меньше лѣса, то дождевая вода, ничѣмъ не задерживаемая, падаетъ по покатистямъ и несетъ розоренiе въ долинахъ и низменностяхъ.

Для поднятiя сельского хозяйства дѣйствуетъ соймъ и сверхъ того Общества. Къ нимъ принадлежатъ: 1) ц. к. галицкое хозяйственное Общество во Львовѣ (Towarzystwo gospodarskie), основ. 1845 г., обращающее особенное вниманiе на большее землевладѣнiе и издающее газетку Rolnik. Оно получаетъ пособiя изъ краевыхъ и державныхъ фондовъ; 2) ц. к. земледѣльческое Общество въ Краковѣ, основ. 1845, ограничивающее свою дѣятельность на 26 повѣтовъ западной Галичины; 3) Общество кулекъ рольничихъ, основ. 1881 г. посредничающее при покупцѣ крестьянами сѣменъ и земледѣльческихъ орудiй. Оно наклоняетъ крестьянъ къ заведенiю христiанскихъ лавокъ въ селахъ и мѣстечкахъ. Имѣетъ оно для того антисемитскiй характеръ. Роспространяя польскiи газеты и книжка среди народа, оно тѣмъ самымъ причиняется къ полонизацiи Галичины. Кулекъ (кружковъ) рольничихъ будетъ теперь сверхъ 1000 съ около 60.000 членами; 4) Общество огородничества и пчеловодства, основ. 1890,

628

во Львовѣ; 5) Общество лѣсоводства, основ. 1878; 6) Общество рыбоводства осн. 1879, въ Краковѣ; 7) Общество Качковского осн. 1874 въ Коломыѣ и переведенное въ 1876 г. во Львовъ, имѣющее численныи филiи и сверхъ 5.000 членовъ; 8) Общество „Просвѣта“, осн. 1869, имѣетъ также филiи и около 3.000 членовъ. Два послѣднiи Общества, имѣющiи чисто-русскiй характеръ, касательно своей дѣятельности не сровнались еще съ Обществомъ польскихъ кулекъ рольничихъ. Число ихъ членовъ, въ сровнанiи съ числомъ членовъ кулекъ рольничихъ, ничтожное.

Фаховой сельско-хозяйственной газеты на австрiйской Руси нѣтъ. Венгерское министерство издавало въ Пештѣ въ 1868 г. „Хозяйственныи наставленiя (ред. Примеръ), но лишь одинъ годъ. Въ 1869—1871 г. выходилъ во Львовѣ подъ ред. Сев. Шеховича „Господарь“, въ 1879—1886 подъ ред. А. Ничая „Господарь и Промышленникъ“ сначала въ Станиславовѣ, потомъ во Львовѣ. Въ 1878—1879 издавалъ въ Черновцахъ о. Н. Димитрiевичъ газетку „Сельскiй Господарь“. Всѣ тѣ изданiя изъ-за недостатка подписчиковъ не могли удержатись.

Авторъ сего сочиненiя знаетъ одного земледѣльца, родомъ чеха, у которого есть лишь 30—40 морговъ земли, правда, подъ самымъ повѣтовымъ городомъ, числящимъ около 12.000 чел. населенiя. Сей земледѣлецъ выдалъ свою дочь за военного врача, давши ему нужную кавцiю, далъ двомъ

629

сынамъ высшее образованiе и сверхъ того у него сбереженного капитала 40—50.000. Ему уже сверхъ 70 лѣтъ. Во всю свою жизнь онъ велъ такъ зовимое грошевое хозяйство, т, е. производилъ лишь то, що сейчасъ можно съ выгодою продати. Въ одинъ годъ говоритъ онъ: Теперь не кортлю свиней, ибо не оплатится. Другiй разъ говоритъ: Теперь сѣю жито для соломы, за которую выручу большую суму, нежели за зерно. Третiй разъ онъ не держитъ курей, но съ весною купуетъ яйца и возводитъ цыплята. Разъ сѣетъ одно, другiй разъ иное сѣмя. Каждая хозяйственная продукцiя обчислена у него на передъ съ математическою точностью. Разъ держитъ больше, другiй разъ меньше коровъ. Но у него есть фаховыи нѣмецкiи книги по сельскому хозяйству, онъ держитъ фаховыи нѣмецкiи и чешскiи газеты. Якъ самъ утверждаетъ, изъ нѣмецкихъ фаховыхъ газетъ онъ освѣдомляется о поступѣ сельского хозяйства и состоянiи европейского рынка, такъ що онъ на передъ можетъ опредѣлити, которая продукцiя принесетъ ему больше выгодъ.

Экономическiи отношенiя сегодня составляютъ основу нацiональной жизни. Если нѣтъ матерiальныхъ средствъ, то ни на политическомъ, ни на литературномъ поприщѣ ничего сдѣлати не можно. Щобы подняти экономическое благосостоянiе австро-венгерской Руси, необходима сельскохозяйственная газета, слѣдящая за розвитiемъ сельского хозяйства и торговли Ев-

630

роны, поучающая о новыхъ изобрѣтенiяхъ и улучшенiяхъ на поприщѣ сельского хозяйства и подающая своевременно свѣдѣнiя и состоянiи европейского рынка. Такую газету австро-венгерская Русь не въ состоянiи Содержати, такъ по поводу недостаточного количества подписчиковъ, якъ и свѣдущихъ сотрудниковъ. Ея существованiе было бы лишь въ такомъ случаѣ обезпечено, если бы она издавалась на русскомъ литературномъ языцѣ, имѣла подписчиковъ въ Россiи (по крайней мѣрѣ въ южной) и въ другихъ славянскихъ земляхъ и пользовалась сотрудничествомъ фаховыхъ русскихъ агрономовъ и торговцевъ хлѣбомъ. Редакторъ и сотрудники ея должны бы всецѣло предатись своему дѣлу, росширяти и углубляти свои познанiя и умѣти популяризовати ихъ.

Послѣ введенiя конституцiи роздавалась безпрерывныи жалобы на недостатокъ капиталовъ и кредита въ Галичинѣ. Щобы сотворити кредитъ для крестьянъ, основанъ былъ во Львовѣ селянскiй банкъ, имѣвшiй давати крестьянамъ пожички на 12 %. Дѣятельность его была такова, що на пр крестьянинъ выставилъ письменное обязательство на 500 зр., получилъ 350 зр., уплатилъ черезъ нѣсколько лѣтъ 700 зр. и еще остался долженъ 400 зр. Въ томъ банку дѣялись ужасныи злоупотребленiя на счетъ должниковъ и онъ розорилъ тысячи крестьянъ и долженъ былъ прекратити свою дѣятельность въ 1884 г.

631

Щобы охоронити русскихъ крестьянъ отъ розоренiя онымъ баекомъ, русскiи послы держ. думы выхлопотали у правительства концесiю на Общее рольничо-кредитное Заведенiе для Галичины и Буковины. Основателями его были: крыл. Малиновскiй, священникъ д-ръ Крыжановскiй, крылошане Павлоковъ, Юзычинскiй и Шашкевичъ, священники Бриттанъ и Гушалевичъ, купцы Рейсъ и Дыметъ и адвокатъ д-ръ Добрянскiй. За основный капиталъ послужили вдовичо-сиротскiи фонды епархiального духовенства. Банкъ давалъ крестьянамъ пожички на 9 %, открылъ также ломбардное дѣло и пробовалъ вести торговлю сбожемъ и сукномъ. Столь многосторонная дѣятельность требовала людей, опытныхъ въ экономическихъ дѣлахъ. Однако свѣдѣнiй въ банковомъ дѣлѣ не было у тѣхъ, которыи имѣли право контроли надъ дѣловодетвомъ банка. Тѣмъ обстоятельствомъ воспользовались нѣкоторыи изъ дѣловодчиковъ, щобы жити припѣваючи на счетъ банка.

Дѣла банка попали для того въ совершенное розстройство. Директоръ банка Михалко и еврей Киндлеръ попали подъ судъ, Когда бл. п. протоiерей Наумовичъ 15 (27) iюня 1884 г. вышолъ изъ тюрьмы, въ которой пробылъ 8 мѣсяцевъ яко приговоренный въ процесѣ о государственную измѣну, просили его нѣкоторыи изъ патрiотовъ, щобы выхлопоталъ въ Россiи пособiе для банка, такъ якъ знали, що онъ (Наумовичъ) пользуется въ Россiи великою

632

симпатiею. Другомъ галичанъ былъ въ Россiи минисiръ финансовъ Вышнеградскiй. Къ нему въ Петербуръ отправились Наумовичъ и Площанскiй; а такъ якъ пок. императоръ Александръ III зналъ бѣдственное состоянiе галицкой Руси, то имъ удалось выхлопотати въ формѣ займа 600.000 марокъ. Однако дѣла съ банкомъ стояли такъ, що даже никто изъ управленiя не былъ въ состоянiи опредѣлити высоту дефицита. Надобно было приглашати счетоводчика изъ Кiева, которому удалось розглянутись въ книгахъ и опредѣлити дефициъ въ сумѣ, 1,182.000 зр. Наумовичъ долженъ былъ опять ѣхати въ Петербургъ, представляти тамъ всю нужду, якая грозитъ галицкой Руси, указывати на вдовы и сироты по священникахъ, которыи потеряютъ послѣднiй свой грошъ, представляти грозящiи церквамъ, институцiямъ и частнымъ лицамъ убытки и наконецъ оказалъ: „Для болгаръ вы истратили одинъ милiардъ рублей и 200.000 вашихъ воиновъ пало зъ борьбѣ за свободу южныхъ славянъ. Якая бы ни была причина несчастного приключенiя съ банкомъ — невѣжество, или легкомыслiе — вы благое сдѣлаете дѣло если спасете нашихъ священническихъ вдовъ, сиротъ и несчастныхъ крестьянъ“... Благодаря великодушiю императора Александра III, въ Петербурзѣ дали сверхъ оныхъ 600.000 марокъ, еще 650.000 рублей... Въ Россiи галичане потеряли прежнiи симпатiи; многiи русскiи вмѣняли своему правительству во зло, що

633

такъ по напрасну выкинуло 1 млн. рублей. Дѣйствительно, если бы прежде оныи 1,100.000 гулд. достались въ Галичину въ умѣлыи руки, они послужили бы подспорьемъ для поднятiя благостоянiя. За нихъ не одинъ крестьянинъ могъ бы былъ покупити землю, не одинъ ремесленникъ и купецъ одолжати имъ свое благостоянiе. Оный милiонъ не пропалъ бы и породилъ бы новыи милiоны.

Большого кредитного заведенiя на гал. Руси теперь нѣтъ, да и не такъ легко прiйдетъ возстановити довѣрiе въ финансовыи способности гал. Руси. Въ новѣйшее время стали русскiи галичане учреждати зачетныи касы въ меньшихъ розмѣрахъ. Въ 1894 г. возникли: „Самопомощь“ въ Коломыѣ, „Надѣя“ въ Бережанахъ, „Вѣра“ въ Перемышлѣ, „3ачетная каса“ въ Стрыѣ, въ 1895 г.: „Банкъ связковый“ въ Станиславовѣ. Всѣ они росполагаютъ до сихъ поръ весьма малыми капиталами.

Касательно горного производства, то самую важную отрасль его въ Галичинѣ составляетъ соль. Производство ея состояло въ 1891 г. изъ 379.941 метр. сотн. каменной соли, 489.587 поваренной и 450.892 химической — все въ цѣнѣ 8,155.629 зр. (43.89 % общей продукцiи въ Австрiи). Хорошей руды желѣзной въ Галичинѣ нѣтъ (въ лучшихъ ея сортахъ едва 20 % желѣза, и по той причинѣ производсгво желѣза незначительно. Ковального желѣза вовсе не производятъ, лишь литое (чугунъ) (въ 1891 г. 3.328 метр. сотн. въ цѣнѣ 217.952 зр.).

634

Производство оловяной руды упадаетъ. Въ 1890 г. произвели 2.315 метр. сотн. въ цѣнѣ 12.728, Значитльнѣйшимъ есть добыванiе цинка (1891 г. 1.923.000 килограмовъ въ цѣнѣ 501.482 зр. Каменного угля добыли въ 1891 г. 644,672.300 килограмовъ въ цѣнѣ 1,117.763 зр. То производство далеко не можетъ удовлетворити потребностямъ Галичины. Въ 1890 г. привсзли прусского угля 253,170.500 килогр., изъ Силезiи и Моравiи 75,887.700 килогр. Потребленiе галицкихъ желѣзныхъ дорогъ составляетъ около 130 млн. килогр., города Кракова и Подуржа 72 мил. килогр., другихъ городовъ и заводовъ въ западной Галичинѣ около 76 мил. Въ восточной Галичинѣ отопляютъ дровами. Олвяная руда, цинкъ и каменный уголь находятся лишь въ великомъ княжествѣ краковскомъ. Въ восточной Галичинѣ есть въ Глинску, Скварявѣ, Мышинѣ и въ Новоселицѣ (въ Буковинѣ) бурый уголь, которого добыли въ 1891 г. 13,090.000 килогр. въ цѣнѣ 67.427 зр. Цѣна 1000 килогр. каменного угля на мѣстѣ продукцiи была въ 1891 г. 7 зр. 73 кр. бурого 60 гер. Въ названныхъ отрасляхъ горного дѣла было въ 1891 г. занятыхъ 5,777 робочихъ (5325 мущинъ, 452 женщины).

На сѣверномъ склонѣ Карпатъ возлѣ мѣсторожденiя соли находится обыкновенно нафта. Въ 1892 г. добыли 397.136 метр. сотн. петролея (противъ 756.613 метр. сотн. въ 1890 г.) и 102.328 метр. сотн. воска (противъ 125.546 въ 1890 г.) въ цѣнѣ

635

3,003.543 зр. Нафтовыи источники очевидно истощаются. До сего времени самыми обильными есть источники въ коломыйскомъ, лѣсскомъ и горлицкомъ повѣтахъ. Русскiи галичане, вслѣдствiе недостатка техническихъ свѣдѣнiй и капиталовъ, въ горномъ производствѣ не имѣютъ нiякого участiя. Сокровища изъ русской земли добываютъ и ними обогащаютъ себе евреи, нѣмцы, англичане и поляки.

Касательно галицкой промышленности, то въ 1890 г. было: металическихъ плавильней 17, ковалей 2.429, ножовниковъ 43, мастеровъ дѣлающихъ подпилки 4, гвоздярей 8, игольщиковъ и булавочниковъ (шпилькарей) 2, слюсарей 367, бляхарей 515, шлифовальщиковъ и котельниковъ 11, мѣдныхъ заводовъ 111, бронзовщиковъ 86, оловяныхъ и цинковыхъ рукодѣльней 6, золотыхъ дѣлъ мастеровъ 204, фабрикъ машинъ, фабрикъ земледѣльческихъ и мукомольныхъ орудiй 25, экипажныхъ мастеровъ и колесниковъ 553, строителей плавальныхъ снарядовъ 2, механиковъ 39, оптиковъ 10, часовщиковъ 284, дентистовъ 24, мастеровъ музычныхъ ннструментовъ (смычковыхъ, дутыхъ и фортепьяновъ) 17, оружейниковъ 19, мастеровъ мраморныхъ издѣлiй 1, обжигальщиковъ извести (ванна) 90, фабрикъ цемента 4, гипса 12, кафельщиковъ и гончарей 496, кирпичныхъ (цегольняныхъ) заводовъ 487, мастеровъ каменковыхъ издѣлiй 14, стекляныхъ заводовъ 12, лѣсопиленъ (тартаковъ) 497, колодичниковъ (дѣлающихъ копыта для

636

шевцевъ) 1, мастеровъ издѣлiй проволокъ для карнизовъ, запалокъ и деревяныхъ гвоздей для сапожниковъ 3, гонтовщиковъ 9, мастеровъ наклейныхъ столярныхъ роботъ 1, фабрикантовъ корковъ 3, бондарей 473, столярей 1.586, фабрикъ паркетовъ и рулетъ 30 (28 въ восточной Галичинѣ), позолотниковъ 23, токарей 121 (71 въ восточной Галичинѣ), мастеровъ галантерiйныхъ вещей изъ дерева 1, кошикарей и плетчиковъ креселъ 31 (преимущественно евреи), гребеночниковъ 1 (въ восточной Галичинѣ), мастеровъ издѣлiй изъ каучука 2 (во Львовѣ), кожевенныхъ, краснокожевенныхъ и сыромятныхъ заводовъ 295, мастеровъ шорныхъ и сѣдельныхъ издѣлiй 276, мастеровъ кожаныхъ галантерiйныхъ товаровъ 1, щеткарей 70, шерстяныхъ (волняныхъ) прядиленъ 8, ш