Малорусская Народная Историческая Библиотечка
история национального движения Украины 
Главная Движения Регионы Вопросы Деятели
Смотрите также разделы:
     Деятели --> Шевченко,Тарас Григорьевич (Жизнеописания)

"Н.Греков,К.Деревянко,Г.Бобров. Тарас Шевченко - крестный отец украинского национализма"

7. Дева Мария и Христова Церковь

   Вот поэма "Марія" (1859), написанная якобы по библейским мотивам. Вначале автор перепутал Богородицу с обнаженной натурщицей, заставляя вспомнить одного из сыновей Ноя по имени Хам. Затем Мария поет (голосом кобзаря):
   "Раю, раю!
   Темний гаю!
   Чи я молодая,
   Милий боже, в твоїм раї
   Чи я погуляю,
   Нагуляюсь?"
   Что у него болит, о том кобзарь и говорит. Но зачем же вкладывать свои желания в уста Богородицы? Разве что для богохульства.
   Вместо Ангела Божия - веселый молодой парубок.
   Вместо Благовещения - революционная пропаганда.
   Вместо схождения Святого Духа - пошлость "в ярочку", привычная для Т. Шевченко.
   А ведь Спаситель предупреждал: "Кто будет хулить Духа Святого, тому не будет прощения вовек, но подлежит он вечному осуждению" (Мк. 3:29).
   Евангелие христиане читают стоя. Кобзарь же, войдя в раж, стал неудержим в своей лжи: для него не было ни Воскресения Христова, ни схождения на учеников Духа Святого, ни основания Христом Святой Соборной Апостольской Церкви. А было вот что:
   Брати його, ученики,
   Нетвердії, душеубогі,
   Катам на муку не дались,
   Сховались, потім розійшлись,
   І ти їх мусила збирати...
   Отож вони якось зійшлись
   Вночі круг тебе сумовати.
   І ти, великая в женах!
   І їх униніє, і страх
   Розвіяла, мов ту полову,
   Своїм святим огненним словом!
   Ти дух святий свій пронесла
   В їх душі вбогії! Хвала!
   І похвала тобі, Маріє!
   Мужі воспрянули святиє,
   По всьому світу розійшлись.
   І іменем твойого сина,
   Твоєї скорбної дитини,
   Любов і правду рознесли
   По всьому світу. Ти ж під тином,
   Сумуючи, у бур'яні
   Умерла з голоду. Амінь.
  
   Вот вам и Успение Богородицы. А вот -- дальнейшая история Церкви:
   А потім ченці одягли
   Тебе в порфіру. І вінчали,
   Як ту царицю... Розп'яли
   Й тебе, як сина. Наплювали
   На тебе, чистую, кати;
   Розтлили кроткую!
  
   Антицерковный дух Тараса Шевченко неистребим:
   Зацвіла в долині
   Червона калина,
   Ніби засміялась
   Дівчина-дитина...
   ... Якого ж ми раю
   У бога благаєм?
   Рай у серце лізе,
   А ми в церкву лізем,
   Заплющивши очі... (1849)
  
   Радетель за чистоту апостольской веры (мы видели, как он отделал апостолов) поливает грязью Отцов Церкви, которые для него являются лжеучителями: "О, святые, великие, верховные апостолы, если бы вы знали, как мы запачкали, как изуродовали провозглашенную вами простую, прекрасную светлую истину. Вы предрекали лжеучителей, и ваше пророчество сбылось. Во имя святое, во имя ваше так называемые учители вселенские подрались, как пьяные мужики на Никейском вселенском соборе".
   Здесь имеется в виду история со святым Николаем Угодником, который на Никейском соборе не сдержался и ударил еретика Ария. Шевченко или не знает, или умалчивает о том, что Собор осудил поступок епископа и запретил ему совершать богослужения.
   Далее продолжается апелляция к апостолам и жалобы на тупое человечество: "Во имя же ваше поклоняемся безобразным суздальским идолам и совершаем в честь вашу безобразнейшую вакханалию. Истина стара и, следовательно, должна быть понятна, вразумительна, а вашей истине, которой вы были крестными отцами, минает уже 1857 годочек. Удивительно, как тупо человечество."
   Но как же мудр его поводырь!
   Не устраивает его как христианство в целом, так и православие в частности: "... город Чебоксары. Ничтожный, но картинный городок. Если не больше, то, по крайней мере, наполовину будет в нем домов и церквей. И все старинномосковской архитектуры. Для кого и для чего они построены? Для чувашей? Нет, для православия. Главный узел московской старой внутренней политики - православие. Неудобозабываемый Тормоз по глупости своей хотел затянуть этот ослабевший узел и перетянул. Он теперь на одном волоске держится". (1857).
   Украине, конечно, православие без надобности. И подлежит уничтожению:
   Світе ясний! Світе тихий!
   Світе вольний, несповитий!
   За що ж тебе, світе-брате,
   В своїй добрій, теплій хаті
   Оковано, омурано
   (Премудрого одурено),
   Багряницями закрито
   І розп'ятієм добито?
   Не добито! Стрепенися!
   Та над нами просвітися,
   Просвітися!... Будем, брате,
   З багряниць онучі драти,
   Люльки з кадил закуряти,
   Я вленими піч топити,
   А кропилом будем, брате,
   Нову хату вимітати! (1860)
  
   Было, все было по кобзарю - и печь иконами топили, и багряница шла на портянки... не пропали зря его труды. Ибо до последних дней проповедовал он бешеную ненависть к Православной Церкви и всему с нею связанному:
   Моя ти любо! Мій ти друже!
   Не ймуть нам віри без хреста,
   Не ймуть нам віри без попа
   Раби, невольники недужі!
   Заснули, мов свиня в калюжі,
   В святій неволі! Мій ти друже,
   Моя ти любо! Не хрестись,
   І не кленись, і не молись
   Нікому в світі! Збрешуть люде,
   І візантійський Саваоф
   Одурить! Не одурить бог... (1860)
  
   Неизвестно, какого "бога" имеет в виду Шевченко, а "Саваоф" -- это одно из имен библейского Бога.
   Последние стихи принадлежат, разумеется, наместнику Бога на земле, которому дано судить Церковь. По его мнению, в храмах Божьих служат лакеи или языческие жрецы:
   Кума моя і я
   В Петрополіськім лабірінті,
   Блукала ми - і тьма, і тьма...
   "Ходімо, куме, в піраміду,
   Засвітим світоч". І зайшли,
   Єлей і миро принесли.
   І чепурненький жрець Ізіди,
   Чорнявенький і кавалер,
   Скромненько длань свою простер,
   І хор по манію лакея,
   Чи то жерця: "Во Іудеї
   Бисть цар Саул". Потім хор
   Ревнув з Бортнянського: "О скорбь,
   О скорбь моя! О скорбь велика!" (1860)
  
   Священнослужители достойны только оскорблений, которые им щедро раздаются - в прозе: "Рано поутру пошел в трактир, спросил себе чаю и нарисовал из окна Благовещенский собор. Древнейшая в Нижнем церковь. Нужно будет узнать время ее построения. Но от кого? К пьяным косматым жрецам не хочется мне обращаться, а больше не к кому".
   И -- в стихах:
   ... А маги, бонзи і жерці
   (Неначе наші панотці)
   В храмах, в пагодах годувались,
   Мов кабани царям на сало
   Та на ковбаси.
   Высший подвиг христианина - монашеский подвиг. Но не для Тараса Шевченко. Об одной своей героине, ушедшей в монастырь, он говорит следующее:
   ... А її немає
   І не буде вже, святої...
   Де ж вона поділась?
   У Києві пресвятому
   В черниці постриглась.
   Родилась на світ жить, любить,
   Сіять господнею красою,
   Витать над грішними святою
   І всякому добро творить,
   А сталось ось як. У черницях
   Занапастилося добро... (1847)
  
   В конце жизни он создает "ГІМН ЧЕРНИЧИЙ" (1860), в котором якобы от имени монахов богохульствует:
   Удар, громе, над тим домом,
   Над тим божим, де мремо ми,
   Тебе ж, боже, зневажаєм,
   Зневажаючи, співаєм:
   Алілуя!
   Якби не ти, ми б любились,
   Кохалися б, та дружились,
   Та діточок виростали,
   Научали б та співали:
   Алілуя!
   Одурив ти нас, убогих,
   Ми ж, окрадені небоги,
   Самі тебе одурили
   І, скиглячи, возопили:
   Алілуя!
   Ти постриг нас у черниці,
   А ми собі молодиці...
   Та танцюєм, та співаєм,
   Співаючи, примовляєм:
   Алілуя!
  
   Ненависть к священникам была у него такой, что и мертвых Шевченко не оставлял в покое. В 1860 году умер митрополит Петербургский Григорий, который кроме всего прочего был известен протестом против изготовления женской одежды из тканей, разрисованных крестиками. Вот издевательский отклик на смерть митрополита:
   Умре муж велій в власяниці.
   Не плачте, сироти, вдовиці,
   А ти, Аскоченський, восплач
   Воутріє на тяжкий глас.
   І Хомяков, Русі ревнитель,
   Москви, отечества любитель,
   О юбкоборцеві восплач.
   І вся, о Русская беседа,
   Во глас єдиний ісповєдуй
   Свої гріхи.
   І плач! і плач!
   Аскоченский -- русский журналист из "Русской беседы". Хомяков - русский религиозный мыслитель и поэт. В своем дневнике Шевченко дважды переписал его стихотворение "Кающаяся Россия". Очевидно, ему нравилось, когда каются другие. Самому, правда, подобное и в голову не приходило.
   Его не устраивает ни существо православия, ни обрядность Православной Церкви. Вот впечатления от пасхального богослужения 1858 года: "... В 11 часов я отправился в Кремль. Если бы я ничего не слыхал прежде об этом византийско-староверском торжестве, то, может быть, оно бы на меня и произвело какое-нибудь впечатление, теперь же ровно никакого. Свету мало, звону много, крестный ход, точно вяземский пряник, движется в толпе. Отсутствие малейшей гармонии и ни тени изящного. И до которых пор продлится эта японская комедия?
   В 3 часа возвратился домой и до 9 часов утра спал сном праведника." Почему же не святого?
   На другой день - у М.С. Щепкина: "Христос воскрес!
   В семействе Михайла Семеновича торжественного обряда и урочного часа для розговен не установлено. Кому когда угодно. Республика. Хуже, анархия! Еще хуже, кощунство! Отвергнуть веками освященный обычай обжираться и опиваться с восходом солнца. Это просто поругание святыни!".
   Ну, зачем же обязательно обжираться и опиваться, ироничный наш кобзарь? Почему бы не отпраздновать застольем великий праздник православных христиан, да еще после 40-дневного Великого Поста? Конечно, если постился. Если же не постился, не каялся в грехах, не молился и не рад Воскресению Христа, то и праздновать нечего. Тогда постоянный безбожный праздник всегда с тобой.
   Отвратительна для Тараса Шевченко и православная иконопись: "Проходя мимо церкви святого Георгия и видя, что двери церкви растворены, я вошел в притвор и в ужасе остановился. Меня поразило какое-то безобразное чудовище, нарисованное на трехаршинной круглой доске. Сначала я подумал, что это индийский Ману или Вешну заблудил в христианское капище полакомиться ладаном и деревянным маслицем. Я хотел войти в самую церковь, как двери растворились, и вышла пышно, франтовски разодетая барыня, уже не совсем свежая, и, обратяся к нарисованному чудовищу, три раза набожно и кокетливо перекрестилась и вышла. Лицемерка! Идолопоклонница! И наверное б... . И она ли одна? Миллионы подобных ей бессмысленных, извращенных идолопоклонниц. Где же христианки? Где христиане? Где бесплотная идея добра и чистоты? Скорее в кабаке, нежели в этих обезображенных животных капищах. У меня не хватило духу перекреститься и войти в церковь; из притвора я вышел на улицу, и глазам моим представилась по темному фону широкого луга блестящая, грациозно извивающаяся красавица Волга. Я вздохнул свободно, невольно перекрестился и пошел домой." (1857).
   "... Зашел в собор послушать архиерейских певчих. Странно, или это с непривычки, или оно так есть. Последнее вернее. В архиерейской службе с ее обстановкою и вообще в декорации мне показалось что-то тибетское или японское. И при этой кукольной комедии читается евангелие. Самое подлое противуречие.
   Нерукотворенный чудовищный образ, копия с которого меня когда-то испугала в церкви Георгия. Подлинник этого индийского безобразия находился в соборе и замечателен как древность. Он перенесен из Суздаля князем Константином Васильевичем в 1351 году. Очень может быть, что это оригинальное византийское чудовище" (1858).
   При таком отношении к византийским иконам неудивительны уже следующие оценки религиозной живописи: "Один мой знакомый, не художник и даже не записной, а так просто любитель изящного, смотря на "Покров Божией матери", картину Бруни, в Казанском соборе, сказал, что если бы он был матерью этого безобразного ребенка, что валяется на первом плане картины, то он не только взять на руки, боялся бы подойти к этому маленькому кретину. Замечание чрезвычайно верное и ловко высказанное" (1857). Да уж, ловко. Ничего не скажешь.
   Здесь следует напомнить слова святого Василия Великого: "Икона - молитва, изобразительно выраженная...Оскорбление иконы - святотатство, ибо оскорбляется не живопись, а Первообраз".
   Итак, выясняется, что всю свою жизнь Шевченко трудолюбиво оплевывал буквально все аспекты жизни Православной Церкви.
"Н.Греков,К.Деревянко,Г.Бобров. Тарас Шевченко - крестный отец украинского национализма"

Украинские Страницы, http://www.ukrstor.com/
История национального движения Украины 1800-1920ые годы.